Император

-Начались! Схватки начались! Король рожает! — прокричал Лим, пробегая мимо Западного дома, что оказался ближе всех. Омеги встрепенулись, услышав такую весть. Казалось, с этими громкими словами во дворец пришло еще нечто, что совсем глазу не видно: обречённость. У многих опустились руки, править в этом веке, увы, им не суждено. Но все же в глазах их маленькой, незаметной искрой горела надежда на рождение второго омеги, который позволит жить их мечтам о роскошном будущем. Каждый в доме надеялся на то, что род продолжит именно он, невзирая на то, что шансов почти нет. — Айгу-у, да родился бы омега, — тихо шептал наложник, устремляя взор на открытые двери. Дворец застыл в ожидании вестей. С каждой секундой вздохи наложников, слуг и высших чинов становились все тяжелей, руки их сжимались в кулаки. Прямо сейчас решалась судьба всей империи: рождение альфы означает укрепление власти и силы Короля, Императора, Коре, а также продолжение рода. Но высших чинов волновало то, что наследный принц рождается в отсутствие самого Императора, от которого не было вестей уже который день. Конечно, никто не сомневался в том, что Император одержит победу и вернется целым, но ведь дурные мысли все же лезут в голову, не давая временами здраво мыслить. И совет чиновников высшего ранга, услышав новость, задавались вопросами: взойдет ли новорождённый принц на престол сразу же, кто будет регентом.

***

— Снова я слышу печальные вести от тебя, Риа, — недовольно бросает Король Минсо, разворачиваясь спиной к слуге. Вести и в правду оказались для него не самыми лучшими, он бы не стал радоваться тому, что ненавистный наложник второй раз рожает от Императора, поэтому злоба и раздражение быстро наполняли его. — Священный Моксин не позволит нечистому родить наследника. Господин мой, верьте же в лучшее. Король искренне надеется, что слова раба окажутся правдивыми и судьба вновь осчастливит его внуком-омегой. Хотя он и понимал, что Империя сейчас нуждается в рождении альфы, но что бы ни случилось, собственное достоинство и честь кажутся намного ценнее и Король не готов просто так опустить руки. В конце концов, ему пришлось карабкаться с самого низа, и он обязан удержаться на высоте. — Риа, сделай подношения духам и раздай еду для бедных, — приказывает Король. — Стоит одобрить духов, чтобы они были благосклонны к нам. — Как скажете, Господин, — Риа низко кланяется. — Но не желаете ли Вы сейчас пойти к Тэхену? — перед тем, как уйти спрашивает он. — Не желаю. Риа вновь кланяется и покидает Короля. Сам Король садится на подушки винного цвета, прикрывает глаза и в нетерпении ждет новостей.

***

Тэхен обхватывает лицо двумя руками, не в силах смотреть и слышать крики рожающего омеги. Роды протекали сложно, был шанс, что и омега и малыш не выживут. Тэхен не понимал, как и что делать дальше: этот момент не входил в его план, и тем самым разрушал сам план. — Тужься сильней, — говорила повитуха. Хиин слишком быстро устал, силы его покинули, и тужиться он уже практически не мог. Боль пронзало все тело, затуплял разум и жарким огнем горел где-то внизу. Омега перестал слышать слова повитухи и в страхе делал все по-своему. Лиа, подошедший совсем не давно, предполагал, что виной всему этому тот отвар. — Тужься, говорю! Тэхен подходит к омеге и садится рядом с его головой так, чтобы они встретились взглядом. И он вздрагивает от того, как на него смотрят: темные, почти безжизненные глаза смотрят на него в ответ, выворачивая душу Короля на изнанку. Та боль и безысходность в чужом взгляде пугают Короля, и он ясно начинает понимать, что же он натворил. — Хиин, тужься, если хочешь, чтобы твой ребенок выжил, — шепчет Тэхен, выделяя маленькое слово «твой». Омега роняет слезу, выполняя просьбу. — Еще чуть-чуть! — выкрикивает повитуха спустя время. — Он родился. Ваше Величество, ребенок родился. Тэхен взволновано смотрит на повитуху, который осторожно держит новорожденного малыша, который и звука не издает. Малыш слишком мал и синий. Лим закусывает внутреннюю сторону ладони, смотря на маленькое тельце. Повитуха не спускает глаз с Принца и исполняет свой долг по спасанию члена правящей династии. Король встает, чтобы направиться к новорожденному, но его слабо хватают за подол одеяния и он останавливается. — Сын мертв? — обессиленно шепчет Хиин, роняя бесчисленное количество слез. Тэхен зажмуривает глаза и сильно закусывает губу. У него у самого слезы наворачиваются, смотря на дитя и родителя, что-то внутри кричит о том, что он — монстр. Хуже Короля Минсо. — Задышал! — с радостью закричала повитуха, и в следующую секунду послышался детский плач, который заполнил весь дом. Тэхен сжимает рот рукой и второй рукой вырывает ткань, что держал Хиин, потом направляется к повитухе. Шаги давались с трудом, его терзали чувства и он начинал задыхаться. Но все же, когда подошел его ненадолго отпускает. Ребенок совсем как Чонгук, даже слишком похож на отца, но все же были черты, которые не присущи для Чонгука и это было напоминанием о том, что сын не его, а Хиина. — Альфа, — проговаривает повитуха и Тэхен кивает. — Запеленай его. И сообщите, что альфа родился. Также велите, чтобы никто не заходил в эту часть дома, а ребенка передай кормилице. Скажите, что я в плохом состоянии и не готов присматривать за Принцем. — Как прикажете. Повитуха быстро пеленает малыша и уносит его к кормилице. А Лим уходит выполнять приказ Короля. Король без слов смотрит на Хиина, который лежал без сил и провожал взглядом сына, что родил не для себя, а для Империи, на которого он и одним глазком взглянуть не смог. Тэхен прекрасно понимал, что он, как и любой другой родитель, желает вздохнуть запах своего дитя и подержать его маленькие ручки, а в дальнейшем видеть, как он взрослеет. Тэхен не хочет отнимать этого у Хиина, но другого выхода просто не оказалось. — В следующей жизни высшие силы наградят тебя тем, что я сегодня отнял у тебя. Тэхен в последний раз смотрит на омегу, что лежал на его кровати и истекал кровью. Они оба ждали смерти омеги: у Тэхена это было запланировано, а для Хиина это стало полной неожиданностью. Когда Король закрывает за собой двери, Хиин прикрывает глаза. Его крылья, что состояли из перышек в виде его желаний, надежды и мечты потихоньку улетучивается и душа его вовсе не взлетает на небеса на собственных крыльях, а его забирают. Когда омега делает последний выдох, входят палачи, что должны избавиться от тела и Лим, который должен убрать следы.

***

Во всем замке слышится новость о том, что альфа родился и эта весть быстро разносится за пределами дворца - на каждой улочке дворцовские слуги раздавали яства и кричали о рождении наследника. Народ ликовал и восхвалял Короля, что утопал в кровавой темноте.