Император

Холодная, чуть мокрая земля под собой давала не очень приятные ощущения и приторный запах от факелов, что висели на противоположной стене, тоже не радовали. Но самое большое огорчение принесло вид на раненных товарищей, которые лежали в метре и были без сознания. Чонгуку было больно, особенно, болела спина, куда ранил его враг. Раны получил не он один, Юнги и главнокомандующий Ли тоже получили сильные ранения. — Ваше Величество, — прохрипел главнокомандующий, сразу же открыв глаза, — прошу прощения за то, что не смогли Вас защитить. Ваше Величество, — кое-как шептал он, смотря на Императора припухшими глазами. Чонгук предполагал, что когда он лежал без сознания его солдатов били руками и плетью, пытали и мучили, а потом просто бросили рядом с ним. О них эти варвары не позаботились совсем, его хотя бы подлатали и больше не смели трогать. Всем завязали руки и ноги, чтобы не смели сбегать, хотя сбежать отсюда довольно сложно, ведь их заперли в довольно крепком сарае и двери охранялись. — Как же нам быть дальше? — тихо спрашивал Ли. — Вот они, Император, — деревянные двери сарая отворились, впуская пятерых солдат и китайского Императора Цзы. Император, облаченный в лунпао (одежда китайского императора) с символическими изображениями мировых вод (лишуй) и волн (пиншуй) с драгоценными камнями, плывущими в воде, и в центре с тремя священными горами, выглчдел довольно величественно и гордо. Но наглая, победная ухмылка на его лице вызывало отвращение и злость, а его легкие шаги к Императору Коре показывало его радость. — Ну что же вы так не гостеприимны к Императору? — улыбаясь, проговорил Цзы. — Велите нашего уважаемого гостя перенести на мой палантин, дабы мы вместе поболтали по дороге во дворец. Может быть, Его Величество захочет подписать наш договор, в котором появились новые пунктики. — Не стоит, я не стану бросать своих солдат и предавать Коре. Не тратьте время зря, — запротестовал Чонгук. — Чтобы Вы не делали, Коре не станет частью Поднебесной. Цзы щелкнул пальцем и двое из его страж осторожно подняли Чонгука и загрузили на спину третьего стража. Главнокомандующий Ли начал извиваться, чтобы хоть как-то освободить свои конечности и кричал, обещая их всех убить, если посягнут на Коре и Императора. — Вот этого освободите и дайте коня. Велю тебе скакать домой и нести сундук, что хранится под ложей твоего господина. А дабы ты не смел приказ мой нарушать, я отправлю с тобой своих самых лучших скакунов и солдат, — проговорил Цзы, не сводя глаз с главнокомандующего Ли. Такой же легкой походкой Император вышел из сарая, куда входили четверо солдат в желтом одеянии и с китайскими иероглифами на спине. Стратегия Императора была довольно предсказуемой, но действенной. Он знал и ожидал, что Коре нападет первой, если армия Поднебесной покинет пределы столицы и объявит войну первой, знал, что юный Император встанет на главе своего войска, позабыв о собственной защите, и войдет на территорию Поднебесной, где его схватят в плен. По плану Цзы Императора Коре заставят подписать документ, и Коре присоединится к Поднебесной. — Исполните мой приказ, в противном случае никого не пощажу! — прокричал Император, сидя в палантине. Чонгука они сильней связали и рот заткнули, чтобы не кричал и не сопротивлялся по пути. Юнги же оставили одного в сарае, говоря, что он и здесь подохнет, особых привилегий к нему не было.

***

Во дворце Коре до сих пор не было вестей и это все сильнее настораживало, поэтому высшие ранги чиновников были взволнованы, а военачальники сильнее укрепляли защиту дворца и границ. Небольшая группа солдат во главе с военачальником Сон по тому же пути, по которому ушло войско, отправилось за Императором. Однако на пути они повстречали множество раненных солдат, которые возвращались домой. Также было много уцелевших солдат, что сбежало с поля боя, где ранили и взяли в плен их предводителей. Был отдан приказ посвятить других военачальников и чиновников в события, что происходили сейчас, поэтому двое обратно поскакали во дворец. Империя по-тихоньку готовилась к худшим вестям, но надежду не теряла.