The man I love

Пожалуйста, если встретите ошибки, исправляйте их в ПБ

Новогодние выходные пролетели довольно быстро и незаметно. Я практически ничего не делала, спала до обеда, ела, смотрела сериальчики и вновь спала. Отличные каникулы. Вечера я, правда, все еще тратила на пробежки и пение в это же время. Печалило, что я ни разу не встретилась за эти выходные с Кисе, Химуро или Кагами, зато пару раз поболтала с Джесс. В общем, я в первый же день после каникул просто летела в Кайджо, так как очень уж соскучилась по друзьям. Возле ворот я столкнулась с Кисе и Касамацу. — Как я по вам соскучилась, — бодренько заявила я, обняв сперва одного, затем и второго. — Как провели каникулы? Я вот совершенно ничего не делала. — Повезло тебе, — рассмеялся Кисе. — А мы вот с командой тренировались, да еще и в агентстве загрузили по полной. Так что выходных практически и не было. — Хватит жаловаться, — возмутился капитан команды. — Тоже мне, перетрудился бедный. Мы рассмеялись и поспешили на занятие. Первой по счету была алгебра, а я молилась, чтобы меня не вызвали к доске, так как за небольшие каникулы я совершенно забыла все. Мне повезло, потому что препод совершенно забыл про меня и спросил почти всех. Вдруг у меня зазвонил телефон, что не понравилось Аоки-сенсею, но все же с весьма недовольным выражением лица разрешил мне ответить. — Да? — я выскочила в коридор, мигом ответив на звонок неизвестного абонента. Оказалось, что ответила я не зря, так как звонил один из организаторов вокального конкурса и заявил, что в пятницу состоится первый этап соревнований, ну, а если быть точнее, то это отборочные. Информация была хорошая, просто отличная, с ней я поспешила поделиться с Тору-сенсеем. — Хорошо, Саша, у нас осталось три дня, — мужчина замолчал, о чем-то раздумывая. — Все эти дни мы потратим на репетиции. Только вот получится у меня с тобой заниматься только по вечерам с шести до восьми. — Конечно, — быстро согласилась я. — Отлично, тогда сегодня и начнем, — согласился учитель. Я попрощалась с ним и положила трубку, а потом вернулась на занятие. Пропустила я немного, что собственно не пугало и не расстраивало. На перемене я с радостью сообщила Кисе о дате проведения отборочных конкурса, он клятвенно пообещал мне отменить все дела и поприсутствовать. Вся наша беседа сопровождалась недовольными взглядами моих одноклассниц. Что меня не сильно нервировало, как и моего собеседника. Кисе все пытался узнать, какие песни будут мной исполнены, но я отмалчивалась и отнекивалась, обещая сюрприз. — Вот почему из тебя все клещами тянуть надо? — возмущался он, а я лишь рассмеялась. — Да даже клещами из тебя ничего не вытащить. Вот возьму и обижусь. — Ага, конечно, обидишься ты, — с улыбкой ответила я. — Сколько уже раз ты мне этим уже угрожал? И мы до сих пор с тобой мирненько общаемся. Так что, — я развела руками, мол бывает. Кисе рассмеялся. — Ладно, убедила, — кивнул он, но поболтать еще нам помешал звонок на урок. Пожалуй, было ошибкой сказать, что я соскучилась по школе, поскольку, сидя на физике, искренне старалась не уснуть и страдала от скуки. Да собственно не менее скучно прошли и остальные уроки. Домой я шла вместе с Кисе, который радостно сообщил, что сегодня у него только работа в модельном агентстве. Я поздравила его со столь радостной новостью, но вскоре нам пришлось расходиться. — Стой, — я вдруг вспомнила то, что собиралась спросить. Баскетболист обернулся и поспешил подойти ко мне, чтобы я не орала на всю улицу. — Подарок ты мой нашел? — Да! Замечательный подарок, — парень сжал меня в объятиях. — Я, кстати, уже три книги успел прочитать. Спасибо. Я ведь для тебя тоже приготовил подарочек, завтра принесу. — Окей, я запомнила, — рассмеялась я, а Кисе отпустил меня, помахал на прощание и направился в сторону своего дома. — До завтра. Он еще раз помахал рукой на прощание и продолжил свой путь, а я отправилась к себе. Дома никого не было, что было неудивительно. Я села делать уроки, с нетерпением ожидая время до занятия. В пять я покинула дом и направилась в сторону студии, где занималась с Тору-сенсеем. Это была его частная студия, где он занимался с разными людьми вокалом и прочими радостями, кто как хотел. Располагалась же она в получасе ходьбы от моего дома. Я подошла к частному двухэтажному дому, где на первом этаже располагалась музыкальная студия, а на втором жил ее обладатель. Я вошла в уже знакомую прихожую, скинула ботинки и куртку и вошла в комнату отдыха совместную с кухней, где можно было попить чаек, пока ждешь свое занятие. Я налила себе водички, а из кабинета вышли двое: мой учитель и девушка лет двадцати. — Йоко, тебе надо будет поработать над кульминацией, — советовал ей препод, пока провожал к дверям. — Лучше начинай разбирать медленно, а потом добавляй скорость. Хорошо? — Да, спасибо, — улыбнулась та, одеваясь. — До свидания. — Али-чан, бегом в кабинет, — брюнет махнул рукой в сторону помещения, где проходили занятия. Я кивнула и вошла в комнату. Мы начали занятие, Тору-сенсей похвалил мои успехи, но косяки все еще были, и их надо было исправлять. Два часа прошли крайне продуктивно, а мужчина пообещал, что до финала обязательно дойду. Я попросила совета, как разобраться с волнением на сцене. — Оставайся собой, — посоветовал он, пока я зашнуровывала ботинки. — Я же вижу, что в плане подачи у тебя все великолепно, вот и продолжай так. Забудь, что это конкурс, что тебя будут оценивать. Просто делай это для себя, для друзей, для родных, для слушателей. — Ясно, — улыбнулась я. — Спасибо. Завтра в это же время? Он лишь кивнул и открыл дверь, выпуская меня в прохладу ночи. Я направилась в сторону своего дома, разглядывая фонари, прохожих и прочее. Вдруг ко мне подошел какой-то парень примерно моего возраста. Я усиленно попыталась вспомнить, где я его видела, но на ум ничего не приходило. — Девушка, извините, — заговорил он, а я выжидающе уставилась на него. — Я когда вас увидел… — Что? Думать разучился? — после довольно долгого молчания, наконец, спросила я. Парень улыбнулся и помотал головой. — Вы еще и прекрасным чувством юмора обладаете! Я сражен! — странный субъект восхищенно всплеснул руками и продолжал сверлить меня взглядом. А я-то надеялась, что он плюнет и отстанет от меня. Но нет. Я попыталась пройти мимо него, но брюнет догнал меня. — Девушка, куда же вы торопитесь? Я просто хотел сказать, что сражен вашим чудесным голосом и прекрасным пением. Я уверен, что вы можете стать звездой. Я нервно сглотнула, судорожно ища оправдания его словам, он ведь мог видеть меня на каком-нибудь выступлении. Парень тем временем подхватил меня за руку и повел дальше по дорожке. Я вытащила руку из его хватки. — О! Я позволил себе слишком много? — воскликнул он. — Прошу меня извинить за это… Но все же я не просто так посмел вас потревожить. — Что вы хотели? — сдержано спросила я, пробегая взглядом по почти пустой улице, совсем недалеко, через дорогу, располагались кафе и несколько магазинчиков. — Всего лишь пригласить вас на свидание, — заявил довольно он, а я поперхнулась воздухом и возмущенно уставилась на него. — А не кажется ли вам, что вы торопите события? — спросила я, направившись в сторону того самого кафе, там хотя бы были люди и свет. Мне могли помочь. — Но сейчас я занята, на вас у меня уж точно времени не хватит. До свидания. — Девушка, ну, подождите, — парень не отставал от меня до самого кафе. Радовало, что во внутрь я вошла одна. Людей было не очень много, но все же так было спокойнее. Я села за стол ближе к людям и глянула в окно. Парень сидел на лавочке напротив кафе и сверлил меня взглядом. Подошел официант, я заказала чай и пирожное, мужчина кивнул и скрылся на кухне. Я быстро направилась в сторону туалета, но вошла не в него, а отправилась к черному входу. Какого же было мое разочарование, когда я подергала ручку и обнаружила, что она закрыта. В туалете через окно тоже не выбраться, а значит, единственный выход — главный вход, а там сидит этот недоманьяк. Я быстро достала телефон и набрала маме, затем папе, оба были на работе. Тогда я позвонила Химуре, который был на тренировке и не мог мне помочь, и Кагами, но тот вообще трубку не взял. Окончательно разнервничавшись, я набрала номер Кисе. Думаете, он ответил? Нет! Тогда я решила позвонить… Никогда не догадаетесь, кому… Касамацу. Спасибо вселенной, богу, мобильному оператору, удобному графику тренировок, он взял телефон. Я быстро обрисовала ситуацию. — Скоро приду, — пообещал капитан, я поблагодарила его, положила трубку, облегченно выдохнула и вернулась в зал. От разочарования я едва не взвыла: за моим столом сидел приставший ко мне парень и пил кофе, перед ним стоял мой заказ. Я села на свое место и скрестила руки на груди. — Что тебе надо? — раздраженно спросила я. — Вали за соседний столик и не донимай меня. — Чего же так грубо? — расстроено поинтересовался он. — Я же искренне и от души хотел с тобой познакомиться, а ты меня так просто гонишь. — Серьезно? Пристал вечером на улице какой-то странный тип, начал домогаться, как еще мне реагировать? — я сверлила его холодным взглядом с крайне недовольным выражением лица. — Либо ты сваливаешь сам, либо я попрошу официантов вытолкать тебя отсюда взашей. — Ты слишком грубая, так нельзя… — Я слишком грубая с тем, кто мне жутко раздражает, — прошипела я, всеми силами сдерживаясь, чтобы не воткнуть вилку ему в глаз. — Освобождай место. — Ну, а вот где с вами еще знакомиться? На улице нельзя, в интернете вы не хотите, — возмутился этот наглец. — Вот почему все так сложно? Я теперь… — Али-чан, давно ждешь? — в кафе вошел баскетболист, а я облегченно выдохнул. Касамацу недовольно уставился на моего преследователя. — Твой друг? — Впервые его вижу, — спокойно ответила я, а брюнет удивленно смотрел то на меня, то на пришедшего. Я выдала самую ядовитую улыбку. — Ой, а я не говорила? Попрошу освободить место. Парень что-то проворчал и быстрым шагом покинул кафешку, а Касамацу занял его место. Я облегченно выдохнула и принялась поедать пирожное. — Спасибо, — поблагодарила друга я. — Не за что, — отмахнулся тот. — В благодарность я заберу твой чай. — На здоровье, — усмехнулась я и подвинула к нему чашку. — Кстати, ты довольно быстро прибежал, я думала, что придется ждать дольше. — Я был здесь неподалеку, — заявил парень, отпивая немного моего чая. — Ну, и не мог же я девушку бросить в беде. Я оплатила заказ, и мы благополучно покинули кафе. Наплевав на все мои попытки его отговорить, Касамацу, как настоящий джентльмен, проводил меня до самого дома. Я пригласила его на чай, но он отказался, сославшись на позднее время, и быстренько слинял.

***

Оставшиеся два дня до конкурса прошли в заботах. Во-первых мне пришлось подготовиться к контрольной по геометрии. Какая нахрен работа в начале триместра?! Ладно. Во-вторых, я все время проводила в повторении программы на конкурс. В-третьих, я продолжала развлекать стадион Кайджо своим пением во время бега. Ну, и в конце концов, я обегала все магазины в поисках костюма для выступления. Ах, да, с каждым днем я все больше и больше чувствовала возрастающую нервозность. Это не радовало. Вообще. В пятницу я крайне нервничала, пропускала большинство слов и действий людей, а еще и игнорировала Кисе, Касамацу и остальных ребят. Это их, скажем так, немного раздражало. — Александра! Возьми себя в руки! — этот крайне неожиданный выпад со стороны Кисе заставил меня спуститься с небес на землю и обратить внимание на опешившую толпу. Как я понял, пока мы сидели в столовой вместе с играющим составом Кайджо, он что-то рассказывал, потом спросил мое мнение об этом, а я проигнорировала его. И чего злиться, спрашивается? — Во сколько вечера твое выступление, я спросил? — В пять, — ответила, наконец, я. — В пять. Ребят, отстаньте от меня. Не до вас. Честно. До вечера. Я ушла из столовой и ушла из школы, наплевав на оставшиеся три урока. Ох и влетит мне потом за это, но сейчас ругань заботила меня меньше всего. Я еще раз повторила программу, кое-как досидела до трех часов дня и отправилась к месту проведения конкурса. Родители работали, но обещали прийти на мое выступление, только вот я не особо в это верила. Меня пропустили в гримерку, где уже собрались многие девушки, которые будут выступать сегодня. Я ни с кем из них не была знакома, да и знакомиться не спешила. Скользнув взглядом по списку выступающих, я узнала, что буду под номером десять. Я сменила повседневную одежду на платье-футляр без бретелей с бордовым атласным верхом, перехваченным черным ремешком, юбка была обычная черная. Кеды сменили черные туфельки на довольно высоком каблуке. После этого я села краситься. Темные тени, тушь и темная помада легли легко, даже особо переделывать не пришлось. Теперь предстояла основная и самая сложная часть: прическа. Пока я возилась с приготовлением некоторые начали выступать. Все пряди были накручены и уложены, часть падала на плечи и спину, а остальные были собраны на макушке и красиво уложены. Перед тем как выйти, я надела серебряный медальон в виде круга с резными узорами и черным камешком в центре. Я посмотрела на часы. Пять десять. После этого я покинула гримерку и направилась в сторону комнаты ожидания за сценой, где сидели конкурсанты. Ребята заметно нервничали, а я сохраняла лишь внешнее спокойствие. Казалось, что время остановилось и совершенно не двигается с места, но один за другим сменялись выступающие, пока не настало мое время. Я спокойно вышла на сцены, прожекторы освещали лишь сцену и судей. Я представилась, немного нервничая, но это нормально. В этот раз не было той парализующей нервозности, когда весь мир становится против тебя. Зазвучали первые ноты. I can't feel my senses Я ничего не чувствую, I just feel the cold Кроме холода. All colours seem to fade away Краски мира потускнели, I can't reach my soul И до моей души, увы, не дотянуться Петь для близких. Сосредоточиться на ощущениях и посветить всю себя лишь слушателям. Первое время голос выдавал предательскую дрожь, но к припеву мне удалось ее усмирить и показать всю мощь моего голоса. Tell me I'm frozen Ты говоришь, что я холодна, But what can I do? Но что мне делать? Я знала перевод, смотрела официальный клип к песне, чувствовала эмоции главной героини. Боль. Обида. Бессильная злость. Я стремилась передать все то, что терзало автора, когда он писал этот текст. Выплеснуть все эмоции. Показать, что могу. When lies turn into truth Когда ложь становится правдой, I sacrifice for you Я жертвую собой ради тебя. Она отдавала всю себя ради любимого человека, он же выплескивал жестокость на нее. Я стремилась показать всю ту безысходность и злость, которая терзала героиню. Было довольно трудно брать высокие ноты припева на грудном регистре, но звук выходил приятным, немного надрывным, но это даже придавало исполнению ту самую безысходность и боль. Frozen Холодна… But what can I do? Но что мне делать? Кульминация сменилась мягким и тихим фальцетом. С самого начала я постепенно распелась, забыла о судьях и обо всем мире, пела для себя и слушателей. Эмоции вырывались не только через интонацию, но и через движения. When lies turn into truth Когда ложь становится правдой, I sacrifice for you Я жертвую собой ради тебя. — Frozen, — тихо закончила я, склонив голову. Музыка закончилась. В зале повисла тишина, но довольно быстро она сменилась бурным громом оваций. Хлопали даже судьи. Я вернула микрофон на место и легко поклонилась. Ко мне подошел ведущий, который развлекал народ, пока судьи выставляли оценки. — Али-чан, это было очень чувственно и зажигательно, но все же ты выбрала динамичную композицию для отборочных, может стоило оставить ее на следующие выступления? — поинтересовался мужчина. Я взяла микрофон. — Во-первых, очень уж мне хотелось начать именно с нее, — я улыбнулась и подняла указательный палец вверх, продолжив перечислять причины, которыми руководствовалась при выборе композиции. — Во-вторых, для следующих выступлений у меня припасены более чувственные и более яркие произведения, так что «Frozen» покажется серой и скучной. — Вот как, — улыбнулся ведущий, я лишь кивнула. — А выбор песни был связан с какими-то событиями или личными переживаниями? — Честно? Сложно вот так просто ответить, — я ненадолго задумалась. — Вообще-то, определенных причин не было, я просто захотела начать песней одной из любимых групп. Ну, а конкретно эту композицию я выбрала, потому что она моя самая любимая. Судьи объявили результаты, по которым я набрала нужное количество баллов, чтобы пройти на первый этап. К своему удовольствию, скажу, что по баллам я была на втором месте с хорошим отрывом от остальных, пока выступивших. Я еще раз поклонилась зрителям и покинула сцену. Во всем теле была приятная слабость, из-за которой подгибались колени. Не спеша, я направилась в сторону гримерок, слушая следующее выступление, которое заглушалось толстыми стенами. Вдруг словно черт из табакерки прямо передо мной выскочил Кисе. — Али-чии, это было отличное выступление! — не скрывая эмоций, он кинулся меня обнимать, попутно поздравляя с прохождением на первый этап соревнований. — Ты просто чудесно выглядишь! Тебе очень идет это платье! — Спасибо, спасибо, ты не представляешь, сколько магазинов я избегала, чтобы найти его, — рассмеялась я, направляясь уже вместе с другом в сторону гримерки. — Ты не будешь смотреть остальные выступления? — Нет, зачем? Я же сюда только ради тебя пришел, — легко заявил блондин, а я поняла, что лицо начинает заливать краска. — Ладно, тогда я быстро переоденусь, и пойдем домой, — заявила я, скрывшись в комнате, которая почти опустела. После отборочных оставаться не было смысла, а вот на первом и последующих этапах результаты объявляли после всех выступивших. Я попыталась согнать краску с щек и только потом сменила свой наряд на то, в чем пришла. Убедившись, что я забрала все вещи и ничего не забыла, я покинула гримерку, но баскетболиста не нашла. Обнаружился он у выхода с упаковкой сока для меня. Я поблагодарила его, забрав бутылку и открыв. Тут нас догнал Тору-сенсей. — Ты отлично справилась, — похвалил он меня, похлопав по плечу. — Известно, когда состоится первый полуфинал? — Да, через неделю, — немного задумавшись, ответила я. — Занятия будут проходить по обычному расписанию? Или же почаще? — Думаю, что встретимся во вторник, в среду и в четверг, как и на этой неделе, — ответил мужчина. — Только не забывай петь каждый день, договорились? Отлично. До вторника. Преподаватель покинул нас, а мне пришлось рассказывать другу, кто же это такой был. Мы еще немного обсудили мое выступление, но в этот раз Кисе не спрашивал о песни на следующие этапы. — Оценил, значит, прелести сюрпризов? — рассмеялась я. — Ага. — Зайдешь на чаек? — поинтересовалась я, когда мы подошли к моему дому, где в окнах горел свет. Но Кисе отказался и направился в сторону своего дома, насвистывая припев «Frozen». Я усмехнулась и вошла. Родители обедали на кухне и принялись спрашивать о выступлении. Я рассказала им коротко и без подробностей и отправилась спать. На часах было только половина восьмого, но я каждой клеточкой ощущала навалившиеся усталость и нервозность, поэтому стоило мне только опустить голову на подушку, как я уснула.