Помочь или полюбить?

Липкие пальцы обхватывают мои бедра, стискивают до синяков. Это ничего, их не будет видно среди множества других. Привычно врывается, я почти слышу, как рвется кожа. И этот хлюпающий звук. Пот? Кровь? Можно ли привыкнуть к боли? За 5 лет я так и не смог. Просто ухожу, привычно прячусь в устрицу, подальше от нее. Я больше не хочу бороться, ничего не хочу. Поначалу мы пытались, да. Рвались куда-то вверх... к чему? К свободе? Я уже не помню, что это значит. Тогда мы были еще горячими, полными надежд и... Живыми? Очередной толчок вырывает меня из уютного мирка. Больно, как же больно. Ничего не вижу из-за этих слез. И почему они еще не закончились? Ведь всему должен быть предел. Вспышка боли, еще одна. Хватит, оставь меня в покое, убирайся, я просто хочу... Умереть? Нет, нет, умирать нельзя. Они без меня не смогут. Да и... Я все еще хочу жить. Можно ли хотеть и того, и другого? Скользское тело так близко, входит еще глубже, выворачивает меня изнутри. Стараюсь отрешиться, снова уйти туда, где не будет боли. Иначе я просто не выживу. А я не могу их оставить. Сколько часов прошло? Когда ему надоест? Мое тело не железное. Хотя я уже не очень-то верю в это. Внезапно все исчезает. Куда-то делось потное тело, наваливающееся сверху, странно легко, холодно и пусто. Боль не исчезает, ноет член и анус, но это уже привычно. Чем меня в этот раз накачали, если тело все еще так трясет от возбуждения, а не от страха? Сзади кричат какие-то люди, кажется, я слышу голос, который еще недавно кричал: "Шевелись, шлюха!" Сколько их было, этих голосов... И что они только не говорили. Шептали нежности, а потом их владельцы брались за хлыст. Орали и обзывали, били, потом трахали и стонали этими же голосами. О, да, это то, в чем у меня есть опыт, голос я запоминаю не хуже, чем слепые. Лязг двери вырывает из размышлений. Накатывает облегчение, и я тихо выдыхаю, пережил еще один "сеанс". Но надсмотрщик только говорит что-то и закрывает дверь, а сзади снова раздаются шаги...