Я стану твоей тенью

      В немой истерике я колесил по комнате вот уже второй час, постоянно запинаясь об один и тот же выступающий край ковра, но не обращал на это особого внимания. В голове стучал всего один вопрос «что делать??» вперемешку с мыслями о том, что было бы неплохо заказать ту ядрёно жёлтую футболку с сайта, пока ещё действует скидка, что-то сделать со скрипучей половицей, которая уже месяц действует на нервы, и что надо бы не забыть на днях поменять фильтр. Фильтр! Я не купил чёртов фильтр!       Остановившись, я мотнул головой, тем самым отбрасывая в сторону не важные на данный момент мысли, и вернулся к главному вопросу: что мне, мать его, делать?! Была одна проблема, стало две — идеальное стечение обстоятельств, не хватает только, чтобы ещё микроволновка ударила током, и всё, жизнь удалась! Дорога назад мне закрыта: ни спрятаться, ни помощи попросить, там прибьют, едва моя задница замаячит на горизонте, но и дома оставаться нельзя. Пусть здесь я в безопасности от одной проблемы, но никак не от второй. Незнакомец был вполне серьёзен. Он ёптвою знает мою фамилию! Не послушаюсь — точно убьёт, но где вероятность, что я буду жить, если пойду? — Чтоб его! — Я плюхнулся на пол посреди комнаты, тоскливо подтянул к себе ноги и обхватил их руками, символизируя тем самым вселенское уныние, начал беседу с самим собой уже вслух. — Я был в шоке. Я не запомнил чёртов адрес! Что это вообще за замашки на крутых героев крутых боевиков — взять и круто сжечь листок. Сжечь листок! Это что, какая-то секретная организация, что так тщательно скрывает своё местоположение? Ха-ха.       Усмехнувшись самому себе, я заполнил комнату несколькими минутами трагического молчания, после чего разразился новой тирадой причитаний. — Нет, ну неужели моей жизни суждено вот так вот нелепо оборваться?! Столько раз вытаскивал костлявую задницу из отменного дерьмеца, и на какой-то банальщине запоролся. Блеск! А ведь говорила мне мама, классе в третьем, когда я проиграл пачку жвачки, что алчные игры затягивают, а я её не слушал. И правильно делал! Только я не о том что-то сейчас, а о чём..? Ах, да, адрес… Адрес. — Я задумался. — Дастсей? Нет. Вест… Неразборчиво было написано! Может, Вестсай?.. Точно, Вестсай! И ещё какие-то цифры. То ли 63.., то ли 36.. 69… О, карта, где же ты, любовь моя?       Вскочив с пола, я буквально подлетел к компьютеру и развернул электронную карту города. Найти улицу оказалось не так уж и сложно, но то, что я увидел, повергло слегка меня в шок, слегка, но в приличный такой шок. Мало того, что улица была на окраине, на другом конце города и отходила каким-то безобразным отростком в сторону, так на ней числилось всего одно здание, им, в принципе, придаток и оканчивался.       И что же я имею? Возможность остаться дома и умереть, выбравшись в магазин за хлебом, или скончаться на солнцепёке, поскольку идти пешком под открытым палящим солнцем придётся порядка 7 км. Нет, можно, конечно, нарядиться в плавки и загореть до хрустящей корочки, во всём должны быть свои плюсы, а уж если повезёт, и я всё же доползу до пункта назначения, то там меня добьют уже чисто из жалости. Тем более, что место глуше просто не бывает. Там мой труп даже искать никто не додумается.       Монетку что ли подкинуть? Орёл — сидеть дома, решка — сидеть дома. Идеальный выбор. На самом деле, тащиться в Старый Город, в нежилой район без каких либо перспектив не особо хотелось. Вестсай, я что-то знал об этой улице, но никак не мог вспомнить что. Пришлось опять прибегнуть к помощи интернета, и точно: с трудом откопал в недрах памяти, как читал пару лет назад статью о реконструкции города и его расширении. Урбанизация и все дела. Думали, что Старый Город, подобно дереву, обрастёт новыми кольцами, новыми районами, что было бы весьма удобно в вопросах энергоснабжения и транспорта, но оказалось, что почва вокруг города не пригодна для строительства высотных зданий. Тогда было принято решение начать строительство Нового Города по типу Старого на другом берегу реки. Все силы и средства были брошены туда, ну и естественно Старый Город превратился именно в старый. Кто хочет узнать, как жили наши предки пару веков назад, может съездить в Старый Город, и увидеть всё сам.       Что же касается окраин: были подготовлены проекты по постройке невысоких жилых зданий и созданию микрорайнов сельского типа, начали именно с Вестсая, но вся беда в том, что почва оказалась настолько нестабильной, что все здания разрушились, осталось лишь одно, которое по счастливому стечению обстоятельств построили на другом земельном пласту. Так и получилось, что на улице Вестсай стоит всего один дом, и он же под номером 636.       Уперевшись локтями в стол, и положив голову на ладони, я уставился в экран. Мозг просил мирной спокойной жизни, а вот задница знатных приключений и опасности. — Ну и хер с тобой, — бросил я, резко поднимаясь со стула и хватая рюкзак. — Старый Город, так Старый Город, представим, что я на экскурсии. — Пожав плечами, я начал закидывать в него всё самое необходимое: вторую футболку, так как знал, что станет с первой после увлекательного путешествия, пару носков, бутылку воды, солнцезащитный крем, очки, и зачем-то фонарик и нож. Мало ли что!       Проверив всё ещё раз, я незаметно для всех выскользнул из дома и отправился на поиски приключений. Добираться пришлось с двумя пересадками, сначала при въезде в Старый Город, а потом, меняя один автобус на другой, который высадил меня максимально близко к «кишке», именуемой Вестсай. «Ровно полдень» — подумал я, чувствуя, как солнце припекает к макушке, пытаясь прожечь дыру в бейсболке. Мне нужно было пройти ещё 2 квартала, прежде чем я сверну на нужную мне дорогу, и начнутся самые мучительные 7 км в моей жизни, а я уже изнемогал. Во рту пересохло, по спине ручьями струился пот, руки начали слегка побаливать, и я понял, что обгорю быстрее, чем доберусь до развилки. Остановившись у какого-то дома, сбросил рюкзак, отрыл в нём мазь, и, прижавшись спиной к чуть прохладному камню, начал покрывать лицо и руки обильным слоем крема. 2 часа дня. Явно это время выбрано не просто так: не утро, не вечер, а именно два часа после полудня. Беря в расчёт расстояние, среднюю скорость движения человека и небольшой временной запас, подразумевалось, что к Вестсай я должен был подойти где-то в районе 12 часов. —Расчётливые сучки, — усмехнулся я самому себе. — Ещё посмотрим кто кого, — забросив рюкзак на плечи, я продолжил путь чуть быстрее. Невзрачный знак «проезд запрещён» свидетельствовал о том, что я подошёл к развилке. Осмотрев знак и старый запылившийся асфальт за ним, от которого в воздух поднимался зной, я сделал глубокий вдох и пошёл дальше.       Это была ненависть с первого взгляда, едва на горизонте замаячило серое пятно. Что за садист всё это придумал?! Челюсть свело в судороге от злости так сильно, что слух уловил противный скрип песка на зубах. О, и там его было меньше всего. Волосы, карманы, шиворот, это уже тенденция, хранить там ненужные инородные предметы. Всё, куда мог проникнуть ветер, но лидерами, конечно, были кроссовки, поскольку дорога была песчаной и не просто, а зыбуче песчаной, что было сделано специально для затруднения движения. Почему я так решил? Да, всё элементарно: по бокам росла трава, много травы, а поодаль даже деревья, что никак не характеризовала данную местность, как пустынную. Едва я ступил на тропу самоубийства, как нога медленно погрузилась в песок на несколько сантиметров. Двадцать метров такой прогулки и мышцы противно заныли.       Раз это не пустыня, мною было принято решение проложить свою дорогу по прилегающей к зыбучей бестии растительности, но стоило сделать шаг на спасительно твёрдую поверхность, как, угрожающе шипя, на меня набросился какой-то мелкий зверь. Первые полкилометра были преодолены в считанные минуты в сопровождении диких визгов. Надеюсь, никто этого не слышал. Хотя, кто мог стать свидетелем моих воплей, если в радиусе трёх километров не было ни одной живой души. После неудачного опыта, приближаться к безопасной только на вид траве не очень хотелось, поэтому я старался держаться от неё подальше, но чем дальше отходил от одного края, тем ближе подходил к другому. Пришлось идти точно посередине. Если поначалу я и дёргался от каждого шороха, и мне казалось, что всю дорогу кто-то следует за мной по пятам, и эта трава растёт тут не просто так, то когда силы покинули меня окончательно, было как-то уже насрать на то, кто и зачем за мной следит. Захотелось лечь на горячий песок и просто подождать добродушную старушку с затупившейся от тяжкой работы косой, но вдали замаячил объект всего этого безобразия, вырывая своим видом из недр моей души ярую ненависть, и умирать как-то сразу расхотелось. Ха-ха! Дойти пару километров — стало делом принципа.       Встретив первый высоковольтный столб, где они были до этого, без понятия, я не покривил душой нагло им воспользоваться. О, нет, никаких непристойностей! Мне всего-то нужна была опора, чтобы вытряхнуть песок из кроссовок, карманов и хоть как-то почистить одежду. Даже легче стало, видимо, песка на мне действительно было очень много. — О, да! Я сделал это! — Ликующе выкрикнул я, когда добрался до ворот, только они почему-то оказались закрыты, а звонок и прочие приспособления оповещения о прибытии уставшего песочного человека отсутствовали. — И что? Мне предлагают их перелезть? — В памяти всплыли последствия последней авантюры, и я лишь помялся на месте и с надеждой подёргал ворота. А может, меня жестоко наебали? При мысли, какой путь ждёт назад, я решил, что лучше повеситься на столбе и даже начал решать, как лучше на него забраться, но тут что-то запищало и ворота, от которых я испуганно отдёрнул руки, поехали в сторону.       Неужели моё прибытие не осталось незамеченным? Когда ворота полностью открылись, я шмыгнул на территорию и внимательно проследил за тем, как ворота закрылись. Только после того, как пришло осознание, что назад пути нет, я направился к главному входу, оглядываясь по сторонам. Снаружи никого, внутри длинный коридор и тоже никого. Э-э-э, я точно туда пришёл?!       Шаги гулко отражались от стен и потолка, а сердце стучало громче и чаще по мере приближения к одной единственной двери. Я перевёл дыхание, перевёл его ещё раз, досчитал до десяти и рванул ручку двери. Шквал звуков обрушился на меня, словно груда тяжёлых книг с высокой полки. Пара секунд заминки, после чего я начал понимать, что же происходит: снующие туда-сюда люди, девушки, одетые и выглядящие все как на одно лицо, некоторые с папочками и мегасерьёзными лицами перебегали от одной двери к другой. Да, это был большой не то офис, не то приёмная, из которой вели непонятно куда разнообразные двери. Столы, за которыми сидели другие, но такие же, как те с папками, и что-то быстро набирали, распечатывали, раскладывали по стопкам, куда-то звонили. Посмотрев влево, я увидел небольшую группу мужчин, все как один в костюмах, и что-то оживлённо обсуждали. Мимо прошли двое, на вид офисные работники, и направились к лифту. Чёрт, они даже двигаются одинаково, это люди вообще?!       Дверь за мной громко хлопнула, я подпрыгнул от неожиданности, а все, кто был в сравнительной ко мне близости, смолкли, словно по команде, и обратили на меня свои взоры. Десятки любопытных глаз хищно изучали мою персону, от чего хотелось немедленно провалиться под землю. Они все такие в костюмах, при галстуках, а я в джинсах и футболке, потный, уставший и в пыли. Волна шепотков прокатилась от одного угла к другому, но привлекли меня голоса двоих, тех самых офисников, что ожидали лифта. — Хм, ещё новенький, — презрительно бросил один, нажимая кнопку. — Интересно, куда его пихнут? — Второй медленно просканировал мою полуобморочную тушку взглядом, который мне ну никак не понравился. — Забыл, куда отправляют всех новичков? — Первый закатил глаза и шагнул в открытые двери.       Лифт закрылся, и что там было дальше, я уже не слышал. Новенький? Это они обо мне так? С какого дуба?? Какой новенький? Куда новенький?? — Добрый день, — я подпрыгнул на месте уже во второй раз, не заметив, как ко мне подошла одна из девушек. — Вам необходимо заполнить анкету, можете воспользоваться любым свободным столом слева, а потом пройдите в кабинет А10, вы найдёте его за дверью под номером «А», — пока я стоял, как сковородой пришибленный, она всучила мне какой-то листок и стремительно испарилась.       «А»? Я огляделся и только сейчас заметил, что справа от меня была дверь «А», чуть поодаль «В», в дальнем углу слева «С, D, H», слева «E I F», а на входной двери гордо блестела табличка с номером «0». Оригинально, ничего не скажешь.       Выискав свободный стол, я, как можно спокойнее, двинулся к нему, старательно игнорируя откровенные взгляды и перешёптывания той ненормальной кучки прилизанных обезьян. А как их ещё назвать? Был бы кто ещё подобный мне, я бы с превеликим удовольствием поперемывал косточки каждому члену костюмного клуба. Вот только я был один, с анкетой, и пока ещё живой. Просмотрев лист, я удивлённо вскинул брови, стандартная анкета, где нужны были такие персональные данные как ФИО, возраст, адрес, регистрационный код, вид образования с выходным номером, контактные данные и подпись. Где подвох? Слишком просто для такого стрёмного места.       За дверью оказался небольшой Г-образный коридорчик, с видневшимися до поворота двумя дверьми: «А10» и «А11». «А10» оказался небольшим кабинетом с единственным рабочим столом, за которым сидела девушка. — Нет, ну так он сказал «деловое свидание», только после этого их видели вместе ещё три раза, а ты говоришь «мастер конспирации», какой к чёрту мастер? — Она взахлёб тараторила, зажав плечом трубку телефона и что-то лихорадочно набирая на компьютере. — Извините, — начал я, помахав анкетой, чтобы привлечь её внимание. —Хочешь сказать, это было сделано специально? — Девушка не глядя схватила ненавистный листок, засунула его в сканер, проводя незамысловатые манипуляции по сканированию документа, после чего пихнула его в одну из папок, вскочила со своего места, направившись к выходу, и бросила, открывая дверь, чтобы я дождался её.       Громкий хлопок, и я остался наедине со своими мыслями. Интересно, они все тут работают как подстреленные? Набирать текст и параллельно разговаривать — это талант! Хотя, может, только я такой обделённый подобным умением… Теперь, когда у меня было время, я спокойно окинул взглядом небольшое помещение, в котором был лишь стол, два стула, вентилятор и диван с журнальным столиком напротив. Окон не было, лишь картины, которые я принялся рассматривать, медленно двинувшись по периметру.       Если пейзажи и внушали какое-то спокойствие, то от портрета средневекового мужчины в платье и чепчике — писк моды по тем временам — по спине пробежали мурашки, когда я представил, как у него пропадают глаза, подобно старым фильмам, а вместо них появляются другие, которые внимательно за тобой следят, пока ты этого не замечаешь и вообще ничего даже не подозреваешь.       Я поторопился отойти и за что-то зацепился ногой. Громкий удар. Я инстинктивно обернулся, вскинув руки и сжав кулаки, приготовился защищаться как, увы, не мог. В комнате кроме меня никого не оказалось, лишь вентилятор свалился боком на стол, сронив несколько папок на пол и продолжая, как ни в чём не бывало, работать, раздувая листы бумаги. Через всю комнату от вентилятора к розетке тянулся провод, в котором аж несколько раз умудрилась запутаться моя нога. Твою ж…. С третьей попытки вытащив ногу из морского узла, я бросил короткий взгляд на дверь и ринулся к столу. Ножка вентилятора надломилась, и он никак не хотел стоять, недолго думая, развернул его потоком к двери и прислонил к стене так, чтобы не сильно было заметно поломку. Бегая по комнате и трясущимися руками собирая анкеты, их уже успело разнести почти по всему кабинету, я то и дело поглядывал на дверь в перерывах между разбиранием, какая в какой папке находилась. Услышав же приближающиеся скорые шаги, я просто не глядя засунул все в одну папку, которую вместе с остальными бросил на край стола, одним прыжком пересёк комнату, запнулся и упал на кожаный диван, уткнувшись носом в обивку.       Не знаю, успел я развернуться, или всё же меня застукали в нелепой позе, но когда дверь открылась, то взгляд девушки был слегка удивлён. Чёрт, как же стыдно… — Садитесь, — указала она на стул напротив стола, и продолжила, не дожидаясь, пока я пересяду. — Скажите, пожалуйста, ваше имя и фамилию. — Рейман Рисер, — выпалил я, отмечая, как девушка быстро коснулась нужных кнопок сенсорной панели: нового веяния современных технологий. В народе такие панели получили название бесшумной клавиатуры. Вся суть в том, что производители оставили рельеф кнопок, но сделали их сенсорными, поэтому нажимать теперь нет необходимости, но печатать тем не менее удобнее. Также они добавили саморегулируемую подсветку, включать и отключать которую можно самостоятельно по необходимости. А началось всё с очков, которые придумали специально для ворчунов «выключи компьютер, свет мешает спать». Особенность этих очков в том, что они работают при выключенном мониторе, проецируя изображение на линзы. Помню, я купил их, едва они вышли в продажу. Я был большим любителем зависнуть ночью в сети, поэтому предки постоянно заходили, чтобы прогнать меня спать, а после приобретения мною очков, которые на тот момент стоили для меня целое состояние, некоторое время они меня не беспокоили, так как не видели свет из-под двери и наивно верили, что сын их видит 30-ый сон. Всё было замечательно, пока однажды ко мне не заглянула мама. Ох, такую оплеуху я тогда заработал… — Я попрошу вас ответить на несколько вопросов, — Оттараторила она, вырвав меня из своих мыслей, и я вяло кивнул в ответ. — Сколько полных лет? — 17, — тихо ответил я. — Выпускник… — тихо буркнула она. — Какую окончили школу? — 1265… — мне пришлось немного напрячься, чтобы вспомнить номер родной дурки. — Проживаешь с родителями? — Ну, пока да. — Спортивная подготовка есть? — Она как-то странно окинула меня взглядом. — Смотря в каком смысле. Если бег с препятствиями от собак считается, то да, — девушка подняла на меня серьёзный взгляд, явно не оценив шуточку, и не глядя поставила в графе прочерк. — Полагаю владение боевыми искусствами тоже можно вычеркнуть... Проблемы со здоровьем? — Нет. — Травмы, серьёзные повреждения? — Кроме шрама на руке больше ничего нет. — Операции, пересадки, переливания крови? — Нет. — Индивидуальные особенности организма?       Я лишь неопределённо пожал плечами, вспомнив про хроническую неуклюжесть, и покосился на вентилятор. Хоть бы не заметила… — Хорошо, тогда переходим к следующему этапу, — девушка написала что-то на листе бумаги и подала его мне. — Решите примеры.       Я внимательно посмотрел на написанное: пара незамысловатых математических примеров. Подвох? Я напряг мозг, вспоминая правила, вроде нет. Почесав карандашом висок, быстро решил примеры, написал ответы и вернул лист девушке. Та бросила на него беглый взгляд, еле заметно кивнула, словно сама себе, и неожиданно задала следующий вопрос: — Какого цвета была моя ручка? — Если чернила, то синие, а сама ручка, — я задумался, — серого? — Закройте глаза, — никак не отреагировав на мой ответ, произнесла она следующее, я сначала замялся, хотел было что-то спросить, но столкнувшись с настойчивым взглядом, послушно закрыл глаза. — А теперь перечислите все цвета, которые присутствуют в этой комнате.       Чёрт, такого подвоха я как-то не ожидал, и замолчал на некоторое время, постепенно воссоздавая в голове недавнюю картину. — Чёрный, белый, серый, коричневый, тёмно-бордовый, бежевый, цветы на второй картине желтого, красного и фиолетового, на третьей ещё присутствует голубой, на столе папки розового, сиреневого, синего и зелёного цветов, у клавиатуры пурпурная подсветка, а сбоку тонкая панель малинового цвета, — наконец закончил я и открыл глаза. — Очень хорошо, — проговорила девушка, поворачивая клавиатуру боком и, кажется, только сейчас замечая на ней тонкую полоску.       Сделав у себя пару пометок, она выдала мне несколько задач на логику, с которыми я расправился достаточно быстро, вновь занесла какие-то данные, объявила о конце тестирования, результаты которого мне сообщат позже, и отправила в другой кабинет, где меня должны были уже ждать. Я прямо почувствовал себя участником какого-то шоу, в котором необходимо выполнять задания и переходить от станции к станции. Тяжело вздохнув и пожелав, чтобы всё закончилось как можно быстрей, я отправился на поиски «В12», в котором, как сказали, меня уже ждали. Найти его оказалось не так уж сложно: потребовалось всего лишь пройти по коридору, который связывал две секции и просто найти нужную табличку на двери.       Зайдя же в кабинет, я сглотнул образовавшийся ком в горле. В кресле, закинув ноги на стол и листая какой-то журнал, сидел тот, кто дал мне адрес этого сумасшедшего дома. Ну как дал… Т      ёмно-синие, почти чёрные джинсы, чёрные, начищенные до блеска ботинки, белая рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей, закатанными рукавами и небрежно ослабленным галстуком. Короткие русые волосы с осветлёнными кончиками изображали своего рода взрыв на макаронной фабрике. Парень присвистнул, переворачивая страницу: — Вижу, ты повеселился, добираясь сюда, — он поднял взгляд и… улыбнулся?!       Так, стоп, а о каком веселье он говорит собственно?! Надо было что-то ответить, но мозговой деятельности хватало только на то, чтобы переминаться с ноги на ногу и откровенно пялиться на парня. Тот понял, что ни слова, ни полслова из меня не вытянет, поэтому швырнул журнал на стол, одновременно скидывая ноги, схватил пиджак, что до этого покоился на спинке кресла, надел на голову солнцезащитные очки, примяв часть «взрыва» и двинулся к выходу, бросив тихое: «Пошли».       Варианты? Только не у меня. Вконец ничего не догоняя, я последовал за своим поводырём: выйдя из кабинета, мы двинулись дальше по коридору, который, казалось, никогда не кончится, минули очередную секцию и вышли в небольшой холл с ещё одним входом, лестницей и двумя лифтами, у одного из которых мы и остановились. — Меня зовут Лин, и я буду твоим наставником, — начал парень, нажав кнопку вызова лифта. — Знаю, сейчас у тебя очень много вопросов, к тому же ты наверняка не понимаешь, что ты здесь делаешь, да и что вообще происходит вокруг, но сейчас я не могу тебе всего рассказать по ряду причин: ты довольно рассеян, слишком мало времени, и тебе сегодня надо пройти ещё несколько тестов. Думаю, ты уже понял, что только что была небольшая проверка на внимательность и логику, это лишь малая часть того, что тебя ждёт дальше, все эти тесты, на первом этапе лишь формальность, хотя следующий очень важен, но результат любого теста может меняться, это ясно?       Парень тараторил всё то время, что мы спускались на лифте на -2 этаж, шли по очередному коридору и остановились у широкой двери с табличкой «Лаборатория». Услышав вопросительную интонацию в голосе нового знакомого, я машинально кивнул, прокручивая полученную информацию в голове по второму кругу и лишь сейчас догоняя смысл сказанного.       Лин тем временем легко толкнул дверь, проходя внутрь, и я последовал за ним. Небольшая комнатка внутри оказалась приёмной. Напротив входа за компьютером полусидела-полулежала молодая девушка и сонно таращилась в экран, изредка постукивая ручкой по столу. — У себя? — Девушка была настолько уставшей, что не заметила, как мы зашли, поэтому вопрос, неожиданно разрезавший тишину, заставил её встрепенуться, резко выпрямиться и поднять красные от недосыпа со старательно закрашенными синяками глаза. — Лин? Я думала, ты в комиссии, — растерянно произнесла она, потянувшись и разминая затёкшую спину. — Был. Уже закончил, — парень улыбнулся и покосился на одну из двух дверей, что были в приёмной. — Везёт же кому-то, — девушка обиженно надула губы, но проследив за взглядом Лина, продолжила. — У себя, но он запретил кого-либо к себе пускать. Сегодня все проверки делает команда, у него очередной самый важный эксперимент в истории человечества. — Девушка развела руки в стороны и одними губами произнесла слово «упс». — Хмм, знаешь, а я всё же рискну, — парень мило ей улыбнулся и в одно мгновение оказался у одной из дверей. — Нет, стой! — Девушка вскочила с места, а Лин подозвал меня к себе кивком. — Он разозлится, и мне опять попадёт! — Скажешь, что не смогла устоять перед моими чарами, — парень послал ей воздушный поцелуй, рывком распахнул дверь, схватил меня за шкирку и затащил внутрь. — Гад ползучий, — злобно процедила девушка, пока дверь не захлопнулась, и с такой силой сжала ручку, что та с громким треском разломалась пополам.       Ого! А на вид такая хрупкая! Я удивлённо выкатил глаза и отскочил от двери на случай, если та сейчас откроется и явит праведный гнев секретарши. — Эх, девушки, они такие, — покачал Лин головой, проходя вглубь комнаты.       Повернувшись на голос, я инстинктивно прищурился, когда белый свет ударил в глаза. Мы оказались в лаборатории. Белый цвет стен, пола и шкафов лишь усиливал влияние света, поэтому первые пару минут я лишь щурился, внимательно осматривая комнату. С одной стороны были стеклянные шкафы с самым разнообразным инвентарём: от различных приборов и пробирок до разноцветных баночек с жидкостями и всевозможными пилюлями. С другой стороны была перегородка, из-за которой виднелась кушетка и неизвестные мне приборы с мониторами и без. Посередине стоял огромный металлический стол, большую часть которого занимали формы с пробирками, а сбоку одиноко стоял компьютер. С другой стороны сидел мужчина, склонившись над микроскопом, и что-то ковырял на предметном стекле. — Давно ты ждёшь, что они с тобой заговорят? — Лин подошёл к столу и сел напротив. — Смейся-смейся, однако ещё чуть-чуть и ты станешь свидетелем величайшего открытия, — проговорил мужчина, не отрываясь от процесса, который поглотил его с головой. — Которое перевернёт всю историю человечества? — Как ты угадал? — Мужчина вскинул голову и удивлённо посмотрел на парня, после чего заметил меня и удивился второй раз. — Это ещё кто? — Твоя работа!       Подавив в себе приступ смеха, я закашлялся под пристальным взглядом и прикусил язык, чтобы выглядеть как можно более серьёзно. Я еле сдержался, когда неожиданно увидел это вытянутое, обросшее щетиной лицо с маленькими глазками, которые визуально уменьшались широкими линзами двух круглых очков с толстой оправой, надетых одни поверх других. Когда мужчина удивился, брови комично подпрыгнули вверх и разделились на две части на стыке линз, из-за чего теперь на лице было не 2 брови, а целых 4. Отойдя от первого впечатления, я продолжил изучать внешность учёного: чёрные всклокоченные волосы с лёгкой сединой на висках, которые, казалось, расчёсывались не менее 3-х дней назад, поносного цвета джемпер под горло и мятый белый халат, криво застёгнутый на пару пуговиц, с большим жёлто-оранжевым пятном на груди. Переведя взгляд на стол, я заметил целую коллекцию кружек недопитого кофе, что стояли поодаль от рабочего места. — Мия разве не сказала, что сегодня проверками занимается команда? — Мужчина вновь принялся изучать содержимое микроскопа. — Сказала, — кивнул Лин. — Но я хочу, чтобы с ним поработал лично ты. — По какой такой причине? — Безынтересно буркнул учёный, что-то добавляя на предметное стекло, заглядывая в объектив и мыча нечто неразборчивое. — Особый случай, — с этими словами Лин достал из кармана чип и положил его на стол перед мужчиной.       Тот оторвался от эксперимента, молча посмотрел на парня, потом на чип, наконец, взял его и пошёл к компьютеру. Я всё то время стоял у двери и не знал, куда себя деть, переминаясь с ноги на ногу и не решаясь что-либо пикнуть или сделать. Очень сильно хотелось сесть, так как ноги после дневного марш-броска дико гудели, но пройти к столу и наглым образом усесться на стул я себе позволить не мог. — Ты шутишь? — После минутного молчания воскликнул мужчина. — Сам в шоке, — Лин лишь развёл руки в стороны. — Нет, тут какая-то ошибка… — учёный недоверчиво посмотрел на него. — Ну, раз ты так считаешь, наверное, я ошибся, тогда мы пойдём, — парень поднялся со стула, развернулся и направился к выходу. — Команда его протестирует. — Ладно, стой, — учёный приподнял две пары очков и потёр глаза, а Лин расплылся в довольной улыбке. — Как тебя там... подойди.       Не сразу сообразив, что обращаются ко мне, я опять протупил, и несколько мгновений стоял столбом, после чего запнулся о собственную ногу и посеменил вперёд. Мужчина аккуратно ощупал мою шею, руку, проверил пульс, заглянул в глаза и сказал идти за ширму. Пройдя в часть кабинета, что была закрыта от глаз, я первым делом осмотрелся: самая обычная старая кушетка с металлическими поручнями, небольшой пустой стол и три прибора, к которым я тотчас подошёл и принялся разглядывать кнопки с непонятными надписями. — Ты чего завис, раздевайся, — я подпрыгнул, услышав голос Лина за спиной. Чёрт, задрали подкрадываться и пугать меня! — Что? Раздеваться? — Я выкатил глаза, наблюдая, как Лин усаживается на стул у стены напротив, достаёт из кармана телефон и начинает в нём что-то быстро строчить. — Тебя сюда не у кушетки постоять пригласили, так что да, раздеваться, — промямлил парень, хмуро что-то вычитывая на экране. — Полностью?.. — Спросил я после небольшой паузы, как-то жалобно посмотрев на учёного, что ковырялся сейчас в шкафу и не обращал на нас никакого внимания. Парень взглянул на меня удивлённо. — Нет, трусы можешь оставить, тебе что, сердце никогда не проверяли? — Он закатил глаза и раздражённо покачал головой. — Ты почему ещё в одежде? — Мужчина буквально забежал за ширму, неся в охапку больше десятка баночек, шприцев и пробирок. Я проследил взглядом, как он добежал до столика и буквально вывалил всё на стол, вздыхая с облегчением. Зачем столько всего? — Стесняется, — Лин снова ушёл с головой в телефон. — Давай, быстрее. Раньше начнём — раньше закончим.       Последняя фраза меня подстегнула ещё как. Закончим? О, даа, домой, хочу домой, слишком много для одного дня, слишком устал. Быстро скинув на стул одежду, я лёг на холодную поверхность. Лин в этот момент отложил телефон в сторону, поднялся и подошёл к кушетке. Два щелчка и на запястьях захлопнулись автоматические ремни. — Что за?.. — Воскликнул я, автоматически дёрнув руки. Ремни? Как я их не заметил до этого?! Ещё два щелчка, но уже ниже, и что-то сковало лодыжки. — Так надо, — коротко пояснил Лин, закрепляя дополнительные ремни на ногах и вокруг плеч и чуть улыбнувшись. Эта улыбка, похожей улыбкой он одарил секретаршу перед тем как сделать гадость. Ох, неспроста это, неспроста! Я всерьёз занервничал: ремни, шприцы, что?! — Надо?! Ну ахереть теперь! Что за БДСМ сборище?? — Я продолжил дёргать руками и ногами, не надеясь, что это поможет, но не лежать же просто так?! — Эй, я на это не подписывался, отпустите меня, немедленно! — Заорал я громче, но сообщить о том, что меня насилуют, мне не дали, вставив в рот какой-то кляп. Я нахмурился и замычал, сильнее дёргаясь на кушетке. — Заткнись и успокойся, иначе мне придётся успокоить тебя самому, а я этого не хочу, так как данные подпортятся, — ледяным голосом проговорил мужчина, не обращая на мою истерику никакого внимания, и медленно набирая в шприц какую-то жидкость.       Как ни странно, но я реально перестал дёргаться, хоть истерика во мне не утихла, а лишь стала только сильнее. Ну, всё, сейчас меня вскроют на живую, расчленят, внутренности растащат и подохну я здесь, как и предсказывал. Фак, а дома половица не поменяна… Фак в квадрате, меня тут убивать собрались, а я о поле думаю. Лин, воспользовавшись моим неожиданным спокойствием, прицепил ко мне какие-то датчики и включил приборы. Они запищали и на экранах появились данные, из которых я узнал лишь показатели сердечных ударов и давления. — Слушай внимательно, — учёный навис надо мной так, чтобы я мог разглядеть его лицо, которое оказалось уже без очков и не таким смешным, с глазами и бровями нормального размера. — Это проверка на выносливость организма, хоть тебе и будет казаться, что тебя медленно убивают, ты после неё не умрёшь. Я всего лишь буду вкалывать разные препараты и смотреть на реакцию организма. Тебе нужно вытерпеть лишь 15 минут. И да, будет больно, — как ни в чём не бывало произнёс он, поднеся шприц-пистолет к предплечью. Что? Нет-нет, убери это от меня, старый извращенец! Я попытался отодвинуться, но ремни не позволили мне этого, отчего я лишь горестно вздохнул.       Послышался хлопок, я инстинктивно зажмурился, приготовившись к боли, но та не наступила. Это что, пошутил типа? Ха-ха, я почти засмеялся! Открыл один глаз, чуть помедлив второй. Потолок. Такой красивый ровный белый потолок с квадратными лампами, бьющими в глаза ярким белым светом. Он был идеальным, без каких-либо изъянов и пятен. Думаю, следующие 15 минут можно посвятить медитации и разглядыванию прекрасного. Второй хлопок, я лишь покосился в сторону и вновь обратил свой взор к потолку. В какой-то момент, когда я рисовал глазами уже седьмую прямую полосу от одной лампы к другой, в груди появилось неприятное, раздражающее жжение, а вместе с ним я уловил ещё один хлопок. Захотелось почесать то место, где, казалось, под кожей начали бегать муравьи. Я вздёрнул руку, чтобы осуществить желаемое, но та не поддалась. Чёрт, ремни же. Я даже как-то умудрился о них забыть. Жжение начало разрастаться, как паразит, и я приподнял голову, пытаясь увидеть этого паразита, сидящим на груди и запускающим свои щупальца под кожу, но разумеется, ничего такого не нашёл. И тут пришла боль, тупая ноющая боль, что медленно ползла от груди во все стороны. Хлопок, а через несколько секунд небольшой взрыв и вторая волна начала догонять первую. Хлопок и опять. Боль увеличивалась, заполняла всё тело от головы до кончиков пальцев на ногах, и было невыносимо от того, что она была везде. Я уткнулся взглядом вверх, но потолок поплыл, смешавшись в одну белую кашу, что била по глазным нервам, и пришлось закрыть глаза. Очередной хлопок, через какое-то время ещё, и ещё. Сколько их всего? Пару секунд спустя я забыл, что меня интересовал какой-то идиотский вопрос, когда мышцы груди свело от резкой боли. Я подавился воздухом и попытался сесть, вновь позабыв про ремни. Второй болевой импульс оказался сильнее и шире. И я понял, о чём он говорил. Боль, то, что было до этого, — не боль вовсе, а вот сейчас началась реальная пытка. Мышцы сводило одну за другой, по очереди и каждый раз с новой силой. Голова взорвалась от адской мигрени, в ушах зазвенело, а глаза застлали горячие слёзы. Всё тело пронзало дикой болью, я не слышал, как пытался кричать сквозь кляп, что так рьяно сжимал зубами, не чувствовал, как ремни впивались в кожу и резали её, как мышцы сводило, и я дёргался в попытках хоть как-то согнуться и уменьшить агонию, что стала теперь центром всего, стала мной. На какое-то мгновение мне даже показалось, что меня и не было вовсе, была лишь она, а потом, всё пропало, и наступила темнота.

***

      Я пришёл в себя. Резко, словно пробудился от ночного кошмара, но глаза не открыл, точнее они не открылись сами, как будто были парализованы. Прислушался, где-то вдали раздавались одинокие металлические постукивания, а сбоку щелчки кнопок, телефона, точно телефона, кто-то был рядом, а я… я лежал неудобно на спине. Попытка номер два, и я попробовал разлепить левый глаз, но почти сразу захлопнул его от режущего света и дёрнул голову в сторону, замычав от резкой боли в шее. — Пришёл в себя? — Спросил голос со стороны, и щелчки прервались на несколько секунд. Лин, да-да, это точно он.       Я не стал ничего отвечать, а лишь повторил попытку открыть глаза. Неприятно, но проморгавшись с пару минут, я, наконец, их открыл и осмотрелся. Я лежал всё на той же кушетке, только уже не прикованный и накрытый простынёй, которая к слову нисколько не помогала. Только сейчас я понял, что всё тело бил озноб. Следующим этапом было сесть: опершись на руку, я начал подниматься, но та соскользнула с кушетки, и я рухнул на пол, захлёбываясь и скрючиваясь от резкой боли во всём теле. Лин в этот момент пнул в мою сторону откуда-то взявшееся старое ведро, что так кстати остановилось точно передо мной, потому что в следующий момент меня вывернуло. Я схватился за края ведра, как за спасательный круг и плотнее притянул к себе, извергая в него желчь и остатки завтрака, что ещё не успели завершить своё путешествие. После того, как желудок чуть не выпрыгнул наружу, стало даже как-то легче. Смахнув со лба липкий пот, я очень пожелал оказаться дома с горячей ванной, уж очень скверное было ощущение, но до него надо было ещё добраться. — На этом ведь всё? — Произнёс я, удивившись своему голосу, на что Лин кивнул, наконец, убирая телефон в карман, и уставился на меня. Интересно, он всё то время был здесь? Кое-как поднявшись на ноги, я сел на кушетку и принялся медленно натягивать одежду. — Что это было? — Тебе же сказали, тест на выносливость организма, — парень внимательно смотрел на меня, вертя в руках очки, что до этого покоились на его голове. — Это мне ничего не дало. Для чего он? — Я взял футболку в руки и посмотрел на парня поверх неё. — Чтобы узнать, на что способен твой организм, сколько боли он может выдержать, — во взгляде его проскользнуло сочувствие, которое быстро сменила беззаботность, и Лин широко улыбнулся, вновь водружая очки на голову и поднимаясь.       Язык еле ворочался, и я лишь поморщился в ответ, хотя спросить хотелось о многом, да что о многом — обо всём! Пришёл непонятно куда, где меня поимели, причём ни слова не говоря. Дожили, бляха! — Мне нужно домой, — я поднялся и сделал пару шагов. Уже было не так больно, лишь все мышцы ныли, словно по мне несколько раз проехался автобус.       Он что-то сказал, но я не разобрал что, вновь выпадая в какую-то свою реальность. Опомнился я, лишь когда мы оказались на свежем воздухе, но не с той стороны, с которой я заходил, а с другой. Я вдохнул полной грудью, словно до этого мне катастрофически не хватало воздуха, и подставил лицо солнцу, что теперь приятно грело, а не пыталось выжечь во мне дыру, как днём. — Видишь дорогу? — Он указал на серую, отдаляющуюся змеёй бетонированную полосу. — Теперь добираться сюда будешь по ней. Пешком или на велосипеде, как душе угодно, а позже выделят машину.       Так, тормозните-ка. Шестерёнки начали крутиться с новой силой по мере того, как до меня доходил смысл слов. — Как это добираться? Только не говори, что мне придётся таскаться сюда каждый день?! — Очнулся я, забыв про увлекательнейшее разглядывание только что припарковавшейся машины, и тут Остапа понесло… — Стоп, стоп, стоп! Мне в колледж поступать надо. Слышишь? Колледж! Учиться, а не с вами тут развлекаться. Простите, мне хватит и одного дня, проходить через это ещё раз я не собираюсь. Это… Я даже не знаю, что ЭТО было вообще! — Ты ещё не понял что ли? — Парень развернулся ко мне лицом, резко затормозив. — Ты теперь часть нашей команды. Пока новичок, но часть цепи, уже незаменимое звено… — и для пущей убедительности он сделал вдохновенное лицо и развёл руки в стороны. — О, Тэш! — Он кивнул в знак приветствия, позабыв обо мне и пламенной речи. — Слышал, тебе хотят напарника подбить, может оно и к лучшему…       Но тот, кому предназначались последние слова, стремительно прошёл мимо, даже не взглянув на парня, и скрылся за дверью. — Как всегда не в духе… — с лица его сползла улыбка. — Кхм, о, многоуважаемый Лин, на меня, может, такого потерянного и забытого, кто обратит внимание и сообщит, почему меня записали в ряды вашей великолепной команды без моего ведома? — Парень опомнился и перевёл на меня взгляд. — Как ты себе это представлял, я должен был к тебе подойти и сказать: псс, парень, не хочешь стать тайным агентом, работать в секретной организации? Нет? Ну ладно, я пойду. Приходить тебя никто не заставлял, — он пожал плечами и выудил из кармана ключи, нажал на кнопку, и одна из шести машин ответно пискнула. — Да? — Я двинулся следом к ярко-синей машине. — И что бы меня ожидало, не явись я сюда? — Парень открыл дверцу, направил в мою сторону ладонь, сложив пальцы в виде пистолета, и прищурил один глаз. — Неминуемая смерть, пуф, — изобразив выстрел, он вновь улыбнулся и кивнул на тачку. — Нежнее, чем с девушкой, дверью не хлопать, в салоне не гадить.       От последнего слова желудок противно скрутило, напоминая о недавнем приключении, отчего я поморщился. Ооо, я бы с превеликим удовольствием заблевал твою машину, вот только увы уже нечем. — И кто-то ещё про выбор пиздел… — заворчал я, забираясь в машину и аккуратненько прикрывая дверцу. — Ты любишь опасности, так что ты явно находишься сейчас там, где надо. Да ладно, тебе ещё у нас понравится! — Лин завёл мотор и выехал в уже открытые ворота. — Аха, не сомневаюсь даже, — буркнул я. — Так как именно из-за меня ты тут оказался, курировать тебя буду именно я, дома ты больше жить не будешь, секретность, безопасность и все дела, понимаешь, да? Все новички живут в кампусе неподалёку, откуда спокойно добираются до штаба, где их учат и определяют дальнейшую судьбу, — тем временем коротко изложил он и замолчал.       Слишком много приключений, много информации, много недосказанного, но спрашивать что-либо ещё я не стал, а лишь кивнул. Ехали молча. Парень понимал, что грузить меня пока рано, а я просто медитировал, пытаясь как-то отвлечься от скверного ощущения, и следил за дорогой. — Слушаю, — я вздрогнул, так как не заметил, как парень достал из кармана телефон. — Что??? — Резкий удар по тормозам заставил меня пожалеть о том, что я не пристегнулся, когда лоб страстно поцеловал бардачок. — Понял. Парень, ты попал…       Слегка побледнев, Лин бросил на меня испуганный взгляд, а я вспомнил про вентилятор. Неужели всё-таки экзекуция?!