haptophobia

      Чонгука не всегда считали странным. Он был обычным милым ребенком, почти таким же как все. Почти. Эта способность была у Гука ровно столько, сколько он помнил себя. Четырехлетний малыш Гукки понятия не имел, почему когда он прикасался к кому — то, то в глазах этих людей он видел какие — то непонятные символы. Он не придавал этому значения, но спрашивал у старших. Те только смеялись, качали головой и говорили, что у него бурная фантазия. Никто не верил или не хотел верить, кроме одного мальчика с квадратной улыбкой и странным поведением — Тэхена.       Когда мальчик пошел в школу, он узнал, что те символы были цифрами, но почему их видел только он — загадка. Он интересовался у своих сверстников, но в ответ получал лишь недоуменные взгляды и фразу «отвали, чудик». Его сторонились, показывали пальцем, толкали в коридорах. С тех пор он перестал задавать вопросы.       Чонгуку без пяти минут четырнадцать. И завтра его мир перестанет существовать. Дело не в переезде в новый город и далеко не из — за новой школы. За последние лет шесть они с родителями переезжали раз восемь, и в этот раз они жизнью клялись, что это последний переезд. Хотелось бы верить. Из — за чертовой работы они не видятся, но у него все еще есть Тэхен. Этот парень однажды дал обещание не бросать его и пока что, он его держит.       1 сентября 2011 года. Сегодня Чон Чонгук идет в ту самую новую школу. И сегодня его четырнадцатый день рождения. Он перестал чувствовать тот ажиотаж, восторг и волнение, которые есть у всех людей в праздник. Чонгук старается выглядить дружелюбно и приветливо, когда входит в класс и говорит «Здравствуйте, я Чон Чонгук. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне».       Вроде как, его милая мордашка сыграла свою роль или это совпадение, но в новую школьную «семью» его принимают тепло. Он знакомится с разными людьми и, почему — то, они кажутся такими солнечными, что вечно одинокому Чонгуку как — то не по себе. Один из «солнечных» людей — сосед по парте Чонгука. Этот парнишка сразу понравился Чону. Его глаза — смешинки, его выбеленные волосы с синими концами, его улыбка. Когда он предлагает сесть рядом с ним, Чонгук думает, что в жизни все не так уж и плохо. — Меня зовут Шин Хосок, — улыбка во все тридцать два, — а как тебя зовут?       Он протягивает руку, и Чонгук почти договаривает свои имя, когда касается его ладони, но его как будто током в двести двадцать вольт прошибает. Он видит в глазах Хосока число.01. Он с ужасом смотрит то в его глаза, то на их сплетеные руки и ему опять чертовски непонятно и страшно становится. — Чонгук? Что с тобой? Ты в поря…       Чон не дослушивает предложение, вырывает свою руку и шарахается от Шина, как от прокаженного. И убегает. Он бежит, куда глаза глядят. «Беги, беги, беги» в его голове.       Все эти годы он пытался как можно меньше тактильно контактировать с людьми. Он думал, что эти цифры исчезли, и все закончилось. Боже, как же он ошибался. Чонгук выбежал из школы и перебежал через дорогу. Он выдохся. Устал. Ему нужно понять, что за чертовщина происходит. Гук так был поглощен своими мыслями, что не заметил бегущего за ним Хосока. Он видит его только тогда, когда Шину перебегает дорогу и зовет его, от этого и не замечает приближающийся автомобиль. Слишком поздно. Одна секунда. Удар. Оглушающий крик Чонгука, кажется, слышал весь Пусан. — Хосок…       Когда истерика Чонгука прекращается, а тело Шин Хосока скрывается за черной материей, допросы полиции прекращаются, у Чона все становится на места. 01. Эти цифры в глазах Хосока — отсчет, таймер его смерти. Чонгук плачет и снова начинает винить себя, пока не приезжают его родители и врачи не вкалывают ему успокоительное.       Он приходит в себя спустя двое суток. «Всего лишь сон» — думает он с облегчением. Но как только понимает, что он в больнице, и все случившееся не сон вовсе, а Хосок по — прежнему мертв, то думает, что умереть легче. И он попробовал бы себя убить, если бы не ремни, сковывающие его руки. Славно, его считают психом. Хотя, если подумать, то так есть. Сумасшедший, больной. Чонгук готов волком выть. Почему он не такой же как и все? Ангел смерти. Иронично.       Проходит время, Чонгука выписывают, но его родители считают, что их сын все еще не в порядке, и записывают его к психологу. Чонгук злится, на сеансах молчит, только глазами зыркает. А на самом деле, он боится. Закрылся в себе, потому что не хочет, чтобы кто — то умирал. Он стойко держится четыре года, но новые знакомства приносят новые прикосновения и новые числа. В один день парень срывается, и решает покончить с собой. После похода к психологу остается куча прописанных успокоительных и антидепрессантов, так что выбрать способ — не проблема. Выжидает, когда родители снова уедут по делам, закрывается в ванной. Он смотрит на себя в зеркало с отвращением. «Урод, боишься прикосновений, бракованный». В какой — то момент ему кажется, что его отражение говорит с ним. — Гукки, ты плохой мальчик. Из — за тебя умер Хосок, ты ведь помнишь его? — Я… это не я, я не хотел… — Да, ты не хотел. Но ты мог предупредить его о машине, так ведь? Маленький проказник…  — ЗАТКНИСЬ! — сильный удар и звон разбившегося стекла.       Чонгук смотрит на свою окровавленную руку и решается. Берет оранжевую баночку с тиопроперазином и высыпает целую горсть. Сверлит взглядом, зажмуривается и глотает. Он не чувствует ничего: ни боли, ни долгожданного облегчения… НИ — ЧЕ — ГО. А потом приходит темнота.