27 minutes until sunrise

— Четвертая. Это уже четвертая за этот вечер, - цедит сквозь зубы Чонгук и слегка агрессивно ставит бокал сока на стеклянный стол. Он сидит рядом с изрядно подвыпившим и донельзя веселым Чимином и выглядит так, будто человек, который ему до пизды нравится, прямо сейчас танцует на полупустом танцполе, всем телом прижимаясь к стройной девушке в коротком платье и шепча ей что-то на ухо. Острые линии челюсти плавно двигаются в свете прожекторов, и, тысяча блядей, Чонгук готов поспорить, что его ёбаный язык сейчас находится где-то в районе её шеи. Четвертая девушка за этот вечер. Ненасытное животное. — Гуки-и-и, - пьяно тянет Чимин и глупо лыбится, глядя на хмурое лицо напротив, — Ну не расстраивайся! Хочешь я тебя сам трахну? По-братски, естественно! - рыжеволосому своя идея кажется гениальной, ведь и ему не впадлу, и лучший друг не будет сидеть злой букой с букетом из недотраха и мозолей на руках. Однако сам Чонгук его позиции не разделяет. Он лишь устало прикрывает глаза ладонью, слегка надавливая на глазные яблоки, и что-то бубнит себе под нос. Чимин принимает это за сигнал к действию и кладет маленькую ладошку на бедра друга. — Гуки, я не в состоянии снять с тебя кожаные штаны, так что тебе придется самому... — Ты че, блять, творишь? Мне Юнги за это член оторвет, а тебя за яйца в своей студии повесит, придурок, - Чонгук торопливо смахивает руку Чимина со своих прекрасных, идеальных, умопомрачительных бедер и спешит покинуть этот бедлам. Плевать на поручение Шуги присмотреть за рыжеволосым. Это его парень - пусть сам с ним и разбирается. Чонгук в няньки не нанимался. Каштановой макушки среди хаотично двигающихся тел не видно. Предположительно, он сейчас развлекается в одной из VIP комнат, ну, или где-нибудь в кабинке сортира. В любом случае, Чонгуку сегодня ничего не светит. Впрочем, как и всегда, на протяжении года. Он надеется, что Чимин ничего не натворит в его отсутствие, и выходит из клуба. Свежий, несколько прохладный воздух бьет прямо в лицо. Разгоряченная кожа моментально покрывается мурашками, залакированная челка неспешно покачивается на ветру. Чонгук делает несколько глубоких вдохов, прикрывая глаза, и впервые за этот вечер улыбается. Горький запах свободы растекается по венам, битами отдавая в голову. Чонгук достает телефон из заднего кармана брюк, потому что совесть уже успела его замучить. чат: "вершители этого мира" jk: Джун-хён, забери Чимина, прошуууу jk: (^_^) jk: я ушел, кстати jk: все было классно, как всегда jk: Шуга-хён, прости Наверняка, Намджун будет недоволен этим сообщением, но все же притащит Чимина в свой кабинет и, если все пройдет удачно, уложит спать на кожаном диване. В противном случае приложит все усилия, чтобы рыжая бестия все не разгромила. Ну, или попросит об этом Джина. чат: "вершители этого мира" the hottest jim: я в полнкйшеи проядке!! s u g a: джейкей, пиздёныш, придушу, если эта рыжеволосая хрень приключения себе на задницу найдет s u g a: чимин, быстро еби к Джуну s u g a: заберите его кто-нибудь s u g a: прошу s u g a: :( s u g a: НАМДЖУН, БЛяТЬ, ВЫТАЩИ ЕГО ИЗ СВОегО ЦАРСТВА ПОХОТИ И РАЗВРАТА HYUNG: тише ты. забрали мы твоего ненаглядного. namjoonie: *фото* (https://68.media.tumblr.com/0beb4763f73240481785534579162af9/tumblr_inline_nvgiufUcvs1t3kzhf_540.jpg) Чонгук небрежно отряхивает грязь со ступенек (от этого определенно станет чище) и присаживается. Да, он горяч, но это не помогает ему сейчас: задница совсем не рада знакомству с холодным бетоном, мурашки продолжают бегать под кожей, нос начинает краснеть. Весна - лживая сука. Днем она создает иллюзию тепла, солнце жарит, как бешенное, но под вечер температура галопом скачет вниз, ближе к нулю. Чонгук прекрасно знает об этом и именно поэтому не берет с собой ничего теплого. Нежно-голубой вязанный свитер наверняка скучает по чонгуковскому телу, свитшот с Бартом Симпсоном одиноко висит в шкафу. Чонгук вздыхает. Сегодня определенно не его день. А может и не его жизнь. — Зажигалки не найдется? - этот голос он узнает из тысячи. Если включить одновременно пятнадцать песен, Чонгук непременно выищет тот самый. Тот, что преследует его один ебаный год. Тот, чей обладатель сладостно и пряно выкрикивает имя Чона в его самый сокровенных снах. Начинается на Ким, заканчивается на... — Я Тэхён, кстати. Чонгук хочет ответить, что прекрасно знает его имя. А еще он знает точное число его официальных девушек за последний год - 9, предпочтения в еде - в основном, это китайская кухня, любимый парфюм, стиль в одежде. Прекрасно осведомлен о том, что Тэхён не особо разговорчив с утра, редко пребывает в плохом расположении духа, а еще он очень любвеобильный. Любвеобильный настолько, что Чонгуку порой становится невыносимо больно. Намджун обычно шутит, что Чонгук знает даже всю его родословную до 7 колена, но это не так. (На самом деле только до 3-го). Но это не столь важно, потому что ладонь Тэхёна уже с минуту висит в воздухе перед грудью Чонгука, и это, кажется, старшего смешит. — Оу, да, конечно, держи, - Чон торопливо вытаскивает неоново-зеленую зажигалку из внутреннего кармана и едва роняет ее. Образ бэдбоя трещит по швам: Чонгук волнуется, как девственница перед первым разом. Он боится облажаться, но сейчас именно это и делает. Тэхён садится рядом. Чонгук чувствует его парфюм, его тепло, что свидетельствует, что это не галлюцинация. В реальности Ким Тэхёна Чонгук особенно сильно сомневается, когда исподтишка разглядывает его: нос слишком ровный, кожа слишком гладкая, губы слишком соблазнительные. Вообще он весь - одно сплошное слишком. Тэхён ловким движением (слишком длинных!) пальцев вытаскивает почти полную пачку ментоловых сигарет и достаёт одну. Чонгук с придурковатой улыбкой отмечает, что в его кармане лежит такая же пачка, и, блять, это ли не судьба? Ментальная связь? Они просто идеально подходят друг другу, не так ли? Это как парные вещи, только парные сигареты. Докатились, блять. Чонгук ощущает себя счастливым, ну, и еще немного дураком. Тэхён тем временем неотрывно смотрит куда-то вдаль, пепел развевается на ветру. — Ты умеешь делать кольца? Сколько бы я ни старался, никогда не получалось, – ни с того, ни с сего выдаёт старший и всем корпусом поворачивается в сторону Чонгука. Он задыхается от безграничной любви к Тэхёну, которая перекрывает доступ к кислороду, но вида не показывает. Чонгук не такой. — Я практиковался, – чувство собственного удовлетворения говорит само за себя: это не повод гордиться собой, однако именно этот бесполезный навык может помочь ему провернуть бесконтактный поцелуй. Чонгук цепляет сигарету кончиками пальцев и с превеликим наслаждением прикасается губами к сигарете. Мысли о том, что пару мгновений назад Тэхён касался здесь своими блядскими губами, немного мешает, нет, даже не сосредоточиться, а жить. Мешает жить в буквальном смысле. Чонгук прикрывает глаза и с легкостью выдыхает дым в виде тройки колец. Тэхён удивленно хлопает глазами и неожиданно резко вскакивает с места. — Ахуеть, Чонгук! Не зря про тебя так много рассказывают. Чон успевает лишь подавить в себе девичий визг. Тэхён хватает его за руку, переплетая пальцы, и куда-то тащит. Мысли младшего ничем не забиты. Их нет вообще. Чон Чонгук временно пребывает в вакууме, просьба его не беспокоить (только если вы не Ким Тэхён, естественно). Пока они бегут в неизвестном направлении, он смотрит только на переплетенные пальцы и сжимает их чуть крепче. Мечты действительно воплощаются в реальность, и Чонгук готов закричать от счастья на весь гребаный Сеул, однако он только улыбается куда-то себе в грудь. — Поехали. Я выпил сегодня два шота, так что поведёшь ты, – заявляет вдруг Тэхён и бросает в Чонгука свою лучшую квадратную улыбку. Фаталити. — Почему ты решил, что я в состоянии водить? Старший лукаво улыбается. — Я наблюдал за тобой весь вечер, Чон Чонгук. Кроме сока ты больше ничего не пил, – заявляет он и для пущей иллюзии собственной важности поднимает указательный палец в воздух. Чонгук умирает в третий раз за сегодняшний день, а ебаный хён как ни в чем не бывало садится в салон автомобиля и взглядом упирается в лицо Чона. Он перемещает направление взора от младшего к водительскому сиденью и обратно. Чонгук мысленно просит у себя терпения.