Игрушка для маленького дьявола

— Что ж, милый, ты помнишь, что должен был сделать по прибытию домой? — блондин недовольно цокает и отворачивает голову в сторону, скрещивая руки на груди и всем своим видом показывая то, как он недоволен, — я не слышу ответа. Значит, когда его заставляют прогибаться под других, так Пак весь из себя обиженный, беднейший демон на земле, а когда меня всю ночь мучили, не давали кончить, чуть не убили, как думала, что этот идиот погиб, а нет, он живой и сразу весь из себя добренький стал, но лишь на пару дней, ТО НИЧЕГО. ТЕРПИ, ЮНДЖИ, ТЫ ЖЕ ТУТ МУЖИК В ДОМЕ, А НЕ ТВОЙ ПАРЕНЬ. — Не забыл. — Я что-то не слышу слов «Да, госпожа» в свой адрес, — Марго быстро наряжает Чимина в кожаный ошейник, который он, по каким-то непонятным мне причинам, самостоятельно снять не может, но так даже лучше, — тебе так идёт роль пёсика, сладкий. — Думаю, что вы, господин, знакомы с этой вещицей, — вмешивается Эмилия, довольно улыбаясь и поднимая вверх указательный палец, словно готовясь произнести какую-то философскую речь, но на самом деле… так оно и есть, — это «ошейник клятвы», который используют для существ, чтобы заставить их беспрекословно выполнять любые приказы. Повторюсь. Любые. Приказы. Поэтому, сир, осмелюсь предположить, что вы находитесь в полной заднице, ведь ваша любимая и многоуважаемая девушка хуже сатаны. — Да я это и без тебя знаю… — убитым голосом произносит блондин, поправляя чёрный ремень с маленькими шипами, который очень хорошо сел на его шею, после чего появляются небольшие красные искорки, что перерастают в… поводок? Ах, ну да, теперь же он у нас стал маленьким ручным дьяволёнком на целую неделю. Господи, до чего же шикарное чувство, когда тебе выпадает возможность покомандовать над самим Паком, — блеск, я и вправду выгляжу как жалкий дворовой пёс. — Скорее как элитный пудель, господин, — поправляет его Маргарет, давясь смехом и пытаясь унять столь сильный прилив радости, вытирая слёзы с щёк. Тем же самым заняты и мы с Эми, потому что смотреть на то, как вскипает Чим — это что-то из жанра «Фантастики».

***

— И я должен носить это? — в мою сторону летят непонимающие взгляды вроде «Ты дура или дура в кубе?», «А тебя в детстве головой вниз не роняли?» или «Юнджина, ты из какой психушки сбежала?», — отказываюсь надевать этот ширпотреб. И не пытайся заставить нацепить это, всё равно не соглашусь. — Отныне Пак Чимин будет выполнять работу по дому в платье и чулках для горничных, — более грозным тоном произношу я, как блондин срывается с места и начинает поспешно натягивать на себя полосатые чулочки. Ах, ну что за прелесть? И почему этот рай должен длиться всего неделю… Удивительно, что творит эта вещица даже с демоном, который тиранил меня… даже цифр таких не знаю, но длилось это достаточно долго. Ему лишь бы бить меня по заднице и трахаться, блистать сарказмом и снова трахаться, спасать меня и… И ОПЯТЬ ТРАХАТЬСЯ. ЕЙ БОГУ, НУ ЧТО ЭТО ЗА ТРАХОДРОМ?! ЧЁРНАЯ ДЫРА УЖЕ МЕНЬШЕ МОЕЙ БУДЕТ… — Кхм, и не забудь нижнюю полочку в «моём» кабинете протереть, Чимини, — напоследок кидаю я, закрывая за собой дверь и отправляясь к тому месту, где впервые мою задницу перекрасили в красный цвет.

***

Пак усердно натирает книжные полки до блеска, не переставая что-то злобно бурчать себе под нос, постоянно поправляя волосы, которые, епона мать, и без того отлично лежат. — Пак, — я со всей силы ударяю его по заднице, но она у него, кажется, из камня сделан, что ладонь немного побаливает, — не верти у меня перед носом своим перд… пятой точкой, да ещё и в таком коротком наряде. Или ты хочешь, чтобы я тебя наказала? О да, всегда мечтала это сказать, потому что… НЕ, НУ, А КАКОГО ОН СВОИМИ БУЛКАМИ МОЗОЛИТ МОИ ЦАРСКИЕ ГЛАЗА?! ДА ЕГО ЗА ЭТО НАДО ИЗНАСИЛОВАТЬ, А НЕ ОТШЛЁПАТЬ. Хотя… Изнасилование — хорошее слово, только когда это делают не со мной. Что же, подождём его первого прокола и… порвём его задницу до таких размеров, что Юпитер меньше будет. — Ты ведь уже меня наказала, — недовольно бурчит тот, кидая тряпку на пол и вставая с колен, смотря на меня сверху вниз, как на какого-то жалкого раба, — может, прекратишь этот фарс и снимешь с меня ошейник? — Буу, а что такое? Надоело целый час пачкать свои прекрасные ручки в пыли и саже? — тихо посмеиваюсь я, повисая у блондина на шее и целуя его в нос. Чимин касается холодными ладонями моей талии, плавно скользя вниз, забираясь под длинную рубашку, которую он «якобы» потерял, но на самом деле она была у меня, касаясь пальцами кружевного лифчика и немного оттягивая его на себя, — а ещё ты не можешь трогать меня, пока я тебе не разрешу, — ошейник сразу же заставляет Пака исполнить мой приказ, а тот лишь злобно пыхтит, до беления костяшек сжимая кулаки и скрипя зубами. Конечно, его девушка расхаживает весь день в одной длинной рубахе, которая хорошо просвечивает, да ещё и, о Боже, в чёрно-белых чулках. А тут ему дают отворот-поворот, что теперь со стояком придётся бороться самостоятельно. Ужасно, да? — Когда неделя пройдёт, то я отыграюсь на твоей заднице, Юн… госпожа, — выплёвывает он и покидает кабинет, хлопая дверью, демонстрируя всю свою злость и недовольство. Ведёт себя как маленький… дьявол. Да, такое прозвище весьма уместно, когда речь заходит о нём. Любит издеваться над всеми, постоянно ехидничает, а когда всё оборачивается против него, то жутко бесится. Ах, благо, что ещё не плачет.

***

Маргарет с Эмилией пришлось тяжело, ведь этот обормот умеет только красиво поправлять волосы и недовольно цокать, ну и ещё ныть, что это всё не для него. Удивителен тот факт, что накосячить как следует он так и не успел, а ведь день уже близится к концу. Если всё и дальше будет так идти, то мне не выпадет возможность поиздеваться над его прекрасной, идеально упругой задницей, которая так и кричит «Юнджи, порви меня полностью». — У всех девушек твоего возраста такие больные фантазии? — Эми протягивает мне кружку чая, прижимая серебряный поднос к фартуку и тихо смеясь, — или только ты у нас такой уникум? — Скорее второй вариант… Но знаешь, мне кажется, что и ты была бы не против вернуть ему должок за все его «Ты тут пылинку не вытерла», верно? — делаю глоток обычного напитка, который пью практический каждый день, а словно заново рождаюсь. Чёрт, Эмилия слишком хорошо заваривает чай. Жаль, что потом это чудо будет пить Чимин, а не я… Мне ведь, вот больше, чем уверена, придётся лежать с перевязанной пятой точкой в кровати и есть каши, потому что он столько синяков и засосов оставит. Ужас. Бедный Пак каждые три дня меня… Игогошки на единорожки устраивает, а тут ему неделю никто не даёт, да ещё и открыто издевается. Да его всратая гордость просто не позволит ему отпустить меня без жёсткого наказания. — Мы уже успели повеселиться с Марго, когда он чуть не спалил курицу. Знаешь, господин с недовольным лицом, да ещё и полностью в саже — лучшее, что я видела в своей жизни. По нему картину можно написать, назвав «Адская девочка». Вся комната наполняется нашим с ней смехом, потому что в последний раз с Эми мы так общались… достаточно давно. Пак не даёт им нормально поговорить со мной, постоянно утаскивая моё бедное хрупкое тело в свой кабинет, трахая на столе в самым различных позах. А, ну как же мы могли забыть про кровать? Там он тоже неплохо так меня имеет. — Я пойду, иначе от особняка ничего не останется, — блондин машет мне рукой на прощание и тихо закрывает за собой дверь, оставляя наедине со своими мыслями. Это, конечно, весело… Издеваешься над своим любимым, который в ответ ничего тебе сделать не может, но сидеть весь день в этом чёртовом помещение с кучей бумаг, деклараций и книг. Ад просто. Сейчас бы включить ноутбук, да сериал посмотреть, только тут техники как таковой нет, поэтому единственное, чем я могу любоваться каждый день — драмы между Марго и Эмилией, которые вновь что-то не поделили.

***

Сейчас Чимин убирается в нашей с ним комнате, стоит ли к нему заглянуть? Я хоть и кажусь жестокой, но намного добрее него, не демоном же была рождена. Кстати, больше тот голос меня не посещал, а с телом начали происходить всё более странные вещи. Мне удавалось проходить сквозь стены, тратилось меньше времени на сон, а ещё… Клыки стали немного длиннее. «Тебе не о чем волноваться. Это лишь свидетельствует о том, что твоя внутренняя часть духа берёт верх над человеческой. Может быть, что ты даже сможешь управлять какой-нибудь стихией, хотя… Нет, ты слишком слабая сопля, чтобы что-то уметь кроме протирания полок и шикарного минета». Мда, блеск. Даже тут он задавил меня своим сарказмом. Чёртов маленький дьяволёнок. — Чимини, как твои успехи? — как только открываю дверь, то мне в лицо прилетает моя же собственная кофта, которую я просто обожаю носить по дому, а затем вижу, что шкаф с одеждой практически пуст, а некоторые вещи свисают с подоконника, — что это значит, а, господин Пак?! — Ты просила убраться в комнате, а я лишь просто избавляюсь от ненужных вещей. Разве шести латексных костюмов не хватит, чтобы ходить по особняку, милая? — ехидничает блондин, выкидывая в окно пару туфель и любимые джинсы, что живы ещё с тех времён, как меня занесло сюда, — надеюсь, что вы остались довольны, госпожа. — Ну всё! — со всей силы толкаю его на кровать, нависая сверху и сжимая его запястья. Пусть силы во мне не так много, как в его теле, но сейчас на нём ошейник, поэтому всё оборачивается в мою пользу, — слушай сюда, Пак, — оседлав его бёдра, я начинаю ёрзать на его паху, плавно скользя ладонями по накаченной груди, которую скрывает костюм горничной и рабочий фартук, останавливаясь на воротнике и хватаю его, притягивая ближе к себе и создавая зрительный контакт, каждое слово выдыхая ему прямо в губы, — сейчас ты сделаешь всё, что только мне заблагорассудится. Я проделаю с тобой то же самое, что и ты когда-то вытворял со мной. Связывание, БДСМ, наручники, анальные пробки, кляпы, ебаные кошачьи хвостики в заднице. Всё это ты прочувствуешь на своей собственной шкуре. А если будешь вести себя хорошо, как послушный мальчик, то я, так и быть, разрешу тебе кончить.