ВОТ ТЕБЕ БАБУШКА И ПЕРДЮВМОНОКЛЬ...

Эмма сердито нахмурилась и уперла руки в бока: — Так праздник продолжается. Сегодня свадьба моих мам, а все разборки оставим на потом. Как ни забавно, но Лерой и Весельчак присоединились к остальным празднующим. Лерой всегда любил погулять на халяву и решил оставить все разборки на потом — ещё успеется. Эмма дико устала — она стала не просто организатором праздника, но ей пришлось поднимать праздничное настроение у участников торжества. Многие всё ещё пребывали в шоке и растерянности и Эмма теребила их, подгоняла: — Все вопросы потом, всё потом. Да — «с ума сойти!», «никто такого не ожидал!», да — «как такое могло случиться?!». У нас у всех будет ещё время поговорить на эти волнующие всех темы, но потом. Среди нас нет святых и безгрешных, многие вспомнили и о собственных грешках. Но пока пейте и закусывайте, гости дорогие, пусть вас не волнуют этих глупостей. Голд появился с незнакомой брюнеткой под ручку и просто сиял от радости. Брюнетка удивлённо уставилась на счастливых молодожёнов: — Румпель мне сразу рассказал о вашей свадьбе, но я ему не сразу поверила, подумала, что он так странно шутит. Поздравляю. — Спасибо, — кланяется Регина. И внимательно смотрит на Тёмного. Тот усаживается сам и усаживает свою спутницу: — Моя Белль простила тебя за всё, Регина. И меня уговорила не мстить тебе самому или чужими руками. Перевернули страницу. Но у меня есть к тебе одна маленькая просьба, Ваше Величество, но об этом потом поговорим. Высокая блондинка в старомодном платье опирается на посох, вершину которого украшает скульптурное изображение дракона, но в руке у дамы покачивается простой полиэтиленовый пакет из супермаркета: — Ты об этом ларце, Тёмный? Нашёл кого попросить об услуге — Принца этого недоделанного… Мэри Маргарет бледнеет, спадает с лица, но Малефисент (Эмма сразу узнала ведьму из Книги) небрежно отмахивается от что-то виновато лепечущей Белоснежки: — Если я на кого и зла, так это на Ученика Чародея. Нашёл кому доверить такую мощную магию! Какому то прощелыге-графоману. — То есть? — хмурится Регина. — Поясни. — Перо, — Эмма усадила ведьму за один стол с Региной и Беслоснежкой, и Малефисент с жадностью принялась за еду, — Автор решил вмешаться в дела самой Судьбы и из Хроникёра стать действительно Автором. Не записывать за другими, вести летопись, а менять чужие судьбы по своей прихоти. Что было ему строго настрого запрещено. — Ты хочешь сказать… — Белоснежка очень по детски хлюпает носом. — Да, — кивает Малефисент. Она проглотила последний блинчик и допила кофе. — Вы не виноваты ни в чём. У вас просто не было выбора — это всё магия Пера. — Так наша дочь жива? — спрашивает Регина у… Малефисент. А та разглядывает самую странную пару Сторибрука с ироничной улыбкой. — Дочь? — удивлённо спрашивает Белоснежка у супруги. — Не ревнуй, — улыбается Регина, — это было ещё до тебя. Мэл обратила меня по пьяни в дракона и… — Я стал опекуном девушки, — говорит Ученик, — после того, как её приёмный отец отказался от Лилит. Она закончила школу, колледж и стала моим незаменимым помощником. — Лилит Пейдж? — Эмма удивлённо уставилась на хорошо знакомую ей девушку, которая чуть не лопается от смеха. — Ты… — Получается мы с тобой сестрёнки, дорогуша, — ухмыляется старая подруга Эммы по колледжу. — Ничего удивительного, — говорит Малефисент, — вы теперь навсегда связаны через часть Тьмы, которая была передана тебе от Эммы. Магия, а это даже крепче родственных уз. … — Итак, — Эмма строго смотрит в зал. Собрание было решено провести в мэрии, — всё что было ТАМ, в Зачарованном Королевстве, там и осталось. Мои мамы стали родственниками по новой и их брак окончательно положил конец войне. Забыли и забили. Понял, Лерой? Или как тебя там — Ворчун? Иначе… Я вам устрою тут небо в алмазах, а сестрёнка поможет. — Сестрёнки, — едко улыбается Сара Фишер, мороженщица — Лерой из её лавки не вылезал. — На самом деле меня зовут Ингрид, а в Зачарованном Королевстве меня знали, как Снежную Королеву. Мы с тобой троюродные сёстры, Эмма. Эмме не сразу удаётся совладать с собственной челюстью: — Отлично. Тем более. Все всё поняли? Дома Эмма застаёт более чем странную картину — Белоснежка буквально висит у супруги на шее, смеётся и плачет, почти истерика, а Регина в полной растерянности. Эмма наливает маме Мэри воды и Белоснежка, почти захлёбываясь, пьёт. — Что случилось? — с тревогой интересуется Эмма у матерей. — Я так искала эту девушку, а оказалось… — у Белоснежки слёзы потоком по щекам. — Оказалось, что это была я, преображённая магией Тёмного… — вздыхает Регина. — Получается, что наш роман начался много раньше, чем я думала, — нервно смеётся Снежка и снова начинает рыдать, а Эмма пытается припомнить в каком ящичке кухонного шкафа лежит коробка чая с ромашкой, а может валерьянки мамочке накапать? — А я узнала, что Снежная Королева здесь в городе и она моя троюродная сестра, — разводит руками Эмма, — вот такие у нас дела. — Ингрид? — спрашивает Снежка, она немного успокоилась. — Это благодаря ей меня стали называть Белоснежкой. Прозвище стало именем. На самом деле меня зовут Лилиан. — Теперь надо Генри с тётей познакомить, — обречённо вздыхает Эмма и протягивает матери стакан с чаем, — из лавки которой его будет клещами не вытащить…