Дьявол в теле.

День 8…

      Это и называется влюблённостью: когда бабочки в животе порхают при одном коротком взгляде на мужественное лицо, когда лёгкое прикосновение пальцами вызывает дрожь по всему телу, когда одно только любимое дыхание заставляет плавится, словно под солнцем? Это влюблённость? Так вот если это она, то Бэкхён готов сброситься с моста, потому что Пак Чанёль, который сейчас спит в его кровати, вызывает в нём лишь приступ необузданной ярости и дикого желания сломать этому ублюдку хребет. Бэкхён проснулся от тягучей боли в пояснице и лёгкого стука в висках. После вчерашнего он ещё неделю не сможет ходить. Каждое движение даётся с трудом, поэтому он даже не может встать с кровати, а ждёт, пока проснётся этот засранец, чтобы высказать ему все в лицо.       Чанёль открывает один глаз и тут же моргает, смотря сонными глазами на красного, точно помидор, злого парня.       — Доброе утро, Бэкки, — улыбается он и кладёт ладошку на щёку парня. Бён дёргается и сбрасывает чужую «граблю» со своего лица.       — Я в детстве занимался хапкидо. Хочешь сломаю тебе шею в трёх местах? — огрызается Бэкхён.       — Знаешь, что самое интересное? — игриво спрашивает Пак и ещё раз кладёт руку на щёку парня, поглаживая подбородок большим пальцем.       — Я даже спрашивать не буду, потому что все твои слова, словно бред сумасшедшего.       — Нет, это довольна любопытная вещь. Ты такой шёлковый и послушный во время секса, а потом свои зубки показываешь. Так вот, у меня два варианта. Либо я всё время тебя трахаю, либо усмиряю твой строптивый характер, но есть одно «но». Усмиряю я тоже через секс, но с жестокой болью. Выбирай.       — Такой большой выбор, что я даже не знаю. Может, мне просто послать тебя нахрен?       — Хорошо. Попробуй, но ведь и последствия будут соответствующими. Ну как? Всё ещё хочешь?       — Я хочу тебе ебальник об стену разбить, а потом ещё в канализацию выбросить. Это возможно?       — Нет, Бэкхён, — Как-то зло сказал Пак и навис над Бэкхёном, заглядывая в его слегка испуганные глаза. — У тебя слишком ядовитый язык. Что же мне с тобой делать? Не люблю строптивых.       — Отпустить, — едко выплюнул Бён и ударил Чанёля коленкой в живот. Тот с лёгким хрипом упал на пол, хватаясь одной рукой за бедро парня. Бэкхён крикнул и сжал край кровати рукой. — Придурок! Да тебя убить мало, козёл! Чё своими клешнями вцепился? — орал парень, но Пак лишь сначала раскрыл глаза от удивления, а затем громко рассмеялся, катаясь по полу. — Чё смешного? Идиот! У меня теперь синяк будет на ноге, садист!       — Бэкки, хочешь кушать? — спросил Чан, смахивая слёзы от смеха с глаз. — Я голодный.       — Я не буду с тобой есть! Вдруг ты мне подсыпешь что-нибудь?       — А я и не говорил, что ты будешь есть, — с серьёзным лицом заявил Пак и встал с пола, отряхивая невидимые пылинки. — Еда должна стоять на кухонном столе через сорок минут, и не дай Бог её там не будет, Бэкки. Ты ведь не хочешь наказаний?       Чанёль вышел из комнаты, оставляя парня в недоумении и лёгком шоке.       — Вот пидор! — тихо произнес Бэкхён и попытался слезть с кровати, но боль ниже живота сковала, поэтому он лишь поморщился и вздохнул, принимая свою обречённость. — И как я должен ему приготовить что-то, если я даже встать не могу? Сам сначала насилует, потом удивляется, почему это я такой взбешённый! Тебе бы хуй в задницу вставили, каланча!       Через силу и адскую боль он всё же поднялся с постели и маленькими шагами направился в сторону кухни, каждый раз посылая Пака в самые отдалённые и глубокие места.        Пошарив в холодильнике и шкафчиках, Бэк нашел лишь рамён, который он и приготовил. Через десять минут Чанёль уже стоял в дверях кухни и со злостью в глазах смотрел на парня.       — Рамён? — прошептал он тихо, но Бён услышал гневные нотки в его голосе, поэтому опустил глаза в пол и поставил тарелку с лапшой на стол.       — Ты ведь шутишь, Бэкхён?       — А что ты хотел? Чтобы я тебе тут шведский стол за пятнадцать минут организовал? Да я еле как дошёл до этой ёбаной кухни, потому что задница болит, словно мне туда динамит засунули! Ешь молча, понял?       Чанёль с невозмутимым лицом сел за стол и взял палочки. С презрением в глазах он смотрел на лицо парня и медленно ел лапшу, каждый раз замечая, как Бён вздрагивает от простого шороха. Звонок в дверь оповестил о том, что кто-то пришёл и Бэк подпрыгнул на месте, испуганно смотря на Пака. Где-то в душе поселилась надежда, что его сейчас заберут, а этого психа посадят в психушку. Но не тут-то было. Через несколько минут на кухню зашёл высокий парень, примерно одного роста с Чанёлем. Он был в голубой рубашке с закатанными рукавами, в рваных джинсах и белых кроссовках. Бён, не скрывая своего восторга и удивления, разглядывал красивого парня и всё больше находил в нём сходство с Ёлем. Они оба были красивыми и статными. Оба имели холодный, пронзительный и цепляющий взгляд. Оба смотрели на людей с лёгким презрением и брезгливостью.       Парень слегка опустил голову вниз и посмотрел на Бёна, ухмыляясь каким-то своим мыслям.       — Привет, малыш, — с улыбкой произнёс незнакомец, а у Бэка уже сердце застыло на месте. — Ты ведь Бэкхён, да? Я Сехун. Рад знакомству.       — Я тоже, — пробубнил Бэкхён и помахал головой, отгоняя странное ощущение на дальний план.       — Сехун? Какого чёрта ты здесь делаешь?       — Пришёл выпить с тобой пива и посмотреть на «Бэкки», — имя парня он исковеркал, повторяя интонацию и тон Пака. — Ты против?       — Нет, но у меня нет ничего выпить.       — Не проблема! Я всё принес! Сегодня игра футбольная, поэтому я не хотел смотреть её в гордом одиночестве.       — А как же Крис? Почему ты к нему не пошёл?       — А, он уехал в Китай. Он тебе не говорил?       — Нет. Зачем?       — Его мать заявила о помолвке с какой-то моделью, вот он и поехал разбираться.       — Понятно. Тогда иди в гостевую, а я сейчас приду.       — Бэкхён, — неожиданно позвал Сехун. — Тебе нравится футбол?       — Не сильно, но да.       — Тогда пошли с нами?       — О, хорошо.       — Бэкхён, — более властный голос Пака заставил слегка дёрнуться и развернуться в его сторону. — Помой посуду и помоги Сехуну с закуской.       — У тебя домработниц нет, что ли? Я ведь тебе не слуга.       — Я что-то непонятное сказал? Мне повторить?       — Не надо. Я не глухой, — рыкнул Бён и забрал из рук Сехуна большой пакет с чипсами и пивом.       Чанёль посмотрел на злое лицо парня и вышел из кухни, направляясь в кабинет. Он видел, как светилось лицо друга, когда Бэкхён разговаривал с ним и как горели глаза того парня при взгляде на Сехуна. Всё это до жути раздражало его, но Пак знал, что его друг никогда не отнимет у него «любимую игрушку».       — Вы с ним поругались? — спросил Сехун и достал большую миску под закуску.       — Для того чтобы ругаться, нужен повод, а я с ним даже разговаривать не хочу.       — Почему же?       — Глупый вопрос, Сехун. Мне ведь можно с тобой неформально разговаривать?       — Конечно, мог бы и не спрашивать. Я знаю Чанёля давно и знаю о его скверном характере, но я совсем не понимаю, что он тебе плохого мог сделать.       — Сехун, он меня изнасиловал! И не один раз! Он постоянно решает всё через секс и плётку, а не разговором! На меня никогда не поднимали руку, а он в первый же день разорвал мне задницу. Прости, — извинился Бэкхён, когда заметил лёгкий румянец на щеках парня и полное недоумение.       — Мне не нужно было поднимать эту тему.       — Всё в порядке. Ёль бывает грубым и холодным, но он не терпит, когда его не слушаются и оскорбляют за поступки или действия. На самом деле, он очень ранимый человек.       — Да не может быть! Ты сейчас шутишь?       — Нет, я вполне серьёзен! — отмахнулся Сехун и взял миску в руки. Они направились в сторону гостиной, продолжая разговаривать на разные темы. Бэкхён был рад, что впервые он сможет высказаться кому-то, поделиться своими проблемами. Он надеялся, что это парень станет его спасением от этой жизни.       Они включили телевизор и открыли по банке пива, не дожидаясь Чанёля. Громкий смех разносился по всей квартире, наполняя её какой-то тёплой и приятной атмосферой. Бэку было так легко и весело, что он совсем не замечал странные взгляды парня, его лёгкие касания и тяжёлое дыхание. Он шутил, рассказывал довольно смешные и старые истории, махал руками из стороны в сторону и замирал, когда видел искреннюю улыбку нового знакомого и озорной блеск в глазах.       — Бэкхён, почему ты не сбежал?       — Что? — удивился парень и улыбнулся, воспринимая только что сказанные слова как шутку. — Отсюда невозможно сбежать, Сехун. Он всё время меня контролирует, и я ничего не могу с этим поделать. Я очень хочу, но не могу.       — А что, если я помогу тебе?       — Сбежать? Он же нас потом вместе и закапает где-нибудь.       — Бэкхён, я серьёзно. Я хочу помочь тебе.       — Почему? Мы ведь знакомы всего лишь несколько часов.       — Не знаю. Просто, — Сехун почесал затылок и посмотрел на парня, который со всей мольбой и верой смотрел в его глаза. Внутри Бэкхён молил о том, чтобы Сехун забрал его. Отвёз далеко-далеко и спрятал от Пака. Он верил ему и доверял. Сехун не смог выдержать выжидающего взгляда парня, поэтому он резко повалил его на спину и навис сверху, удерживая его за запястья. Он изучал густые брови, маленький носик, бездонные глаза, крошечную родинку над пухлыми алыми губами, молочную кожу, длинную шею и острые ключицы. За всю свою жизнь он впервые видел столь прекрасного парня, который сразу же заставил его сердце биться с космической скоростью. Это было новое чувство, которое вскружило голову и заполнило всё тело. Каждый сантиметр идеального лица, каждое движение и каждое слово отпечатывались в его сердце вечным клеймом. Такой порыв чего-то дикого и в тоже время родного туманил рассудок, поэтому Сех наклонился чуть ближе и прикоснулся губами к губам парня. Бэкхён не понимал, почему его так тянет к новому знакомому. Почему ему нравятся его прикосновения, его голос, взгляд и сам парень в целом. Его тянуло, точно Икара к Солнцу. Он не боялся обжечься, потому что знал, что оно не навредит ему. И он закрыл глаза, отвечая на поцелуй парня, не думая о том, что это может обернуться чем-то адским для него.