Оливковое масло и белый хлеб

Энджи не была наивной и понимала, что работать в сфере продаж не так просто. Прошло полторы недели, прежде чем она закрыла свой первый заказ. Это оказалось труднее, чем она предполагала. Хотя, сегодня... Сегодня был хороший день. Она завершила продажу. Свою самую первую продажу. Заказ был небольшой, но он принадлежал ей. Она позвонила в компанию и получила данные человека, с которым должна была договариваться. Хоуп время от времени подсказывала ей, как поступить, так произошло и в случае с "Jones Tree". Она поговорила с самим владельцем Мэттом Джонсом. Оказалось, что его компания была довольно новой в ландшафтном дизайне, и ему нужна была форма для команды. Он попросил ее принести образцы футболок. Это входило в ее обязанности. Одна из вещей, из-за которой она очень завидовала продавцам, когда впервые начала работать на "Логотип Промо", была их свобода. Они приходили и уходили, как им заблагорассудится, объезжая клиентов и поставщиков. Никто не следил за их рабочим графиком. По большей части, они были совершенно автономны. В яркий солнечный день мысль запрыгнуть в машину и отправиться на встречу с клиентом казалась привлекательной. Сегодня она получила собственный опыт, отправившись после звонка на свою первую коммерческую сделку. Мэтт Джонс оказался потрясающим первым клиентом, потому что был новичком в этой системе, как и Энджи. Они весело смеялись, когда находили недоработанные детали. У него не было дизайна логотипа, и он нуждался в помощи. Она забыла принести цветовые варианты рубашек. В итоге он сделал заказ на пятнадцать футболок для пяти рабочих и одну толстовку для себя, с полностью расстегивающейся молнией. Они ударили по рукам, он отдал Энджи залог, и она, улыбаясь всю дорогу, направилась обратно в офис, чтобы рассказать Хоуп хорошие новости. Теперь, сидя в своей квартире, она отмечала сделку, открыв пиво. Аппетитные ароматы чеснока и базилика от пиццы, отправленной в духовку, наполнили крошечную кухню. Глупо быть такой легкомысленной. Она знала это. По большинству стандартов заказ был крошечным. Когда все будет сказано и сделано, ее комиссия составит, вероятно, всего двадцать баксов, но ей было все равно. Это был успешный день. Это был еще один шаг вперед. Она почувствовала вкус своих возможностей. А если она продаст кому-то пятьдесят футболок? А сто? А если еще больше? Хоуп подписала заказ на тысячу ручек и заработала себе на этом пару сотен долларов комиссии. С одного заказа! В этом и заключалась прелесть работы в рекламном бизнесе. Возможности были безграничны. Там крутились деньги. Ты просто должна упорно работать, чтобы добраться до них. Энджи нельзя было сидеть сложа руки. Она взяла прихватку и вытащила пиццу - домашнюю, выпеченную в отцовской печи, чтобы посмотреть, достаточно ли она прогрелась. Папа с мамой так гордились ею, что она вновь почувствовала себя ребенком, принесшим домой "отлично" за экзамен. Они обняли ее и поцеловали, наказав, чтобы дорожила хорошей работой. Она улыбнулась, вспоминая их лица. Мама сказала ей, что только небо будет пределом для нее. Шлепнувшись на диван с тарелкой пиццы, Энджи включила телевизор и подумала: " Да, только небо может быть пределом, но мне необходимо получить намного больше и гораздо быстрее. Двадцати долларов комиссии не хватит заплатить за квартиру. Разве что за неделю я буду получать несколько десятков таких комиссий ". "Значит я получу несколько десятков за неделю", - решительно сказала она вслух, не позволяя реальности испортить свое хорошее настроение. Вместо этого она наслаждалась пиццей, старательно решая головоломку из "Колеса Фортуны"*, впрочем, неудачно, и допила пиво. Она поставила пустую банку на столик возле дивана, и ее взгляд упал на клочок бумаги, который лежал там уже несколько дней. * "Колесо фортуны" (англ. Wheel of Fortune или Wheel) — американская телевизионная игра, придуманная Мервом Гриффином, цель которой состоит в разгадывании кусочка кроссворда (как в игре Виселица), для того, чтобы выиграть ценные призы, определяемые вращением гигантского ярмарочного колеса. В странах СНГ широко известен её аналог под названием капитал-шоу “Поле чудес”. Энджи подняла его, ласково провела пальцем по аккуратным буквам и увидела перед собой блики светлых волос и ямочки на щеках. В следующую секунду ее накрыло волной самоуверенности, и пока она не иссякла, Энджи решила ею воспользоваться и не дать себе передумать. Она схватила трубку и быстро, как только могла, набрала номер, не желая, чтобы страх догнал ее, как обычно. Когда раздались звонки, Энджи прикусила большой палец и начала молиться, чтобы звонок принял автоответчик. - Алло? - раздался женский голос. Энджи попыталась заговорить, но вместо этого только захрипела. Она прокашлялась и попробовала снова. - Привет, а можно Джиллиан? - Я думаю, да. Подождите, - что-то зашуршало. Ударилось. Приглушенный голос позвал: - Джилл! К телефону! Прошло две или три долгих минуты. Ладони Энджи вспотели. Когда она начала подумывать, а не повесить ли ей трубку, опять услышала шум, раздавшийся грохотом в ее ушах, как будто кто-то уронил телефон. Пробормотали проклятие, а затем раздался голос. - Да, я слушаю. - Эээ, привет. Джиллиан? - Угу, - голос был немного напряженным. "Ты раздражаешь ее. Соберись, Ригетти". - Эээ, привет. Это Энджи. Энджи Ригетти. - Простите, кто? - теперь в голосе прозвучало недоумение. Понимая, наконец, что Джиллиан понятия не имеет, как ее зовут, Энджи снова откашлялась. - Я угощала тебя выпивкой в "AJ" неделю назад? Ты дала мне свой номер телефона. Помнишь? - Энджи... - сказала она, пытаясь что-то вспомнить. Потом раздалось: - Ой! О! - и голос Джиллиан сразу же потерял свою резкость. - Конечно, помню. Много же тебе понадобилось времени, чтобы собраться и позвонить. Я уже начала разочаровываться в тебе, Энджи, - совершенно очевидно поддразнила она. У Энджи потеплело на душе. - Я знаю. Я знаю, прости. Я... немного... Я никогда не делала этого раньше. Не покупала напиток для кого-то, с кем никогда не встречалась. Мне нужно было время, чтобы собраться с духом. - Ну, я тоже никогда раньше не давала свой номер телефона незнакомке, так что мы с тобой квиты. Игриво-обвиняющий тон произнесенных слов, заставил Энджи улыбнуться, как школьницу. - Я тоже так думаю. Прошло несколько мгновений, прежде чем Джиллиан сказала: - Так что, Энджи? - Что, Джиллиан? - Ты собираешься пригласить меня на свидание или как? Удивительно, но озорные переливы в голосе Джиллиан не сделали Энджи более нервной, а заставили ее собрать свои силы и стать храброй. - Я думала об этом. - Хорошо. Потому что я собираюсь сказать "Да". Куда мы пойдем? - Ну давай для начала выберем что-нибудь нейтральное? - Ах, я понимаю. Таким образом, если вдруг мы решим, что не подходим друг другу, то сможем легко отступить. Мне нравится. Очень умный и безопасный ход. - Как насчет выпить в "AJ", то есть, в "DP", в "Прыщавом огурчике" во второй половине дня в пятницу? В это время у них там скидки на алкоголь. И если нам понравится, мы сможем остаться и поужинать. - А если нам не повезет, мы вольны уйти или пообщаться с кем-то другим. - Точно. Что ты думаешь об этом? - Энджи затаила дыхание. - Мне это нравится. В какое время? Энджи пожала плечами, хотя Джиллиан не могла видеть этого. - В семь? - Меня это устраивает. Встретимся прямо там? - Хорошая идея. Мы сможем свободно разойтись, если в этом возникнет необходимость. - Идеально. Увидимся в пятницу, в семь, - голос Джиллиан смягчился. - Я очень рада, что ты позвонила. ***** В баре, как ни удивительно, было весьма тесно, но Джиллиан знала, что народу станет еще больше; она надеялась, что будет не очень дымно. Завсегдатаи бара обычно приходили первыми, после работы заглядывали попить пивка дайки. С приближением ночи они шли домой и освобождали место для молодежи. Ей было почти двадцать четыре и теперь, зная, что утром нужно идти на работу, Джиллиан не могла себе позволить заскочить вечером в душ и отправиться на подвиги, как раньше. Нет, сейчас, в два часа ночи она рассчитывала видеть уже седьмой сон. "Однако, я старею. Уже". Эта мысль заставила ее улыбнуться, и она глотнула пива. Джиллиан никогда не любила поздние часы. Она была жаворонком и могла вспомнить только два случая в колледже, когда засиделась допоздна, да и то только потому, что ее друзья готовились к тому же тесту, и пообещали друг другу держаться вместе. Джиллиан была едва способна действовать, не говоря уже о том, чтобы запомнить информацию, которую они детально изучали. Она пришла в бар немного раньше, в основном потому, что хотела занять пару барных стульев до момента, когда соберется толпа посетителей. Кроме того, она очень нервничала, поэтому была готова раньше времени, и ей была невыносима мысль о том, что придется бродить вокруг дома до семи часов, убивая время. Плюс, у нее было достаточно трений с двумя соседками по комнате. Более чем достаточно, чтобы с прошлого лета никогда не упоминать о шикарной брюнетке, или что Энджи и шикарная брюнетка были одним и тем же человеком. Она не переживет, если отношения с Энджи никуда не приведут. Простые воспоминания о той игре, в которой она так нелепо упала, пытаясь заработать очки, заставляли ее улыбаться. Ей действительно хотелось произвести впечатление на эту потрясающую женщину. Она была уверена, что все испортила, да еще и заработала в процессе полдюжины синяков. И теперь, месяцы спустя, эта шикарная женщина пригласила ее на свидание. Каковы были шансы? После того фиаско в игре в софтбол она думала, что никогда больше не увидит Энджи и, уверена, что выставила себя, как полнейшая идиотка, прямо у нее на глазах. Но эта улыбка! Она никак не могла выкинуть ее из головы. Сексуальная, озорная улыбка - Джиллиан была уверена, что никогда больше не увидит ее. А на прошлой неделе она оказалась в этой забегаловке и получила угощение от "брюнетки у бара", и там была эта девушка. Только она не улыбнулась, к сожалению. На самом деле, даже не взглянула на нее, но для Джиллиан это уже не имело никакого значения. Все, что она могла сделать, это сдержаться и не побежать прямо к ней с признанием, что боялась никогда не увидеть ее, и не пригласить на свидание прямо здесь и сейчас. Но девушка, слава богу, была не одна, и Джиллиан сохранила спокойствие, делая вид, что колеблется, однако без раздумий оставила ей номер телефона. Она оставила бы его в любом случае, что бы ни говорили ее друзья. Но звонка не последовало. В течение трех следующих дней Джиллиан стояла на вахте возле телефона, и выглядело это просто смехотворно. Никому не разрешалось оставаться на линии дольше нескольких минут за один раз - вдруг шикарная брюнетка позвонит, а он будет занят? А если она передумает и не станет звонить снова? Что тогда делать Джиллиан? Ей повезло, что соседи по комнате не придушили ее во сне. Прошла целая неделя, и Джиллиан уже почти потеряла всякую надежду услышать что-либо от брюнетки. Она была подавлена и опечалена, но старалась смириться с этим. А потом прозвенел звонок. И вот сейчас она сидела здесь, в одиночестве, за кружкой пива, надеясь, что выглядит не слишком жалко. Она односложно отвечала женщине - бучу, которая подошла к ней, чтобы завязать разговор, пока та бедолага не получила громкий и ясный ответ "не заинтересована", и побрела обратно в бар зализывать свои раны. Джиллиан поставила на стойку опустевшую бутылку и собралась махнуть рукой бармену, когда у нее за спиной раздался голос. - Мне белого вина, пожалуйста. Джиллиан обернулась, ее пристальный взгляд встретился с мягкими карими глазами. - Привет, - сказала Энджи, отодвигая пустую бутылку. - Я опоздала? Джиллиан покачала головой. - Нет, это я пришла рано. Привет, - она сделала заказ бармену, затем повернулась, чтобы кинуть на Энджи быстрый взгляд, совершенно не представляя себе, как плотоядно она выглядит, желая рассмотреть ее. На Энджи были черные джинсы, которые плотно, как любовник, обнимали ее дивную фигуру, обычная серая футболка и черная кожаная куртка; одежда была простой, но эффектной и модной. Темные волосы были свободно распущены и каскадом спускались на плечи брюнетки. Джиллиан захотелось зарыться в них лицом. Косметики было немного, но она отлично акцентировала красивые глаза и полные губы, которые у Джиллиан не было времени разглядеть во время игры в софтбол. От нее вкусно веяло свежестью, но не цветов, а лесного аромата, и немного мускусом, очень тонко и сексуально. - Ух ты! - выпалила Джиллиан прежде, чем смогла остановить себя. - Ты выглядишь просто потрясающе! Нежный розовый румянец появился на щеках Энджи, и она опустила свой взгляд вниз, на ботинки. - Спасибо, - тихо сказала она. - Ты тоже. Джиллиан указала рукой на табурет рядом с ней. - Садись. Пожалуйста. Энджи устроилась на табурете, и тут принесли напитки. Джиллиан придвинула к ней бокал, а затем подняла свое пиво. - Наконец-то мы встретились с тобой лично. - Я выпью за это. Они чокнулись и выпили, поглядывая друг на друга. - Итак, Энджи. - Да, Джиллиан. - Расскажи мне о себе. Чем ты занимаешься? - Я работаю в отделе продаж специализированной рекламной компании, - увидев нахмуренные брови Джиллиан, она пояснила. - Мы продаем то, на чем компании хотят поставить свой логотип. Она оглядела комнату, а затем остановила взгляд на бокале в своей руке, который был украшен логотипом бара. - Вот как эти бокалы. Мы могли бы продавать и их, - она скривилась. - Фактически, я должна была продать им их. Интересно, работают ли они с продавцами-геями? Хм... Джиллиан усмехнулась, глядя на внезапно задумавшуюся Энджи. - Я знаю владелицу и могу дать тебе ее координаты. - Правда? Это было бы здорово. А что насчет тебя? - Я учитель рисования. Энджи склонила голову и улыбнулась. - Ни за что бы не догадалась! Ты не похожа на учителя. По крайней мере, на учителя, который когда-то был у меня, - она подмигнула. Теперь настала очередь Джиллиан краснеть. - В каком классе ты преподаешь? - Сейчас у меня маленькие дети в начальной школе. От детского сада до пятого класса, хотя очень хочу работать со старшеклассниками. Или даже студентами колледжа. Я хотела бы преподавать историю или теорию искусства. Мне просто нужно подождать, пока не придет время. А с маленькими детьми весело. Они такие... открытые, понимаешь? Искренние и не испорченные взрослым миром, они совершенно не беспокоятся о том, кто и что подумает про их рисунки. Они просто творят. Это так удивительно. Энджи увлеченно наблюдала за ней. - Что? Она покачала головой и выпила немного вина. - Ничего. Я просто... Мне нравится, как ты говоришь о своей работе. В тебе так много страсти. Я не думаю, что это обычное дело, понимаешь? Тебе повезло. Джиллиан улыбнулась. - Расскажи мне о своей семье, - попросила Энджи. Они проговорили почти три часа без перерыва, многое узнавая друг о друге, и делясь подробностями своей жизни. Когда в баре стало совсем оживленно и шумно, они придвинулись ближе, пока не оказались лицом друг к другу. Их колени тесно соприкасались. Джиллиан не могла вспомнить, когда в последний раз она с кем-то чувствовала себя так уютно, и уж точно не с Линдой. Она подумала, что и Энджи с ней ощущала себя почти так же комфортно, судя по тому, как она говорила, дотрагиваясь рукой то до ее плеча, то до колена. В один из моментов, когда Энджи рассказывала о своей сестре, Джиллиан протянула руку и пропустила сквозь пальцы ее темные волосы. Энджи остановилась на полуслове и сглотнула. - Извини, - сказала Джиллиан, все еще держа в руке шелковистую прядь. - Просто с того самого первого раза, когда я положила глаз на тебя во время игры в софтбол, я хотела посмотреть - настолько ли твои волосы мягкие, как выглядят. - Правда? - Абсолютно! Энджи подавила смешок. - Что? - спросила Джиллиан. - Игры в софтбол? Джиллиан прикрыла глаза рукой. - О боже! - Я все еще не могу поверить, что ты пыталась попасть в "дом", - Энджи смеялась уже открыто. - Я знаю! Это было так глупо! - О чем ты вообще думала? Теперь они смеялись обе, и Джиллиан заметила, как в уголках глаз Энджи появились маленькие морщинки. - Я пыталась произвести на тебя впечатление, - сказала она. Энджи перестала смеяться и посмотрела на нее. - Правда? - Ты наверняка не помнишь ни меня, ни моего глупого падения? - О, я помню тебя! И твое глупое падение. Я вспоминала тебя еще очень долго после той игры. И даже не подозревала, что ты заметила меня среди всех. Джиллиан удивленно приподняла брови. - Ты серьезно? Ты улыбнулась мне самой сексуальной улыбкой на планете. Что думаешь, заставило меня так глупо поступить? Энджи положила локоть на стойку бара и, подперев подбородок рукой, посмотрела на Джиллиан. И тогда ее влажный язык облизнул губы. Их взгляды встретились. Жарко. Чувственно. Наконец Джиллиан произнесла тихим хриплым голосом: - Я хочу оказаться с тобой наедине. - Знаю. Я тоже этого хочу. - У меня соседи. - А у меня нет. Потрясенная Джиллиан быстро встала, вытащила несколько купюр из кармана и бросила их на стойку. Она протянула руку Энджи, и та без колебаний взяла ее. - Пойдем. ***** Впервые в жизни Энджи была признательна матери за ее манию чистоты и порядка. Она действительно не планировала, что приведет кого-то к себе, но ее квартира всегда была опрятной, потому что Энджи была так воспитана. Ныть, топать ногами и жаловаться - это происходило в детстве каждый раз, когда мать заставляла ее сложить вещи, протереть пыль или вынести мусор, сейчас же она благодарила все звезды на небе, что дом выглядел презентабельно. - У тебя уютно, - сказала Джиллиан, положив куртку на подлокотник дивана, и кивнула, оглядываясь вокруг. - Спасибо, - ответила Энджи. - Мой дядя владеет этим домом, он скинул мне арендную плату. В противном случае, мне пришлось бы завести соседку или две. - Да, я не могу позволить себе содержать дом самостоятельно, поэтому у меня был выбор - либо жить с соседями, либо после колледжа переехать обратно к родителям. Но этому не бывать. Энджи усмехнулась. - Ни за что! Я тоже люблю своих родителей, однако еле дождалась момента, чтобы съехать от них и жить самостоятельно. Она тайком наблюдала, как Джиллиан оглядела гостиную, затем провела рукой по серо-голубому дивану и указала на такое же мягкое кресло с подставкой для ног. - Это действительно отличная мебель. Такая мягкая. - Досталась мне от старшего брата. Когда он устроился на работу в юридическую фирму, то отметил это событие покупкой кожаной мебели для своего дома. Вот так я получила эту. И не хочу даже думать о том, что он мог вытворять на этом диване, - Энджи поморщилась, желая взять свои слова обратно, как только произнесла их, но Джиллиан рассмеялась. - О мой бог! Ты, наверное, права. Энджи кивнула, ловя улыбку Джиллиан, и чуть не потеряла голову от ямочек, которые появились на ее щеках. "Боже, она такая сексуальная!" Джиллиан бухнулась на диван и раскинула руки вдоль спинки. - Да, он, определенно, не упускал случая. Тут удобно, - она посмотрела на Энджи своими пронзительно голубыми глазами. Энджи откашлялась. - Я могу предложить тебе что-нибудь выпить? Я думаю, у меня есть парочка сортов пива. И кока-кола. Джиллиан покачала головой и похлопала по дивану рядом с собой. - Иди сюда. Сильно надеясь, что Джиллиан не слышала, как она сглотнула, Энджи послушно села рядом, в достаточной близости от руки, лежащей на спинке дивана. Джиллиан потянулась к Энджи другой рукой и стала перебирать ее волосы также, как в баре. Она долго рассматривала собственные пальцы, а затем усмехнулась. - Ты заставляешь меня нервничать, - призналась она, удивляясь своей собственной застенчивости. Глаза Энджи широко распахнулись. - Я заставляю тебя нервничать? Они рассмеялись, и голос Джиллиан упал почти до шепота. - Ты такая красивая. От тебя у меня перехватывает дыхание, - ее щеки из розовых превратились в пунцовые, и она опустила глаза, чтобы скрыть смущение. - Знаю, как банально это звучит, но это правда. Я чувствую, что рядом с тобой мне трудно дышать. Ещё никогда в жизни Энджи не чувствовала, чтобы кто-то настолько восхищался ею; избыток ощущений промчался сквозь нее, как теплая волна, и единственное, что ей хотелось сделать в тот момент - стереть переживания с лица Джиллиан. Прежде чем остановить себя, она опустила руку на ее шею и провела большим пальцем вдоль линии подбородка, а затем наклонилась, чтобы поцеловать. Энджи Ригетти никогда сама не делала первый шаг. Ни с мальчиками, с которыми знакомилась в школе. Ни с молодыми мужчинами, с которыми пыталась завести отношения в колледже. Ни с Пэтти, единственной женщиной, с которой встречалась. Но в Джиллиан было что-то такое, что придавало ей уверенность, и она оказалась достаточно умна, чтобы не остановиться и не начать анализировать это. Она целовала ее, сначала медленно, нежно и осторожно, чувствуя мягкость губ Джиллиан, и легкий привкус только что выпитого пива. Постепенно она углубила нажим, прильнув более решительно, как будто спрашивая разрешения. Джиллиан сразу же отдала ей весь контроль, жадно открываясь для Энджи. Когда их языки, жаркие и влажные, соприкоснулись, Энджи затаила дыхание, а желание ярким огнем пробежало по ней, заставая врасплох. Она отдалась ему, позволяя разогреть себя изнутри, и приникла еще сильнее - поцелуй становился более требовательным, интенсивным, пока обе женщины не стали задыхаться и не оказались лежащими на диване, тесно прижавшись друг к другу. Это было так чувственно, так влажно и невероятно жарко, что впервые со времен игры в бутылочку на студенческой вечеринке много лет назад Энджи последовала за своими инстинктами. А инстинкты говорили ей, что она хочет эту женщину. До боли. Всю. Ей даже не пришла в голову мысль пригласить бедную девушку в спальню. Желание было слишком сильным и нетерпеливым. Она оторвалась от губ Джиллиан и, схватившись за ее жилетку и футболку, потянула вверх, обнажая ровную гладь живота, которую тут же погладила ладонью. Опустив голову, она игриво дотронулась языком до пупка. - У тебя "инни"* - она подняла на Джиллиан смеющиеся глаза. * Так у американцев называется глубокий пупок. Есть два вида завязывания пупка, внутрь и снаружи. Innie (с глубокой ямкой), outie (выпуклый). Чтобы не отстать, Джиллиан ухватилась за край футболки Энджи и стащила ее через голову. Едва дышащая Энджи осталась в одном черном лифчике, со своим собственным "инни". - Как и у тебя, - Джиллиан приподняла бровь и улыбнулась. Эти чертовы ямочки в очередной раз выплеснули возбуждение Энджи через край. Она стянула с Джиллиан всю остальную одежду, обнажая ее полностью на диване в гостиной и позволяя себе воспользоваться моментом и просто посмотреть на нее. Просто полюбоваться. Тело у Джиллиан было великолепным. Худое, спортивное, с изумительно роскошной грудью и округлыми бедрами. Соски были розовыми, а треугольник волос на вершине бедер - светлым и вьющимся. - Боже, как же ты прекрасна! - прошептала она. Джиллиан улыбнулась, затем указала на нее пальцем. - А ты слишком одета. Снимай. Прямо сейчас. Энджи встала и в считанные секунды содрала с себя всю одежду. Прежде чем она смогла занять прежнее положение, Джиллиан остановила ее, подняв руку. - Подожди, - Энджи остановилась. - Я просто хочу посмотреть. Энджи почти могла чувствовать, как взгляд Джиллиан движется по ней, путешествуя от головы вниз по шее, и останавливается на налитой груди. Она никогда не была и не будет миниатюрной девочкой, но гордилась своим телом. У нее были приятные округлости в одних местах, плавные изгибы в других, и Энджи всегда надеялась, что человек, которого она выберет, будет любить ее за это. Джиллиан рассматривала ее так, как будто изучала бесценное произведение искусства. Остановив свой взгляд на пальцах ног, она, наконец, подняла голову и, встретившись с глазами Энджи, искренне сказала: - Ты потрясающая! Иди сюда. И раскрыла для нее свои объятия. Их любовные ласки были и прекрасными, и жаркими, и неловкими - всё сразу. Они начали очень страстно, но остановились, чтобы перевести дух и затем продолжить в более разумном темпе, не торопясь, изучая друг друга и выясняя, что нравилось каждой из них, а что не работало. Джиллиан кончила первой, задыхаясь и всхлипывая на ухо Энджи, вцепившись в ее плечи, пока пальцы Энджи двигались по ее влажности. В этот момент, Энджи закрыла глаза и подумала, что звук, который издала Джиллиан во время оргазма, был самой прекрасной музыкой на свете и слышать его было сплошное счастье. У нее было мало времени, чтобы насладиться всем этим, потому что Джиллиан, едва отдышавшись, скользнула рукой вниз по животу Энджи и ниже, прямо во влажную тесноту, которая уже ожидала ее. - Нечего выглядеть такой самодовольной, - поддразнила она ее шепотом. - Я отдаю с таким же удовольствием, как и получаю. Энджи еще успела подумать - а не должна ли она рассказать Джиллиан правду о себе, но звук ее голоса, такой сексуальный и такой властный, тут же заставил ее подумать о другом - уж не прохудилась ли она между ног, а когда Джиллиан проскользнула внутрь, то все связные мысли совсем покинули ее разум. - Боже мой, - с большим трудом произнесла Энджи, пока ее бедра двигались по своей собственной воле. Пэтти никогда не была у нее там - внутри. Она бы никогда не позволила ей зайти так далеко. Но с Джиллиан Энджи не только хотела этого, она хотела гораздо большего. Значительно больше. Она хотела дать больше. Она хотела взять больше. Подняв голову, Энджи страстно поцеловала Джиллиан, погружая в нее свой язык настолько, насколько смогла, желая поглотить эту женщину, ее сердце и душу. Затем она опустилась назад, чтобы взглянуть ей в глаза. Набирая ритм, она терлась о руку Джиллиан, не отрывая взгляда от ее глаз и чувствуя, как большой палец прижался к ней. Хватило всего лишь нескольких минут, прежде чем Энджи улетела за грань небытия, выкрикивая имя Джиллиан и зажав в кулаке угол диванной подушки. Они лежали долго, пока их прерывистое дыхание не стало почти нормальным. Забеспокоившись, что придавила Джиллиан, Энджи приподнялась достаточно для того, чтобы скатиться с дивана на пол, прихватив с собой Джиллиан и вязаный шерстяной плед. Джиллиан положила голову ей на грудь, а Энджи накрыла их пледом. - Вот это да! - сказала Джиллиан. - Абсолютно с тобой согласна. Энджи улыбнулась ей в волосы, и дальше они лежали в тишине, которую нарушало лишь тиканье настенных часов. Дыхание Джиллиан успокоилось; Энджи была уверена, что она спит, и тогда, почувствовав себя в безопасности, Энджи смогла сказать то, что не давало ей покоя. - Я никогда не делала этого раньше, - прошептала она. - Не делала чего? Не спала с девушкой на первом свидании? Энджи нервно сглотнула, поняв, что попалась. - И это тоже. - Я не понимаю. - Я никогда не делала... это. Не испытывала… такого. Джиллиан подняла голову, чтобы посмотреть на Энджи. В ее глазах появился озорной блеск. - Не испытывала оргазма? - Да нет! У меня был оргазм, - Энджи прочистила горло. - Но только не от кого-нибудь еще. Брови Джиллиан взлетели вверх. - Правда? Никогда? Покачав головой, Энджи сказала: - Ни разу. Я никогда не позволяла Пэтти зайти так далеко. - Пэтти? - Женщина, с которой я встречалась в колледже. Она была хорошей, и мы много чего делали, но я всегда была слишком напугана, чтобы зайти дальше. Джиллиан задумчиво кивнула. - А ты встречалась с парнями? - Встречалась, но ты же знаешь, - она пожала плечами, - они мужики. Подперев голову рукой, Джиллиан спросила: - Выходит, я первая женщина, с которой ты была вот так? - Да, - Энджи попыталась успокоить всплывающую панику. - Это плохо? - Нет, это конечно же не плохо, - Джиллиан убрала прядь волос со лба Энджи. - По сути, это просто потрясающе. Я никогда прежде не была чьей-то первой. Мне это даже нравится. Энджи усмехнулась, надеясь, что ее облегчение было не слишком очевидным. - Мне кажется, ты этим уже гордишься. - О, еще как. Значит, ты никогда раньше не доводила девушку до оргазма? Потому что мне показалось - ты точно знала, что делала, уж позволь сказать. - Ну спасибо. Нет, в этом деле ты у меня тоже первая. Джиллиан передвинулась, легла на Энджи сверху и втянула один из ее сосков в рот, игриво покусывая его. - Если ты до меня никогда не спала с девушкой... - начала она, опуская губы на другой сосок и засосав его достаточно сильно для того, чтобы Энджи задохнулась. - Бог ты мой! - она немного качнула бедрами, заставляя Энджи раздвинуть ноги и впустить ее. - Как же мне повезло! Джиллиан приподнялась на колени, развела ноги Энджи пошире и наклонилась вперед. При первом же прикосновении к ее центру, Энджи втянула каждую частицу воздуха, которую смогли вместить ее легкие. Ее бедра приподнялись, пытаясь оказаться поближе к губам Джиллиан. Горячая влажность и игра языком заставили ее сердце пуститься вскачь, а пальцы ухватились за голову Джиллиан, сгребли светлые волосы в горсть, и стон вырвался из глубины ее горла. - О Святая Мария, Матерь Божья, - прошептала Энджи. - Боже мой, Джиллиан. О мой бог! - она могла поклясться, что чувствовала, как Джиллиан улыбалась, прижавшись к ее влажной плоти. Было совершенно невозможно сказать точно, где язык Джиллиан трогал ее, а где ее губы прикасались к коже Энджи, сколько влаги принадлежало ей, а сколько Джиллиан. Энджи больше ничего не знала, она только наслаждалась. Горячие, красивые, чувственные ощущения. И только когда ей показалось, что она может самопроизвольно воспламениться, когда она уверилась, что возбуждение уже не может стать еще более сильным, Джиллиан проникла своими пальцами внутрь нее - глубоко внутрь - ее язык заиграл по горячим, липким, мокрым складкам, и Энджи взорвалась. ***** Часы на тумбочке показывали 3:24, когда они без сил улеглись в постель Энджи, окончательно отказавшись от пола в гостиной и сменив его на местечко поудобнее. Они почти собрались немного поспать, но потом вместе решили, что еще один оргазм им не повредит. И теперь лежали, переплетясь телами друг с другом, и Энджи казалось, что ее конечности превратились в желе. Очень тяжелое желе. Светловолосая голова Джиллиан снова лежала на плече Энджи, ее дыхание было глубоким и ровным. Энджи рассеянно поглаживала кончиками пальцев гладкую кожу на плече Джиллиан и, совершенно потеряв сон, переживала в своем сознании произошедшее этой ночью, пытаясь проанализировать удивительные эмоции, тихонько бродившие внутри нее. Разве можно так быстро влюбиться? Она совсем не знала Джиллиан, но у нее сложилось впечаление, что они знакомы уже давно. Разве не странно? Или все это просто из-за секса? Потрясающего, плавящего конечности, умопомрачительного секса? Который лишил ее способности рассуждать логично - а было бы совсем не лишним взглянуть на ситуацию с этой точки зрения. Она что, готова начать жить вместе после первого же свидания, подтверждая все басни, что рассказывают о лесбиянках? Потому что в данный момент ей не хотелось даже шевелиться. Она была бы полностью счастлива на целую вечность и еще один день остаться в постели с теплой, мягкой Джиллиан, обнаженное тело которой прижималось к ее собственному. Энджи мысленно встряхнула себя, уговаривая перестать быть такой глупой. Ей было двадцать пять лет, а не шестнадцать. Романтические сказки существуют только в дрянных романах, и любви с первого взгляда не существует. Ей нужно просто успокоиться, иначе Джиллиан придется кричать на всю улицу, чтобы избавиться от сумасшедшей, цепкой лесбиянки. Джиллиан слегка передвинулась во сне, и крошечная улыбка появилась в уголках ее рта, порождая соблазнительные ямочки. Энджи с трудом сглотнула и мысленно выбросила полотенце на ринг, признавая себя побежденной. Все было кончено, и она знала это. Она сделает все, чтобы увидеть эту улыбку снова. Все, что угодно.