Оливковое масло и белый хлеб

- Ребята, у нас около двадцати минут до начала шоу, - сказала Джиллиан, обняв Энджи со спины и плотно обхватив ее руками вокруг талии. - Нет проблем, - ответила Мария, вытаскивая из духовки поднос с фаршированными шляпками грибов. - У меня остался еще один лист и все будет готово. - Ого, да ты прикалываешься, Мария! Когда мы говорили о закусках, я думала про сыр, крекеры и чипсы. Наши гости совершенно потрясены. Кусочки курицы в беконе пользовались огромным успехом. - Поэтому я и попросила ее помочь, - Энджи быстро поцеловала Джиллиан в губы. - Как там дела? Все веселятся? Джиллиан кивнула. - Все очень здорово. Не верится, что это действительно происходит. Освещение этого события в новостях было безостановочным, и Джиллиан следила за ним неделями. Обложки журналов, ток-шоу, новости. Несмотря на то что было довольно широко известно, что Эллен Дедженерес была лесбиянкой, она никогда открыто и публично не заявляла ни о чем подобном. В конце концов, видимо ей надоело, что вокруг нее ходят слухи и сплетни, и она решила закрыть эту тему раз и навсегда. Всего через пятнадцать минут главная героиня, Эллен,* которую она играла в сериале, будет признаваться в своей ориентации. На национальном телевидении. Впервые за всю историю. Вообще впервые. *Сериал "Эллен" - 4 сезон 22 серия. Джиллиан стояла на пороге между кухней и гостиной. Кевин Вебстер взгромоздился на подлокотник дивана, его жена Кейша прислонилась к его плечу. Они были парой молодоженов, которые переехали в соседний дом всего три месяца назад, были дружелюбны, забавны и открыты, а иногда приходили к ним на ужин. То, что они живут теперь рядом с парочкой лесбиянок, их вообще не волновало. Тинни, любительница софтбола, сидела в углу дивана, попивая Labatt’s Blue Light*. Ее нынешняя подруга - она меняла их часто и регулярно - сидела у нее на коленях. Деб была маленького роста, с кольцом в носу и пострижена налысо. *Labatt’s Blue Light - сорт пива. Остаток дивана занимали Майк Клейн и его жена, Джина. Они жили через дорогу и были первыми людьми в районе, которые зашли приветствовать Джиллиан и Энджи, принеся им яблочный пирог, только что вынутый из духовки. На полу, возле ноги Джины, опираясь спиной на диван, сидела Марина, и Джиллиан подумалось, что она меньше всего походила на учителя начальной школы и больше всего на старую подругу. Их первоначальная дружба, начавшаяся в первый год работы в школе, укрепилась, и Марина в недвусмысленных выражениях сообщила Джиллиан, что хотела бы оказаться рядом с ней во время "Великого откровения", как она назвала его. Бу растянулась рядом с ней, положив голову на бедро Марины, и судя по выражению ее карих глаз, была целиком наполнена любовью. Рядом с Мариной сидела Хоуп, они наклонили головы поближе друг к другу и увлеклись разговором. В кожаном кресле в углу удобно расположилась Шей с бокалом белого вина, Лаура примостилась на подлокотнике с пивом в одной руке, другую руку положив на плечи Шей. Брат Джиллиан Брайан стоял у края дивана, молча наблюдал за происходящим, но улыбался. Пока Джиллиан переводила взгляд от одного человека к другому, у нее на душе стало тепло от удивления - в данный момент в ее комнате собралось больше натуралов, чем геев. Но так и должно было быть, правильно? Натуралов в мире существовало гораздо больше, так что ничего удивительного. Важно, что все эти люди любили ее. И они любили Энджи. А еще они любили их двоих, как пару. И это являлось наиболее важным фактором. Им с Энджи удалось окружить себя людьми, которые любили их вместе. Ее глаза затуманились. - Осторожно, горячее на подходе! - Мария бедром отодвинула Джиллиан в сторону, чтобы поставить тарелку со вкусностями на журнальный столик. - Да, а как насчет еды? - спросила Джиллиан, подмигнув. - Еще больше еды? - сказал Кевин, радостно изумляясь. - Мне, пожалуй, надо переехать к вам пожить, - он схватил шляпку гриба и засунул ее в рот. - Пройдет совсем немного времени, и ты будешь весить триста фунтов, - поддразнила его Кейша. - Только если Мария тоже переедет к нам пожить, - пошутила Энджи, подойдя к Джиллиан сзади и обнимая ее. Она прошептала ей на ушко: - Тебе хорошо, детка? Джиллиан откашлялась и кивнула. - Я в порядке. - Держи, - Энджи протянула ей бокал вина. - Это странно, что я так нервничаю? - Нет, нисколько. Я тоже. Словно подслушав, Лаура посмотрела на них и сказала: - Я вся как на иголках. - Аналогично, - вмешалась в разговор Марина. - А я даже не гей. - Со мной то же самое, - с заразительной ухмылкой проговорила Хоуп. - Это так волнительно! Деб встала. - Прежде чем полностью погрузиться в происходящее, я хотела бы предложить тост, - она подняла пиво; остальные присутствующие в комнате последовали ее примеру. - За Джиллиан и Энджи, за то, что вы пригласили нас к вам в дом, чтобы отпраздновать вместе со всеми, кто здесь есть, историческое откровение Эллен Дедженерес. - Ура! Через несколько минут шоу началось. Оно продвигалось вперед, казалось, в бешеном темпе, хотя Джиллиан была не прочь его замедлить, чтобы полностью насладиться им. Сценарий был написан очень плотно и энергично. Она несколько раз вместе со всеми остальными смеялась вслух. Лаура Дерн, играющая лесбиянку Сьюзен, заставила вымышленную Эллен Морган сомневаться в своей собственной сексуальности. Джиллиан наблюдала, что Эллен сказала Сьюзен, почувствовав в себе сексуальное влечение к ней, как она пыталась отказаться от этой нелепой идеи, бросившись на мужчину, и в конце концов отправилась поговорить со своим психотерапевтом о всей этой неразберихе. Она спросила себя - сколько лесбиянок, смотрящих прямо сейчас этот момент, переживали то же самое. Ей повезло, что она поняла и приняла свою собственную сексуальность в довольно молодом возрасте. Но она знала многих лесбиянок, которые не понимали этого, пока им не исполнилось тридцать, сорок лет или даже больше. Это была их история жизни, и она впервые шла на национальном телевидении. Это было потрясающее освобождение. Тинни прокомментировала один из моментов: - Мне всегда нравилась Лаура Дерн. Это неправильно, что теперь я полностью влюблена в нее? - и заработала игривый шлепок от Деб. И когда Эллен наклонилась слишком близко к микрофону аэропорта и сказала вслух: "Сьюзен, я гей", - слезы навернулись на глаза Джиллиан, а потом потекли по ее щекам. Она почувствовала, как Энджи притянула ее в объятия, а когда повернулась, чтобы посмотреть ей в лицо, то увидела, что глаза Энджи тоже были полны слез. Шей и Лаура оказались в объятиях друг друга, и на их лицах запечатлелись переживаемые эмоции. В следующую секунду после ключевого момента шоу все в комнате разразились аплодисментами. Когда сериал прервался на рекламу, все поднялись с мест, стали обнимать друг друга, целовали в щеки и губы, хлопали по спинам. Потом шум утих, по экрану поползли титры, а Джиллиан сказала своим друзьям: - Я не знаю, как благодарить вас всех за участие, за поддержку, за дружбу. Мы только что стали свидетелями хода истории. Это звучит немного сентиментально, но это правда. А еще я могу честно сказать вам, что даже вспомнить не могу, когда бы я настолько гордилась тем, кто я есть, насколько чувствую это прямо сейчас, - она всхлипнула. - А теперь я перестаю говорить, пока не начала рыдать. Позже вечером, когда Джиллиан стояла около раковины в ванной и чистила зубы, она пыталась проанализировать незнакомые эмоции, которые испытала во время шоу. Что там она сказала о гордости? Это было совершенно справедливо. Она всегда думала, что ей комфортно в собственном теле, но теперь знала точно, что это было не совсем честно - всегда оставался небольшой кусочек, который она прятала на всякий случай. Когда Джиллиан полоскала рот и смотрела в зеркало в ванной, в своем отражении перед ней быстрой вспышкой мелькнул образ ее матери. Уже не в первый раз она задумывалась над тем, жалеет ли она, что ее мать не увидела эпизод с Эллен или все же лучше, что она его не видела. Она почти смогла услышать, как происходил бы их разговор. "Мама, мы устраиваем вечеринку, чтобы посмотреть, как Эллен признает свою ориентацию. Ты должна приехать". "Я никогда не пойму, почему необходимо объявлять об этом", - Джиллиан просто видела ее лицо, как она кривит губы в неодобрении и выгибает одну бровь, произнося эти слова. "Это историческое событие, мама. Это признание ЛГБТ-сообщества". "Ты знаешь, почему у тебя и тебе подобных такие проблемы? Потому что вам всегда нужно говорить об этом, постоянно. А это сугубо личное. Личные вещи должны такими и оставаться. Чем вы там занимаетесь в своей спальне - это ваше дело, но я об этом слышать не желаю". Это было бы ужасно. Но все-таки, лучше бы она была здесь, хоть и недовольная всем, чем быть совсем без нее. Так ведь? Она все еще не могла найти ответ на этот вопрос. - Дорогая, - голос Энджи вырвал ее из размышлений. - Мне холодно. Иди в постель и согрей меня. Джиллиан закончила все приготовления и легла в кровать, прижимаясь ближе, чтобы Энджи обняла даже ее мысли. - Я бы хотела, чтобы моя мама была здесь. - Правда? - Энджи не скрывала своего удивления, это заставило Джиллиан улыбнуться. - Да, я знаю. Она бы возненавидела происходящее. Честно говоря, она бы просто не пришла. Не знаю, о чем я только думаю. Энджи крепко прижала ее к себе и поцеловала в лоб. - Милая, это совершенно нормально - скучать по ней и желать, чтобы она оказалась здесь. - Но это же смешно, да? Мне бы хотелось, чтобы она присутствовала на мероприятии, к которому она ничего, кроме презрения, не испытывала. И высказала бы свое мнение громко и вслух. - Это не смешно. Помолчав, Джиллиан положила голову на руку, посмотрела на Энджи и тихо сказала с немалой долей удивления: - Сегодня я была горда тем, что я лесбиянка. Я горжусь тем, кто я есть. Мне никогда не доводилось чувствовать подобное. Энджи кивнула. - Вот почему тебе хочется, чтобы твоя мама была здесь. Джиллиан опустила голову обратно на плечо Энджи и выдохнула. - Да, но она бы точно этого не потерпела. Ее мысли еще долго продолжали вертеться вокруг этой темы после того, как Энджи заснула. Прошло несколько недель, но перемена, произошедшая с Джиллиан, никуда не делась и часто занимала ее разум. Она вспомнила, как где-то читала, что третий десяток жизни - это время озарений, и теперь ей казалось, что, возможно, это было правдой. Так или иначе, она почувствовала, что в ее жизни начинается новый этап, а сама она внезапно стала более внимательной. Не было никакого способа объяснить это, хотя она неоднократно пыталась. Джиллиан просто приняла это, впитала в себя, и начала жить, чувствуя себя свободной и цельной. К сожалению, подобные чувства, похоже, обошли Энджи стороной, и во время ужина одной июньской ночью она, казалось, витала где-то за миллион миль отсюда. - Ты бы видела сегодня Брэдли, - рассказывала Джиллиан об одном из своих пугливых учеников. - Он использовал такое сочетание цветов, что, клянусь, его рисунок выглядел как картины Джексона Поллока*. Я не уверена, что на него нашло, но он отыскал сочетание, которое ему понравилось, и просто творчески его использовал, - она подцепила полную вилку картофеля и отправила его себе в рот, глядя как Энджи ковыряется в еде на своей тарелке. После минутного молчания она продолжила. - А потом толпа разъяренных лепреконов ворвалась в мой кабинет и потребовала отдать им всю зеленую краску. *Пол Дже́ксон По́ллок (англ. Paul Jackson Pollock; 28 января 1912 — 11 августа 1956) — американский художник, идеолог и лидер абстрактного экспрессионизма, оказавший значительное влияние на искусство второй половины XX века. Энджи слабо кивнула и отпила глоток из бокала. Джиллиан затаила дыхание. - Что с тобой? Энджи прищурилась. - Что? - Ты не слышала ни одного слова из того, что я сказала. Что происходит? Скривившись, Энджи покачала головой. - Я думаю, что могу прямо сейчас упустить контракт с "Дэвис Дайрект". - Серьезно? Это была одна из крупных компаний в списке Энджи. Джиллиан знала, как тяжело ей пришлось работать, чтобы получить ее, и что сделка принесла бы хороший процент комиссии. Джим Кармен - начальник отдела маркетинга "Дэвис Дайрект", был известен своим непостоянством. Энджи больше года назад рассказала ей все, когда выставила им счет. - Что случилось? Выражение лица Энджи стало мрачным. - Долбаный Кармен. Такой придурок. Он выдвигает мне сейчас свои ценовые условия. Я подготовила для него всю программу, укомплектовала и распечатала логотип, дала ему очень хорошую цену. Честно говоря, я должна была бы выставить гораздо большие расценки на его барахло - и что он делает? Он начинает собирать сведения о других продавцах. Таким образом он находит более низкую цену и показывает ее мне, требуя новые скидки, - она схватила бутылку вина и вылила остатки в свой бокал. - Сколько раз я водила его на ужин? На хороший ужин. Или выпить? Он так ни разу и не заплатил за них. Все расходы были на мне. А теперь я получаю от него подобную "благодарность"? Мудак! Прошло уже достаточно много времени с тех пор, как Джиллиан видела Энджи такой злой. Она поморщилась, когда красное вино выплеснулось на стол. - Детка, успокойся. Все в порядке. Энджи зло глянула на нее, и Джиллиан плотно сжала губы. "Очевидно, Энджи не в настроении слушать меня. Может, лучше просто дать ей возможность излить душу", - решила она и замолчала. - Неужели эти люди думают, что я не должна зарабатывать деньги? Что я работаю бесплатно? - она залпом опустошила треть бокала. - Знаешь, что самое ужасное? - она даже не пыталась дожидаться ответа Джиллиан, а сразу продолжила. - Следующему парню, который займется каталогом "Дэвиса" будет легко, потому что я уже сделала всю работу. Я нашла продукты, оценила их, прикинула стоимость доставки. Все, что должен сделать Кармен, это отдать мой каталог новому поставщику и сказать ему, что хочет цену немного ниже. Это так несправедливо. - Я знаю, детка. А что насчет мистера Гуэлли? Он может помочь? Может быть, он поговорит с Карменом? Энджи зло рассмеялась и осушила бокал. - Если и есть что-то, что я по-настоящему поняла, так это то, что Гуэлли - это чувак, который владеет торговой компанией, но понятия не имеет, как продавать вещи. Он чертов динозавр. Честно говоря, я бы предпочла держать его подальше от своих клиентов, чтобы он даже случайно не встретился с ними. Он только под ногами путается. Ненавижу эту работу! - Мне так жаль, дорогая. Чем я могу помочь? Издевательский тон Энджи заставил Джиллиан вздрогнуть, как и ее следующие слова. - Без обид, Джилл, но ты весь день работаешь с шестилетними детьми. Это не твоего ума дело. Джиллиан прикусила язык, медленно кивнула и встала из-за стола. - Ладно. Понятно, - она позвала Бу, схватила ее поводок и зашагала к двери, когда услышала, что Энджи наконец-то заговорила. - Джиллиан. Подожди. Она не стала останавливаться.