Оливковое масло и белый хлеб

Мерло, залитое в организм Энджи, не позволило ей бодрствовать до тех пор, пока Джиллиан и Бу, наконец, вернутся домой. Должно быть, она отключилась на диване, потому что в следующий момент поняла, что было уже больше семи утра, если верить часам на приставке от кабельного телевидения. Солнце пронизывало ее закрытые веки, словно крошечные ножи для колки льда. Ей едва хватило времени, чтобы расслышать цоканье когтей Бу, спускающейся по деревянной лестнице, прежде чем ее тело бухнулось на грудь Энджи, как кирпич, заставляя весь воздух с громким "уфф" вырваться из легких. Мгновение спустя появилась Джиллиан, но, так и не взглянув на Энджи, прошла мимо и ушла на кухню, чтобы выпустить Бу во двор. - Привет, - сказала Энджи хриплым голосом. Джиллиан быстро забросила остатки салата в коробку для ланча, но не повернулась, а двинулась к задней двери и выпустила Бу. - Джиллиан. Дорогая. Мне очень жаль, - когда Джиллиан продолжила смотреть в раздвижные стеклянные двери, Энджи попыталась снова. - Я имею в виду... Прости. Я вчера повела себя, как свинья. Джиллиан резко развернулась, ее голубые глаза были наполнены гневом, и только в этот момент Энджи поняла, что действительно переступила черту. - Нет, Энджи, ты не свинья. Ты сволочь. Мне очень жаль, что у тебя был дерьмовый день. У меня они тоже случаются, хотя моя работа, видимо, проще простого - она не настолько сложна и важна, как твоя. Энджи сглотнула. - Да, меня занесло. - Ты так думаешь? - Мне очень жаль, Джилл. - Еще бы не жаль, - она повернулась к двери и впустила Бу. Проходя через кухню, Джиллиан остановилась, ополоснула тарелки, которые оставила поздно ночью Энджи и положила их в посудомоечную машину. - Это было так трудно сделать? - сказала она вслух, но Энджи знала, что это был прямой выстрел в нее. Затем Джиллиан подняла пустую бутылку из-под вина и поднесла ее к Энджи. - А это? Оно не поможет, - она с громким стуком поставила ее обратно на столешницу и забрала ключи со стойки. - Я собираюсь на работу. Когда вернусь, пойду к отцу. И заберу с собой Бу. Я не знаю, в какое время появлюсь дома. И она ушла. Энджи со стоном плюхнулась обратно на диван. Бу уселась на полу рядом с ней, склонила голову и прислушалась. Ее морда оказалась в нескольких сантиметрах от Энджи. - Ох, Бу! Мама облажалась. Очень сильно. Бу моргнула. Никаких поцелуев, никаких ласк и игр. Как будто собака все понимала. Энджи посмотрела в светло-карие глаза и почувствовала осуждение. - Очень сильно. Я понимаю, - снова сказала Энджи. Она знала, что ей следует встать и начать двигаться, но предстоящие дневные неприятности крепко прижали ее к дивану. Ей не хотелось вставать, потому что боль в ее голове пульсировала так, как будто маленький человек с кувалдой бродил внутри черепа и просто стучал там, где ему хотелось. Мысль о борьбе с Джимом Карменом вызывала у нее тошноту. Она все еще не сказала мистеру Гуэлли о вероятности потери клиента. Не имея ни малейшего представления об истинном положении дел, он сделал бы вид, будто понял то, что произошло, но при этом обвинил бы ее. Тонко и косвенно, все равно возложил бы всю вину на нее. Однако первым номером в списке всех этих проблем стояло очень, очень важное дело - помириться с собственной девушкой. О чем она только думала, когда ляпнула такое прошлой ночью? Что на нее нашло? Она была так напряжена, в такой ярости из-за сложившейся ситуации, что была как в тумане, который затмил ее мозг, вытесняя все, кроме гнева. Она знала, как трудно учить маленьких детей, и понимала, что никогда не смогла бы делать то, что делала Джиллиан - она не раз говорила об этом. В любой другой день, любому человеку, который согласится слушать ее, она с удовольствием рассказала бы, каким удивительным и талантливым педагогом была Джиллиан. Что, черт возьми, случилось вчера и превратило ее в полное дерьмо? - Ох, - она медленно приподнялась, затем постепенно встала. Шаркая ногами, как восьмидесятилетняя старуха, Энджи пробралась на кухню за стаканом воды, надеясь, что та поможет ей от головной боли. Во рту будто кошки нагадили. Ей нужно срочно избавиться от этого вкуса, прежде чем ее стошнит на столешницу. Бу внимательно следила за ней. Энджи посмотрела на пустую винную бутылку, а затем плеснула воды в бокал Джиллиан, оставшийся на столе от вчерашнего ужина. Джиллиан вообще не прикоснулась к вину. - Боже, - пробормотала она. Положив ломтик хлеба в тостер, Энджи уставилась в кухонное окно. Раннее июньское солнце ярко освещало уютный внутренний дворик, и она мечтала просто пойти посидеть там, расслабиться и подышать, несколько часов не думая ни о чем. Ей нравился июнь в штате Нью-Йорк. Не слишком жарко, не слишком холодно. Все цветёт. И никаких насекомых пока нет. Через несколько недель закончится учебный год, и ее подруга будет проводить время на природе, работая в цветнике и в саду, в очередной раз решив вырастить огромный урожай томатов. Из года в год, прожитых в этом доме, Джиллиан ставила себе эту цель, но была успешна во всем... кроме помидоров. Их никогда не вырастало больше шести штук, и это уже стало семейной шуткой. - В этом году я выращу помидоры, - скажет Джиллиан. - Серьезно. - Опять? - ответит ей Энджи и подмигнет. Энджи представила, как они будут сидеть на свежем воздухе, в сумерках, возле портативного металлического мангала, купленного ими в прошлом году. Они наполнят его ветками, срезанными Джиллиан, и разведут огонь - просто так. Энджи будет шлепать по собственным рукам и ногам, разочарованно глядя на Джиллиан, которую надоедливые насекомые всегда оставляли в покое. - Почему комары никогда не кусают тебя? - все время спрашивала она, хотя не менее ста раз за прожитые вместе годы слышала ответ. - Почему они устраивают свое пиршество только на мне? Джиллиан посмеется над ней и даст тот же самый ответ, который давала всегда. - Если бы у тебя был выбор, что бы ты предпочла? Оливковое масло или белый хлеб? Выглянув в окно, Энджи улыбнулась. Скоро наступит лето. Впереди столько хороших событий. Она тяжело вздохнула. - Дерьмо. ***** Днем лучше не стало, и уже не впервые Энджи задавалась вопросом, почему она не осталась в постели. - О да! Все верно. Это потому что я спала на диване, - пробормотала она вслух, ожидая у телефона поставщика, который должен был вернуться на линию с расценками. Хоуп просунула голову через дверной проём в кабинет Энджи и поднесла руку ко рту, мимикой показывая универсальный знак - хочешь выпить? Сегодня у нее в ушах висели разнокалиберные, совершенно не подходящие друг к другу сережки: одна в виде пирожного-корзиночки, а другая - в виде красного кленового листика. - Боже, да, - прошипела она в ответ, и тут голос в телефоне начал засыпать ее цифрами, которые Энджи принялась записывать. - Я позвоню тебе, - прошептала Хоуп и ушла в коридор. Энджи не понравились цены, которые ей озвучили, но это был единственный поставщик, имевший запас конкретных ручек, а заказчик для своей фирмы хотел получить именно их. У нее не было выбора. Она добавила в эту цену расходы для покрытия собственных затрат, заполнила документ и нажала "Печать". Энджи подошла к принтеру, который стоял позади Рози на стойке регистрации и забрала распечатанную копию. Подписав ее, она набрала номер факса своего клиента, и в это время открылась входная дверь, известив о приходе очередного посетителя. - Вот она! - с усмешкой сказал Мэтт Джонс. - Вот женщина, которую я искал. - Клиент, который не испытывает ко мне нанависть, - сказала Энджи. - Господи, ты просто утешение для моих усталых глаз, - повернувшись к Рози, она добавила: - Ты можешь принести этот факс в мой офис, когда он пройдет? - Конечно. Она махнула рукой Мэтту. - Следуйте за мной, молодой человек. Обосновавшись в ее кабинете, Мэтт сказал: - Мне нужны футболки. Есть ли у тебя что-то, в чем мои ребята не будут выглядеть, как неудачники в майках-алкоголичках? Энджи рассмеялась: - Точно знаю, что ты имеешь в виду, и мне кажется, я нашла выход. Один из моих поставщиков одежды был здесь на прошлой неделе и показал образцы футболок без рукавов. Они чуть аккуратнее, чем майки, но все-таки твоим ребятам будет в них немного прохладнее. Порывшись в картотеке, она нашла нужный каталог и, пошуршав страницами, вручила его Мэтту. - Вот. - О, прекрасно. Это подойдет. Пока Мэтт разглядывал каталог, заглянула Рози. - Твой факс прошел, а этот тоже пришел тебе. Энджи взяла бумаги, кивнув в знак благодарности. Факс был от Джима Кармена. Он сообщал, что ему нравилось работать с ней, но они решили продолжить сотрудничество с другой компанией и воспользоваться их программными каталогами. Он пришлет дальнейшие инструкции о том, куда отправить оставшиеся у нее материалы. Знать, что это случится, и читать слова отказа - оказалось намного труднее, чем представлялось. Энджи закрыла глаза, медленно вдохнула, еще медленнее выдохнула, сглотнула, надеясь, что ей удастся проглотить комок горечи, образовавшийся в горле, и не заплакать. Шорох переворачиваемых страниц смолк, и, когда она открыла глаза, Мэтт смотрел на нее с беспокойством. - Ты в порядке? Что случилось? Она медленно покачала головой. - Я только что потеряла очень крупного заказчика. Думаю, ему было гораздо проще сказать об этом в факсе, чем на самом деле позвонить по телефону и поговорить со мной, как взрослый мужик. - Фу, какая мерзость! Прости. Ее попытка отмахнуться от этого выглядела неубедительно. - Я знала, что так будет. - От этого не легче, - сказал Мэтт с выражением сочувствия и понимания на лице. - Со мной такое происходит все время. - Правда? - В ландшафтном бизнесе? Конечно. Ты думаешь, вокруг не наберется сотни других парней, занятых тем же, что и я? - Я никогда не задумывалась об этом, - честно ответила Энджи. - О, я знаю, кто мои постоянные клиенты. Но есть еще безответственные однодневки. Это те люди, которые сразу бросят меня, если получат цену на пять долларов дешевле, чем моя ставка. Это обидно. Я стараюсь не поддаваться эмоциям, потому что знаю - я ничего не мог сделать, чтобы удержать их, но все равно это сильно задевает. - Точно. Я все сделала для этого парня. Мои цены справедливы, а продукты только отличного качества. Я уверена, что какой-то халтурщик, который стряпает свою продукцию в подвале, пришел и предложил более дешевую цену, и глаза Джима загорелись. - Ты уже давно занимаешься этой работой, - мягко сказал Мэтт. - Разве ты не привыкла к таким парням? Энджи задумалась. Мэтт был прав. Она должна привыкнуть к такого рода вещам. Это было обычным делом в их бизнесе. - Да, но это беспокоит меня. И не знаю, почему. Я все равно ненавижу, когда такое происходит. - Ну, он еще пожалеет, когда парень из подвала не сможет представить его кампанию на должном уровне, не так ли? - Мэтт подмигнул. - Вот почему я держу тебя рядом, Мэтти. Ты меня утешаешь. - Погоди, а разве не потому, что я такой красавчик? ***** К четырем тридцати Энджи показалось, что с нее достаточно. Вспомнив о планах Джиллиан забрать Бу и уйти к отцу, она нажала кнопку селектора и связалась с Хоуп. - Привет, секси, - сказала она в микрофон. - Время выпить? - спросила Хоуп. - Да. - Сейчас буду. Пять минут. Они решили не осложнять себе жизнь и направились в маленькое бистро, расположенное всего в квартале от офиса "Логотип Промо". Это было место, где они часто бывали, и Минди, бармен, отлично знала их. - Что я могу сегодня сделать для вас, дамы? - Минди было от силы двадцать пять, не больше. Ее прямые темные волосы свисали до середины спины, а большие карие глаза были почти незаметно подведены. Легкая улыбка добавляла ей обаяния, и, наверное, приносила хорошие чаевые. На ней были надеты облегающие задницу джинсы и расстегнутая блузка. - Мартини, - сказала Хоуп без долгих размышлений. Энджи прищурилась. - Ух ты! А ты не тратишь время зря. - Нет. У меня был сегодня один из тех дней. Заказав водку с тоником, Энджи сказала: - Да, когда ты еще до обеда спросила меня - не хочу ли я выпить, я поняла, что что-то, должно быть, случилось. Минди принесла им напитки, и они чокнулись. - Почему мы до сих пор остаемся на этой работе? - неожиданно спросила Хоуп. - В этом деле? С какой стати? - О, это легко, - ответила Энджи. - Я думала об этом долго и упорно. Это как гольф. Я слышала, что ты можешь пройти на поле семнадцать лунок, но восемнадцатая никак не удается, она держит тебя, заставляет возвращаться снова и снова, потому что все, что ты хочешь на данный момент - это загнать в нее мяч. А чтобы получить этот шанс, ты готова пробираться через семнадцать других отстойных ям. Хоуп кивнула, отпила немного, а затем снова кивнула. - Это идеальная аналогия, Энджи. Я торчу целыми днями, работая с придурками над заказами, которые принесут мне сто баксов здесь и восемьдесят баксов там, потому что знаю, если упорствовать достаточно долго, то обязательно придет большой заказ, за который мне заплатят несколько тысяч комиссии. - И тогда ты сможешь передохнуть. - И тогда я смогу передохнуть. - Но только ненадолго, потому что потом все начинается сначала. - Тьфу! - Я знаю. Они затихли на мгновение. - К тому же, - сказала Энджи, - есть дополнительная радость от наличия выгодной программы, ну, и постоянный адреналин от того, что все можно потерять. - Вместе со стабильным доходом, к которому ты привыкла. - Точно, - глоток водки был слишком большим и обжег горло Энджи. - Я потеряла "Дэвиса". Прямо сегодня. Хоуп опустила стакан и посмотрела на Энджи. - Дерьмо. Правда? Мне так жаль. Она опять, как с Мэттом, сделала попытку отмахнуться. - Я предвидела это. Хотя то, что он кинул меня по факсу, было весьма неприятно. - Этот парень такой козел, - сказала Хоуп. - Я еще не сказала об этом Гуэлли. - Кстати, о козлах, - Хоуп отпила из своего бокала. - Он подумает, что это я виновата. Он будет смотреть на меня так, будто весь корень зла в том, что я женщина. Если бы Джим Кармен работал с продавцом-мужчиной, этого бы не случилось. Напомни мне, почему мы остаемся в деле? Хоуп подмигнула, и Энджи фыркнула. - К черту его! - сказала она. - Забудь об этом. Я не хочу тратить на него ни грамма энергии. Расскажи про свой день. Почему ты была готова напиться уже в десять часов утра? В течение следующего часа, пока они жаловались друг другу, толпа вокруг стала плотнее и громкость музыки увеличилась. Разговоры с Хоуп были очень важны для Энджи, просто жизненно необходимы для ее здравомыслия. Тому, кто не работал в рекламном бизнесе, трудно осознать весь стресс, все препятствия, которые нужно преодолеть, все эти жвачки, резиночки и скрепки, которые иногда требовались, чтобы закрыть заказ. Не говоря уже о хитростях, к которым приходится прибегать, чтобы удержать хорошего клиента. Разговор с Хоуп был возможностью пожаловаться, поплакаться и поддержать друг друга, часто именно он помогал Энджи остаться в здравом уме на этой работе, иногда казавшейся ей весьма непростой. Когда Минди налила им по третьей порции, Энджи вдруг спросила: - Как думаешь, мы спиваемся? - Да, - сразу ответила Хоуп. - Нет, нет, не торопись. Ты не должна отвечать прямо сейчас. Хоуп засмеялась, но взглянув на ставшее вдруг серьезным выражение лица Энджи, спросила: - Почему ты спрашиваешь? Покорно вздохнув, Энджи рассказала ей о предыдущей ночи. И даже о всем том ужасном, что она наговорила Джиллиан. - Оу! - Знаю. Взглянув на ее лицо... - Энджи покачала головой, не желая вспоминать об этом. - Я полная идиотка! - Надеюсь, что ты уже делала попытки примирения, - сказала Хоуп, выгибая бровь. - Я послала ей цветы на работу. - Это хороший первый шаг, но почему ты здесь со мной, а не дома с ней? - Она поехала к отцу. - А когда вернется? - Понятия не имею. - Ладно, слушай сюда, - Хоуп низко наклонила голову, как будто у нее был тайный план, которым она собиралась поделиться. В некотором смысле, она так и поступила. - Вот что ты сделаешь ...