По-магловски

Когда вечером Гермиона вышла к телефону-автомату, настроение было ниже планки. Она вернулась на Гриммо, так и не наложив ни одного заклинания, позавтракала с Джинни, которая и не заметила, что Гермиона отлучалась. Будто ничего и не было, обсудила с ней торжественные залы и приглашения на помолвку, а затем на свадьбу, которые нужно было написать со дня на день. Поднялась к себе и бессовестно заснула до самого вечера. Встала с трудом. В голове плескалась мутная каша из периферических мыслей и образов, которые уже спустя минут десять она могла воскресить с трудом. Долго пыталась понять, который час. Ещё полусонная вышла из дома в сгущающиеся сумерки, натянув мантию вместо пальто и чудом не забыв сумку. Красная будка телефона-автомата находилась через квартал на углу возле небольшого магазина. Мама ещё не спала и, на счастье Гермионы, мистер Бертран, коллега родителей, действительно подсказал несколько человек, которые помогали ему с престарелой мамой. Причем некоторые занимались своими клиентами на постоянной основе, другие были приходящими, а третьи предоставляли разовые услуги. А также подкинул номер грузового такси, в которое можно было погрузить миссис Корстон вместе с коляской (о которой Гермиона тоже совершенно забыла). Миссис Грейнджер правильно истолковала вздох дочери и сказала, что об этом стоило бы поговорить с лечащим врачом миссис Корстон. Возможно, он мог предложить альтернативы. Гермиона кивала в трубку, и только природное упрямство и слабеющее чувство вины не давали ей плюнуть на всё и оставить миссис Корстон разбираться самостоятельно. Ни на что особо не надеясь, она позвонила в контору, которая предоставляла разовые услуги по присмотру за стариками и инвалидами. Там неожиданно ответили, и она смогла договориться хотя бы о сопровождающем, а также о временной аренде чертовой коляски на завтра. Ещё нужно было договориться о постоянной или временной сиделке, но это было невозможно осуществить без миссис Корстон. А старушка наверняка не захочет никого нанимать, и переубедить её будет задачей на уровне Превосходно у Снейпа. Разболелась голова. Определенно день был ни к чёрту. Нужно было возвращаться на Гриммо, но мысли о чьей-либо компании не внушали никакого восторга. Боже, как же она запуталась! Как всё запуталось! На улице было уже достаточно тепло, а она в мантии чувствовала себя более чем нелепо. Украдкой оглядевшись, она взмахнула палочкой и трансфигурировала её в короткую кожаную куртку. Снова вспомнился Фред, который на ней трансфигурировал сапоги, и это заставило чувствовать себя не в своей тарелке. Гермиона помрачнела. Захотелось надраться в одиночестве и танцевать. Как тогда, ещё летом… В магазинчике оказалось пусто. Играл какой-то мерзкий липучий мотивчик. Сама не зная зачем, Гермиона вытянула из холодильника бутылку эля и сразу же пошла на кассу. Продавец за стойкой что-то писала, и Гермиона, бросив взгляд, заметила журнал кроссвордов. Магловской мелочевки, что завалялась в кошельке, на пакет уже не хватило. Открыла сразу по выходу из магазина. Первый же глоток немного горчащего пива будто заставил её вздрогнуть. Второй, третий, четвертый, бутылка до половины прямо посреди улицы. А что было бы, если бы она не встретила тогда в клубе Фреда? Было бы всё так, как сейчас? Одновременно просто и сложно? Или она бы оставалась на месте, даже не пытаясь быть с ним, даже не зная, что можно оказаться рядом с ним. Она не знала. Четвертый, пятый, шестой глоток. Мысль, словно молния поразила её, так что она едва не выпустила из рук бутылку. Недобрый темный взгляд среди неоновых огней догнал её спустя больше чем полгода. Она ведь видела его! Того парня, который на неё напал там, в клубе! Он звал её танцевать, а она так удачно встретила Фреда, которым отвадила не понравившегося пьяного ухажёра. Внезапно ей стало очень неуютно, чувство опасности побежало по венам, а волосы на затылке встали дыбом. Значит, ещё тогда за ней следили! Боже, да во что же она влезла? Здесь её ещё не нашли. Пока не нашли. Хотя весь волшебный мир знает, у кого она может скрываться. Но долго ли, если хотеть? И, главное, зачем? Гермиона осторожно поставила недопитую бутылку возле урны у входа в магазин. Несколько движений волшебной палочкой и на ней маглоотталкивающее. В три прыжка в Хогсмид. Когда же она уже сможет прыгать напрямую без страха, что кто-то зацепит след трансгрессии и перенесется за ней? Магазин был ещё не закрыт, однако покупателей не было. Винни поднял на неё взгляд и поздоровался. Гермиона кивнула в ответ и негромко спросила: – Мистер Уизли здесь? Винни, замялся, но кивнул, на миг покосившись на потолок. Гермиона ободряюще ему улыбнулась и через незаметную дверцу зашла в подсобку. Сначала она решила проверить квартиру наверху, а потом уже, если не найдет его там, спуститься вниз в лабораторию. Не пришлось. Фред нашелся в гостиной, почему-то на полу. Он лежал на ковре, опёршись макушкой о диван, раскинув руки в стороны, и пялился в потолок не моргая. Он явно слышал, что она вошла, но не пытался заговорить с ней первым, чем не облегчал ей задачу. Гермиона помялась на пороге, несколько раз вздохнула, но всё же зашла в комнату. – Фред я… – Давай не будем. Я примерно представляю, что ты мне хочешь сказать, – перебил он её. Он потянулся за бутылкой огневиски, которую Гермиона сначала не заметила, отхлебнул несколько глотков, даже не закашлявшись. Не одна она, похоже, сегодня напивалась. – Хочешь? Нет? Она помотала головой в ответ на его предложение. Ей хватило и недопитого пива. В голове поселилась какая-то тягучая медлительность, не дающая сорваться с катушек. – Фред, послушай... – она попыталась снова, но увидев, как он скривился, замолчала. – Как всё странно в этом мире. Ещё несколько часов назад меня разрывало от злости… а теперь нет, – сказал он чуть хрипло и похлопал рядом с собой. Она медленно приблизилась к нему и села рядом, тоже прислонившись спиной к кожаной обивке дивана. – С какого драккла ты такой пьяный? Неужели это из-за… Он хмыкнул и помотал головой. – Я сегодня строил теплицу и потерял концентрацию над заклинанием. Оно сорвалось, и мне балка чуть голову не снесла. Глаза у него были трезвые, хотя язык заплетался. Гермиона не обманывала себя, она понимала, что это именно она его взбесила сегодня. – Ох, Фред, – у Гермионы перехватило дыхание. – Я сначала ничего не понял. Я потом вспомнил, как меня в школе тогда, в мае, чуть не завалило. И как я потом приходил в себя. Накрыло так, что руки дрожат. И ведь я же не из трусливых. Сколько раз в лаборатории что-то взрывалось, сколько раз меня экстренным порталом зашвыривало в Мунго. Мы даже договор заключили с больницей на эти порталы. Но раньше меня хотя бы Джордж страховал, а теперь… Он замолк, и она услышала, как на первом этаже зазвенел колокольчик, и кто-то зашел в магазин. Видимо, он всё же был не совсем трезвым, иначе бы не рассказывал ей это, как всегда стараясь не волновать. А ведь она не задумывалась, что прежде всего он изобретатель, и что его профессия, особенно в магическом мире, очень опасна. – Без Джорджа всё настолько плохо? – Значительно сложнее, чем было. Энтони не может быть настолько синхронным со мной. Физически не может. Гермиона вздохнула и коснулась его макушки, проводя по рыжим вихрам. – Мне до сих пор иногда снится война. Можно было свести шрам, – он легко коснулся вмятины над бровью, вернувшись к прежней теме. – Но мне тогда показалось, что это будет хорошим напоминанием о том, что случается, если не суметь усмирить гордыню. Гермиона вздохнула, не совсем понимая, о себе он говорит или о Волдеморте. Фред ведь тоже знал об этой истории значительно больше, чем весь остальной магический мир. – У тебя тоже… – он перекатился на бок, легко ухватил её ладонь и крепко взялся за запястье. Из-за куртки задрать рукав не вышло и Фред, сделав несколько попыток, оставил её руку в покое. – Мне жаль, – выдохнула она. – Я не должна была… молчать, но растерялась. Ведь у каждого из нас своя жизнь, по крайней мере, была раньше. И я… Я привыкла быть одна. – У тебя классная задница, Грейнджер, – задумчиво пробормотал он, неожиданно обнимая её второй рукой и утыкаясь носом в её бедро. Бутылка тихо булькнула, приземлившись на ковер, а он так и застыл, словно заснув, но Гермиона чувствовала, как её даже немного чересчур сильно сжимают его крепкие руки. – Я не знаю, к чему ты привыкла. Но я просто не хочу узнавать такие вещи последним, Грейнджер. Обещаешь? – Обещаю, – тихо сказала она. Мучительно хотелось его поцеловать и одновременно не отпускать никуда, и не менять удобную позу. От его рук теплые волны расползались по телу. А сама поза наталкивала на эротические мысли. – Помоги мне завтра, пожалуйста. – Что-то случилось? – пробормотал он вопросительно. – Не совсем. Помнишь, я говорила про соседку? Мне нужно забрать её из больницы. – А она сама? – Со сломанной ногой? У маглов нет костероста, – Гермиона скромно промолчала, что у Миссис Корстон теперь он есть. – И я не горю желанием возвращаться снова в квартиру одна. Мне не по себе. – Как же ты оказалась там сегодня? – он повернулся, чтоб посмотреть ей в глаза. Гермиона вздохнула и призналась: – Я сглупила. Мне не стоило это делать. – Дожился, Грейнджер признала, что она не права, – хмыкнул он и потерся носом уже о внутреннюю часть её бедра, порождая уже совсем нескромные мысли. – Так ты ещё признаешь, что наши шуточки из магазина забавны, а в министерстве работают одни идиоты, кроме тебя, разумеется… – Не смешно, – фыркнула она. – Я сегодня кое-что вспомнила. – Без зелья? – он нахмурился и снова на неё внимательно посмотрел. – Нет, не это, – вздохнула она. – Я вспомнила, где я раньше видела того парня, который на меня напал. Прошлым летом мы встретились в клубе, помнишь. Вот тогда. Фред нахмурился, но кивнул. – Я бы и не подошла к тебе тогда. Всё же я была не в самом лучшем настроении. И у каждого из нас есть право на личную жизнь. – Вы с Роном тогда разошлись? – прикинув в уме, спросил он. – Да, как раз в ту неделю. Джинни была занята с Гарри, да и по здравому размышлению, я бы не смогла ей объяснить, по поводу чего веселье. Так вот, перед тем как подойти к тебе, ко мне пристал какой-то парень. Он был совершенно пьян, и я сослалась на тебя как на моего жениха, только чтобы отвязаться. А сегодня я вспомнила его… – Вот как… – от него пахло знакомым одеколоном и алкоголем, – знаешь, а я даже благодарен этому придурку. Гермиона ударила Фреда в плечо, внутренне содрогнувшись. – Не злись, – Фред перехватил её руку и поцеловал. – За то, что он тебя обидел, я бы оторвал ему голову. Потом вздохнул и поднял на неё взгляд. Его веснушки обычно словно делали Фреда младше. – Мне очень не нравится, что вокруг тебя крутятся какие-то подозрительные личности, – пробормотал он. – Знал бы ты, как это не нравится мне, – Гермиона поёжилась, хмель начал слетать. – Жить с опаской, думая, что из-за каждой подворотни может выпрыгнуть какой-то идиот... А ведь прекратить это нет никакой возможности. Мы не знаем как его зовут, не знаем из-за чего он за мной следит. У нас разве что палочка его оказалась, да и та явно контрафактная. Я бы, если чисто гипотетически мне нужно было бы совершить нападение на кого-то, свою не взяла. – В смысле, палочка? – Фред встрепенулся. – Когда он напал на меня, я выбила палочку у него из рук. Правда, при первой возможности он тут же сорвался с крючка. Мы с Гарри не рискнули брать след. Мало ли куда он мог нас вывести. Только вот первая его палочка осталась у меня. Фред помолчал, потом отпустил её, протянув по боку свою руку, от чего у Гермионы мурашки по спине пробежали, легко подтянулся и сел рядом. – Давай придумаем что-то утром… Голова совсем не варит, – вздохнул он. – Ты останешься? – Только если не на полу. И нужно предупредить Джинни, что я здесь. – Идет. Гермиона первая потянулась к его губам, которые хранили вкус огневиски. Фред отвечал на поцелуй жарко и жадно, так что она даже не заметила, как его рука пробралась под куртку. И только почувствовала, как её бьет током от этого касания. Он первый оторвался и тихо прошептал ей в губы: – Не дразни меня, ладно? Я сегодня немного не в форме. Гермиона, пытаясь отдышаться, кивнула. Она помнила, никакого секса по пьянке. Гораздо позже, когда она через камин поговорила с Джинни, кажется, напуганной её внезапным уходом, и, натянув футболку Фреда вместо ночной рубашки, повалилась рядом с ним на кровать, он обнял её. Нежно и крепко, и она, словно виноградная лоза, обвилась вокруг него. Кажется, уже в полудреме он сказал: – Я хочу рассказать в Норе о нас. Гермиона вздохнула и ткнулась ему носом в грудь. Она ведь понимала, что сегодня он пошел ей навстречу. И всё не было так радужно и спокойно, как он говорит. Она обидела его. И теперь это предложение?… Это что-то вроде сатисфакции. Ты уступил мне, чтобы я уступила тебе. – Ты уверен? Мне кажется, сейчас не самый подходящий момент. Свадьба Джинни, Рон… Он обнял её за плечи, и помимо воли она подняла голову. – Если так думать, то подходящего момента никогда не будет. Но я не считаю то, что между нами, интрижкой, Гермиона. Никогда так не думал, – как будто предупреждающе. – Я серьёзен. Поэтому, если ты думаешь по-другому ... – Что? – Понятия не имею. Я просто надеюсь, что ты как всегда... С утра поговорим. Спи. Гермиона послушно закрыла глаза и провалилась в неожиданно крепкий сон совершенно без сновидений.