По-магловски

Когда Гермиона зашла утром в кабинет, коллеги смотрели на неё в крайней степени ехидно. Она вздохнула, прикусывая нижнюю губу, чтобы не сказать лишнего. Вежливо поздоровалась. Сняла мантию, оставшись в нарочито магловском бежевом деловом костюме (забрала из дома, пока Фред был рядом), повесила сумочку на спинку стула. Обе две естественно поморщились, но спину сверлили без комментариев. И обернулась на свой стол. Кривую ухмылку подавить не вышло. Завалы впечатляли. Те папки, что были на столе, возвышались над ростом Гермионы. Бумаги, которые оказались на полу вокруг её рабочего места, доставали ей до пояса. Держались все эти пирамиды естественно на магии. Гермиона даже была немного удивлена количеством. – Тебя Ларкин хотел видеть, – буркнула Батшеба, уткнувшись в чашку с чаем. Гермиона кивнула. – Не иди пока, – внезапно добавила она. – Там сейчас совещание, что-то опять с оборотнями. Только время потратишь. Гермиона сморгнула, пытаясь понять, правда ли это Маилс. Обычно предупреждать было не в её стиле. Но затем вежливо кивнула. Раз уж так, значит, стоило начать разбирать завалы. Работы было непочатый край. – Как отпуск? – спросила Мари. – Отлично, спасибо, – Гермиона принялась открывать папки, пытаясь понять с какой сподручней начать. – Я слышала, что ты будешь подружкой на свадьбе у Поттеров. – Да, мы с Гарри и Джинни давние друзья, – Гермиона вежливо подтвердила прописную истину. – О, значит, ты помогаешь устраивать свадьбу? – Не совсем. В основном всем заправляют Джинни и миссис Пибоди, распорядитель. Я почти не принимаю в этом всём участия, – девушка поморщилась, вспоминая, как не далее, как вчера, зачаровывала перо и приглашения на помолвку. Заклинание было не из самых легких, но что не сделаешь, лишь бы не подписывать все сто пятьдесят приглашений руками. Тот же самый аттракцион предстоял ей ещё недели через две, когда придется рассылать приглашения на свадьбу. – Но всё же? Ты ведь видела приготовления, – не оставляла тему Мари. – К помолвке, – аккуратно призналась Гермиона, палочкой поддевая одну из папок, до которых не могла достать. – Это через две недели. – И как? Они устраивают все в белом? Ну же, Гермиона… Если честно, Гермионе и вовсе не хотелось говорить о помолвке и свадьбе Гарри и Джинни. И без того ясно, что любые глобальные перемены в жизни национального героя тут же оказываются на первой странице Пророка. С лёгкой руки мадам Скитер, разумеется, и пусть Гермиона больше не чувствовала в газетных очерках знаменитый стиль, но догадаться, откуда уши растут, могла. – Вроде бежевый. Или персиковый, – намеренно рассеянно сказала она, стараясь углубиться в работу. Папки явно были рассованы по датам. Те, с которых следовало начать, естественно, снизу. – Думают ещё над синим, но я не уверена. – Вот, слышишь, Батшеба, персиковый. У тебя ведь с Джинни Уизли одна цветовая гамма. – Я не настолько рыжая, – отмахнулась Батшеба. – Рыжая, рыжая. Тебе белый не идет. А тут уже готовые решения. Раз твой Марк не хочет нанимать распорядителя, остаётся только подсмотреть. Стол был заставлен полностью, равно как и стул. Но повинуясь легкому движению палочки, бумаги разлетелись, освобождая ей место. – Просто нам не нужна настолько роскошная свадьба, как у национального Героя, – язвительно отмахнулась Батшеба, садясь за стол. Гермиона смолчала, в уме просчитывая комбинацию чар, которая позволила бы перевернуть ей стопки бумаг. Выходило что-то сложное. – Да и родственников у нас не так много, как у Уизли. Так, мои родители, его дядюшка… – Меня хоть позови, – вздохнула Мари. – А то поженитесь, а я обо всём из министерских бумаг узнаю. Как с Сесиль из соседнего кабинета. – А что, – встрепенулась Гермиона, – ты обручена? Батшеба стрельнула в неё взглядом, но неохотно кивнула. – Так давно уже, год как точно. Ты как будто и не в нашем кабинете, Гермиона, – защебетала Мари. – Он прошлой весной сделал предложение. И так красиво! Сотня роз. Шикарное кольцо. Ах, Марк так романтичен. Взгляд Гермионы мимо воли упал на руки Батшебы. Кольцо и правда было там. Не сказать, чтобы уж очень шикарное, но вкус у этого Марка точно был. – И к тому же отличная профессия, а Марк один из лучших в ментальных практиках. И такой красавчик. Ах, если бы я повстречала его в школе, точно бы влюбилась без ума. Гермиону немного покоробила беззаботная болтливость Мари, тем более за чужой счет. Но, может, это она слишком строго относится к чужим тайнам. – Брось, в школе он был совсем обычным, – не согласилась Бартшеба. – Откуда ты знаешь? Он же из Шармбатона. – Мы же были соседями. Его лучший друг куда как лучше смотрелся. Показывал мне фотографии. – Но теперь-то он о-го-го. И вообще, мне кажется… Гермиона присела за свой стул, теряя коллег из виду. Что-то царапнуло её в этой речи Мари, но что именно, она так и не поняла. Так или иначе, пожалуй, хватит с неё сплетен. Пора немного поработать. Она открыла первую пачку, набитую отчетами так, что завязки едва доставали друг о друга. Спустя полчаса работы под непрерывный трёп про свадебную моду и половину папки рабочий пыл Гермионы иссяк. Залежи документов содержали даже то, что ей не было нужно. Полная ведомость работы отдела за последние пару недель. Нет, сквозь её руки проходило многое, но она и не предполагала, что столько документации. Тем более документации вне её должностных обязанностей. Чёрт, да тут попадалось и вовсе то, к чему она не имела никакого отношения! Где-то на середине папки оказался отчет о кентаврах. Причем отчет был из внутренних и конфиденциальных. Они все тут или феерические идиоты или издеваются! Стало тошно. Все эти вежливые разговоры, проявления учтивости.. Наверное, сидят сейчас эти две и смеются про себя. Справились, черт возьми, завалили её по самую макушку! Нужно было вообще куда-то уехать на этот отпуск, чтобы её искали по всей Британии с собаками, факелами, нюхлерами и чем-нибудь ещё. Гермиона закрыла глаза. Снова мелкие невнятные почерки, разноцветные чернила. В глаза будто кто-то насыпал песка. А ведь ночью ей снова не спалось. Она всё перебирала варианты, пытаясь понять, что случилось здесь. Что она такого узнала, из-за чего ей пришлось всё забыть. Эльфы были грозной силой - это точно, но не оружием. Но что-то же было. Что-то она раскопала, а теперь забыла… Коллеги наконец-то наболтались всласть, и теперь тишину кабинета нарушало только шуршание бумаг. И лишь она сидела неподвижно, стараясь справиться с собой. Гермиона зажмурилась, сжимая ладонями лоб. И почувствовала, будто упала со стула и летит. Она совершенно не помнила, как сегодня добралась до работы. Нет, вряд ли она могла встрять во что-то с самого утра. Что тогда? Мера предосторожности? Но так просто она бы это не оставила. Она бы обязательно намекнула себе. Австралия. Аккуратно собрала документы обратно в папку. Не сейчас. Подумала поискать в сумке и даже взяла её в руки. Но затем отложила. Вряд ли она найдет что-то в сумке с расширенным пространством. У неё там было литров сто места, вытряхнуть всё – засыплет половину кабинета. А вот в карманах можно было. Гермиона встала и подошла к вешалке. В кармане внезапно нашелся пузырек. Гермиона откупорила его, по запаху признавая успокоительное. Посмотрела на этикетку, но вместо инструкции надпись на этикетке радужными чернилами гласила: «Пять капель на стакан и дождись обеда». Фред. Только он пользуется настолько мерзкими цветами в личной переписке. От сердца отлегло. Значит, действительно перестраховалась. Её кружка припала пылью. Но даже если бы и нет, Гермиона всё равно невербально дважды её очистила перед тем как колдовать Агументи. Она всё так же была параноиком. Синее успокоительное растворилось в воде, словно его и не было. Капель Гермиона добавила семь. Окно в их кабинете отражало яркое солнце. Как только она обратила внимание, где-то далеко зашумел океан, и видно было уголок белого песка. Раньше подобной роскоши у них в кабинете не было. – А что за курорт? – спросила Гермиона, оборачиваясь к коллегам. В кабинете, впрочем, сидела только Батшеба. –У Мари в ведомстве технического обеспечения то ли тетка, то ли племянница, которая сообразила нам такое чудо, – заметила она, подняв на неё взгляд. – И Ларкин пробежал мимо минуту назад. Гермиона кивнула, всё так же медленно цедя разбавленное успокоительное из стакана. Зря всё-таки не съездила никуда. Но со всеми этим проблемами, свадьбами, учёбами, нападениями в отпуске она и так не скучала. У часов в приемной стрелка прилипла к циферблату. Гермиона постучала в кабинет начальнику только тогда, когда успокоительное полностью улеглось в желудке, а голова стала холодной. – Сэр? – А, мисс Грейнджер, – поднял на неё взгляд Ларкин. – Прошу вас, входите. Гермиона кивнула и прикрыла за собой дверь. Этот кабинет на самом деле давил. Кто-то, кажется, Батшеба, говорил, что это его личная обстановка, которую Ларкин приволок на работу. Верилось охотно, там, за дверью, стояли казённые столы и стулья. Тут же царил уют и порядок, резная мебель и зеленое сукно. Несколько диковинных фикусов и одно растение с голубыми листьями, которое Гермиона видела разве что в учебнике по гербологии. Шкафы наглухо закрыты, хотя стол уставлен папками. Стулья по-настоящему мягкие, так что она сначала проваливалась в них, словно в яму, и долго не могла выбраться. – Приятно видеть вас отдохнувшей. Как отпуск? – Отлично, сэр, – Гермиона слабо улыбнулась и присела на стул. Глаза по старой привычке она не поднимала, смотря куда-то на второй подбородок Ларкина, и думая о том, что успокоительное оказалось ещё более уместным, чем она считала. – Итак, раз Вы вышли на работу, я надеюсь на плодотворное сотрудничество. Хотелось бы обсудить с Вами те полномочия, которые мы обозначили в прошлом месяце. Теперь Вы будете представлять наше Министерство в отношениях с обществом Британии. И это замечательно. Однако, Ваше рабочее место, – он сделал почти трагическую паузу, – вызывает у меня недоумение. Помнится, уходя в отпуск, было сказано, что Вы закрыли все дела. Теперь же я с неудовольствием вижу, что работа отдела во многом стопорится из-за неурядиц с Вами. Гермиона неожиданно его перебила: – Прошу прощения. Я не знаю, сэр, чем обусловлено такое количество документации на моем столе, – вранье, и оба это знали. У них в отделе львиную долю макулатуры всегда разгребала она. – Однако, судя по тому, что я обнаружила документы свежие и датированные тем временем, когда я в отделе отсутствовала. Более того, не все из них касаются моих должностных обязанностей. Ларкин хмыкнул, просверлив её взглядом. – Так или иначе. Поскольку я вижу, что Вам потребуется немного ресурсов для устранения подобной ситуации, я вынужден выделить Вам время. Однако я должен Вас попросить поторопиться. Я также очень недоволен тем, что у нас и вовсе возникли подобного рода проблемы. Гермиона медленно кивнула. – Я ожидаю, что смогу взять отгул в любой момент в течении месяца, сэр. И ещё на время экзаменов. – Прошу прощения? – Официально мой отпуск ещё длится. Я имею право на его компенсацию и перенос, естественно, согласованный с начальством, в течении года. Ларкин тупо мигнул пару раз перед тем как медленно сказать: – Покажете мне, где это обозначено, мисс Гренджер. В прошлый раз Гермиона была не готова. Сейчас же холодная голова помноженная на раздражение дали результат: – Контракт, сэр, в отделе кадров. Я внимательно его читала, прежде чем подписывать. Также там обозначен круг моих должностных обязанностей. Те, которые были названы Вами, там не указаны. Желаете сменить их, мы можем заново перезаключить контракт. – Я, право, не понимаю, мисс Гренджер. Вы хотите работать у нас в отделе или нет? Как мне кажется, Ваша инициатива полностью перекликалась с тем, чем Вам предложено заниматься в дальнейшем. Разница была в подходах. Раньше она не позволяла себе прогибаться под цвет магической Англии. Она была проверяющей, она была борцом за права, пусть и не имеющим многих возможностей, о которых мечтала. Теперь же ей оставалось только стелиться перед этими людьми, пытаясь впарить им то, что им и так нужно, и нижайше умолять. Автономия накрылась медным тазом, продвигать то малое, что она могла, больше не в её компетенции. А это значит ступор на несколько лет, а то и дольше. Маги редко выходили на пенсию. – Увольняйте, – внезапно даже для самой себя сказала Гермиона. – Я не пропаду. Сказала и с удивлением осознала, что даже не блефует, а говорит чистую правду. Этот затрапезный отдел, который она тянет сама, на что непрозрачно намекали бумажные горы, образовавшиеся за чуть больше чем две недели. Ларкин, который рубит её карьеру на корню. Коллеги, которые непонятно чем занимаются кроме хихиканья и обсуждения свадеб. Она осознавала, что мир не так прост. Но как же ей надоел этот гадюшник! Воцарилась тишина. Гермиона молча уставилась на рот своего начальника. Как у всякого англичанина, губы его были тонки словно нитка. Время тянулось как резина. Потом Ларкин вздохнул и гаденько ухмыльнулся краешком рта. Значит, уела. Не будет он её увольнять тогда, когда у них такой завал. Обе две разгребать это всё будут месяца три, не меньше. – Хорошо. Будь по-вашему, – медленно сказал он. – Вы правы, я не могу забирать у Вас законный отпуск. Однако я требую наладить работу отдела. Что касается Вашего контракта, нам всё же нужно обсудить с Вами некоторые функции в перспективе. Гермиона кивнула. – Я подам запрос в отдел кадров, сэр. – Отлично. Работайте. Гермиона кивнула и встала. Спину ей сверлил разъярённый взгляд. Ларкин отлично умел скрывать злость, однако она знала, на этот раз начальник доведен до белого каления. Как только дверь закрылась за её спиной, она позволила себе сделать вдох. Кажется, только что она объявила войну. Войну, из которой она вряд ли выйдет победителем, что значит – надо искать пути отхода. И перестать бить так очевидно, да. В одном она была неправа… стрелка часов двигалась. И у неё уже пять минут как был обеденный перерыв. Будто дожидаясь этого осознания, в висок ей прилетел фиолетовый бумажный самолетик. Ловким движением она схватила его, перед тем как тот упал на пол – Джинни определенно могла бы ею гордиться. Гермиона тут же развернула его. Неровным почерком Фреда был выведено одно слово: «Спускайся». Он ждал её в атриуме. Гермиона, стоило ей поймать взглядом его рыжую макушку, несмело выдохнула, почувствовав себя как шарик, из которого спустили воздух. Фред тоже её заметил. Протянул руку ещё до того, как она подошла, вгляделся в её лицо. – Пойдем? Гермионе только и оставалось, что кивнуть. Они вышли из Министерства, но вместо увлекательных прогулок просто трансгрессировали в какой-то переулок. Фред вел трансгрессию, и Гермиона даже не знала, куда их выкинуло. Он смотрел оценивающе, и, прежде чем она успела что-то сказать, мантия поползла вверх, предательски оголяя колени, а затем и бедра. – Эй, это была моя любимая мантия! – спустя несколько секунд до Гермиона дошло, что она снова оказалась в кожаной курточке наподобие той, которую трансфигурировала сама. – Да ну! И ты будешь соваться в ней к маглам? – Фред нахально приподнял бровь, окидывая раздевающим взглядом её формы. Гермиона медленно вдохнула воздух, даже не подозревая, как забавно выглядит, и так же медленно его выдохнула: – Мы где? Фред подал ей руку. В этот момент Гермиона подумала, что слишком уж расслабилась. Ведь вместо Фреда это мог быть кто угодно. Оборотка дорога, но не недоступна. Но он тут же развеял её страхи, ведь кто ещё знал: – Мы тут уже были. Возле Министерства. «Al dente», помнишь? – Могли бы и пешком дойти. – Что я слышу, мисс Грейнджер не горит желанием закопаться по уши в макулатуру, а желает прогуляться со своим ничтожным поклонником? – и, поймав её раздраженный взгляд, уточнил уже не таким игривым тоном. – Не успели бы. У тебя перерыв закончится раньше. Гермиона кивнула, на самом деле соглашаясь скорее со вторым, чем с первым. В пиццерии возле её работы было всё так же уютно. Фред помог стянуть её заколдованную мантию, огладив руку с татуировкой и пустив по спине Гермионы дрожь. Легко отодвинул стул, предлагая ей сесть первой, непринуждённо позвал официанта, пододвинул ей меню. Гермиона будто скинула чары оцепенения. В школе таких манер определенно за ним не водилось. Жизнь меняет людей. – Как первый рабочий день? – он хитро сверкнул глазами поверх меню. Гермиона поежилась: – Как будто в блендер засунули и перемололи. – Что такое блендер? Всё же происхождение кроется в мелочах. Гермиона многое не знала, придя в мир магии, и даже сейчас находила лакуну в своих знаниях, засыпаясь иногда в малом. Фред же в магловском мире пробыл и вовсе ничего, поэтому, несмотря на его блестящий навык использования метро, было ещё много такого, чего он никогда не встречал. – Я потом тебе покажу. У мамы был. – Это приглашение познакомиться с твоими родителями? Она хотела что-то сказать, но сбилась с мысли от этих его слов. Слава Мерлину, подошел официант, и Гермиона была избавлена от необходимости отвечать. Взволнованная, она наугад ткнула в меню и заказала ещё апельсинового сока. Правда, хотелось текилы. Оценив выражение лица девушки, Фред благоразумно решил тему не продолжать. – Я написал Биллу, – сказал он. – Он обещал связаться со мной, когда сможет, но у него пока совершенно нет времени. Сама знаешь… или нет? Ты ведь не была в Норе последнее время? Гермиона подняла брови и наклонила голову, выражая всё одним взглядом. Она не была в Норе уже месяца четыре, и если учитывать, что со дня на день там начнет ошиваться Рон, не горела желанием туда соваться вообще. – Флер беременна. Билл носится как наскипидаренный, у его жены токсикоз просто жуткий, и ему сейчас определенно не до нас. С другой стороны, может, это и к лучшему. Если бы Джинни и Флер столкнулись на почве свадьбы, волшебный мир бы этого не перенёс. А так, каждая из них занята своим, и они не лезут в дела друг друга, – Фред слабо улыбнулся. – Как там свадьба, кстати? Гермиона закатила глаза: – Я отправила тебе приглашение на помолвку. Принесли заказ. Гермионе повезло, и её непонятный жест трансформировался в Маргариту. – Там не указан дресс-код, – решил он её поддразнить, прожевав первый кусочек своей лазаньи. – О, умоляю, только не фиолетовый и, – Гермиона вспомнила разговор четырёхлетней давности, – не нежно-розовый. Остальное твоя сестра переживет. Фред закатил глаза. – Розовый, пожалуй, действительно был бы перебором. Так что там на работе? – Рассорилась с начальником. Стоун и Маилс в моё отсутствие, похоже, не работают совершенно. Иначе объяснить завалы я не могу. – А что начальник-то? – Аа… хочет от меня ещё больше выполненной работы. В частности такой, на которую я не нанималась. Оклад явно не повысят, как ты понимаешь. – Переходи ко мне, Гермиона. Давно тебе говорил. Он немного лукавил. Ему не так уж нужен был администратор, как она подозревала. Но Гермионе было приятно. – И лишить себя бесплатного цирка? – Она помотала головой. Слишком много было противоречий теперь с этим всем, чтобы так просто уйти. – Хотя я буду благодарна, если ты придержишь мне место. Фред хмыкнул, но оставил её наедине с мыслями и пиццей. Было действительно очень вкусно. – Гермиона, – наконец-то сказала Фред, привлекая её внимание. – Я сделал то, что ты просила, – он протянул её коробочку. Гермиона аккуратно взяла её. Синий картон, совершенно не похожий на обычные оранжевые коробки от близнецов. Хотя она знала, что такие у них тоже были. – Что это? – спросила она, перед тем как открывать. – Перо. Такое как ты просила сегодня утром. Гермиона просто кивнула, не решаясь задавать вопросы. Уточнять и требовать пояснений Гермиона не стала: если она не помнит утро, значит, для чего-то это было нужно. Он сам скупо пояснил: – На каждом нужном тебе листе оставишь хотя бы точку. Цвет чернил автоматически подстраивается. Она подняла на него взволнованный взгляд. – Мы не дадим тебя в обиду, Гермиона. Ни я, ни Гарри. Но так пока нужно. Возвращаться на работу ей было куда как легче. От пиццы даже немного клонило в сон. И от того, что Фред её поддержал, на душе было намного спокойней. Кентавры, говорите. Ну что ж. Давайте проверим не только домовиков, но ещё и кентавров.