Кровь Василиска

      Утром Гарри стоял под тёплыми струями душа и размышлял: о Северусе, который стал вампиром, об однокурсниках, с которыми сам Мерлин не знает, что случилось, и он нём самом. Он чувствовал, что пришло время принимать важное решение, но совершенно не представлял какое. Тогда ему вспомнилась одна умная мысль, которую он подслушал по радио в ещё дохогвартские времена: «Трудных решений не бывает. Если вы мучаетесь, значит, принятое решение вам не нравится. Ведь правильный путь всегда сложнее».       Поттер сосредоточился на мантре из своих кошмаров «Квиррелл-Мардж-Люпин-Квиррелл-Мардж-Люпин» и у него тут же вырос хвост. Мальчишка скользнул в общую спальню. Там были только Финниган и Томас, они крепко спали. Гарри надел мантию, сплёл косу из «дредов» и пополз вниз. К его удивлению, ступеньки лестницы, ведущей от спальни в гостиную, стали ненадолго пологим спуском — специально для него.       В семь утра в гостиной была лишь Гермиона. Она читала «Фантастических тварей» Ньюта Саламандера. Увидев друга, девочка отложила книгу.       — Ого. Ты решил сменить имидж?       — Вроде того. Я так понимаю, сейчас изменятся многие, так что если я выйду со своим хвостом сегодня, то на него и внимания никто особенно не обратит. Так что для меня это хороший шанс привыкнуть к самому себе. Боевая трансформа, это не шутки, особенно, если входить в неё в момент максимальной агрессии. Но если я буду находиться в ней постоянно, или хотя большую часть дня, то надеюсь, что в случае возникновении опасной ситуации…       — Ты не будешь так сильно реагировать? Знаешь, а в этом что-то есть. Действительно, входить в это состояние резко очень опасно. Я надеюсь, что ты научишься держать себя в руках.       — Спасибо, Герм. Ты что-нибудь знаешь?       — Проклятье затронуло всех Уизли, похоже, они стали пиромагами, поджигают всё вокруг. Ещё в больничное крыло попали Катрина Вэнс, это ты знаешь, Дастмунд Дож и Невилл. Не так уж много, если уж на то пошло.       — Дож? Ну, так ему и надо. Терпеть его не могу, директорский любимчик.       — Кто бы говорил. Дож — правнук однокашника Дамблдора, так что не удивительно, что к нему особенное отношение. Но тебе стоит подумать над фасоном мантии, Гарри. Весь твой хвост торчит наружу, это выглядит так, как будто ты без штанов.       — Но это же змеиный хвост! Впрочем, наверно, ты права.       Гермиона сделала сложный пас волшебной палочкой, и мантия Гарри начала удлиняться, она «растягивалась» до тех пор, пока не накрыла весь его хвост целиком, но только верхнюю часть хвоста, конечно. Поттер плавно скользнул вдоль общей комнаты, но материя тут же сползла на пол, и он засмеялся. Грейнджер нахмурилась, снова вытянула ткань вдоль его хвоста и применила к нему лёгкие чары приклеивания.       — Лихо. А я её потом отдеру?       — Отдирать её не надо, волшебная палочка тебе зачем? И постарайся не попасть под случайную «Финиту».       В спальнях наверху послышался шум, башня начала просыпаться. Так что друзья поспешили на завтрак, Гарри хотел оттянуть момент встречи с гриффиндорцами как можно дольше. За ближайшим поворотом кто-то явно прятался, друзья увидели странную тень и услышали лёгкое постукивание.       — Как будто копыта стучат, — задумчиво сказала Гермиона.       Но тут они повернули за угол и столкнулись с Невиллом. Он явно стоял тут давно и стеснялся войти в башню.       — Привет, — одновременно поздоровались ребята.       А Невилл с Поттером с любопытством уставились друг на друга, внимательно рассматривая.       — Ох! Я забыл сумку с учебниками! — вдруг вспомнил Гарри.       — А мою не захватишь? — жалобно попросил Лонгботтом.       — Хорошо. Герм, а ты поколдуй пока с мантией Невилла, а то он, как и я с утра — полуголый.       Тот покраснел до корней волос. Ребята засмеялись.       — Но ведь все кентавры так ходят, — оправдывался он.       — Ну и пускай ходят. Если им нравится скакать у себя в Запретном лесу без штанов — пусть. Но ты ведь не в лесу, правда? — хихикала Гермиона, накладывая чары на его мантию.       Вскоре Лонгботтом обзавёлся длинной попоной, прикрывшей все стратегические важные места. А вскоре появился Поттер с сумками.       — Еле вырвался. Отличный костюмчик, кстати, тебе идёт. Но по-хорошему, нам бы надо к мадам Малкин после уроков. Пусть она сошьёт нам новый гардероб. Пойдем вместе?        И ребята медленно двинулись в сторону Большого зала.       — Ладно, давай сходим, — несмело пробормотал Невилл. — Спасибо, что подсказали на счёт мантии. Я ведь всё-таки человек. Волшебник. А хотя, может, уже и нет? Я теперь вообще кто? Кому я такой нужен? А бабушка что скажет? Какой из меня теперь наследник рода? — распереживался парень.       — А из меня? Малфой тоже, кстати, получил свою порцию проклятья, а он тоже наследник. Не расстраивайся, Невилл. Нужно же сначала сделать всякие обследования. Может, это не передаётся по наследству.       — А замуж за меня кто пойдет?       — Я тоже об этом думал. Но мне с одной стороны, повезло больше — я могу становиться человеком. А с другой меньше — это моя боевая трансформа, и я могу быть в ней достаточно опасным.       — Тогда почему ты вообще решил остаться Нагом?       Поттер стал объяснять, и они сами не заметили, как оказались у входа в Большой зал.       — Может я не пойду? — прошептал перепуганный Лонгботтом.       — И как долго ты собираешься прятаться? — спросила Гермиона, улыбаясь.       И тут к дверям подошли ребята с Когтеврана. Гарри сразу же слегка приподнялся на хвосте, чтобы стать одного роста с Невиллом.       — Что с вами случилось?       — Почему вы не в больничном крыле?       — Это больно?       — Нам не больно, это проклятье Волан-де-Морта, о котором вчера писали в газетах. Мы просто теперь такие, так что в больничном крыле нам делать нечего, — ответил Гарри за них обоих.       Поттер взял Невилла за руку и потянул в Большой зал. Едва они оказались внутри, на них сразу же все уставились. Ребята устроились с самого краю гриффиндорского стола. Гарри смог удобно разместить свой хвост, не боясь, что его оттопчут под скамейкой, а Невиллу пришлось устроиться в торце стола, ведь там не было лавки, так что он мог спокойно улечься (усесться?).       За слизеринским столом блистали Винсент Крэбб и Грегори Гойл. У обоих был очаровательный зеленый цвет кожи, а ещё она стала какой-то бугристой.       — Я так и знала, что у них двоих есть тролли в роду! — хихикала Парвати.       Поттер огляделся. Больше никого из измененных в зале не было. За преподавательским столом отсутствовали директор, МакГонагалл и Аластор Грюм. Северус только что пришел. Гарри настороженно наблюдал за ним. Но тот положил себе на тарелку еды и стал спокойно есть. Мальчишка вздохнул с облегчением: значит, Северус не настоящий вампир. Настоящий не смог бы есть обычную пищу, и в дневное время спал бы. Снейп поймал его взгляд, посмотрел на его хвост и нахмурился. Сердце паренька застучало быстрее. Вдруг ему всё это приснилось? Не было ни объятий на кладбище, ни обещанья, ни вчерашнего кровавого пира? Профессор уставился в тарелку, и больше уже глаз не поднимал. А Гарри терялся в догадках: что же теперь будет?       Первым уроком стояла трансфигурация. Она была сдвоенной со Слизерином, как обычно. Невилл и Гарри заняли полкоридора перед дверьми класса, и беспокоились: как же они смогут разместиться там, внутри? Но всё оказалось не так страшно. С помощью Гермионы и магии они отодвинули пару последних парт, сдвинули несколько скамеек, и устроились в самом конце класса.       На них, конечно же, все оборачивались. Прошла пара минут с начала урока, когда дверь открылась, и вошла профессор МакГонагалл. На голове у неё была изящная шляпка с плотной вуалью, разглядеть через которую что-либо не представлялось возможным: на ней, очевидно, были отводящие внимание чары. На руках у неё были перчатки, тоже плотные. Профессор устроила им внеплановую контрольную, и устало просидела за учительским столом до конца урока.       — Как вы, профессор? — спросил Гарри, выползая из класса.       — Бывало и лучше, мистер Поттер. Я не спала всю ночь, как и многие другие. Но я рада, что вы с Невиллом держитесь вместе.       — А вы не знаете, как Уизли?       — Вся семья в Мунго. И неизвестно, как долго они там пробудут.       — А директор?       — Проклятие задело и его тоже. Он пока не оправился.       — Спасибо что рассказали, мэм. Я волновался.       — Гарри! — окликнула она его, когда тот уже почти выскользнул из класса. — Пострадали все члены Ордена Феникса и все Пожиратели Смерти и их дети.       Следующим уроком были Зелья. В толпе пред классом Гарри поискал глазами белобрысую макушку. Но тщетно, Малфоя здесь не было. Профессор Снейп тоже решил устроить контрольную, причём было совершенно очевидно, что он старается держаться от учеников подальше.       На самом деле Северус очень мучился. Уже с утра, только проснувшись, он почувствовал зуд в передних клыках и странную опустошённость. Он теперь точно знал, что ему нужно для того, чтобы снова почувствовать себя хорошо, и это приводило его в ужас. Память услужливо подкидывала ему картинки прошлой ночи: он помнил живое, трепетное, теплое тело у себя в руках, стук крови в ушах, ощущение безграничного восторга от вкуса и запаха крови Гарри, ведь ему казалось, что он пьёт саму магию. Воспоминания были такими яркими, что Снейпу захотелось прямо сейчас найти неугомонного гриффиндорца, снова припасть к его шее, снова насладиться вкусом его крови. Его трясло, скручивало, мутило. Завтрак оказался настоящей пыткой. От вида обычной еды его затошнило. Но как ни странно, он смог затолкать в себя немного.       Северус уже знал весь список пострадавших от проклятья, так что он очень удивился, увидев Поттера. Его не было в списке тех, кто попал сегодня ночью в Мунго или в больничное крыло школы. Зачем этот гриффиндурок демонстрирует всем свой хвост, было совершенно не понятно. Снейпа бесили многочисленные заинтересованные взгляды, устремлённые к мальчишке. Северус хотел закрыть от них мальчика, а ещё лучше, закрыться с ним где-нибудь.       А теперь шёл урок, и мальчишка сидел всего в нескольких метрах от него. Снейп чувствовал его запах, ощущал магию, слышал биение сердца и стремился к нему всеми фибрами души. Он почти не воспринимал остальных подростков. Он рвался только к Гарри.       Ближе к концу урока Поттер в очередной раз поднял на него глаза. Легкий взмах кончиком хвоста и чернильница полетела на пол.       — Отработка, мистер Поттер, — сказал он сурово, внутренне ликуя. Ведь Гарри явно сделал это специально.       Но вот время закончилось, и он взмахнул волшебной палочкой: все пергаменты устремились к учительскому столу, складываясь в аккуратную стопку. Снейп продиктовал домашнее задание и отпустил учеников, стоя у своего стола, скрестив на груди руки и опустив голову вниз.       Закрылась дверь, но восхитительный запах никуда не делся: Гарри все ещё был здесь. Северус поднял взгляд и встретился с внимательным взглядом змеиных глаз. Гарри плавно перетёк в человеческую форму, сделал шаг вперед, и откинул с шеи шикарные волосы. Снейп тоже рванул вперёд, сжал подростка в объятьях и прошептал:       — Дразнишь меня?       — Нет. И я бы не хотел, чтобы ты пил чью-нибудь ещё кровь, кроме моей.       — Почему?       — Это слишком интимно. Я буду ревновать.       И Северус с тихим жалобным стоном вонзил зубы в шею мальчика. На этот раз он осознавал себя намного лучше. Он весь дрожал, как в лихорадке, а яркое наслаждение затапливало его разум. Это было слишком остро, удовольствие было столь сильным, что в какой-то момент он понял, что в его штанах стало мокро — он сам не заметил, как кончил. Впрочем, каждый глоток крови был словно оргазм, так что ничего удивительного в этом не было. Почувствовав сытость, Снейп зализал ранку — но в этом не было никакой необходимости, она и так хорошо затянулась. Выпускать мальчика из объятий не хотелось ужасно.       Его била дрожь, он старался не показывать мальчику своих истинных желаний, старался не прижиматься к нему слишком сильно, но себя не обманывал: он до одури хотел мальчишку. Крови ему было уже мало. Северус понимал: он никогда ни на что не решится, пока Поттер так юн. Гарри был очень высоким и хорошо развитым юношей, но он учился только на третьем курсе. Желание было таким мучительным, а что же будет дальше?       — У меня урок. Во сколько отработка? — спросил парень, улыбаясь.       Очумевший от острых ощущений Северус даже не сразу понял, что тот спросил.       — В девять.       Поттер снова улыбнулся, перетек обратно в трансформу и уполз.       «Нам с ним обязательно нужно поговорить», — подумал Снейп, провожая глазами длинный, никак не заканчивающийся хвост, исчезающий в дверном проёме.