сплетни .

Юнги задирает голову. Небо весь день затянуто тяжёлыми чернильными тучами, из колонок с утра до того самого момента, как Чонгук включил скайп и отправился на кухню, играет что-то заунывное. Уныло, пиздец просто. Юнги поднимается с неудобного порожка между балконом и комнатой и потягивается, слыша как хрустят суставы. И усаживается обратно. Включать ничего нельзя, а спать или идти смотреть, как Чонгук учится, не охота. Может, его продует до воспаления лёгких, и завтра придётся ехать только в больницу. Пятница унылая и тухлая как сам Юнги. Он оттягивает широкий ворот футболки и смотрит на свой живот, который, кажется, начинает подавать признаки своего присутствия. Чертов Чонгук и его маниакальная одержимость идеей откормить его. У Юнги из красивого-то только кости, оставьте хотя бы их в покое. Кое-кто охуевший наваливается сзади так неожиданно, что Юнги почти утыкается ебалом в собственные колени. -Под твоей одеждой нет смысла жизни, - говорит Чонгук прямо в ухо. -Долго шутку придумывал? - полузадушенно огрызается Юнги и пихает его в лицо ладонью. - Пиздец, слезь с меня, кабан, сколько ты весишь? Тонну? Ощущение ёбнувшегося на спину камня пропадает. Когда Юнги выпрямляется, снова что-то хрустит. Нахуй так жить. -Килограмм семьдесят? - звучит задумчивый голос Чонгука сзади. - Плюс-минус пара килограмм, я давно не взвешивался. Жизненно важная информация. На задворках дурной головы Юнги проскальзывает мысль о том, как спокойно Чонгук говорит о своей массе, когда число начинается с семёрки. -У меня есть весы. Юнги задирает голову. Чонгук пристально смотрит на него сверху вниз. -Прикольно. -Я хочу узнать, сколько ты весишь, - говорит Чонгук. Юнги фыркает. Агащас. При их не то чтобы огромной разнице в росте Юнги легче килограмм на пятнадцать, а то и больше. Как бы внутреннюю нянечку Чонгука удар не хватил. Юнги поднимается на ноги и отходит к перилам балкона. Погода полное дерьмо, чесслово. Он, может, не планировал сегодня хандрить, но всё так и подталкивает. Чонгук шлёпает босыми ногами по каменному полу за ним. Кажется, в настроении заболеть Юнги не одинок. -Как учёба? - спрашивает Юнги, хотя ему, в общем-то, похер. Чонгук щёлкает зажигалкой. -Не переводи стрелки. Ты и мои весы. Хочу, чтобы вы познакомились. Юнги фыркает. Шутник, пиздец. До Тэхёна далековато. Не во всём идеален, смотрите-ка. Чонгук протягивает ему сигарету, и Юнги затягивается, касаясь подушечек пальцев губами. По сравнению с собственными руками, шершавыми и облезающими из-за авитаминоза, они мягкие, точно детские. -Чо ты такой настырный? - отгоняя от себя ебанутые мысли, спрашивает Юнги. -Учился у лучших своих поклонников, - звучит ехидное в ответ. Юнги поворачивает голову и смотрит на Чонгука, который пялится на него в упор без какого-либо стеснения. На его лице проступают не до конца чёткие линии скул, горбатый нос кажется почти как раз. Чем старше, тем хорошее, в отличие от того же Юнги, который в двадцать четыре выглядит так же, как и в четырнадцать. Красавица и чудовище, где прекрасного и заносчивого принца никогда не существовало. Юнги усмехается. -И много их было? Чонгук неопределённо передёргивает плечами. Сегодня пятница. У Юнги есть конкретный вопрос, волнующий его с последней встречи с Тэхёном. -Почему из всех именно Сокджин? Чонгук напрягается. Слишком очевидно. Порыв ветра осыпает их брызгами дождя. Юнги зажмуривает глаза и встряхивает головой. Когда он открывает глаза, Чонгук выбрасывает мокрую сигарету. -Ох, вот как, - говорит Чонгук, неприятно улыбаясь. - Надеюсь, ты помнишь простое правило о трёх вопросах. Что вообще за нелепая традиция. Юнги лениво кивает головой. Он готов услышать что угодно: от того, что Сокджин достаточно взрослый, до того, что он тот ещё опекун. Чонгук отходит от перил ближе к двери и вытаскивает другую сигарету. -Сокджин очень похож на одного неприятного человека. Не столько внешностью, сколько.. просто похож. Юнги вздёргивает брови. Это причина? Он разворачивается к Чонгуку полностью, прижимается к перилам спиной. Под ворот футболки капает с балкона выше. Чонгук буквально прожигает его взглядом. Это всё отличается от их первого откровенного разговора, да и у Юнги сегодня совсем другая цель. Плохой человек, значит? Кто-то, заслуживший место в памяти Чонгука чем-то нехорошим? Дело в нём? Это всё? -Это проясняет ровно нихуя. Ты при мне вручил Сокджину номер своего телефона не потому что он на кого-то похож. Чонгук молча мусолит сигарету меж пальцев. Почему? Почему у Юнги получилось больше, чем он ожидал? -Ты сказал, всё пошло по пизде, когда он появился. Ну? Чонгук словно меняется весь за секунду - напряжённые плечи расслабляются, смягчается колючий взгляд, кажущаяся жёсткой прямой линия рта изгибается в улыбке. Он снова становится привычно уверенным в себе и насмешливым. Мда, Юнги, ты молодец. -Всё, конечно, пошло по пизде, - пожимает плечами Чонгук. - Я хотел, чтобы Чимин и Сокджин держались подальше друг от друга. Получилось так себе. И да, я торжественно даровал Сокджину свой номер не потому что он на кого-то похож, а как раз наоборот. Чонгук щелчком отправляет окурок за пределы балкона и разворачивается. Разговор получился абсолютно бессмысленным. Юнги молча наблюдает за тем, как Чонгук собирается куда-то. Как будто опаздывает. Словно спешит убраться отсюда, прежде чем Юнги спросит что-то ещё. Он задумчиво скребёт подбородок. У него осталась одна попытка. Желание Чонгука сбежать от этих разговор объяснимо. Потому что в конце концов Юнги понимает, почему Чонгук расслабился, когда он решил, что дело именно в Сокджине и ни в чём другом. И Чонгук не успевает съебаться. Голос Юнги в тишине звучит громче нужного. -Этот неприятный чувак. Кем он был? Чонгук просовывает в этот момент голову в высокий ворот чёрной водолазки. Он поворачивается к Юнги, с взъерошенными волосами, по дороге натягивая водолазку до конца. -Я ведь не обязан отвечать? - спрашивает он, серьёзно глядя на Юнги. Тот разводит руками. -Ну, если чувствуешь себя обязанным. -Я чувствую себя идиотом, что согласился на всё это, - хмыкает Чонгук. Он усаживается на подлокотник дивана, но всё же на тот, что дальше от Юнги. Тяжело и очень по-взрослому вздыхает и приглаживает свои лохматые волосы. -Этот неприятный чувак когда-то был для меня примером? Вроде того. Я на него равнялся, уважал его. Чонгук неприязненно кривит губы и мотает головой. -Он был моим идолом.. или чем-то бОльшим. Без разницы, - он пожимает плечами, - потому что, я уверен, он до сих пор ненавидит меня просто за то, что я существую. Юнги случайно получает ещё один паззл от прошлого Чонгука. И ещё одну причину хандрить, но когда за Чонгуком захлопывается входная дверь, он врубает в комнате свет, подключает к колонкам собственный старенький полураздолбанный смартфон и надеется не ёбнуться в обморок среди мусора и грязной одежды, раскиданных по всему полу. Значит ли "большее", что Чонгук был.. влюблён? В кого-то, похожего на Сокджина. Юнги спотыкается на выходе из ванной и расплёскивает воду из ведра. Блять. БЛЯТЬ. Он просто идиот. Кретин. Это так Настолько Агрх. Юнги со стуком опускает ведро на пол и смотрит на собственное лицо в воде, искажённое рябью. Ему хочется наброситься на своё отражение и задушить. Блять. Юнги закрывает глаза и делает глубокий вдох-выдох. Спокойно. Ну, проебался, подумаешь, как будто что-то новое. Не повод сходить с ума. Он только берёт в руки себя и ведро, когда пищит электронный замок. Рановато - думает Юнги, оборачивается и замирает. С порога на него смотрит взрослая незнакомая женщина. -Эм, - выдавливает Юнги, - здравствуйте?