the maniac

Чонгук бежит по улице, расталкивая людей. Капюшон чуть ли не слетает с головы, открывая вид на черные волосы под такой же черной кепкой. Его взгляд пронзительный, а движения резки. Он не боится задеть плечом девушку или оттолкнуть возмутившегося мужчину. Он торопится, сжимая в кармане зачехленный нож небольших размеров. На его ручных часах было практически восемь часов вечера, а значит, он опаздывает. Когда светофор перед ним меняет цвет с зеленого на красный, Чонгук матерится, сжимая губы, и осматривает улицу в поисках возможных путей, по которым можно было бы быстрее добраться. Но он не успевает найти их до того, как на светофоре снова появляется зеленый шагающий человечек. Спустя три перекрестка, перед ним оказывается большое высокое здание. Двери забора открыты, а через них выходят студенты и студентки, обсуждая прошедший день. Сглотнув вязкую слюну, Чон натягивает капюшон, поправляет маску на лице и опускает голову так, чтобы его глаза не было видно. Он случайно задевает плечом какую-то студентку, от чего та вскрикивает, тихо извиняется и направляется ко входу в учебное заведение. На третьем этаже в четвертом справа окне горит свет и Чонгук выдыхает. Он успел. Парень отходит чуть дальше входа, так, чтобы его не было видно за тенью рядом растущего дерева. На улице похолодало, но Чонгука это совершенно не волновало. Сегодня он должен сделать это. Завершить то, чем занимался последний год. — Намджун, подожди! Чонгук слышит знакомый голос и поднимает голову, взглядом ища источник исходящего голоса. И он находит. По лестнице, с рюкзаком на одном плече, быстро спускается парень, окликая впереди идущего друга. Он стукает того по плечу и шутливо бьет белым кроссовком под коленкой. Намджун слегка подкашивается, но в ответ лишь хватает за шею одногруппника, заливисто смеясь. Чонгук шумно выдыхает и решает идти следом. — Короче, завтра после пар заваливаемся ко мне. С вас алкоголь. Все, до встречи! — говорит Юнги, хлопая парня по плечу и уходя в противоположную сторону. Засунув руки в карманы черных брюк, Юнги медленно шагает по узкой дороге между старых домов. Это не было единственной дорогой к дому Мина, просто так быстрее. Чонгук тихо, стараясь не шуршать подошвой кед об асфальт, пробирается за парнем. Его рука крепко сжимает нож в кармане. Когда впереди идущий парень неожиданно останавливается, Чонгук мгновенно забегает за угол, прижимаясь к холодной стене. Его грудь быстро вздымается, а сам он хмурится. Не хватало, чтобы его еще заметили. Когда он слышит, как шаги от него отдаляются, Чонгук выходит из-за угла и снова продолжает преследование. За пару минут Чон подбирается к Юнги настолько близко, что может дотронуться рукой до чужого плеча. Что он и делает. Его движение отработанные, четкие, поэтому проблем, чтобы прижать Мина лицом к стене, не возникает. Чонгук одной рукой с силой сжимает два запястья студента, а другой касается горячей щеки и прижимает ее к стене, чтобы парень не имел возможности повернуться и ненароком увидеть лицо. По крайней мере, не сейчас. Рюкзак виснет в районе локтя и немного мешает, но Чону плевать. Он мечтал об этом моменте год. — Итак, — тихо шепчет Чонгук в левое ухо Юнги, обдавая теплым воздухом кожу, — теперь ты мой. Ну как, Юнги, нравится не иметь возможности пошевелиться? Парень упорно молчит, не издавая звука. Чонгук на это хмыкает и прихватывает губами мочку уха Юнги. Студент не выдерживает и мычит, пытаясь вырваться из крепкого захвата. — Ну что ты, малыш, тише… В абсолютной тишине, которую рушат лишь голос Чонгука и слабые мычания Юнги, шепот первого кажется особенно громким и страшным. Возможно, Чонгука можно было бы назвать сталкером. Да, если бы только он не убивал. Да, если бы только он не чувствовал наслаждение, впиваясь острым ножом в кожу, наблюдая, как горячая алая кровь струйками стекала по ней. Именно про него ходят слухи, как о самом скрытном маньяке. И не зря, ведь его выслеживания на высшем уровне. Даже когда что-то идет не по плану, Чонгук мыслит как его жертва и тогда препятствует любым попыткам спастись. Чонгук маньяк. Тот самый маньяк, который на протяжении года выслеживал свою жертву, пытаясь узнать ее настолько, чтобы попробовать жить ее жизнью. Только что-то пошло не так. Чонгук почувствовал, как чужая никчемная жизнь стала для него всем. Глубокими ночами, когда город закрывал глаза, чтобы отдохнуть перед наступающим днем, Чон чертил на листах карты, на которых отмечал пути Юнги. Он знал, где парень живет, где живут все его друзья: Намджун (странный парень из его группы), Хосок (лучший друг, который учится на преподавателя танцев), Чимин (парень-весельчак с курса младше) и Сокджин (друг, живущий на одной лестничной клетке с Юнги). Он знал, в какие магазины ходит студент, чтобы закупиться продуктами, одеждой и другими вещами. Он знал, во сколько тот выходит, чтобы добраться до университета, и во сколько выходит оттуда. Он знал, какой фирмы его телефон и какое фото стоит на главном экране. Чонгук сошел с ума, полностью погрузившись в чужую жизнь. Поэтому в его кармане всегда есть небольшой нож. Чон сам не знает, в какой момент достигнет той границы, когда захочет со всем покончить. Потому что сейчас он хочет овладеть Мином. Хочет поймать его и заставить жить не своей жизнью. Так, как сделал сам. — Пусти! — кричит Юнги, когда Чонгук убирает руку с чужого лица. — Просто не сопротивляйся. Тогда, может быть, ты и выживешь, — хмыкает маньяк и вынимает из заднего кармана джинс платок, завязывая им глаза Мина. Когда нет возможности видеть мир, ощущения обостряются. Юнги притихает, пытаясь понять, что от него хотят. Но, не смотря на желание быть стойким, Юнги трясет. Его ноги подкашиваются, а сам он падает в чужие руки. — Юнги, будь сильным, держи себя в руках, — слабо смеется Чонгук и за руки подхватывает студента. Чон, зная дорогу, медленно ведет парня домой. Юнги осторожно перебирает ногами, стирая подошву кед об асфальт. Когда они доходят до дома, Чонгук помогает подняться по лестнице, а после перешагнуть порог квартиры. Мин, чувствуя родной запах квартиры, облегченно выдыхает. Его отводят в гостиную и сажают на пол у стены с серыми обоями. Юнги чувствует прикосновение сухих пальцев к щеке и пытается уйти от касаний, поворачивая голову вбок. — Успокойся, — шепчет Чонгук ему на ухо и тянется к затылку, аккуратно развязывая платок и убирая его с чужих глаз. От непривычки Мин жмурится, не в силах раскрыть полностью глаза, чтобы увидеть похитителя. Когда, спустя пару минут, его глаза привыкают к свету, Юнги видит перед собой красивого парня, который сидел напротив, обняв колени, и выглядел даже младше, чем он сам. — Ты…- голос Юнги обрывается и парень кашляет. — Да, именно я, — отвечает Чонгук и придвигается ближе. Он знает, что ему ничего не грозит, что студент ничего не сделает, даже если в голове у него есть планы. Юнги облизывает пересохшие губы и снова подает голос. — Почему ты меня похитил? Даже привел в мой дом… Что тебе нужно от меня? Чон слегка смеется и хватает парня за руку, переплетая пальцы. — Люблю я тебя, — хмыкает Чонгук и кусает свою нижнюю губу. Юнги сходит с ума, потому что в его голове ураган. Ураган мыслей и предположений. Ему страшно, но он пытается сделать хоть что-то, что могло бы ему помочь. — Ты меня любишь? За что? — Юнги аккуратно спрашивает, стараясь понять чужие мотивы действий. Мину кажется, что Чонгук действительно задумался над вопросом. Он нахмурил брови и еще сильнее сжал руку, заставляя парня почувствовать, как его пальцы слегка немеют. Спустя пару минут, Чонгук лезет в карман джинс и достает оттуда маленькую серебряную подвеску. Парень тянется к чужой шее, отчего Юнги осторожно наклоняется, застегивает цепочку и удовлетворенно смотрит на свой подарок. На тонкой серебряной цепочке висел маленький нож, поблескивая небольшим камушком на рукоятке. — Теперь ты мой, — шепчет Чонгук. — Ты будешь со мной, будешь рядом всегда, будешь спать рядом со мной, будешь сидеть за одним столом со мной, будешь сопротивляться, но спустя какое-то время полюбишь меня, будешь сам меня целовать, будешь сам приходить ко мне, будешь-… Голос Чона срывается, а сам он всматривается в глаза Юнги, практически не моргая. И теперь Мин понимает. Чонгук болен. Только от этого не становится легче, наоборот, страх новой волной накатывает, заставляя утонуть в ней. Губы становятся до крови покусанными, а все тело в очередной раз начинает трясти. Юнги вздрагивает от неожиданно холодного прикосновения к ключице и пытается отстраниться. Резкая боль пронизывает кожу, а потом парень чувствует, как что-то горячее стекает по груди. Юнги боится опустить взгляд вниз и увидеть то, о чем даже думать страшно. Но он видит счастливые глаза напротив и все-таки смотрит. Вдоль ключицы виднеется длинный порез, кровь из которого струйками течет вниз, пачкая одежду и кожу. Мин замечает, как та подвеска, которую ему Чонгук повесил на шею несколько минут ранее, покрылась алым. — Страшно? — говорит Чонгук, кладя свой нож небольших размеров на пол рядом с собой, и цепляет своими пальцами кулон. — Страшно, — еле слышно повторяет Мин, чувствуя горячие слезы на своих щеках.