День 1. Задание 1.
12 марта 2017 г., 23:52
Этой ночью мне спалось неспокойно. Я всё время ворочался и толком не мог уснуть, потому что всё, до мельчайших деталей, раздражало: то, как взбита подушка, как неправильно лежит одеяло и как паршиво себя чувствую я. Я наконец перевернулся на правый бок и начал засыпать, когда рядом со мной что-то засветилось. Это было сообщение на телефоне. Кому понадобилось писать мне ночью?
Не могу не расширить глаза от удивления, когда смотрю на время. Я правда проснулся, как только заметил, что сейчас не ночь, а, можно сказать, уже утро и мне через сорок минут вставать на подработку — выгул собак.
4:20, и этот чмырь мне написал. Один вопрос, которым я задаюсь, — нахуя? Не мог это «что-то важное» днём прислать? Всё же открываю сообщение и вижу первое задание игры.
— «Итак, Чон Чонгук, сейчас 4:20 и настало время твоего первого задания. Поначалу они будут несложные, но я обещаю, тебе понравится. Первое здание — выцарапай на руке „f57“. На этом всё. Жду фотоотчёт».
Невозможно в такой ситуации не обозлиться на всё человечество и в том числе на этого, как он себя назвал, куратора. Обозлиться за то, что не дают мне спать. Я решаю не страдать хернёй и провести оставшиеся полчаса с пользой — хоть немного вздремнуть.***
— Эй, Чон Чонгук, я с тобой говорю, ты меня слышишь? — Блондин много раз щёлкает пальцами перед моим лицом, отчего я ненавижу его ещё больше, так как этот звук начинает раздражать. — Да слышу, слышу. — Я отодвигаю руку друга в сторону. — Прости, Юнги, я просто не выспался. Ты не против, если я просплю один урок математики? — Я умоляюще посмотрел на парня. — И как ты себе это представляешь? Ты будешь сидеть на уроке и тупо спать, пока я буду отчаянно трудиться на благо общества? — Старший наигранно состроил непонимающее лицо, отчего я засмеялся. — Да. — Да ладно, спи на здоровье. Небось опять сегодня в пять утра выгуливал этих шавок? — Друг посмотрел на меня и вздохнул. — Тебе самому-то не надоело? Так изводить себя. — Надоело, Юнги, пиздец как надоело. Но я ничего не могу поделать. Нам едва хватает на оплату счетов, так что мне выбирать не приходится. Маму тоже жалко, она ведь сутками на работе пропадает, и всё без толку… — Я прилёг на парту и отвернулся к окну, наблюдая за опадающими листьями. Пришёл сентябрь, а вместе с ним и выпускной класс и экзамены. Я ведь хочу быть хорошим сыном и поступить в престижный университет на бюджет, чтобы выучиться и зарабатывать много денег. Буду помогать маме. Но, чувствую, я просто до этих экзаменов не доживу. Я начинаю проваливаться в сон. Учителю, кажется, всё равно на то, кто что делает, и на меня в том числе. — Чонгук. — Меня кто-то не больно, но раздражающе бьёт по плечу, и этот «кто-то» сейчас знатно отхватит, если не прекратит. — Чонгук, сообщение пришло. — Через секунду упрашивания прекращаются. Я уже начинаю засыпать снова под занудную лекцию учителя, но здесь мне по голове прилетает сильный подзатыльник, отчего я моментально подскакиваю и, потирая голову, озлобленно поворачиваюсь к другу, который смотрит на меня тем же взглядом, а после, чуть ли не рыча, спрашивает: — Что это за хуйня, Чон Чонгук? — Блондин поворачивает ко мне экран моего же телефона, где виднеется новое сообщение от куратора: «У тебя есть 24 часа на выполнение задания». Я измученно выдыхаю. — Забей, Юнги, просто этот тип приебался ко мне, ну я и решил поиграть с ним немного. Я же не взаправду — так, ради прикола. Так что угомони свою печень, верни мне телефон и, чёрт возьми, дай мне нормально выспаться! Я выхватил телефон из его рук и, прежде чем лечь обратно, выслушал последнюю сказанную им фразу: — Если узнаю, что ты хотя бы намекаешь на эту игру, — такой пизды отхватишь от меня, что самому жить перехочется. Я подумал, что просто так забросить игру на первом же уровне будет невежеством по отношению к куратору: он ведь старался, нарывал на меня информацию, а я возьму и продинамлю его. Нехорошо получится. Это был последний урок — биология, посреди которого я попросил выйти, а сам в то время направился в кабинет труда и попросил иголку — якобы зашить штаны. Вместе с ней, зажатой меж средним и указательным пальцами, вошел в туалет и осмотрел все кабинки, чтобы нигде никого не было. Я закрыл двери и выудил телефон, кладя его на тумбу умывальника. «f57», говоришь? Будет тебе «f57». Крепче зажимаю иголку и прерывисто дышу, потому что никогда ранее не занимался self-harm’ом, так что для меня это будет что-то новенькое. Наконец решаюсь и провожу первую полоску. Еле заметно, не будет видно на фотографии. Я пробую ещё раз и ещё, но результат один и тот же. Уже тогда, разозлившись, я небрежно чиркаю это сочетание, не обращая внимания на боль, и, оставшись довольным результатом, беру телефон и делаю снимок. «Не нужны мне твои 24 часа. Доволен?». Пишу я и отсылаю фотографию. Ответа долго ждать не приходится.— «Отлично. Следующее задание ты получишь завтра».
Я закатываю глаза и ещё раз окидываю взглядом свою руку, думая, что я только что сделал. Перед самым кабинетом спускаю рукав толстовки и вхожу. Юнги даже не обращает на меня внимание, что-то увлечённо записывая.***
Наконец-таки я добираюсь до дома, уже думая о том, как поем и лягу спать, но затем вспоминаю, что через пару часов у меня подработка в ресторане, и вновь устало выдыхаю, проворачивая ключ в замке. — Мама, я пришёл! — кричу я, но в ответ слышу тишину и тогда переспрашиваю: — Мам, это я, ошибка природы. Я обхожу все комнаты, но не нахожу её, пока не захожу на кухню. И вижу тело. Просто тело, лежащее на полу. Я очень испугался. Господи, я был готов расплакаться как ребёнок, потому что напридумывал всякого. Пульс есть, дышит — значит, всё хорошо. Поднимаю маму и несу в комнату на кровать. — Мама, с тобой всё хорошо? — спрашиваю я, присаживаясь рядом с ней, когда та открывает глаза и кладёт руку на лоб. — Да, всё нормально… Прости, мне просто стало очень плохо. Наверно, я просто устала. Чонгукки? — Она посмотрела на меня со всей своей материнской нежностью и провела рукой по моей щеке. — Чонгукки, мой мальчик, прошу, не оставляй меня…Осталось 49 заданий.
