Господа Лунатик,Бродяга,Сохатый и Хвост

      Сириусу Блэку не спалось.       Почему? Он и сам не знал.       Уже несколько часов мальчик лежал на кровати, закинув руки за голову, и смотрел в потолок. Лунный свет проникал сквозь тяжёлые шторы и ложился серебристыми полосами на стены.Зелёный.Серебряный.Зелёный.Серебряный. Казалось, других цветов в доме Блэков просто не существовало.       Комната Сириуса ничем не отличалась от остальных помещений особняка на площади Гриммо. Те же цвета. Те же фамильные гербы. Те же портреты предков, смотревшие на него с таким видом, словно заранее знали его будущее.       Слизерин. Каждый Блэк учился на Слизерине. Каждый. Без исключений.       Но Сириус не хотел быть одним из многих. Не хотел быть очередным Блэком на семейном древе. Он перевернулся на бок и посмотрел на висевший над камином фамильный герб.       Древнейший и Благороднейший Дом Блэк. Как же он ненавидел эти слова. С самого детства Сириусу твердили, кем он должен стать. Следить за чистотой крови. Поддерживать семейные традиции. Общаться только с достойными волшебниками. Презирать маглов. Презирать маглорождённых. Презирать всех, кто хоть чем-то отличался от Блэков.       Но чем старше он становился, тем меньше понимал родителей. Особенно мать. Вальбурга Блэк могла часами говорить о величии их рода. О том, что быть Блэком — огромная честь. О том, что перед Блэками открыты все двери. «Запомни, Сириус. Быть Блэком — почти то же самое, что быть королём». Мальчик помнил эти слова наизусть. Только вот сам он никогда не хотел быть королём. Ему были не нужны фамильные титулы.Не нужны бесконечные светские приёмы. Не нужны сейфы в Гринготтсе, которыми так гордилась мать. Всё это казалось удивительно пустым.       Сириус тяжело вздохнул. Он был Блэком. От этого нельзя было скрыться. Нельзя было убежать. По крайней мере, пока.       Он мечтал совсем о другом. Не о богатстве. Не о древних фамильных традициях. Не о том, чтобы однажды занять достойное место в обществе чистокровных волшебников.       Сириус мечтал о друзьях. Настоящих. О людях, с которыми можно будет смеяться до боли в животе, нарушать правила и говорить всё, что думаешь. О людях, которым будет всё равно, сколько поколений волшебников значится в твоей родословной.       От этой мысли на душе становилось немного легче. Может быть, в Хогвартсе такие найдутся. Может быть. С этими мыслями он наконец уснул.       Проснулся Сириус от знакомого скрипучего голоса.       — Мастер Сириус, — почтительно произнёс Кикимер. — Семья ожидает вас к завтраку.       Мальчик открыл глаза и недовольно застонал. Казалось, он только что уснул.       — Уже?       — Да, мастер Сириус.       После бессонной ночи голова казалась тяжёлой, а настроение было хуже некуда. Сириус чувствовал себя злым, как разъярённая мантикора.       — Хорошо. Сейчас спущусь.       Кикимер поклонился и исчез с тихим хлопком.       Сириус сел на кровати и потёр глаза. Вот ещё одно правило, которое он терпеть не мог. Завтракать следовало всей семьёй. В одно и то же время. Каждый день. Без исключений. Словно они были не семьёй, а каким-нибудь военным отрядом.       Фыркнув, мальчик поднялся с кровати. Через несколько минут он уже был одет и причёсан. Спускаясь по широкой лестнице особняка Блэков, Сириус мысленно готовился к очередному семейному завтраку.       Отец, мать и младший брат Регулус уже сидели за столом.       — Доброе утро, — произнёс Сириус, занимая своё место. — Простите, что заставил ждать. Долго не мог уснуть. Наверное, домовики плохо взбили мою подушку.       На лице Ориона не дрогнул ни один мускул. Вальбурга лишь коротко кивнула. Шутка пропала впустую. Как и большинство шуток в этом доме.       Сириус сел рядом с отцом и потянулся за чашкой чая.       Завтрак проходил в привычном молчании. Слышался лишь звон столовых приборов да тихое потрескивание огня в камине. Иногда Сириусу казалось, что тишина в доме Блэков имеет собственный вес.       Тяжёлый.       Давящий.       Он украдкой посмотрел на часы.       До отправления Хогвартс-экспресса оставалось совсем немного.       Ещё несколько часов.       Ещё немного свободы.       — Сириус, — произнесла Вальбурга.       Мальчик поднял голову.       — Ты всё собрал?       — Домовики уже уложили вещи, мэм. Я проверил.       Вальбурга удовлетворённо кивнула.       И тишина снова вернулась за стол.       Сириус мысленно вздохнул.       Ему отчаянно хотелось оказаться где угодно, только не здесь.       В Хогвартсе.       В поезде.       На другой планете.       Без разницы.       Лишь бы подальше от площади Гриммо.       Когда завтрак закончился, Вальбурга первой поднялась из-за стола.       — Сириус, идём. Ты отправишься со мной.       — Да, мадам.       Мальчик поднялся наверх за чемоданом.       Спускаясь по лестнице, он неожиданно столкнулся с Регулусом. Младший брат явно ждал его. Несмотря на разницу в возрасте всего в один год, Регулус казался гораздо спокойнее и серьёзнее. Наверное, потому что старался быть именно таким.       — Удачи, Сири.       Он быстро обнял брата и почти сразу отстранился.       В доме Блэков не любили проявлений чувств.       Сириус невольно улыбнулся.       — Спасибо, Регги. - На мгновение он замолчал. Ему вдруг стало тревожно. Очень тревожно. Словно он оставлял брата одного среди людей, которым не доверял.       — Береги себя, ладно?       Регулус кивнул.       — Ладно.       — И не верь всему, что тебе говорят.       — О чём?       Сириус покосился в сторону лестницы. Убедившись, что родителей рядом нет, он понизил голос:       — О маглах.       — Но мама говорит...       — Я знаю, что говорит мама.       Регулус нахмурился.       — Тогда почему ты не согласен?       Сириус задумался на секунду. Он не умел объяснять такие вещи. По крайней мере пока.       — Потому что люди не становятся плохими только из-за того, что родились не волшебниками.       Регулус молчал.       — Они такие же, как мы, — тихо добавил Сириус.       В этот момент по дому разнёсся голос Вальбурги:       — Сириус!       Мальчик закатил глаза.       — Пиши мне, — быстро сказал Регулус.       — Обязательно.       Сириус положил руку ему на плечо.       — Пока, Рег.       — Пока, Сири.       И впервые за всё утро Сириусу совершенно не хотелось уходить.

***

      На платформе девять и три четверти царила настоящая суматоха.       По перрону носились кошки всех пород и размеров — от пушистых книззлов до совсем маленьких котят.       То тут, то там слышалось уханье сов.       У кого-то громко квакали жабы.       Над головами летали птицы, а из окон вагонов уже выглядывали нетерпеливые ученики.       Но больше всего шума создавали, конечно, дети. Первокурсники, переполненные радостью и волнением, носились по платформе так, словно выпили по бутылке Бодроперцового зелья. Старшекурсники окликали друзей через весь перрон, смеялись и торопились занять лучшие места в поезде.       Родители раздавали последние наставления, поправляли шарфы, обнимали детей и обещали писать каждую неделю.       Для большинства это был обычный день начала учебного года.       Для Сириуса — начало новой жизни.       Он стоял рядом с матерью и жадно смотрел по сторонам. Повсюду кипела жизнь. Шумная. Яркая. Настоящая. Совсем не похожая на ту, что ждала его дома на площади Гриммо.       Вальбурга же наблюдала за происходящим с нескрываемым неодобрением. Её губы превратились в тонкую линию.       Слишком много шума.       Слишком много людей.       Слишком много эмоций.       Наконец она повернулась к сыну.       — Дальше сам.       Сириус вопросительно поднял бровь.       — Ждём письма.       Вот и всё. Ни пожеланий удачи. Ни напутствий. Ни даже прощания. Впрочем, ничего другого он и не ожидал.       — Да, мадам.             Вальбурга коротко кивнула и исчезла в толпе. Сириус проводил её взглядом. Странно. Он должен был почувствовать привычное облегчение. Но вместо этого ощутил лишь лёгкую пустоту. Впрочем, она быстро исчезла. Потому что прямо перед ним стоял Хогвартс-экспресс.       Огромный.       Алый.       Настоящий.       И впервые за долгое время Сириус Блэк широко улыбнулся.       Вот тут Сириус наконец смог вдохнуть полной грудью. Свободен. Он действительно свободен. По крайней мере на ближайшие десять месяцев. От матери. От бесконечных разговоров о чистоте крови. От тяжёлой тишины дома Блэков.       Улыбнувшись во все тридцать два зуба, мальчик подхватил чемодан и направился вдоль поезда в поисках свободного купе.       Проходя мимо одной из дверей, он невольно замедлил шаг.       Неподалёку стоял мальчик с растрёпанными чёрными волосами и круглыми очками.       Рядом суетилась женщина, безуспешно пытаясь привести его причёску в порядок.       — Джеймс! Да стой же спокойно!       — Мам, ты же знаешь, что это не поможет.       — Проклятие Поттеров, — обречённо вздохнула женщина.       Стоявший рядом мужчина рассмеялся.       Мальчик рассмеялся тоже.       Через секунду смеялись уже все трое.       Сириус невольно фыркнул. Странная семейка. Но почему-то приятная. Покачав головой, он пошёл дальше.       Свободное купе нашлось почти в самом конце поезда.       Затащив чемодан внутрь, Сириус сел возле окна и довольно вытянул ноги.       Сейчас он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Разве что маглорождённые первокурсники могли бы с ним поспорить.       Для них сегодня сказка становилась реальностью.       Для него — начиналась новая жизнь.       Блэк прикрыл глаза. Он едет в Хогвартс. В настоящий Хогвартс.       Наконец раздался протяжный гудок. Поезд дёрнулся и медленно тронулся с места. В этот момент в дверь купе постучали. Сириус открыл глаза.       На пороге стоял тот самый мальчик с растрёпанными волосами. Судя по всему, мамина расчёска потерпела сокрушительное поражение.       — Привет, — улыбнулся он. — Можно?       — Конечно. - Сириус жестом указал на свободное место.       Мальчишка тут же плюхнулся напротив.       — Джеймс Поттер.       — Сириус Блэк.       Несколько секунд Джеймс смотрел на него. Потом его глаза удивлённо расширились.       — Блэк?       — Да.       — Серьёзно?       Теперь уже удивился Сириус.       — А что?       — У меня мама из Блэков. Дорея Блэк. Ну, теперь Поттер.       Сириус моргнул.       — Дорея? - Имя показалось знакомым. Очень знакомым. — Так вот почему я никак не мог понять, где тебя видел. - Он задумался на секунду. — Она есть на родовом гобелене.       — Правда?       — Правда.       Джеймс широко улыбнулся.       — Значит, мы родственники?       Сириус скептически поднял бровь.       — В очень широком смысле этого слова.       — Всё равно считается!       И Джеймс весело рассмеялся.       Неожиданно для самого себя Сириус рассмеялся вместе с ним.       Поезд только покинул Лондон. А путешествие уже становилось интересным.       Было так легко смеяться. Так легко и непривычно. Не думать о том, что тебя услышит мать. Не ждать замечания за слишком громкий голос. Не выслушивать очередную лекцию о том, как должен вести себя наследник Древнейшего и Благороднейшего Дома Блэк. Звонкий смех наполнил всё купе.       Сириус смеялся вместе с Джеймсом и вдруг понял, что давно этого не делал. По-настоящему. От души. Последний раз такое было много лет назад. Кажется, ему тогда было семь. Он играл на улице с соседскими детьми. Обычными детьми. Без титулов. Без родословных. Они просто бегали, смеялись и играли в салки. Воспоминание оборвалось так же резко, как и появилось.       Сириус нахмурился. Домой он тогда вернулся слишком счастливым. Матери это не понравилось. Очень не понравилось. Мальчик машинально потёр запястье, словно старый страх до сих пор жил где-то под кожей. К счастью, сейчас он был далеко от площади Гриммо. И поезд с каждой минутой увозил его всё дальше.       — Простите, можно?       Робкий голос заставил Сириуса поднять голову.       В дверях стояли двое мальчиков.       Один был светловолосым и худым. На его лице виднелось несколько тонких шрамов, а в руках он крепко сжимал ремень старой сумки.       Рядом с ним переминался с ноги на ногу невысокий полный мальчишка с водянистыми голубыми глазами.       Джеймс мгновенно оживился.       — Привет! Мы ведь уже встречались в Косом переулке!       Лицо светловолосого мальчика слегка просветлело.       — Да.       — Тогда родители меня утащили раньше, чем мы успели познакомиться, — продолжил Поттер и протянул руку. — Я Джеймс Поттер.       — Ремус Люпин, — тихо ответил мальчик, пожимая её. Он указал на своего спутника. — А это Питер Петтигрю.       Питер неловко улыбнулся и помахал рукой.       — Привет.       Ремус посмотрел на свободные места.       — Мы можем зайти? Просто остальные купе уже заняты.       — Конечно! — сразу ответил Джеймс.       — Заходите, — добавил Сириус. — Я Сириус Блэк.       Питер заметно занервничал. Фамилию Блэк он определённо слышал раньше.       Ремус же просто кивнул.       — И нам, — неожиданно для самого себя произнёс Сириус.       И это была правда. Ему действительно было приятно. Приятно и радостно от того, что эти ребята не испугались его фамилии. Не начали заискивать. Не поспешили убраться подальше. Не посмотрели на него так, словно перед ними сидел будущий тёмный маг. Похоже, для них он был просто Сириусом. И это оказалось удивительно приятно.       Пока Сириус размышлял об этом, разговор плавно перешёл на факультеты.       — Мне кажется, мне бы подошёл Когтевран, — негромко сказал Ремус.       — А мне всё равно, куда попасть, — признался Питер.       — Ну уж нет, — тут же возразил Джеймс. — Лучше Гриффиндора факультета не существует!       — Откуда ты знаешь? — усмехнулся Сириус.       — Просто знаю.       — Очень убедительный аргумент.       — Спасибо.       Сириус покачал головой.       — Вся моя семья училась на Слизерине.       В купе повисла короткая пауза.       — А ты мне казался таким приличным человеком! — трагическим голосом воскликнул Джеймс.       Ремус фыркнул.       Питер растерянно заморгал.       А Сириус расхохотался.       — Не волнуйся. Я намерен сломать эту традицию.       — Правда?       — Правда.       Он улыбнулся и уверенно добавил:       — Я хочу на Гриффиндор.       — Тогда вперёд!       Джеймс поднял руку. Сириус без колебаний ударил по ней своей ладонью. Хлопок эхом разнёсся по купе. В этот момент им казалось, что они способны свернуть горы. И, возможно, они были не так уж далеки от истины.