First Love

Первое, что я увидел, это был неестественно чарующий взгляд. Вторым же была его добрая и милая улыбка…

***

«Happy birthday!» — гласила огромная разноцветная надпись, висящая над входом в гостиную. Чонгук машинально вскинул бровь и недовольно осмотрелся. Он ведь сказал: «Никаких вечеринок!». Но, нет. Они всегда делают по-своему. Секунда, и в квартире разом был потушен свет, в гостиной замелькали мелкие цветные огоньки, сделанные, скорее всего, на скорую руку Хосока. Еще через мгновенье на него набросились с воплями, криками, визгами и прочим толпа обезумевших друзей. «Для чего?» спрашивается. Наверное, чтобы бедолага на свое двадцатилетие отдал концы от всепоглощающей радости гостей. По крайней мере, в момент падения была только эта мысль. А все потому, что Чонгук упал на свое мягкое место, улетая в коридор. Благо, что входную дверь не забыл закрыть, иначе бы очутился на лестничной площадке. — С днем рождения, Гукки! — орали тем временем виновники его несостоявшейся смерти. — С днем рождения! Что же он ответил, почти взбесившийся от такой наглости? — Какого хрена вы здесь забыли?! — поднимаясь с кучи чужой обуви и еще непонятно чего, недовольно вскрикнул Чонгук. — Такого хрена! — крикнул кто-то из толпы в ответ. — Вообще-то, мы готовили тебе сюрприз, идиот! Этот голос: его интонация, тембр, громкость — все указывало на то, что это был никто другой, как Намджун. Ох, бедная квартирка Чонгука, эту вечеринку она вряд ли переживет. Если Намджун здесь, значит, он и руководил всей подготовкой к этому приему. Благо, свет везде был выключен и никто не видел, с каким диким выражением лица был именинник. — Я же просил ничего не устраивать! — снова пытался возразить тот. Но тщетно. Гости уже здесь и деваться некуда. — Кто тебя спрашивать вообще будет? — с сарказмом произнес Юнги. — У тебя пустая башка, — тяжело вздохнул Чонгук, вставая. — Это ты им дал ключ, зараза ты эдакая? Явно же он! Только Мин Юнги имел второй ключ. Ведь не так давно он, наконец, съехал с этой квартиры, которую они раньше снимали вместе, так легче могли потянуть, перебравшись к своей девушке. Эти двое часто махали кулаками по поводу и без. Именно из-за этого квартира находилась под присмотром правоохранительных органов, поскольку постоянно доносились жалобы от соседей. Ох, сколько же они потратили денег на бесконечные штрафы и ремонты! Одни минусы от их совместного проживания. Это были ужасающие времена, но, слава Богу, все закончилось. Хотя стоп, они хотят распотрошить всю квартиру и поставить ее вверх дном?! Итак. Вечеринка по поводу празднования юбилея началась. Выгнать кого-либо и прекратить все это недовольный юбиляр не мог. Светомузыка, гудящие от басов окна, недовольные соседи и горы выпивки — общеизвестные атрибуты любой современной домашней вечеринки. Не считая, естественно, ее последствий, которые можно было бы лицезреть на утро в туалете, на кухне, в коридоре, на диване и даже в кровати самого хозяина. Примерно этим и заканчивались все их попойки. А посему на этот раз он заранее решил всех предупредить, что умывает руки и дерьмо после всех разгребать, как всегда, не намерен. Не терпится поздравить? Отошлите открытку, сообщение на мобильный отправьте, черт возьми, позвоните, но не наваливайтесь на, и так маленькую еле стоящую после последней вечеринки, квартирку всей толпой. Говорить на эту тему далее было бесполезно, по крайней мере сейчас, когда голова от Джиновой выпивки идет кругом. Что же он мешает в нее? Вскоре в глазах начало плыть, в голове затрещало фейерверком. Громко играющая музыка уже не беспокоила вовсе, как и разлитый на пол очередной алкогольный напиток, и даже горы, скопившегося по всему периметру, мусора. Хозяину было прекрасно известно, к чему приведет это все. Во-первых, уборка продлится минимум сутки, в меньшей степени, во-вторых, возможно, придется делать ремонт. Но алкоголь ударил в голову, на смену негодования пришло веселье, и все остальное ушло на потом. Проблемы Чонгук решил решать по мере их поступления. Юбиляр в очередной раз поправил челку со лба и заорал что есть сил, заглушая весь шум в квартире, даже громкую музыку: «А ну-ка, поздравляем меня все!» — Пьем за твое здравие! И каждый выпил. — Пьем за счастье! Они снова выпили. А дальше понеслось… Каждый пил за что только желал, даже, если это никаким боком не относилось к имениннику. Много пили, очень много. — Просто пьем! И все, правда, опустошали бокалы, рюмки, фужеры, насколько бы глупым не был повод. Каждый тост сопровождался анекдотами, колкими шутками, смехом и обязательно запивался поверх. Это и нравилось, по-настоящему, Чон Чонгуку. Парень любил быть центром всеобщего внимания. Популярности хоть отбавляй, что среди друзей и знакомых, что среди мимо проходящих людей. Он всегда, везде и во всем был первый. Характер такой уж. Многие парни слепо завидовали такому вниманию к одной персоне. Чонгук со своим привлекательным видом, искренностью и сногсшибательным телом мог заполучить кого угодно: будь то девушка, или парень. В голове играла веселая музыка, переплетаясь с уже пошатнувшимся сознанием. Вечеринка в самом разгаре — что-то рассказывали, вспоминали смешные случаи. День рождения шел полным ходом. Горы грязи все появлялись и появлялись. Выходить из основной комнаты было страшно, уже успели разбить шесть тарелок и четыре фужера, мелкая техника стояла вверх дном. Да, квартирка явно не выдержит и скоро развалится. А восстанавливать все придется самостоятельно. Но разве Чонгуку было в этот момент до этого дела? Веселье продолжалось, продолжались и тосты с поздравлениями. Но вдруг кто-то приглушил музыку. Разговоры в сопровождении смеха прекратились. Тишина. Через секунду начали доноситься еле слышные звоны от удара ложки по фужеру. Чонгук обернулся, не понимая в чем дело. Виновником оказался Хосок. Не уж то настало время подарков? Но нет. Рыжеволосый быстро окинул взглядом присутствующих, останавливаясь на ком-то рядом стоящем. Остальные так же приковали внимание к, доселе не замеченной, персоне. Что не так?! Чонгук повернулся. Стоя зажатым между наполовину пьяным и бушующим Намджуном и мило улыбающимся Тэхеном, незнакомец, нервничая, перебирал рукой свои светлые локоны волос на затылке, смущено опуская голову вниз. Пронзительно темные глаза блуждали по накрытому столу в поисках за что уцепиться, пухлые губы содрогались раз за разом в попытке что-либо произнести, а руки не знали, куда себя деть. Ему определенно было некомфортно в такой обстановке. О других и не сказать такого, ведь они привыкшие к подобному. А он… Кстати, а кто он? Один из бывших? Не-е-ет, такого бы точно узнал. Всех своих бывших Чонгук помнил досконально, такая вот особенность. Но ведь лицо такое знакомое! Стоп! Какого хрена эти идиоты вообще притащили сюда незнакомца? Неужели опять решили с кем-то свести?! Невысокий. Больше нечего было сказать о внешности, поскольку тело закрывал широкий растянутый свитер, лицо практически было закрыто за длинной челкой, очки с толстым стеклом придавали виду заучки и тихони. Как не вовремя эта зима, кое-какие проблемы с отоплением, и, не смотря на самый разгар вечеринки, в квартире пусть и не совсем, но было прохладно. Чонгук чуть потянулся влево, чтобы лучше рассмотреть гостя, под свитером виднелись штаны из комплекта школьной формы. Ну, точно, Гук вспомнил. Школьник! Только он подходил под такие данные. — Эм, — молчание слегка затянулось, и нужно было выпутывать, — ты ведь Пак Чимин? Учишься возле нашего университета. Вышеупомянутый в тот час же вздрогнул и еле заметно залился румянцем. Кто его вообще, такого тихоню, привел сюда? Намджун? Не-ет, он с такими не общается — они не пьют алкоголь, не шатаются сутками в клубах, не ловят кайф от кокса. Хосок? Тоже нет. Этот школьник слишком стесняется и тихий, точно не по вкусу к общению. Более вероятно, что это Тэхен. Чимин слегка своим странным поведением смахивает на, всеми любимого, КимТэ. — Я крайне удивлен, что ты запомнил его имя, с твоей-то памятью, — не без сарказма вставил свое слово Юнги. — Между прочим, Чимин пришел выразить тебе свои поздравления! — Что ж, тогда пусть скажет тост, который еще не звучал! — улыбнулся Чонгук. Что этот несчастный должен сказать: что он здесь забыл или почему его не предупредили, что здесь будет Он? И уж тем более, что не просто вечеринка, а Его день рождение, а парень пришел без подарка? Пак Чимин пообещал себе в миг, что больше ни за что не станет слушать этого кретина, который никогда не посвящает в подробности, Мин Юнги. — Ну… я… — еле слышно промямлил бедолага, осознавая, что до чертиков боится смотреть в сторону именинника. Чимин оглянулся и наткнулся на искреннюю и поддерживающую улыбку Тэхена. От нее стало чуточку легче и прибавилось чувство уверенности. Но оставалась одна из серьезных-таки проблем: он совсем не умел говорить тосты. Даже при празднованиях дней рождения родственников. Хотя, Чим только на тех и был, и ни разу не встречал праздники именно в кругу друзей. А еще давило на подсознание то, что вот Он, стоит практически возле тебя в ожидании хороших слов, давая нехилый заряд всему телу и проверяя на стрессоустойчивость. — Я… ну… это… — мысли Чимина никак не хотели становиться одним целым и воспроизвести что-либо адекватное. — Да не бойся ты так, — встал с места Джин, чтобы поддержать. — Никто не кусается! Хосока прорвало на смех в голос, а Намджун покрылся легкой краской. Кто, как не они понимали всю иронию этих слов, вспоминая недавнюю пьянку. Ведь Джун набрался до такой степени, что бросался на многих с неразборчивыми воплями о мясе, и первым, кто попал под раздачу — Хосок. Помнится, плечо еще долго заживало, а Намджун еще долго извинялся всяческими способами. — Ну… я жел… желаю… — Чим зажмурил глаза, затем резко распахнул и, смотря прямо в глаза имениннику, выпалил, — желаю тебе любви, Чонгук! Тот застыл на секунду, не зная, что ответить. Как, собственно, и все остальные. Из-за этого в комнате стало еще более тихо, чем раньше. Видя, что у всех, включая Тэхена, не совсем такая реакция, как ожидалась, Чимин почувствовал себя катастрофически неловко. Неужто что-то не то сказал? Вот постоянно так! Лучше бы молчал, как обычно, а еще лучше, если бы вообще не посещал данное мероприятие! — Изв… извините… я не… — щеки загорелись пуще прежнего, из-за чего больше смахивал на помидорку, нежели на человека. Стоило как можно скорее извиниться и покинуть квартиру. Ведь сегодня Его день рождения, и Чимин не имеет никакого права портить праздник своими нелепыми словами! — Ничего себе! — выкатив глаза от удивления, произнес Джин, а после заулыбался, возвращая атмосферу веселья и непринужденности. Неожиданная реакция. Поэтому Чимин не обратил внимания на такой поворот, не воспринимая, что все в полном порядке. — Правда, хороший тост! — тот час же поддержал Тэхен. — Самое главное-то и забыли, куда ж без этого! — подхватил Хосок. — А ведь наша звездочка уже год не может себе никого найти, ходит недовольный вечно, — Юнги, не вставив своего слова, был бы не Юнги. — Вот не нужно лезть в мои личные дела! — возразил Чонгук, фыркая на, черт его дери, Мин Юнги. Имеют ли они хоть каплю права лезть в его собственную чонгуковскую жизнь? Уж нет. Разве что только матушка Джин, который поддерживал и защищал, терпел вечные пьянки-гулянки юного и наивного Чонгука до того, как малец не набрался ума. Но Юнги — не Джин, поэтому пусть лучше молчит в тряпочку. — Да ладно тебе, Чонгук-а, отличный же тост! — подбадривал, пьяный почти вдрызг, Джин. Не, вот почему, как всегда, на его возмущения ноль внимания?! Что ж, ему не привыкать. — Итак, поднимаю этот фужер за любовь! Чтобы у тебя наладилось на личном фронте, и все было замечательно! — заулыбался Намджун. А у Чимина тем временем не шли с головы одни мысли: неужели он задел ненавистную и больную тему именинника? Стоит ли извиниться лично перед Ним? Время близилось к девяти часам. Настала пора пьяных шатающихся танцев. Половина перебралась на кухню, подальше от этого. Вторая половина, наоборот, включила музыку практически на полную, оглушая серую дымку в своих головах и головах бедных соседей. Чонгук был в числе первых. Нет, он любил и умел танцевать, да так, что обзавидовались бы многие мировые танцоры. Но, не желая лицезреть разрушения, принесенные этими же танцами, энергично зашагал в сторону кухни, как только до его уха стали доноситься первые биты. Не тут-то было. По-видимому, у Хосока были свои планы насчет Чонгука. Они оба искусно владели навыком танца. В желании сразиться в танцевальном батле, Хосок схватил за рукав именинника и потащил в центр гостиной. Черт. Квартира точно этого не переживет! Но разве это кого-то из присутствующих волнует! Чонгук отпирался, как только мог. Но горячая душа Чон Хосока не выдержала, поднимая младшего и неся в нужное место. Что ж, деваться некуда. Вокруг этой парочки очутились все гости, замыкая собой круг. Музыка звучала по полной. Еще никто не начинал, и все разговаривали между собой, была возможность ускользнуть, заменить себя на другого достойного (ага, ну да) пьяного кандидата. Шаг. Второй. Затем третий. Аккуратно, главное не запалиться, поворот на сто восемьдесят градусов. Уже почти удалось. Тяжелая рука легла на плечо Чонгука. Вздрогнув и обреченно выпустив воздух из легких, все-таки пришлось ему вернуться на место. Пока эти двое показывали настоящее танцевальное шоу, хотя, танцевальным его сложно назвать в силу алкоголя, остальные в такт дергали руками в стороны. Толпа ликует, отрывается, соседи вызывают экзорциста. Иначе никак нельзя описать словами, что же происходит в маленькой квартирке на десятом этаже. Это не заканчивалось до тех пор, пока Чонгук не удосужился развернуть голову в полуоборота. В самом углу комнаты, на диванчике, опустив голову, сидел и не подавал никаких признаков жизни одинокий школьник по имени Пак Чимин. По-видимому, в состоянии дурмана Тэхен вовсе забыл о своем друге. Как же не воспользоваться этим? — А где Чимин? — хватая за рукав плавно танцующего на своей волне, в своем мире, Ким Тэхена, Чонгуку в этот момент получил дозволение остановиться. — Он пропал? — волнение накатило КимТэ. — Да вон он, на диванчике! — заглушая музыку, прокричал Джин со всей мощи. Перепуганный Тэхен, (ведь ему отвечать за школьника!), выскочил из толпы и зашагал в сторону мирно сидящего Чимина. У бедолаги едва сердце в пятки не ушло, как только подошел. Чим не выдавал никаких признаков, показывающих, что он жив. Что это с ним? Чонгук поймал момент и снова предпринял попытки свалить из поля разноса шатающейся квартиры. Снова шаг. Снова еще один, но более аккуратно и медленно. Уже на выходе из гостиной его мгновенно обнаружили, таща в самый эпицентр хаоса. Но не в самый эпик, как оказалось. Продвинули шатающегося Чонгука чуть левее, почти в самый конец комнаты, где расположился школьник Пак Чимин, опустив голову вниз. Он… спит?! Что, как так? Как можно даже глаз сомкнуть при такой обстановке, при таком балагане? Как этот застенчивый парнишка смог, с невероятной силой оглушения стереосистемы, отдаться Морфею? Но факт: его лицо впервые за вечер излучало спокойствие и непринужденность, руки и ноги предательски не дрожали. Он странный, ведь всю вечеринку боялся с места сдвинуться, думая, что его кто-то здесь прибьет ненароком. — Значит, два бокала шампанского разбавленных абсентом, в качестве эксперимента, для него слишком много, — невозмутимо развел руками Джин. — Черт, ты идиот?! Какого хера спаиваешь ребенка?! — а вот Чонгуку спокойствие его друга не передалось. Джин любитель выпить, а так же проверять на прочность свою печень. Он пробовал много разного, если перечислять — даже это удивляет, как его органы еще не отказали. Несмотря на это, врачи ничего не нашли, вредящего здоровью. Аномалия какая-то! Но это ни капельки не значит, что у других все так же стойко! К тому же парень школьник, по закону рано пить, вообще-то. А если полиция нагрянет, что ему делать?! У соседей нервы, между прочим, не железные. Чонгук уж точно знает об этом, как никто другой. — Отнеси его к себе в комнату, пусть проспится, — подошел Намджун. — Еще чего-то? — новая волна возмущения накрыла Чон Чонгука. — Вы снова позанимаете все спальные места, и мне придется ютиться с ним в одной кровати? Хватит с меня вашего сводничества! — Да не парься, мы сегодня по домам, — заулыбался Джун. Ах, ну да. Они ведь не собираются в итоге помогать разгребать этот срач. Ха-ха! Чего ты ожидал, Чонгук, от этих энцефалитов?! Пора уже свыкнуться с мыслью, что всегда необходимо надеяться на себя любимого и собственные силы. — Разбудим, как начнем собираться, — «подбодрял» Тэхен, — не оставлять же его, в конце концов, спать здесь же, за столом. Так и быть. Уговорили. Слишком много аргументов давило на подсознание Чонгука. Возможно, хоть так ему удастся избежать участи танцора. Стоит попытаться! Он протиснулся между столом и диваном, после — наклонился, дабы взять парня на руки. Одну руку просунул под ноги, вторую — под спину, после чего, как можно аккуратнее, поднял тело. На счет три малец располагался в объятиях Гука. Краем глаза мелькнули значительные улыбки остальных. И хоть бы кто-нибудь дверь удосужился открыть! Хосок будто прочитал мысли, подошел и распахнул дверь. Чонгук встряхнул Чимина, дабы было удобнее, и направился в темное обиталище. Ему показалось, или парень слегка многовато весит для внешнего телосложения? Он не высокий, миниатюрный, можно сказать, послушный, боится и лишнего движения сделать, амеба из амеб. Неужели такого вот человека решили ему подбросить наглым образом? Конечно, это правда, личная жизнь слишком оставляет желать лучшее, но не до такой же степени! Комната Чонгука — единственное место, куда не добрались эти пьяные обдолбыши. Свет не горел, но его и не включали. В нем не было необходимости, Чон знал квартиру, как свои пять пальцев, да и руки заняты, чтобы нащупывать включатель. Пробираясь вглубь комнаты, Чонгук попутно вспоминал, не затерялось ли у него под ногами такое, о что можно запнуться и полететь к ебеням на пол. Как ни странно, такого не обнаружилось. — Что за… ты не спишь? — по телу пробежал табун мурашек от щекотки на шее. Но Гук ничего не услышал в ответ. Молчание, прерываемое еле слышным сопением. На руках почувствовалось малозаметное движение, кое-кто пытался умоститься удобнее в объятиях парня. А заодно и уткнулся в шею носом, обхватывая своими руками. Сердце предательски пропустило удар. Стоп! Нет, нет, нет! Чонгук не опустится до подобного! Он отмахнул разом пришедшее предвкушение чего-то грандиозного и помотал головой. Нужно всего лишь положить парня на кровать, что в этом сложного! А ничего. Не считая шаловливых ручек Чимина, которые, всего-навсего, стали сжимать шею крепче, отказываясь отпускать. — Я больше не буду… — еле слышно прошептал Чим в самое ухо. — Пусти, — прошептал в ответ Чонгук, понимая, что говорит в никуда. Пак Чимин действительно спал. Это сразу стало понятно по тому, как он отреагировал, когда Чонгук, пытаясь уложить того в кровать, схватился за ягодицу. Случайно! А нечего крутиться и вешаться на шею, пусть и во сне! Если бы Чон вовремя не среагировал — полетели бы оба далеко вниз, шля поцелуи полу. Жертва была не зря! В общем-то, Чимин никак не реагировал на подобные вседозволенности в плане облапывания. Поэтому крайне логично было бы предположить, что парень крепко спит и видит сны о чем-то… черт, воображение Чонгука играло против него. Итак. Главная задача выполнена. Чимин во всю распластался на кровати, но была одна проблема… Поволок за собой-то и Чонгука. Бедняге пришлось очень не сладко, необходимо было выбираться из теплых оков школьника. Ему пришлось изрядно попотеть, что бы это сделать. Да и не только это! Само трудно было убрать свою ручонку от мягкого места спящего Чима. А прочее лишь ерунда. «Как низко ты пал, дружище… М-да… Лапаешь спящего малолетку!», — мысленно взвыл Чонгук, включая остатки гордости и мужского достоинства, после чего убрал руку на раз. Будто ее там и не было. Миссия выполнена. Не без некоторых нюансов, но об этом лучше не вспоминать. Чонгуку оставалось незаметно проскочить из комнаты на кухню, дабы танцующие фурии не заметили. Попытка прошла более успешно. На замену Чона выбрали и потащили в центр еле стоящего на ногах Джина, не уделяя внимания на его возражения. «Ха, повезло, так повезло!», — не без сарказма влил слова в визги-крики Гук.

***

— Хорошо погуляли, Гукки! — пролепетал, собираясь в путь дорогу домой, Тэхен. — Жаль, не совсем с таким размахом, как планировалось. — Спасибо, и этого хватило. До свидания! — улыбнулся Чонгук, прекрасно понимая, что в ближайшие дни будет только одна забота, ее уж никуда не деть. Как и ожидалось, гостиную разбомбили по полной. Страшно было смотреть на весь ужас, а особенно, если тебе-то и придется разгребать весь срач. А заглянуть в остальные комнаты было выше его сил. Бедное сердце не выдержит такого кошмара. Постепенно гости мирно и тихо собирались по домам. На часах перевалило за полночь, шуметь и мешать ни в чем не повинным соседям по времени было законом запрещено. И слава Богу! Дверь чуть ли не с петель летела от напора пьяни. Намджун на пару с Хосоком решили устроить ночь песен, и остальные упорно изображали вид, что ни малейшего понятия не имеют кто это. — Кажется, или я что-то забыл? — напрягая мышцы мозга, Тэхен разглядывался по сторонам. — Телефон? — вопросом на вопрос ответил Джин. — Взял. — Ключи? — Взял. Хм… Что же он мог забыть-то? — Голова на месте? — не унимался Джин, натягивая шапку. — На месте! — нащупав руками голову, уверенно заявил Тэ. — Тогда все на месте, — собрав все и вся, свое и Тэхена, Джин шагнул за пределы квартиры, если можно ее теперь так назвать. Чонгук оглядел друзей. Пьяных и не очень. Они толпились на лестничной площадке и ждали слов благодарности за устроенный праздник. Но это не окупает разрухи небольшого жилья, поэтому хотелось, разве что, на стену лезть, а никак не благодарить. — Ходу, господа, ходу отсюда, — захохотал Чонгук, выталкивая оставшихся «доброжелателей». — Как оценю в денежном размере разрушения — ждите весточку! — Да не переживай ты так! Мы завтра утром придем и поможем тебе с уборкой, — Тэхен перекинул через плечо небольшую сумку. — Как проспимся, — вставил Юнги. Ага, да-да. Конечно. Первым делом. Как только, так сразу! Чонгук давно не верит в эти сказочки. Он знал, что все окажется так, как он и думал изначально. Медленно все развернулись и зашагали в сторону лестницы. Убедившись, что все покинули его святую обитель, Гук начал закрывать дверь. В последний момент Тэхен остановился в полуоборота. — Все-таки, я что-то забыл! Чонгук машинально закатил глаза. — Когда вспомнишь, скинешь сообщение. Принесу в универ. — Хорошо, — кивнув, Тэ погнал по лестнице догонять остальных. Непонятно чем довольный Чонгук закрыл дверь и направился вовнутрь квартиры. Вокруг царила гармония и умиротворенная тишина, самое то, что необходимо в конце тяжелого рабочего дня. Но сегодня все испортили. Блаженно вздохнув, наконец, Гук мог скинуть с себя надоедливый свитер и майку. В квартире пусть и прохладно, но не в те моменты, когда он в полупьяном состоянии. Раньше этого не получалось сделать из-за слишком большого количества гостей. Руки и тело горели от одежды, но этикет никто не отменял. Вот и приходилось терпеть. Но теперь парень один дома и, если захочет, в трусах ходить начнет. Первым делом необходимо принять душ. А после можно и спать. Благо, завтра пар нету, начальство дало долгожданный выходной. Можно валяться в постели хоть весь день. И пусть дела с уборкой подождут. График жизни Чонгука был весьма плотный. Универ-работа-дом. Второй год подряд парень вкалывает на различных подработках, дабы оплатить учебу и квартиру. С переездом Юнги стало значительно тяжелее, но ничего. Чонгук сильный, Чонгук справляется. Гук взял полотенце с вешалки и нацепил на бедра, толком не вытираясь после душа. А зачем? И так хорошо. Впереди его ждет очень и очень теплое одеяло, уж под ним быстро высохнет. Оставалось преодолеть главное препятствие в виде куч мусора, любезно оставленных гостями после ухода, но не важно. Оно того стоило! Впереди подстерегали долгожданная мягкая подушка и чудесные сны. Ради этого стоит жить. Чон уселся на край кровати. Еще чуть-чуть и погрузится в прекрасные грезы, волосы только вытрет хорошенько, чтобы на подушку много не накапало. Аллилуйя. Долгожданная постель и свежевыстиранное белье. Зачаровывает и манит. Вдохнув и положив голову на подушку, в тот же момент выдохнул, улыбаясь сам себе. Но… Неждан… — Что за… Вторая ладонь легла немного не туда, куда предполагалось. Под пальцами Гук почувствовал что-то мягкое и теплое. А еще упругое. Резко распахнув глаза, Чонгук повернулся и отскочил на добрых пару метров. Сон сняло, как рукой. В голову ударило все: нарастающая паника, тревога, страх, — и остальное вместе взятое. Что там Тэхен у него забыл? Черт! Тэхен, этот идиот, забыл у него не ключи, не шапку, не телефон, даже не голову! Он забыл, чтоб его, школьника!