First Love

Чонгук, застыв, искоса поглядывает на Чимина, который сидит перед носом, и в голове вертится вопрос: «Какого хрена?» или «Почему ты еще не решил, Пак Чимин?» — То есть, ты хочешь сказать, что еще не определился? — недоумевал Чон. — Я… я… не знаю, — ощутив тягость взгляда, Чим заерзал на его колене. Почти скинув с себя парня, Чонгук тяжело вздохнул и пошел в спальню за ноутбуком. «А чего ты ожидал?» — Гук пытался принять сию мысль, как должное. Действительно. Если что-то хочешь узнать от Пак Чимина — надевай ежовые рукавицы и вытягивай. Хороший и весьма действенный способ. — Итак, — Чонгук примостил пятую точку на еще неостывший диван. Чимин на глазах заливается краской, отводит взгляд куда-то в сторону, лишь бы не встретиться взглядом с Чонгуком, укоряет себя мысленно за то, что не сказал раньше и мямлит, пытаясь оправдать себя. — Просто… раньше за меня всегда решали родители, и… в этот раз… в этот… — как глупо. — Но ты же знал, ты же сам ушел от них, — закатывает глаза Чонгук, но не злится вовсе, как кажется младшему. Чего теперь-то добивался Гук? Он и сам перестал понимать. Бросая взгляд на красного Чимина, который хмурится, что-то бубнит себе под нос и изредка бьет ладошкой по лбу, Чон не мог больше сдерживать улыбку, которая долго не хотела сходить с лица. — Ладно, так и быть, я помогу тебе, — выражение «радуйся, моя милость сошла к тебе, смертный» говорит само за себя. Чим замер, но всего на мгновение. А затем уселся возле своего возлюбленного. — Ты хоть когда-нибудь задумывался на кого хочешь учиться? — Ну… если честно, нет, — Чим опустил глаза в пол. «Не страшно, выберем» — надеется старший. Чонгук открывает браузер и проходит глазами по самым востребованным профессиям. — Чем тебе нравится заниматься? — умащиваясь поудобнее, Гук одной рукой придерживает ноутбук, а второй притянул к себе Чимина. Парень с интересом заглядывает в экран, скользя глазами по списку. Не так давно, еще месяц назад, Чим думал, что его жизнь заранее уже расписана. И что он не имеет права голоса в ней. С рождения отец с матерью диктовали, как он должен себя вести, во что одеваться, с кем можно дружить, а с кем нет, какие кружки в школе посещать. А сейчас другая ситуация. Сын, которого так «трепетно» воспитывали, повзрослел, наплевал на родителей и ушел. Ушел к парню, который с детства самостоятельный и который не намеревался продолжать решать за Пак Чимина что делать и как ему быть. Пора самому решать.  — Может… на учителя пойти? — останавливаясь на одном из вариантов, Чим посмотрел в сторону Гука, ища одобрение. — Как думаешь? — Ты, правда, хочешь на учителя? Думаю, ты слишком мягкотелый и стеснительный. Слишком… амеба? — Чон забрался рукой под футболку парня и хозяйничал по его спине, от чего щеки Чимина запылали. — Дети тебе на шею сядут. Блондин задумался. Все ли так мрачно, как сказал Чонгук? Возможно, он прав. Пак будет выбирать до тех пор, пока его выбор не одобрит Гук. Ему так хочется, он так привык. Каждому человеку нужен тот, кто поддержит и подскажет правильный выбор. — Может тогда… на врача? — На какого хочешь? — Чонгук заинтересовано посмотрел Чима. — Ну… я хочу… Чимин завис на пару минут, вспоминая о своей боязни и отвращении к ранам и крови. Бедного аж передернуло. — Думаю, костюмчик медсестры тебе очень даже пойдет, — ухмыльнулся Чон, вернув руку на бедро Чима. — Ты своими пахабными мыслями меня с ума сведешь, — закатил глаза Пак. И куда подевалось былое смущение? — Давай вернемся в начало. Чем тебе нравится заниматься? Чимин задумался. А что он делал помимо учебы, в свободное время? Да особо ничего, время на отдых было ограниченным. Наслаждался спокойствием и бездействием. Несмотря на активное напряжение извилин в мозгу, к парню ответ так и не пришел. Наблюдая за бурными раздумьями младшего, Гук отстранил от себя ноутбук. Пусть Чимин хорошенько об этом подумает, а завтра поможет с выбором. — Чимин-и, давай не будем напрягать твою светлую головушку поздно вечером. Пойдем спать, — шептал в самое ухо блондина Чонгук, заставляя покрыться мурашками. Чонгук в предвкушении встает с дивана и тянет за руку Пака. Он уже представил те нежные объятия, почти невесомые касания, притяжение тел, краснеющего Пак Чимина, вкус его губ, шеи… Ожидание прекрасной ночи. И, правда. Спальню окутывает таинственный полумрак. Свет луны проникает в комнату, оставаясь единственным источником освещения. За окном звуки проезжающих мимо машин и еще какого-то транспорта; легкий шум деревьев. А так же чей-то отборный мат. Кажется, собирается дождь. Лунный свет погас в незашторенном окне. Поддаваясь собственному ритму, первые капли застучали по стеклу. Они постепенно заглушили все посторонние звуки, кроме чьих-то высказываний друг о друге. Но и те растворились под дождем. — Чон… Гук… — выдыхает в губы Чимин, пытаясь отстранить руки, блуждающие по его спине. Но кто будет слушать? Особенно в такой обстановке. Особенно, когда рассудок теряется на фоне желания и возбуждения. — Кто-то в… дверь… стучит, — прерывисто продолжал блондин. — К черту! — воскликнул Чонгук, скользя по ключицам Чимина. — Пусть проваливает… кто бы там ни был. Затем ничего, кроме шума падающих капель и прерывистого дыхания двоих. Но через минуту стук в дверь продолжился. — Айщ, Чонгук, открой! Или я обещаю, у тебя будут проблемы! — поздний гость попался настойчивый. Скриви гримасу негодования, с большим нежеланием пришлось отстраниться от Пака. «Будь проклят тот, кто шатается по ночам в гости без предупреждений» — искренне желал Гук. — Ким, мать твою, Тэхен! Ты что здесь забыл?! — Чонгук… Чонгук был готов порвать друга в клочья за такой поздний и очень неподходящий визит. Но, осмотрев его внимательнее, мысли улетучились. И парень пришел в ужас. Потрепанный, промокший, вода все еще стекает с волос, с красными и опухшими глазами, разбитой губой и охрипшим голосом. В руке крепко сжимает полупустую бутылку соджу. Глаза горят от обиды. Слегка пьян. Никогда Гук еще не видел Кима таким. — Эй, давай не здесь, — Чон подхватил скатывающегося по стене друга и потащил вовнутрь. Кто же это сделал? Что вообще произошло? Чонгук усадил Тэ на диван и пошел за сменной одеждой. — Чимин, там Тэхен, помятый, он остается сегодня у нас. Пойди, присмотри за ним, пока я не принесу одежду. Выпалив на одном духе, Гук переворачивал в шкафу все, пока на его глаза не попались домашние футболка и шорты. В дверном проеме появился Чонгук. — Вот, держи. Где душ — сам знаешь, полотенце там же найдешь, — добровольно-принудительно Ким поплелся в указанное место. — Чонгук… что случилось с ним? — спросил Чимин, бросая взгляды на бутылку, и продвинулся по дивану, ближе к старшему. — Хотел бы я знать, — Гук обхватил за плечи Мина. Парни просидели в немой тишине, в которую периодически врывались звуки плескающейся воды из соседней комнаты, пока из душа не вышел Тэхен. Он знал, что его в гостиной ожидают для расспроса, но не был готов к этому морально. Хотел лишь допить свое соджу и лечь спать. Измотан. — Предполагаю, спать так просто не отпустите? — Ким устало приземлился рядом с Чонгуком. — Так и есть, — подтвердил Чон. — Нет, его надо уложить сейчас, а уже утром спрашивать, на свежую голову, — вмешался Чим. Чонгук задумался на пару секунд, но согласился с ним. А Тэхену, кажется, было все равно: сейчас делиться проблемой или позже. Но с благодарностью улыбнулся блондину. На этом и решили. Чим принес постельное белье и сам застелил им диван. Выключив везде свет, Чон присоединился к Чимину уже в спальне. Дождь закончился, теперь комнату заполняет освежающий ночной воздух. Чонгук, зажав в объятиях Чима со спины, был готов ко сну. — С ним же все будет хорошо, ничего ж… серьезного? — шепотом спросил Пак. — Да. Это же наш Ким Тэхен. Все проблемы обходят его стороной… — с угасающим энтузиазмом ответил Гук. Чимин повернулся лицом к своему парню, высматривая в его глазах хотя бы веру в свои же слова. Младший переживал за Тэхена. Чон крепче обнял, чтобы отгородить от ненужных мыслей. Через полчаса начали доноситься звуки еле уловимого сопения рядом и приглушенные всхлипы из гостиной, которые долго не прекращались. Гук встал, аккуратно вытаскивая руку из-под головы блондина, чтобы не разбудить. На носочках проскочил к двери, которая не хотела поддаваться, к тому же, еще и скрипела, как назло. Всхлипы резко прекратились. Как можно тише, Чонгук прошел в гостиную, поднося стул к дивану, и уселся. — А-а-а, — Подскочил Тэ, открывая глаза и хватаясь за сердце. — Напугал!  — Тс-с, Чиму разбудишь, — Чон приложил палец к губам. Молча кивнув, Ким принял положение сидя. — Мне кажется, разговор не подождет до утра. — Ладно, — Тэ положил руки себе на ноги, как послушный ребенок какой-то. — Что ты хочешь услышать от меня? — Почему ты оказался под моей дверью в такой час? Почему не с Хосоком? Что произошло? С ним что-то случилось? — вопросы начали вылетать сами по себе, и Чонгук не в силах остановить этого. — Хосок… — взгляд Тэ потускнел, заливаясь обидой и злобой, а голос заполнило разочарование. — Ничего не произошло. Просто он… будто с катушек слетел. Окей. По крайней мере, выяснили, что дело в Хосоке. Осталось выяснить, что именно произошло. — Что между вами стряслось? — Он… — слезы вот-вот хлынут по щекам, — назвал предателем, а когда я попросил объяснить, врезал и вышвырнул меня… Чонгук застыл, не зная, что думать и как реагировать на такое. Гук задумался, переваривая информацию. Чон Хосок не из тех, кто стал бы выгонять любимого человека за дверь, если тот ему надоел. К тому же, вряд ли надоел. Даже если бы неизведанные тараканы в голове и захотели выгнать Тэхена поздно вечером, Хосок никогда бы не сделал этого. А уж тем более, не ударил бы. Даже если они в ссоре и проклинают друг друга. Должна быть весомая причина его поведению. — Подожди… Ты точно все рассказал? — Гук пересел на диван, заглядывая в глаза Тэ, в надежде прочитать в них «эй, Чонгук, я тебя развел» или «Хосок захотел повеселиться, вот мы и придумали этот бред, а сейчас стоит под дверью и ждет», но ни того, ни другого не было. — Да. Я пришел домой из магазина, принес его любимых пончиков и торт, а он… — Тэхен смотрел куда-то в стену, будто с ней разговаривает. — С порога. Я увидел только собранную сумку с моими вещами и его… Он был очень зол. Потом полетели оскорбления в мой адрес, много оскорблений… Чего я только не услышал про себя. Я просил, умолял объяснить, что на него нашло, и в чем я виноват. В ответ вот, — Тэ указал на распухшую губу. — А потом и вовсе, просто вытолкал меня за дверь… — Парень повернул голову со стены на Чонгука, и у второго забегали мурашки от взгляда. — Я час… час стоял под дверью, стучал, требовал объяснений. А потом кто-то из соседей сказал, что вызовет полицию, если не прекращу… И вот, я у тебя. От рассказа Тэхена глаза на лоб лезли. Ему, определенно, необходимо помочь. Нельзя оставлять все на самотек. Чонгук и не оставит. — Давай ты сейчас хорошенько выспишься, а потом вместе подумаем, почему он так поступил и что делать. — Хорошо, — морально подавленный, Тэ лег обратно. Впервые за долгое время Чонгуку захотелось взять в руки пачку сигарет и выжать из нее все, до максимума. Что его, собственно, останавливало? Стоя на кухне у окна, Чон выкидывал уже четвертый окурок в открытую форточку. Он мог бы поберечь окружающую среду у подъезда, но его любимый не любит, когда Гук вредит своему здоровью. Надо поберечь нервишки Чимина. Все это время он раздумывал лишь об одном. Раз за разом прокручивал слова Тэхена в голове, которые просто не имели права на правду. Сделав последнюю затяжку, Чонгук берет мобильный со стола и набирает номер. «Алло?» — ответил сонный голос по ту сторону. «Нам надо встретиться».