Кукловод.

      Очнулся Гук в той же спальне, в той же кровати, только с ужасной головной болью. Он лежал укрытый в шелковую простыню и одетый в пижаму, а рядом с ним стояла прекрасная горничная и мило улыбалась. Она была худенькой, с тонкими пальцами и длинными белокурыми волосами, только ее глаза были пусты, а кожа почти прозрачна. Как Вы догадались, ее постигла та же участь, что и остальных слуг, она была куклой-марионеткой ужасного, но очень молодого и красивого колдуна. Чонгук внимательно ее рассматривал и задавался вопросом, почему ее кожа такая бледная, а глаза выглядят так страшно, посмотрев в них лишь раз, по телу бегут мурашки. -Доброе утро, хозяин.-сказала девушка своим очаровательным голосом, продолжая улыбаться, она подала Чону поднос с чашкой чая и мисочкой с печеньем,-Надеюсь, Вы прекрасно отдохнули и готовы к новому дню.       Чонгук был в шоке, почему он «господин», почему ему прислуживает красивая горничная, почему она подает ему чай и сладости. Он ничего не помнил, абсолютно. Будто кто-то вскрыл его голову и достал своими ловкими руками все его воспоминания, оставив лишь пустоту и отчаяние, даже имя, кем он являлся, где жил, все забрали. -Кто я?- тихо спросил Гук, попивая чай из фарфоровой чашечки. -Что с Вами, господин, Вы не больны?-удивленно спросила девушка, но немного подумав все таки отвечает на поставленный вопрос,-Вы-граф Чон Чонгук. Вы живете здесь со своим возлюбленным Ким Тэхеном, который владеет крупной сетью лавок чудес по всей стране! Вся Ваша семья умерла во время кораблекрушения, когда Вы были маленьким. Надеюсь, Вы все вспомнили. У Вас действительно все хорошо, ничего не болит? Я могу позвать Вашего врача. -Благодарю, но не стоит, у меня все в порядке, спасибо...эм... Кларисса.- ответил Чон, но это был не он, он не знал имени этой девушки, но почему он сказал его. При чем ему показалось, что кто-то невидимый шепнул Чонгуку на ухо, или это даже не он говорил, а кто-то другой, только губами Чона. Как только он об этом подумал, голову пронзила боль, Гука заставляли прекратить об этом думать, и он перестал, все мысли об этом улетучились, а на лице появилась натянутая улыбка. - Приятного Вам аппетита, господин. Ваша одежда лежит в шкафу, постиранная и поглаженная. После приема пищи, господин Ким ожидает Вас в библиотеке.        Горничная поклонилась и бесшумно вышла из комнаты, оставив Чона одного. «Значит, вот как. Я-граф. И моя семья умерла. И у меня есть возлюбленный. Граф. Корабль. Ким Тэхен. Библиотека. Мне нужно в библиотеку. Там мой возлюбленный».-думал Чонгук, медленно вставая с кровати, голова до сих пор раскалывалась, а ноги подкашивались. Ему казалось, что голова полностью отключилась, в ней постоянно всплывала одна и та же фраза «Библиотека».        На ватных ногах Гук подошел к шкафу, одел голубую рубашку, светлые брюки и ботинки, затем тихонько ступая к двери, повернул ручку и медленно переступил порог комнаты. Идя по длинному коридору освещенному факелами в позолоченных канделябрах, Чонгук ни о чем не думал, ноги несли его вперед, будто знали, куда надо идти. По пути Чон встречался с дворецкими и горничными, уборщиками и поварами, и все они здоровались с Гуком, улыбались ему, спрашивали, как его здоровье и все в таком духе.       Наконец, не спеша дойдя до библиотеки, и зайдя в нее, он увидел огромное количество книжных шкафов, удобных диванов и кресел, а все комната освещалась мягким, неярким светом, а в самом центре стоял высокий красивый юноша со взъерошенными волосами и лучезарной улыбкой на лице. -Доброе утро, Чонгук! Как спалось? -спросил он, подойдя и взяв Чона за руки. -Хорошо,-медленно протянул Гук не понимая, кто перед ним. «Наверно, это Тэхен, ведь этот человек так рад мне.»-подумал Чон Чонгук и улыбнулся в ответ.       Ким Сокджин был расстроен, он не смог уберечь паренька от лап Ви, что очень опечалило нашего бескорыстного и щедрого друга. Но это еще цветочки! Теперь Джин должен притворятся, что он слуга того пацана. Какая наглость! Он- Ким Сокджин, самый первый сосуд Великого Ким Намджуна, обязан (проиграл в игру камень-ножницы-бумага) на пару с некультурным и противным Мин Юнги играть актерскую игру ради Тэхена. Самым печальным было то, что изначально Джин был мойщиком полов, но после тонны уговоров, стал личным поваром Чонгука.       Юнги тоже был не в восторге, кому-либо прислуживать. Он-гордый и независимый квалифицированный жнец, не будет надевать форму официанта. Мин не собирается подавать какому-то малышу его молочко. Однако, после отчаянных способов сбежать или попыток шантажа, Юнги одел рубашку и сюртук под дикий смех Чон Хосока и отправился на кухню, нервно протирать бокалы.       Гук был счастлив. Он сидел на коленях своего возлюбленного и накручивал на палец прядку его мягких, светлых волос. Тэхен же сидел и натянуто улыбался. С одной стороны, он жаждет разыграть ради этого пацана мыльную оперу, с поцелуями и романтикой, а после бросить и заставить страдать, и чувствовать собственное превосходство. Но с другой...Этот мальчик такой очаровательный, что сердце сжимается, когда Чонгук в первый раз неуверенно чмокнул Тэхена в губы, то на мгновение все его мысли оборвались, а мозг решил, что ему нужно чуть-чуть отдохнуть и получить удовольствие.       Вот и сейчас Ким сидит и не может понять (в первый раз в своей жизни), как ему поступить. После нескольких минут раздумий, решив, что нужно поддать жару в их «отношения», чтобы «разрыв» казался более бессердечным и ранимым, Ви обнял Гука за талию, притянул по ближе и шепнул: «Я тебя люблю».       Затем Тэхен взглянул Чонгуку в глаза, в такие большие и красивые... Тэхену на мгновение показалось, что он не сможет выполнить намеченную задачу, но отбросив эту бредовую мысль, впился в губы Чона, одной рукой зарываясь в густые, шелковистые волосы, а другой прижимая партнера к себе все ближе и ближе.       Гневно бурча, продолжая нервно протирать (уже наверно до дыр) бокалы, стаканы, кружки, чашки, рюмки... Ах! Юнги аж сбился со счета. В его голове проносились злобные мысли, с яростной резней душ этого тупого бездельника Ким Тэхена. «Вот я ему покажу, где раки зимуют, я всех его душ пере кромсаю, он останется ни с чем. А-ха-ха-ха! Неудачник, сам ничего не может, поэтому и сохранят все эти тела. Они же пылятся! Зачем их хранить? Вот я бы....»-думал жнец, ставя на место последнюю рюмку, пока его ход мысли не прервали: -Юнги-яяя.-пропел чей-то тоненький голосок позади Мина. Чьи-то тоненькие ручки обвили шею Юнги, не давая пути для отступления. -Пак Чимин...-нервно проговорил Шуга, пытаясь вырваться из мертвой хватки полубожка.       «Зачем? Боже, зачем я это сделал. Знал же, что все, как обычно обернется боком».-подумал жнец, на его лбу выступили капельки пота, а дышать становилось все тяжелее и тяжелее. -О, Юнги-я, я так рад, что нашел тебя, я все время думаю о тебе, о запахе твоих волос, он такой вкусный и так возбуждает...-промурлыкал Чим-Чим на ухо Юнги,-Ну, может повторим? -Нет-нет-нет! Исключено! Прости, Чимин, но я совершил тот поступок, не подумав, я сожалею об этом, больше такое не повторится. Никогда!-Мин срывался на крик, и голос становился писклявым, ему нужно было спасаться, а то вдруг, его маленький милый друг изнасилует его прямо на этом столе, как почти сделал он сам.       Со скоростью света Шуга развернулся, и оттолкнул не успевшего отреагировать Чимина в угол комнаты и понесся к ближайшему выходу из кухни. «Он опять меня оставляет. Одного. В этой же самой комнате...»-подумал Пак поджимая под себя ноги и тихонько всхлипывая.