Коньки и магия

Драко сидел у Кевина. — И после того, как мы еще раз поцеловались, в комнате поднялся ветер, который нельзя объяснить никаким сквозняком! Я схожу с ума! Как я могу дальше оставаться рядом с Гарри, если я все взрываю и сдуваю? Почему я вообще перестал контролировать свою магию? Я же уже не ребенок! Кевин, что мне с этим делать? — Драко сидел, вцепившись в волосы. Кевин в ответ на вопросительную интонацию Драко чуть вздрогнул и медленно уточнил: — Подожди, вы поцеловались? — Да! Чем ты слушаешь? Сейчас не это важно! Важно… — Да нет, это как раз очень важно! Ты целовался с гребанным Гарольдом Дурслем, и ты смеешь утверждать, что это не важно? — Да! Потому что если я не разберусь с магией, я не смогу больше с ним встречаться! — Ты уже успел начать с ним встречаться?! Ты издеваешься? Почему с тобой происходит все самое интересное? — простонал Кевин. — Ты меня вообще не слушаешь, да? И почему со мной происходит всё самое интересное? Ты встречаешься с Джинни — это разве не интересно? — Я просто не пойму, в чем проблема. И Джинни — не всемирно известный фигурист. То, что происходит с тобой, гораздо интереснее! Драко вздохнул. Может, он и правда себя накрутил? Но все равно, с взбесившейся магией стоит разобраться. — Во-первых, причем тут то, что Гарри — фигурист? Я собираюсь встречаться с Гарри, а не с его медалями! И во-вторых, если магия не придет в порядок, такое будет происходить при каждом поцелуе. И выхода тут два — не целоваться совсем, что меня совсем не устраивает, потому что его поцелуи — лучшее, что со мной случалось, или рассказывать ему о магии, рискуя налететь на штраф о нарушении Статута, стирание памяти Гарри или просто расставание из-за моего вранья. Кевин закатил глаза. — Так, хватит! Ты впервые целуешься с парнем, который тебе нравится. Твоя магия просто не привыкла к таким ярким эмоциям. Ты не помнишь, что в детстве стихийные выбросы происходили из-за чего-то очень приятного, но нового или когда ты был в опасности? Я думаю, через несколько поцелуев этот эффект пойдет на спад. Потому что даже если тебе все еще будет очень приятно целоваться с Гарри, это чувство не будет таким новым. Но ты в любом случае можешь поискать информацию в учебниках или еще в какой-то литературе. — Ты думаешь? А если я во время поцелуя выдам что-то, не поддающееся никакому объяснению? — Вот тогда и будем думать. Что себя заранее накручивать? Лучше расскажи, из-за чего вы поцеловались? — А вдруг Гарри решит, что поцелуи со мной не стоят уничтоженной квартиры? — Блин, хватит. Не решит. Все будет нормально. — Блин, а если по этим выбросам нас найдет министерство? Тогда точно — обливиэйт Гарри и, мистер Малфой, вам стоит пройти с нами, ответить на пару вопросов. А отец меня точно не отмажет! Драко был в отчаянии. Кевин смотрел на стену с явно читаемым желанием побиться о нее головой. Или побить о нее Драко. — Кто тут из нас чистокровный? Ты разве не знаешь, что надзор накладывается на дом, где живет несовершеннолетний маг? Причем только на магглорожденных! Ты в абсолютной безопасности! — А если в этом же доме живет другой магглорожденный студент? Тогда эту магию могут засечь, а когда поймут, что это не он, начнут разбираться и обнаружат меня? Кевин резко встал. — Всё. С меня хватит. Ты просто себя накручиваешь! Если ты не перестанешь загоняться, магия будет выходить из-под контроля еще чаще! Если у тебя есть эта проблема, тебе стоит успокоиться, а не паниковать и провоцировать новые выбросы! — в конце он сорвался на крик. Из-за громких слов Драко чуть вздрогнул. Кевин отвернулся и глубоко вдохнул. — Так, теперь успокаиваться нужно и мне, — пробормотал он. — Слушай, всё будет в порядке. Ничего страшного не случилось. Я уверен, твоя проблема решится ещё до того, как случится что-то, что может помешать твоей жизни или твоему счастью. Драко кивнул, достал телефон. Пара сообщений. — Гарри зовет меня гулять. Блин, ты должен пойти со мной! Если что, при тебе вряд ли произойдет что-то, что вызовет стихийный выброс. А то на улице это может быть гораздо разрушительнее, — умоляющее проговорил Драко. — Что с тобой сделаешь? — вздохнул Кевин. — Но только спроси Гарри, не будет ли он против. Драко быстро написал сообщение: «Кевин хочет с нами. Ты не будешь против?» «Буду рад его видеть :) Через 20 минут у парка рядом с моим домом?» — пришло в ответ. — Он не против. Давай собираться, встречаемся через двадцать минут. *** При встрече Гарри чмокнул Драко в щеку. Это было восхитительно. И из-за тепла в груди, которое разлилось после этого совсем невинного жеста, и из-за отсутствия видимых проявлений стихийной магии. — Привет! — поздоровался с Кевином. Погуляем в парке? Или есть какие-то другие предложения? — Парк — прекрасная идея, — отозвался Кевин. Драко кивнул. — Я очень люблю этот парк. Тут всегда так тихо, — с улыбкой сказал Гарри. — И сегодня очень тепло, что в Лондоне нечастое явление. Кевин согласно хмыкнул. — Правда? Я в Лондоне бывал редко и почему-то чаще попадал на хорошую погоду, — Драко улыбнулся. — Ну ты везунчик! — с теплой насмешкой протянул Гарри. Где-то на периферии мелькнула мысль, от которой Драко чуть не замер. Точно, он же всегда бывал на Диагон-Аллее. Там же наверняка стоят погодные чары, как в оранжереях мэнора или Большом зале Хогвартса. Вот дурак! На такой мелочи чуть не проколоться! А впрочем, непохоже, что Гарри заподозрил что-то странное. Кевин, видимо, осознал, почему Драко резко стал таким отстраненным, и поспешил перевести разговор на другую тему. — Слушай, по словам Драко, ты сейчас не ходишь на тренировки. Что-то случилось? — Не совсем. Вообще, сезон закончился, и у меня было бы недели три-четыре отдыха в любом случае. Но на последних соревнованиях я потянул лодыжку, и поэтому мне тренер дал больше времени для восстановления. Как раз через несколько дней пора будет на тренировки. Кстати, Драко? Ты не хотел бы познакомиться с моими друзьями? И прийти ко мне на тренировку? Драко пожал плечами: — Если из-за этого у тебя не будет неприятностей — почему бы и нет? Только закончив, осознал, что есть как минимум один аргумент против — чертова взбесившаяся магия. Но отказаться было бы как минимум странно. Оставалось надеяться на правоту Кевина и мечтать, что через несколько дней он перестанет все взрывать.