Т13-57. Уильям/Грелль. Узнать, что у Грелля есть ребёнок. А+
27 августа 2011 г., 19:02
— У нее, — кивок. — От тебя, — кивок. — Ребенок? — и еще один кивок, уже почти раздраженный, алые пряди скользят по спине, будто бы так же недовольно, как щурятся щемяще-зеленые глаза жнеца-актрисы.
— Да, Уилли, но это же такая ерунда все, — остренькая сладкая улыбка и Грелль пытается кокетливо повиснуть на шее у каменно-неподвижного Ти Спирса.
— Ерунда? — глаза за тонкими стеклами очков хмурятся. — Ерунда? Знаешь ли, этому ребенку сейчас полтора года, — Сатклиффу хочется поежиться под этим стальным взглядом.
— И?.. — "Так, где же ты, амплуа простачка?", — алый жнец судорожно перебирает в уме линии поведения.
— А ты уже три года клянешься мне в вечной любви.
— Ну Уилли, это же случайность, ты понимаешь, все совсем-совсем внезапно вышло... У нее еще такое красное платье было замечательное... — частит Алая Смерть, затихая с каждым словом — Уильям умеет смотреть так, что слова встают комом в горле, а все личины с шипением сползают, оставляя лишь уставшее от серости существо, у которого, кажется, даже волосы в такие моменты выцветают. — Прости, Уилли, — голос тихий, никакой, но именно так Жнец выглядит в минуты искренности. — Знаешь, она была на тебя похожа.
— Зачем? — пугающе безразлично интересуется тот.
— Я до сих пор не верю, что действительно нужен тебе, ты такой холодный и страшный — никогда не поймешь, что у тебя на уме, — бормочет Грелль, выпуская из цепких пальцев рубашку начальника.
— Дурак ты, — Спирс разворачивается и уходит на кухню, а в глазах отражается такая боль, что Сатклифф впервые чувствует себя виноватым — в конце концов, Уилл не из тех, кто стал бы терпеть его рядом лишь потому, что не способен прогнать.
