Научи его жить заново.

      У Гермионы глаза на лоб полезли. – Джинни, это правда? – требовательно спросила она. – Что? Что он тебе сказал?! – кажется рыжеволосая была встревоженна. – Т-ты д-действительно б-беременна? – заплетающимся языком спросила Грейнджер. – Как он узнал? – тихо спросила побелевшая Джинни. – Так это правда?       Рыжая лишь кивнула. – И как давно? – тихо спросила кареглазая. – Три недели, – также тихо ответила Джинн. – Я так понимаю больше никто не знает? – скорее утвердительно, чем вопросительно сказала Гермиона. – Никто, – подтвердила гриффиндорка. – А почему ты не сказала Гарри? – с интересом спросила шатенка. – Я боюсь его реакции, – честно ответила Джинни. – Мы с Гарри ещё не собирались заводить детей, а тут... – Джинн, это же Гарри, конечно он будет рад! – уверенно произнесла Грейнджер. – А если нет? – возразила рыжая. – Джинни, я его лучшая подруга, лучше меня его знает только Рон, и ты будешь со мной спорить? – подняв брови спросила кареглазая. – Может ты и права, – протянула Поттер. – Конечно права, – ответила Гермиона, обнимая подругу. – Ты должна ему рассказать, вот увидишь, он будет рад. – Надеюсь на это, – ответила Джинни, положив голову на плечо подруги. – Я же могу расчитывать на то, что меня сделают крёстной матерью? – улыбнулась гриффиндорка. – Мне кажется, к тому моменту как малыш родится, ты станешь его тётей, – хитро сказала Поттер. – Я бы была не против. – Осталось как-то донести это до Джорджа.       Девушки засмеялись.       Они ещё немного посидели, и Джинни, пообещав что расскажет всё Гарри, когда он вернётся с задания, ушла домой.       Потом Гермиона вымыла чашки, и быстро уснула под уже привычную болтовню Фреда.

***

      Всё-таки утро бывает добрым. Гермиону разбудила Риччи, принёсшая письмо от миссис Уизли, с приглашением на ужин в воскресенье. – Так это же уже завтра! – воскликнула шатенка и быстро написала в ответе, что обязательно придёт.       Отдав письмо сове, кареглазая встала с кровати и пошла в душ.       Когда Гермиона вернулась в комнату, у неё на столе сидела сова Джинни. – Да что ж такое!? – воскликнула Грейнджер, заматывая голову полотенцем.       Сова протянула ей лапку с письмом, девушка отвязала его и, поблагодарив сову, стала читать.       «Гермиона, у меня появилась идея. Почему бы сегодня нам с Гарри не зайти в магазин Джорджа? Как раз можно будет рассказать им о моём положении.       Вообщем, напиши, что ты об этом думаешь, и согласен ли Джордж.

Твоя подруга Джинни»       Гермиона усмехнулась и быстро нацарапала ответ:       «Идея замечательная, мне нравится, а у Джорджа нет выбора, поэтому сегодня вечером в «ВВВ», напиши во сколько вы придёте

До встречи»       Как только сова с ответным письмом вылетела из окна, раздался голос Фреда: – Грейнджер, как тебе не стыдно решать что-то за Джорджа. – Ой, да ладно тебе, – беззаботно отозвалась гриффиндорка и плюхнулась на кровать. – А в школе ты бы так не поступила, – задумчиво протянул голос. – Ты была слишком правильной... – И слишком скучной, не надо напоминать. – Мда уж, никогда бы не подумал, что ты та самая Заучка-Грейнджер. – Да я сама себе удивляюсь. Ну, мне нужно переодеться, и я надеюсь, что ты ещё не в конец оборзел и не будешь за мной наблюдать. – Я бы с удовольствием, но Джордж всё ещё мой брат, а ты его девушка.       Гермиона открыла шкаф, и, достав оттуда свои домашние шорты и майку надела их вместо полотенца. Потом отнесла полотенца в ванную и, вернувшись в комнату, убрала кровать.       Шатенка спустилась на кухню и принялась готовить завтрак.       Когда она уже поела и мыла посуду, раздался хлопок трансгрессии, и на кухне появился Джордж. – Привет, – улыбнулась кареглазая. – Доброе утро. – Боюсь, мне придётся тебе его испортить, – сказала Гермиона, выключая воду. – Что случилось? – насторожился парень. – Сегодня вечером Джинни и Гарри обещали зайти в «ВВВ», у твоей сестры есть для вас с Гарри хорошая новость. – А без Гарри никак? – спросил Джордж, хотя и так знал ответ. – Никак, – подтвердила его догадки Грейнджер. – И спорить бесполезно да? – скорее утвердительно, чем вопросительно произнёс Уизли, обнимая Гермиону. – Ты абсолютно прав.       В этот момент в окно влетела сова Джинни. Гермиона отстранилась от Джорджа и забрала у птицы письмо, та ухнула и улетела. В коротенькой записке было сказано только время. – Гарри и Джинни придут в шесть. – А раньше никак? – недовольно спросил Джордж.       Гермиона закатила глаза и спросила: – Может пойдём прогуляемся? – Хорошая идея. – Тогда я сейчас, – сказала шатенка и пошла переодеваться.       Через пятнадцать минут она спустилась в своём любимом свитере в чёрно-жёлтую полоску и в тёплых лосинах. – И куда мы пойдём? – спросил Джордж, пока Гермиона надевала сапоги. – Куда глаза глядят, – голосом Полумны ответила та. – Ты это серъёзно? – скептически произнёс Уизли. – Абсолютно. Я не могу придумать куда пойти.       Они вышли на улицу, и Джордж спросил: – А что такого Джинни должна рассказать сегодня вечером? – Сама не знаю, – правдоподобно соврала гриффиндорка. – А по-моему знаешь, – уверенно сказал рыжий. – Даже если и знала бы, всё-равно не сказала бы. – А если вот так? – и он начал её щекотать. – Это ахахах не чеееесхахахатно, нельзя ахаха испоахахахахльзовахахахать захахахапрещённыахахахе приёахахамы, – сквозь смех выдавила кареглазая. – Точно не скажешь? – продолжая щекотать девушку, спросил парень. – Тоахахахахачно, – живот уже болел от смеха, а из глаз брызнули слёзы. – Так уж и быть, – произнёс Джордж и перестал щекотать Гермиону.       Та сначала отдышалась, а потом сказала: – Какой ты всё-таки жестокий, знаешь ведь, что я щекотки боюсь! – Знаю конечно! И считаю, что этим надо пользоваться. – Злой ты, уйду я от тебя, – обиженно сказала девушка, скрестив руки на груди. – Размечталась, – усмехнулся Уизли, обнимая кареглазую за талию. – Ладно, я передумала, – весело отозвалась та.       Джордж улыбнулся, прижимая Гермиону к себе.

***

      Гуляли они долго, даже очень, и шли действительно, куда глаза глядят. В пять часов вечера они уже понятия не имели, где находятся, поэтому трансгрессировали к магазину «Всевозможные Волшебные Вредилки» – Не знаю как ты, а я хочу есть, – сказала Грейнджер и направилась на кухню. – Ты тут такая не одна, – произнёс Джордж, следуя за ней. – Отлично, значит макароны, – воскликнула девушка, доставая из шкафчика пачку макарон.       Она сварила макароны и посыпала их тёртым сыром. – Может тебе действительно сюда переехать? – вдруг спросил Уизли. – Я же говорила, ещё одна шутка на эту тему, и я действительно перееду, – напомнила Гермиона. – А я и не шучу, – серъёзно сказал парень.       Гермиона задумалась. – Ты всё равно тут проводишь больше времени, чем у себя дома. – И ты готов терпеть здесь ежедневное присутствие Живоглота, Риччи и меня? – спросила волшебница, подняв бровь. – Тебя я готов терпеть здесь ежесекундно до конца своих дней, и если без Риччи и Живоглота никак, то и их тоже. – Тебе не кажется, что ты слишком торопишься? – неуверенно возразила гриффиндорка. – Ладно, даю тебе на размышления три дня, если ты ничего не решишь, то это сделаю я. – Иными словами: если через три дня я ничего не решу, то перееду сюда. – Именно. – Ладно, я подумаю. И через пятнадцать минут придут Джинни и Гарри, – сказала гриффиндорка, вставая из-за стола. – Представляю лицо Гарри, когда он узнает, что мы встречаемся, – усмехнувшись, произнёс Уизли. – Мне кажется, что его мало чем можно удивить, но сейчас он точно будет в шоке. – Но пока меня больше волнует моя сестра... – Только не вздумай меня щекотать, – предупредила шатенка. – Ладно, всё равно скоро узнаем.       Гермиона вымыла тарелки и, пройдя в гостиную, села на диван, привычным движением взяв книгу со стоящей рядом тумбочки. И тут Джордж понял, что без неё, сидящей на диване с книгой в руках, в квартире становится холодно и неуютно. Он улыбнулся и сел рядом, наблюдая за девушкой. Она была одновременно расслабленна и сосредоточенна, глаза быстро бегали от строчки к строчке, а языком она время от времени проводила по пересохшим губам. Парень как завороженный смотрел на Гермиону, и тут раздался звонок в дверь. – Хм, странно, с каких это пор Джинни звонит в дверь, а не вламывается без предупреждения? – спросила Грейнджер, отрываясь от книги. – Не знаю, но пойду открою, – произнёс Уизли и, встав с дивана, направился к двери.       Скоро он вернулся в компании радостной Джинни и удивлённого Гарри. – Привет, Герми! – поздоровалась рыжеволосая, обнимая подругу. – Привет, Джинни, и перестань сокращать моё имя, – раздражённо проговорила Грейнджер. – Гермиона?! – шокированно спросил Поттер. – Джинн, ты ему вообще ничего не говорила? – спросила Гермиона у сидевшей рядом подруги. – Неа, – беззаботно ответила та. – Объясните мне уже что-нибудь! – воскликнул Гарри. – Гарри, для начала присядь, – сказал Джордж, плюхнувшись рядом с сестрой.       Брюнет послушно сел в кресло. – С чего бы начать... – задумчиво произнесла Гермиона. – С самого начала, – подсказала Джинни. – Эммм, ну... короче это Джордж, – сказала шатенка, едва сдерживая смех. – И я не могу рассказать подробнее, поэтому, Джинни, говори ты. – Гарри, основное, что тебе сейчас нужно знать, это то, что эти двое встречаются. – Что?! – шокированно воскликнул брюнет. – Остальное я тебе дома расскажу. – Да, вообще-то ты хотела нам рассказать что-то другое, – напомнила Грейнджер. – Так ты всё-таки знаешь! – воскликнул Джордж. – Да, но не вздумай меня щекотать! – строго сказала кареглазая. – Джинн, говори уже. – Ты уверенна? – тихо спросила Джиневра. – Говори, иначе я скажу. – Ладно, – рыжеволосая глубоко вздохнула. – В общем, я беременна, – на одном дыхании выпалила она.       Сначала Джордж и Гарри тупо пялились на неё широко раскрытыми глазами, потом раскрыли рты. – Мда, не знала, что одной фразой можно отключить человеку мозг, – усмехнувшись, произнесла Гермиона. – Ты беременна? – тупо переспросил Гарри.       Джинни кивнула. – Ты беременна! – воскликнул Поттер и кинулся обнимать жену. – Это же чудесно! – сказал он и поцеловал её. – Джордж, ну чё ты завис, как будто это не я беременна, а Гермиона! – воскликнула рыжая гриффиндорка. – И слава богу, – пробормотала Грейнджер. – Просто я пытаюсь это переварить, – отойдя от шока произнёс Джордж. – А какой срок? – Три недели, – счастливо улыбнувшись, ответила Джинни. –А остальным, я так понял, ты завтра расскажешь? – спросил Гарри. – Да, надеюсь они тоже обрадуются. – Конечно обрадуются! – уверенно сказал Джордж, обнимая сестру. – Вот именно, Гарри же рад, хотя ты думала, что он не обрадуется. – Джинни, ты серъёзно так думала? – Поттер укоризненно посмотрел на неё. – Если честно, то да, – призналась рыжая. – Какая же ты иногда бываешь глупая, – произнёс зеленоглазый и поцеловал жену в щёку. – Иногда? – скептически спросила Гермиона. – Кто бы говорил, – закатил глаза Джордж. – Я обиделась, – шатенка надула губы и развернулась, закинув ноги на подлокотник.       Уизли что-то шепнул на ухо сестре, та хихихнула и стала щекотать подругу. Гермиона рассмеялась и из-за смеха очень не элегантно скатилась с дивана. Она засмеялась ещё громче, а остальные её в этом поддержали. – Какой мягкий ковёр, – отсмеявшись, произнесла Грейнджер. – Вставай давай, – сказал Джордж, протягивая ей руку.       Когда Гермиона села на диван рядом с Джорджем, он спросил: – Всё? Больше не обижаешься? – Я подумаю. О нет, только не делай эти щенячьи глазки!       Но разве он её послушал? – Ладно, я больше не обижаюсь.       Джордж самодовольно усмехнулся, обнимая Гермиону. – Джордж, а можешь научить меня делать такие же глазки? – улыбаясь, спросила Джинни. – Прости, сестрёнка, но боюсь Гермиона этого не переживёт. – Глупости, единственное, чего Гермиона не переживёт, это если Трелони станет директором Хогвартса, – ухмыльнулся Гарри. – Ну, с прорицанием у меня конечно проблемы, но я уверенна, что директором Хогвартса она не станет никогда, – проговорила шатенка. – Ну да, скорее Слизнорт похудеет, чем Трелони станет директором, – улыбнулся Джордж. – Или Хагрид побреется, – поддержала Гермиона. – Кстати, Гарри, тебе бы не помешало побриться, – сказала Джинни, укоризненно посмотрев на мужа. – А по-моему мне пошла бы борода, – задумчиво проговорил Поттер, проведя ладонью по подбородку. – Гарри, или ты сам побреешься в ближайшее время, или я попрошу Гермиону, чтобы она тебя побрила. – Не напоминай, – в один голос сказали Гарри и Гермиона. – Это была самая ужасная стрижка за всю мою жизнь, и не потому что мы жили в лесу и за нами охотились Пожиратели. – Ну спасибо, Гарри! Я и до этого знала, что парикмахер из меня никакой. – призналась кареглазая.       Все засмеялись. – Джинн, а как ты думаешь, у вас мальчик или девочка будет? – полюбопытствовала Грейнджер. – Я как-то не думала, но я хочу девочку, – честно ответила рыжеволосая. – А почему девочку? – спросил Джордж. – Ну, когда она подрастёт, можно будет плести ей косички и покупать разные платья. И с девочкой легче, чем с мальчиком, они спокойней и послушнее, а когда она станет совсем взрослой, можно будет давать ей советы о парнях. – Ты в детстве не была спокойной и послушной, – напомнил Уизли. – Я росла в обществе шести братьев, двое из которых ты и Фред, как думаешь, я могла вырасти спокойной и послушной? – усмехнувшись, спросила Джинн. – А ведь она права, – сказала шатенка, посмотрев на Джорджа. – Не могу не согласиться, – признал парень. – А если будет мальчик? – спросил он, повернувшись к сестре.       Но ответил за неё Гарри: – А если будет мальчик, то я буду учить его играть в квиддич. – Кто бы сомневался, – улыбнулась Джинни. – А вообще, мне без разницы мальчик или девочка, я его или её уже сейчас люблю. Только единственный минус, через несколько месяцев я буду выглядеть вот так, – она взяла небольшую диванную подушку и запихнула её себе под футболку. – Ага, а ещё постоянная тошнота, перепады настроения, головокружение, ходить тяжело и живот по ощущениям напоминает аквариум с рыбками. А про роды я тебе даже говорить боюсь, – грустно сказала Гермиона, а глаза у неё покраснели.       Джордж прижал её поближе к себе, а она положила голову ему на плечо. Глаза Джинни расширились от ужаса, а шатенка, более менее успокоившись, произнесла, смотря на подругу: – Да, Джинн, я согласна, что это удовольствие ниже среднего, но оно того стоит.       Джинни сочуствующе посмотрела на подругу и чтобы как-то отвлечь её от грустных мыслей предложила: – Может сыграем во что-нибудь? – Во что? – хором спросили остальные. – Ну, хотя бы во взрыв-колоду, – пожала плечами гриффиндорка. – А может в обычные магловские карты? – предложил Поттер. – Герм, у тебя случайно нет с собой? – Если я их не выкладывала, то они в рюкзаке. И перестаньте вы уже сокращать моё имя! – Прости. – Прощаю, – буркнула Гермиона, запихнув руку по плечо в рюкзак. – О, вот они!       Она достала из рюкзака колоду карт и посмотрев на друзей спросила: – На что играем? – На желание! – откликнулись остальные. – Отлично, – проговорила Грейнджер, перемешивая карты.       Гермиона и Джинни сели на разные концы дивана, а Гарри и Джордж расположились на полу.       После первой игры Гермиона проползла на четвереньках три круга вокруг гостиной с тазиком на спине, изображая черепаху. Потом стояла на одной ноге с книгой на голове и была вынуждена всю следующую игру играть, закинув ноги на спинку дивана и свесив голову вниз.       После второй игры Гарри должен был хрюкать после каждой фразы, сказанной Гермионой, в течении получаса. Изображал лошадку, стоя на четвереньках и катая на спине по очереди Джинни и Гермиону, и пел оду профессору Снейпу.       Джинни изображала Флёр, окунула голову в пакет с мукой и пятнадцать минут бегала по комнате, изображая бабочку.       Ну, и хуже всех пришлось Джорджу. Ребята решили отыграться на нём за все его розыгрыши и поэтому: Джинни заставила его разбить яйцо о голову; по желанию Гарри он с чувствами и эмоциями три минуты признавался в любви креслу; а Гермиона была очень жестока, она взмахом палочки превратила одежду Джорджа в балетное трико и заставила его танцевать.       Смеялись все, даже Джордж, но когда его одежда вернулась в нормальный вид, он сделал лицо обиженного ребёнка.       Гермиона обняла парня и потёрлась носом о его щёку, и он кажется забыл на что обижался.

***

      В девять вечера Гарри и Джинни попрощались с друзьями и, выйдя из магазина, трансгрессировали домой. – Ну, я пожалуй тоже пойду, – зевнув, сказала Гермиона. – Может останешься? – спросил Джордж, обнимая девушку. – Даже не знаю, – задумавшись, проговорила та и положила руки парню на плечи. – А как же Живоглот? – Мне кажется, что Живоглот уже большой мальчик и вполне может заснуть без тебя, – очень серъёзно сказал Уизли. – А спать ты мне в свитере предлагаешь? – усмехнулась кареглазая. – Если тебя это так волнует, то я, так уж и быть, пожертвую тебе одну из своих футболок, – промурлыкал Джордж ей в губы. – А ты умеешь уговаривать, – тихо сказала Гермиона и поцеловала парня.