Червивое яблоко

      Я стою на палубе корабля. В мешковатых брюках, сапогах и корсете с лохмотьями. Ветер теребит мои волосы, постоянно заставляя их лезть в глаза, и даже на скорую руку сделанный хвост не спасает. Тело поддается движениям корабля, в такт качаясь из стороны в сторону. В моей голове все это должно было происходить по-другому, как-то иначе. В красивых сказках принцессам не приходится сражаться за власть — они получают ее на блюдечке лишь потому, что хлопнули ресничками пару раз.              — Крайне глупый способ ты выбрал, — махаю я рукой в сторону пирата. Другая рука уже крепко схватилась за рукоять рапиры. Я готова в любой момент вытащить ее из-за пояса, рвануть вперед и, во что бы то ни стало, победить.              Он стоит напротив. Кошачья ухмылка ползет по его лицу все выше и выше с каждым моим словом. Почему-то этот парень настолько уверен в себе и своей скорой победе. Я же убеждена лишь в том, что его показуха меня вымораживает. Ветер так же развевает его волосы, раздувает его черный кожаный плащ. Но он выглядит не растрепанным, а будто бы на своем месте. С этого можно смело писать марину*. Пират мог бы гармонично дополнить морской пейзаж, он точно не будет лишним, не отвлечет внимание зрителя, а только будет искушать.              — Почему же? Все просто: если выиграешь ты — отправляемся немедля, я — кормишь рыб. И вовсе это не глупо, — похоже, я обидела его.       — Все же, Эмма, ты не самый лучший собеседник, — устало вздыхаю я, мысленно себя ругая за собственную необщительность. Прожив в лесу достаточное количество времени, уже и не думаешь о том, как правильно нужно строить взаимоотношения с другими людьми. Нужно было взять пару уроков у Руби, чтоб меня! Конечно, флиртовать я умею, умею дурачить и сыпать комплиментами, но не после того, как кого-то ограбила. Теперь в голову лезут всякие неправдоподобные способы того, как лучше наладить отношения с этим человеком. Кто бы мог подумать, что пират захочет драться с… а, ну да…              Наши взгляды встречаются, и я понимаю, что пропала. В нем слишком много уверенности в своей победе, а о его навыках ходит столько легенд! Но я не буду Эммой Свон, если не дам себе хотя бы один шанс на победу! Только сейчас он ничтожно мал. В какой-то момент я даже начинаю благодарить Темного за свое излечение, ведь… я бы не выстояла и пары минут в бою с таким противником.              Стоит только о нем подумать, как среди команды корабля, собравшейся вокруг нас, появляется он. Маг проскальзывает меж двух мужчин худощавого телосложения, пробираясь к лестнице — с нее открывается просто потрясающий вид на «арену». Он шествует по палубе корабля так, будто это его собственность, не сводя с меня взгляда. Испытывает, ждет. В его глазах застыл вопрос: «Рискнешь ли?». А у меня и выбора нет. Колдун устраивается на предпоследней ступени, поодаль от остальных, положив ногу на ногу в своей театральной манере. Со стороны я кажусь по меньшей мере умалишенной, во все глаза смотря на пустое место, но мне никак не удается отвести взгляд. Будто время вокруг нас застыло.              

— Мне все больше и больше это нравится! — шипит голос в моей голове таким тоном, будто бы говорит не зловещая нежить, а ребенок, обрадовавшийся новой игрушке. — Наши судьбы так схожи…

             Я не понимаю его слов. Если это просто игра, то моя собственная жизнь — лишь ставка в ней. Это словно мне дали бросить кости, и, какое бы число не выпало, я все равно буду на волоске. И это так заводит меня! Адреналин стучит где-то в горле, когда я с улыбкой перевожу взгляд на своего противника. Прошли секунды с тех пор, как я отвела взгляд, но он уже в легком замешательстве от моего поведения. Почему-то присутствие Темного придает мне уверенности в победе, будто бы он может вмешаться. Конечно, он никогда не сделает этого, но и одной мысли достаточно.       Я натягиваю на лицо улыбку: — Красивейший корабль! А какая лестница, прямо-таки произведение искусства, — я вовсе не вру. Мне действительно нравится корабль и все, что связано с его внешним видом. К тому же, это отличное оправдание моему секундному замешательству.       Периферическим зрением я замечаю, как ухмылка Румпельштильцхена становится чуточку более довольной. Золотистая кожа, мерцая в свете свечей, выглядит даже пугающе, будто бы он сошел с иллюстрации какой-то страшной сказки для детей. Не то, чтобы до этого он выглядел не жутко, просто сейчас атмосфера самая подходящая.              Кажется, пират борется сам с собой, чтобы не вставить пары слов. Да что там! Он выглядит великомучеником, терпящим пытки. По правде сказать, о капитане Крюке я слышала мало, только лишь то, что говорили в трактирах и что написано в детских книжках. Но я уверена почти на сто процентов, что мой комплемент смог разрушить пару кирпичиков в огромной стене между нами. Последний раз я видела взрослого мужчину таким довольным, когда сделала вид, что возвращаю кошелек одному простофиле! И смех, и грех!              — Да-а, — наконец подает он голос, осматривая собственное судно так, словно видит его впервые. — Жаль, что его придется окропить кровью не менее прелестной леди.              Все же его манера общения заставляет мое нижнее веко подергиваться в нервном тике. Глаза сами собой устремляются куда-то в пространство над моей головой, а из горла вырывается цыканье.              Одним ловким движением я стаскиваю плащ через голову, слегка отклонившись назад и согнув колени в прыжке. Я кидаю его вперед, выставив свободную руку, чтобы в любой момент убрать завесу и совершить один точный удар. Я вымоталась, пока добиралась до города, — долгого боя я не перенесу. И вот я уже в паре десятков сантиметров над землей. Тело вытягивается, ноги слегка согнуты в коленях, свободная рука все еще покоится на рукояти. Стараюсь сосредоточиться до предела, сделать над собой усилие и выжать из своего тела все возможное.              Как только я срываю завесу, успеваю лишь уклониться от острия оружия противника. Он быстр, намного быстрее меня, и куда более опытен. Приседаю, почти вжимаясь в дерево под ногами, и, как пружина, подпрыгиваю, уклоняясь от новой серии атак. В брюках намного удобнее, я могу не думать о том, что запутаюсь в юбке или собственных ногах. Пытаюсь нанести удар слева, прямо в предплечье — мимо, делаю второй заход с противоположного угла. Звуки удара стали о сталь режут слух, и я не могу поверить глазам, когда замечаю, что мое оружие останавливает крюк. Воспользовавшись секундным замешательством, он чуть ли не выхватывает у меня инициативу, ударяя меня в левую руку мечом. Мгновение, и я чудом успеваю подставить запястье с мудреным механизмом для блокировки жизненно важных органов. Он вполне мог попасть мне в легкое.              И вот я шумно втягиваю воздух, рывком скидываю его клинок и делаю два шага назад, пытаясь отдышаться. Проходит не больше пары минут, а я уже запыхалась. На лбу появляется испарина, грудь вздымается отрывисто, выдавая мою усталость. Он ухмыляется, лениво поднимая шпагу, будто бы приглашая меня продолжить. И меня охватывает гнев, кажется, что предо мной стоит не Крюк, а Злая Королева. Мне видится, как она смотрит на меня презрительным взглядом, восседая на троне, на котором должна сидеть я. Перед глазами все словно застилает кровавая завеса.              — Ну, наконец-то у принцессы нужный настрой! — говорит Темный. Я уже успела забыть о нем. — А мне показалось, будто весь твой запал ушел на парочку моих милых соседей. И стоило только-только дойти до дела…

             Я не даю ему шанса договорить. Этот голос… он будто сверлит меня изнутри, и я хочу поскорее сделать так, чтобы это закончилось. Тело само бежит прочь от него — прямо на пирата, который этому явно рад. Наверное, мои провалы в пространстве утомят кого угодно. Хочу совершить обманный маневр: делаю вид, что целюсь в его ноги. Мне же не обязательно убивать его! Но, видят феи, его самодовольная ухмылка не оставляет мне выбора.       Руки устают держать оружие навесу, когда я уже в паре шагов от этого напыщенного капитана. В последнее мгновение он вскидывает оружие на уровне моей шеи. Пот застилает глаза, пока в ушах эхом раздается что-то похожее на оркестр. Мне страшно, но нельзя слишком рано уходить от удара, нужно принять одну пятую этого удара на себя! Я стойко делаю вид, что он не прогадал, что ему удалось понять мой замысел. В последнее мгновение, когда лезвие уже почти у моего подбородка, я вынимаю свое секретное оружие — кинжал, и с силой наваливаюсь на шпагу противника. Он физически сильнее, напирает, а я по инерции ухожу куда-то ему под ноги, скользя по палубе, словно та начищена воском. Нас разворачивает. Он выглядит так, словно и не мог ожидать от меня чего-то настолько безрассудное. На миг в его взгляде появляется тень уважения, а затем он чуть ослабляет хватку.              Мне хватает. Тело выгибается под произвольным углом, пока руки собирают в себе всю силу, чтобы вскинуть оружие над его головой. И… он отражает удар с задержкой, а я почти рассекаю ему лицо. Кровоточащая рана на щеке не заботит его. Пират собственноручно откидывает свой клинок в сторону, схватив меня за предплечье, с силой давя меж костей. Это вызывает прямо-таки адскую боль. Всего одного толчка хватает, чтобы развернуть мое тело к нему спиной и придавить. Не знаю почему, но рапира тут же выскальзывает у меня из рук. Крюк словно знает, что этот импульс с его пальцев заставит мою руку полностью отказать мне.              — Откуда у тебя эта вещь? — хрипит он, восстанавливая дыхание, пока я вырываюсь из его хватки. Черт, стоит мне только потянуться к захвату, как ему сразу удается пригвоздить мою руку к борту, как и в тот раз в трактире. — Сейчас я не намерен играть, дорогуша.              В замешательстве я пялюсь на свою покупку. Действительно, она выглядит дорогой. Насколько дорогой, что любой бы в здравом уме спросил, откуда у оборванки такая вещь. Но в его голосе слышится что-то личное. Это заставляет каждую клеточку моего организма сосредоточиться на том, что же он сказал. Это словно загадка, которую я должна буду разгадать за считанные секунды.              Разум гонит эти мысли прочь. Задача стоит абсолютно противоположная. Мне не нужно общаться с Крюком — я должна его победить и заставить быть моим союзником. В нерешительности мой взгляд начинает блуждать по команде «Веселого Роджера». Десятки пар глаз, которые смотрят на меня враждебно. Мне понятно выражение их лиц. Ни одному из этих мужчин не приходит в голову, что их капитан может проиграть. Но дело в том, что я тоже не собиралась сдаваться.              — Но ты уже в игре, — отвечаю я колкой фразочкой, которая заставляет тут же все мои внутренности сжаться. Это глупо, наигранно и опрометчиво, но мне некстати вспоминаются слова Румпельштильцхена и его манера говорить. Вдруг начинают складываться пазлы. Не все, только лишь их малая часть. И вот передо мной кусок огромной картины, но я знаю, где этот кусок и к чему он относится. И в этом пазле моя рапира всего-навсего крошечный винтик.              Уверенность вновь возвращается ко мне, а в голове закручивается ураган идей. «Быстрее, быстрее!» — кричит внутренний голос. Многие, вероятно, замечают эту перемену, но никому не догадаться, что я намереваюсь сделать! Слишком просто, чтобы могло сработать… Слишком маловероятно, чтобы могло сбыться… Внутри меня загорается прежний азарт, не могу поверить, что чуть не растеряла его. Пусть ненадолго, но я забыла о нем, как о пуговице в кармане юбки или об ужине в печи.              Мы стоим слишком близко к краю палубы, а за нами лишь море. Ветер снова заставляет мои волосы путаться и лезть в глаза. Тошно становится от одной только мысли, что подобная идея пришла мне на ум. Но тут мне в толпе снова встречается лицо Темного мага. О да, он выжидает. Он будто знает, какие мысли роятся в моей белобрысой голове. Ухмылка медленно ползет вверх, когда он вкладывает мне в подсознание свои слова:              

— Сделай это!

             Первый шаг совсем простой. Я с силой вдавливаю каблук в его сапог, выводя соперника из равновесия. Он тут же заметно ослабляет хватку, но моя кисть все еще зажата меж деревом и металлом. И моя голова поднимается, как и все тело, в прыжке, пока я стараюсь сразу же отскочить от пирата. Он натренирован и закален в боях, он сильнее и он… мужчина. Если бы не его любопытство, то наверняка отправил бы меня кормить рыб. Но теперь покормит их только он сам. Тело отстранятся на миллисекунду, когда я вскидываю руку, с сильным желанием оттолкнуть его настолько далеко, насколько бы мне позволяют физические данные.              Но все получается чуточку иначе, чем я планировала. Я действительно выталкиваю его за борт, но волшебным образом. Когда я вскидывала к нему руку, то и подумать не могла, что желанием создам заряд такой силы. До этого мне было в тягость поднять даже пару бумаг с дороги, но сейчас же… я откидываю человека на пару метров. Его тело в первую секунду качается от моего толчка, но затем, словно изнутри моей ладони что-то вырывается, и это нечто перекидывает пирата через массивный брус кормы. Его сгибает пополам и не отпускает до тех пор, пока спина не касается воды.              Все замирают в шоке, включая меня. Потом я падаю на колени, а по рукам идет мелкая дрожь. Она усиливается с каждой секундой, нарастая стремительнее лесного пожара. Не ушами, но телом я чувствую приближение Темного мага. Он подходит ко мне вальяжной походкой, после чего слегка приседает, чтобы наши лица находились на одном уровне. В этом жесте я вижу нечто такое, что не свойственно ни одному сверхъестественному существу, тем более Темному. На пару секунд мне кажется, что он стал человечнее.              

— Не разочаровала, но и не порадовала, — вздыхает он. — А теперь тебе стоит встать и объявить, что самодовольный пират побежден воришкой с рынка!

             — Вообще-то из трактира, — шепотом поправляю я его. Кажется, я даже не пересекаю незримую грань между нами своим замечанием.              

— Все равно вышло… сногсшибательно! — хихикает он в своей шипящей манере и растворяется в воздухе.

             Тело не хочет подниматься с места. Честно сказать, тут мне настолько удобно, особенно потому, что ноги по-прежнему ватные и я словно на перине. Я слышу плеск воды, точнее то, как в ней барахтается капитан Крюк и, черт возьми, это невероятно меня смешит. Ноги снова подкашиваются, когда я заливаюсь смехом, услышав очередное ругательство этого парня. Вне «работы» он кажется мне очень даже милым. Все же приходится оторвать непослушные ноги от дерева и сделать пару шагов в сторону, попутно подбирая рапиру. Никто и не пытается остановить меня!              — Как водичка? — насмехаюсь я, ложась на деревянную балку животом, чтобы разглядеть всю картину целиком. — Ничего, что я не присоединилась? Понимаешь, прическа и все такое.              А вид у меня, скажем так, прекрасный…       Разгневанный мужчина удерживается на воде хорошо, но левую руку постоянно затягивают волны, и ему приходится постоянно контролировать ее. Когда же его взгляд встречается с моим, я понимаю, как он меня люто ненавидят. Подводка на глазах потекла двумя ровными струйками по щекам, придавая ему крайне несчастный вид. Это выглядит почти трогательно, и жаль, что я не сентиментальна. Волосы брюнет небрежно откидывает назад, что только больше выдает его обиду.              — Совсем бесчестно, мисс Свон, — рычит он.              — Ты сам виноват, что отвлекся. И теперь… «немедля отправляемся»? — тон сам собой выходит дразнящим.              Кажется, теперь все стало куда проще. Нетландия может меня ждать, как и последняя фея во всем сказочном мире.