Такой разный канон...

      Джирайя и Наруто стояли друг напротив друга, и нет, они не собирались сражаться. Просто первый решил быстро объяснить второму, что надо делать. Я тихонько стоял в тени деревьев, поблизости, чтобы не нервировать Узумаки. Мне в любом случае всё было видно и слышно. — …лови, — обратил я вновь внимание на их разговор. Джирайя бросил шарик, на этот раз резиновый и без воды, Наруто. Тот машинально поймал его, а затем спросил: — Резиновый мяч? Это шутка?       Вместо ответа Джирайя поднял руку, в которой был зажат ещё один такой мячик. — Вот так вот сможешь? — шарик в его ладони в одно мгновение задрожал, раздулся во все стороны, а затем эффектно лопнул, высвободив во все стороны воздух вперемешку с чакрой, оставшейся от дзюцу. Мне даже казалось, что я видел что-то голубое в мгновение после взрыва. И это что-то явно было чакрой. — Этот этап будет потруднее, не так ли? — спросил Джирайя у Узумаки.       Вместо ответа Наруто в свою очередь попытался лопнуть шарик по своей методике. Но слишком мало сил он вкладывал в дзюцу… то есть нет, сил-то достаточно, но большую часть Узумаки попросту не контролировал и никак не направлял в дело. Быстрыми взмахами руки, будто царапая шарик, Наруто смог направить потоки чакры, и шар даже на мгновение вздулся, но затем вновь вернул себе прежнюю форму.       Джирайя стал поднимать пальцы по одному. — Сначала придай вращение. Затем — силу. Воды внутри нет, поэтому вращение будет очень сложным, Наруто. На это нужно много сил, но не буду тебе мешать. Я пока пойду и займусь своими делами… — Джирайя сказал это достаточно провокационным и пренебрежительным тоном. Наруто не мог не возмутиться. — Ты опять бросаешь меня? Вместо того, чтобы заниматься своими глупостями, лучше бы остался и помог! — Наруто в степени крайнего возмущения высказался в высшей степени неосторожно. Даже для него это было чересчур. Джирайя не мог его не урезонить. Наруто всё понял, но слишком поздно. Сеннин ушёл, даже не показав технику ещё раз. Впрочем, мне всё было относительно понятно. Разогнать чакру на максимум, а затем высвободить её всю разом. Тоже дело некоторых тренировок.       Ближе к вечеру Наруто уже свалился от усталости. Я тоже был не в лучшем состоянии, но внимательно за собой следил и при появлении нехороших симптомов просто менял руку, давая отдых другой. Я хотел сразу сделать всё как следует. И пара клонов мне в этом старательно помогала.       Но даже так предательская дрожь возвращалась в руки всё быстрее и быстрее, чем в прошлые разы. К счастью, я буквально видел улучшение результатов. Вскоре я понял, что такие тренировки вскоре станут совсем неэффективными, поэтому мне пришлось молча накинуть на Узумаки его спальник, оставить ему порцию еды и лечь спать самому. Я устроился подальше… просто так.       Следующий день и вечер у Наруто прошёл точно так же. Совсем не бережёт себя человек...       А затем и ещё один день. И ночь последнюю. Затем пришёл Джирайя и пинками отправил Наруто немного развеяться в город. Ну да, руки Узумаки уже напоминали скорее вибраторы, но никак не человеческие конечности. Я до такого состояния себя ни разу не довёл, но шар лопнуть у меня всё никак не получалось. Казалось бы, вот сейчас, ещё немного… но и это не могло продолжаться вечно.       Наруто к вечеру довёл себя до состояния холодных компрессов и постельного режима. Ему это пойдёт на пользу, он быстро придёт в себя.       В одиночку у меня наконец-то случился прорыв. Я действительно вложил всего себя в эту попытку.       Много, очень много потоков. Около сотни, не меньше. Маленькие, едва заметные. Я даже сам не заметил, как достиг такого уровня. В самом деле техника для настоящего превозмогателя! А затем я сразу высвободил их. Бум! И во все стороны полетели маленькие частички от мячика.       Ну вот… загрязнил окружающую среду...       И какие только мысли в голову не лезут от усталости? Но тут всегда поможет акробатика! Это то, что мне никогда не надоест.       Я с удовлетворением от выполненной задачи бросился к первому попавшемуся мне дереву и стал нарезать вокруг него круги при помощи прилипшей ладони и носка ноги. Я раскручивался и раскручивался, пока не набрал большую скорость и, как пробка из бутылки, не вылетел в центр поляны. Я даже не стал мягко приземляться, а просто мешком свалился на траву и уставился в ночное небо. Пора ложиться спать. — Я смотрю, у тебя получилось, — прервал меня знакомый голос. Я напрягся и в ту же секунду расслабился. Это и вправду был саннин. — Да, Джирайя, получилось. Ты не представляешь, как я рад. — Ох, оно и видно, — сел рядом со мной отшельник, — а что же ты не поделился своим успехом с Наруто? Почему ты с ним почти не общаешься? — Ну, тут всё достаточно просто, — продолжил я рассматривать небо, — мне не хотелось бы, чтобы он принял меня за своего соперника. Конечно, это неплохая мотивация — не отстать от кого-то, кто стоит рядом с тобой, но мне она не нужна. А не общаюсь я с ним… наверное, просто потому, что мне показалось, будто вы и сами с ним неплохо ладите. Я не хотел вам мешать в чём-либо. Мне стоит вас только поблагодарить за разрешение изучать эту технику. Ведь это — наследие Четвёртого… и такие дзюцу на дороге не валяются. — Да ты просто кладезь хороших выражений, — засмеялся Джирайя, а затем вдруг посерьёзнел, что с ним бывало не так уж и часто, — но насчёт техники ты прав. Это полноценный ранг А, а это, поверь мне, очень немало. Единственное, о чём я тебя хочу попросить, так это о том, чтобы ты не применял эту технику к друзьям. Это сейчас она вполне безобидна, но после её окончательного изучения тебе стоит быть осторожнее при её использовании. Она может убить не хуже любого другого дзюцу, и тут не нужно много ума, чтобы это убийство совершить. Будь внимателен, Каоин. — Я понимаю, Джирайя, и можно я буду звать тебя учителем? Всё-таки с твоей помощью я почти выучил как минимум одно дзюцу. Но зато какое! Конечно, не при Наруто — тот может и обидеться, но наедине… всё-таки звать тебя «на ты» мне немного неловко.       Сеннин замолчал ненадолго… а затем вдруг поднялся. Я уж думал, что он обиделся и сейчас уйдёт, как услышал его голос.

********

      Джирайя всегда следил за обоими своими спутниками. Явно или нет, но он был рядом с ними. Его навыки в технике скрытности были достаточно высоки, чтобы следить за каждым в любое время. С одним был теневой клон, со вторым — он сам, чаще всего под маскировкой.       И каждый из них двоих был чем-то удивителен. Они оба, как ни странно, были похожи на Минато. Узумаки — внешностью и некоторыми привычками, в которых Джирайя узнавал поведение своего бывшего ученика. А Каоин… он был воплощением спокойствия. Казалось бы, его не могло побеспокоить ничто. Сеннину иногда думалось, что тот знал всё вокруг него происходящее наперёд, настолько тот был незыблем в своём поведении. И сложно было в этом крайне талантливом сироте не заметить многие другие черты Четвёртого. Рассудительность, спокойствие, умение понимать других людей… всё то, что у Узумаки отсутствовало как класс. Но это ещё могло измениться с возрастом… всё-таки не зря Наруто сын своего отца.       Но таланты Каоина поражали. Его навыки по сбору информации были удивительны — сеннин сам не мог догадаться, как тот так быстро получает информацию. Да, тот момент, когда Каоин при виде Акатсуки бросился к нему, ещё можно было объяснить сенсорными способностями. Но его взгляд, когда Джирайя создавал расенган в первый раз… сеннин обратил внимание на то, как тот взглядом разобрал технику на составляющие всего за один раз. И подтверждалось это скоростью её изучения. Первый этап за несколько часов! А второй? Пара суток! Впору было заподозрить у Каоина шаринган! Но чего нет, того нет.       В общем, по недолгому размышлению Джирайя подтвердил для себя то, что Шиничи не шпион. Его действия, поведение, скорость добычи информации — всё это давало кое-какие намёки на это, но ни одного действия по выведыванию секретов он не совершал. Он ни разу не пытался ничего узнать у Узумаки, даже не подумал узнавать причину нападения на него ребят из Акатсуки. Хотя Каоин, скорее всего, просто догадался, но в любом случае Джирайя не чувствовал ничего такого в Шиничи. Сеннин даже на всякий случай отправлял пару доверенных генинов в приют, откуда он пришёл. Родителей у него нет, попал в детский дом в младенчестве. Там его завербовать никто не мог, да и кому это надо? А в деревне — тем более. Он не контактировал ни с печально известным Якуши Кабуто, ни с Мизуки, который до сих пор сидит в тюрьме. Второй, конечно, учил его во время обучения в Академии, но не больше, чем того позволяла программа. Пересекаться наедине они никак не могли.       А сейчас Каоин, считай, вообще просил принять его в ученики. Ну, такого серьёзного экземпляра у него ещё не было, и почему бы и не попробовать? Что-то в пареньке цепляло, не хуже, чем в Узумаки.       А Наруто об этом и вправду лучше не знать. Не отцовский у него характер, он больше пошёл в Кушину.       Джирайя горько улыбнулся своим мыслям и воспоминаниям, а затем всё-таки ответил: — Не проспи завтрашнее утро, мы займёмся твоим телом. А то хлипковат ты для того, кто хочет звать меня учителем!       Сеннин не мог не постараться запечатлеть ошарашенное лицо своего нового ученика, его изумлённую физиономию было видно даже сквозь маску. А то уж больно тот редко показывал сильные эмоции.