Ярость предка

      Эсдес и Надженда буравили друг друга взглядом уже несколько минут. Трудно было сказать, о чём каждая думала, но по их лицам Итачи предположил — ни о чём хорошем. У каждой был зуб на того человека, который стоял напротив.       «ТИК-ТИК»       Часы на стене показывали без трех минут полночь. Хотя это не имело сейчас никакого значения. Для Надженды и Эсдес время застыло.       «ТИК-ТИК»       Полночь. Уже даже гранитовое терпение Учихи перестало выдерживать. Тем не менее, встревать между ними он не хотел. Вернее, даже не мог — девушки должны сами разобраться в своих отношениях. Но и уйти из комнаты Итачи тоже не мог. Зная горячий нрав Эсдес…       Он взглянул на синеволосую. Нет, уйти он точно не мог.       «ТИК-ТИК»       Учиха поднялся со стула и пошёл в сторону шкафа. Там он взял графин с водой и налил два стакана. Один поставил перед Наджендой, второй — рядом с Эсдес.       К большому удивлению, обе девушки отреагировали. Но не так, как ожидал того Итачи. Надженда достала из кармана пачку сигарет и начала прикуривать. Эсдес же взяла в руки стакан, который тут же покрылся инеем, а вода в нём моментально превратилась в лёд. Синеволосая медленно опустила взгляд на замороженную ёмкость. Молча она поставила стакан обратно и снова уставилась на Надженду.       «ТИК-ТИК»       Итачи тяжело вздохнул. Похоже, всё-таки ему придётся заговорить первому, а то так будет продолжаться ещё очень долго.       — Эсдес, ты не передумала?       Девушка отрицательно покачала головой, не переставая буравить взглядом Надженду.       — Есть ещё генералы, кроме тебя? — ответом послужили теперь такие же медленные, но уже утвердительные кивки.       «Ну хоть так…» — подумал Итачи.       — Сколько солдат всего в Имперской армии?       — Двести. Шестьдесят Три. Тысячи.       — А у тебя в подчинении?       — Пятьдесят.       — Хорошо. Спасибо, Эсдес. Надженда, — теперь Учиха перевёл взгляд на вторую. — к тебе те же вопросы.       Беловолосая сделала глубокую затяжку.       — Не собираюсь обсуждать тайную информацию перед этой сукой, — слова вылетели с её уст вместе с дымом. В комнате резко похолодело.       — Надженда, не давай эмоциям контроль над собой. Успо…       — Не давать контроль?! — ударив механической рукой по столу, выпалила она. — Ты не представляешь, какое чудовище перед нами стоит! Не обманывайся её милым личиком — это не человек! Она каждый день пытает людей! Целые семьи!       — А сама-то?! Ты предательница! — парировала Эсдес. — Предала не только свою родину, но и лучшую подругу!       — Я не пытаю людей! И родину я не предавала!       — Этим занимаются твои подчинённые! По твоему приказу!       — Не ради удовольствия!       — А как же те взрывы?! Тогда гибли и невинные!       — Смешно это слышать от больной на голову садистки!       — Ах ты!..       Шаринган Учихи увидел активацию тэйгу Эсдес. Ледяные шипы на огромной скорости устремились к горлу Надженды. Ответный удар не заставил себя долго ждать: из механической руки выстрелила картечь.       «Хорошо, что остался с ними», — подумал Итачи, активируя Риннеган. Ледяные кинжалы Эсдес и свинцовая дробь Надженды зависли в воздухе, захваченные силой мира богов. Вот и пообщались…       — Если вы продолжите в том же духе, то промою вам мозги и сделаю своими куклами, — голос Учихи потяжелел. — Перестаньте грызть друг друга. Мне нужны командир Ночного Рейда Надженда и генерал Имперской армии Эсдес, а не две сопливые девчушки! Возьмите себя в руки!       Эсдес, крепко сцепив зубы, зло глянула на Итачи. Надженда же, наоборот, улыбнулась. Но смотрела она не на Учиху, а на бывшую подругу, и улыбка её отнюдь не была весёлой. Жгучая смесь скорби и печали.       — Я никогда не прощу тебе смерть Карин и тех детей. Ты пытала их. Ты убила их.       — С наслаждением, — оскалилась Эсдес в ответ.       Надженда вновь направила руку на девушку. Та не осталась в долгу и начала формировать в воздухе ледяные колья.       — Итачи, я не знаю, что у вас тут происходит, но есть разговор. Срочно.

***

      Вейв был простым парнем с простыми желаниями. Для полного счастья ему не нужны были деньги, власть или ещё что-то в этом духе. Лишь бы всю жизнь хорошо клевала рыба, да удочку покрепче. Да, парень любил порыбачить. Занимался он этим не только для добычи еды и денег, но и просто ради самого процесса. Ловля рыбы была для него медитацией: все плохие мысли уходили в сторону. Был лишь Вейв и его удочка. Вернее, одна из. У парня была целая мастерская — его отец тоже был рыбаком и научил сына делать удочки. Это занятие было на втором месте в списке любимых.       — Клюет?       Парень чуть не выронил свою уду. Кто-то незаметно подкрался сзади? К нему?       — Сегодня не очень, — парень бросил кислый взгляд на ведро, где плескалось всего несколько рыбин. Затем перевёл взгляд на незнакомца.       Первое, что бросалось в глаза, — наряд. Алые брюки и куртка, вышитые золотым орнаментом. Внимательно присмотревшись, можно было и вправду подумать, что он из настоящих золотых нитей. Да и ткань была явно дорогущей — Вейв часто гулял по разным рынкам, когда продавал добычу, но таких шикарных тканей не видел никогда. Что касалось внешности незнакомца, то она тоже резко контрастировала со здешними обывателями. Аристократичные черты лица, бережно уложенные алые волосы, которые, как думал парень, отлично подходили к цвету наряда, бледная кожа — всё в нём кричало о том, что он не из этих краёв. И глаза. Такие же алые безразличные глаза. Как у демона.       — Ну надо же. Сегодня точно не твой день, — глядя сверху вниз, сказал незнакомец. Вейв напрягся и отложил удочку.       — Кто вы? Не выглядите как рыбак.       — Я и не говорил, что я рыбак. Мне нужен твой тэйгу. Отдай мне его, и обещаю, что когда я тебя убью, то ты не попадёшь в Ад.       — Тебе повезло, я как раз прихватил его с собой! — в следующий миг Вейва покрыла чёрная броня. — Попробуй забрать!       Незнакомец мрачно оскалился.       — Я уже.       Вейв опустил взгляд на свой живот. Оттуда навылет торчала окровавленная рука. Рассудок помутнился. Последнее, что видел парень, было озеро. Поплавок прыгнул вниз.       «Клюёт», — пронеслось в голове.

***

      — Итачи, я не знаю, что у вас тут происходит, но есть разговор. Срочно.       Этот голос…       — С-Саске? — Учиха резко обернулся. За его спиной и правда стоял дух брата. Но он был не один.       — Придётся отложить планы. У нас проблема, очень серьёзная, — голос второго был очень взволнованным.       — Узумаки Наруто? И ты здесь?       — Итачи, это твои знакомые? — тревожно спросила Надженда.       Тот посмотрел на неё и кивнул.       — Что случилось?       — Мы по уши в дерьме, вот что случилось, братец.       — Саске, — Наруто скривился. Затем на секунду задумался. — Хотя да. Мы по уши в дерьме.       — К делу. Что случилось? — голос Итачи оставался спокойным. Впрочем, как и всегда.       Саске заговорил.       — В общем, начну издалека. Смерть, Итачи, это сложный процесс. Когда человек умирает, он не сразу попадает в Мир Иной. Сначала ему нужно пройти Чистилище. Там решается, попадёшь ты в Рай или Ад. То есть абсолютно все души должны пройти через Чистилище: неважно, человек ты или… скажем… обезумевший от силы инопланетянин. Все. Без исключения.       — Чистилищем заправляют существа. Мы зовём их Проводниками, в Аду их кличут Псами, сами себя они зовут Хранителями, — продолжил Наруто. — Ими всеми управляет Смотритель — это как король Чистилища. Он присматривает за всеми душами, не даёт Проводникам сделать ошибку и отправить, скажем, невинную душу мучиться в Аду и наоборот.       — Понятно. Как я догадываюсь, проблема в Смотрителе? — нахмурился Учиха.       — Да, но он только половина беды.       — Как понимать?       Саске начал шагать по комнате. Надженда и Эсдес рефлекторно отошли в сторону.       — Смотритель заключил сделку с дьяволом. Кормил его невинными душами много лет.       — Чтобы что?       — Чтобы однажды кто-то из них вырвался на свободу и устроил Жатву, о которой я тебе уже рассказывал. Проще говоря…       — Бесчисленное количество «бесплатных» душ, — продолжил Узумаки. — Душа, Итачи, это не просто красивое облачко внутри тела. Это энергия. Много энергии, особенно если душа чистая. И она им нужна.       — Для чего? — неожиданно прозвучал голос Эсдес.       Саске перевёл мрачный взгляд на девушку. Эсдес не могла поверить, но даже её пробил озноб.       «ТИК-ТИК»       — Для войны.