Папина Дочка

      — Где. Ты. Пропадаешь?       Я едва сумела разлепить левый глаз, чтобы глянуть, кто звонил. Джон. Просто замечательно.       — Ты в курсе, что у меня отгул? — злобно процедила уставшая и совершенно невыспавшаяся из-за тревожных снов я, но антрополога это, видимо, ю ни капельки не волновало.       — А ты в курсе, что у нас красный код?       Я мгновенно вскочила, хотя кровать была слишком удобной, чтобы её покидать. Тело затекло, ломило, но азарт тут же охватил меня. Под красным кодом у нас были дела, совершенно нетипичные, отличающиеся от простых убийств, даже разложившиеся тела, от которых оставались только кости, помечались оранжевым цветом.       — Что случилось? — Я вылезла из-под одеяла, промахнувшись мимо тапочек; в глазах потемнело, — чёртов низкий гемоглобин.       — Боюсь, я не смогу объяснить это на словах, Грейс, — уже слишком серьёзно ответил Джон, и я насторожилась. Только этого мне не хватало. — Давай в Бронкс, Хардинг парк, Северная улица, девятьсот.       Я завершила звонок, обещая прибыть как только смогу; открыла карту, поискала место преступления. Почти пятнадцать миль от базы. Можно доехать за минут сорок, если избегу больших пробок. Может, сесть в метро?       Ругаясь и проклиная всё на свете, я выбралась из тёплой постели и кинулась к шкафу со своими немногочисленными вещами, которые мне привезла Мон ещё в больнице. Выбор был невелик, и я, поглядывая на настенные часы, схватила первое, что попалось мне под руку и рванула в ванную. Кажется, я никогда ещё с такой скоростью не собиралась.       — Посмотрите, кто пришёл! — восторженно воскликнула Романофф, стоило мне только появиться на кухне. — Мы уж отчаялись тебя увидеть.       — Не обращай внимания на эту зануду, — прервал её Роджерс, сидевшей за столом и читавший бумажную газетёнку, пока Романофф пыталась бороться с тостером. Оба в спортивной одеждой; вероятно, утренние тренировки только закончились.       — И вам доброе утро, — подавляя зевок, сказала я, встречая восторженную улыбку Ванды, распаковывавшей новую порцию доставки. Кухня наполнилась ароматом блинов, бекона и творога, на столе стояла груда бумажных пакетов от Blue Apron, кофемашина негромко пищала, оповещая всех и приготовленном напитке. Ванда, пыхтя и обмахиваясь, нехотя встала и поплелась её выключать.       Вчерашняя скованность и напряжение при виде команды никуда не пропали, но разговор со Стивом положительно повлиял на моё восприятие ситуации.       — Не знаете, Тони уже проснулся? — поинтересовалась я, благодарно улыбаясь колдунье, протянувшей мне кружку горячего кофе.       — Ошибочно предполагать, что он вообще ложился, — хмыкнул Капитан, прикрывая глаза. — Если не ошибаюсь, он улетел в Калифорнию пару часов назад. Какая-то авария на производстве Старк Индастриз.       — Чёрт…       Отвлекать от работы его не шибко хотелось, — мы только установили некое подобие родственных отношений. Но с другой стороны, покидать пределы базы без его разрешения казалось решением неправильным, поскольку только ему я была обязана своей безопасностью и жизнью в целом, и всё же…       — Мне нужно на работу, — с опаской осматривая каждого из присутствующий заговорила я. — Дело срочное, а начальство меня и так недолюбливает. Мой отпуск только закончился, никто отгул давать мне не собирается.       Наташа оставила в покое неисправный тостер и со своей чашкой, гораздо большей, чем у всех остальных, подошла к нам.       — Так необходима работа?       Конечно, я могла и не работать — с таким-то отцом кому охота горбатиться на работе сутками и получать зарплату, которая меньше стоимости его галстука. Свалиться ему на голову в один прекрасный день, усесться ему на шею, свиснуть ножки, проживая в его доме, тратя его деньги? Нет уж, извольте. Я, скорее, решусь, начихав на все обещания, прервать все связи с именитым папашей, чем уволиться.       — Необходима, — без лишних слов заключила я, делая очередной глоток. Запах свежего завтрака никак не пробуждал аппетит. — Думала, он придумает, что делать.       — А на кой нам Старк? — весело отозвалась Ванда, расплываясь в хитрой улыбке. — Что? Мы сами можем поехать с тобой. Чем не охрана?       — Исключено, — парировал Роджерс, и девушка тут же возвела глаза к потолку. — Хочешь, чтобы и тебе наваляли? Тебе напомнить, что мы не поймали нападавших?       — Если кто-то забыл, она вообще-то владеет телекинезом, — встряла Наташа, — не хочу хвастать, но я первоклассная шпионка, а ты — паникёр. Расслабь булки, Роджерс.       Теперь уже Стив закатывал глаза, пока я давилась смехом от открывшейся мне сюрреалистической картины.       — Оставь мои булки в покое, Романофф. Если вы собираетесь втроём штурмовать здание ФБР, я еду с вами. Отпускать вас одних — всё равно, что шестилетних детей в город без сопровождения пускать. Извини за сравнение, Грейс.       Тихо хихикая, я покачала головой, давай понять, что нелепое сравнение оказалось очень кстати. Наташа надулась, но спорить с другом не стала.

________________

      В этот раз местом преступления оказался дом в тихом райончике Бронкса на берегу Ист Ривер, подальше от шумных центров, гудящих машин, ближе к водоёму и вечно торчащих на улице детях, то и дел норовивших попасть под машину. Наташа без всякого стеснения ругалась на очередного малолетнего велосипедиста, прекрасно видевшего заезжающую за поворот машину, выжидал и со всей скоростью проезжал аккурат прямо перед ней.       Небольшой огороженный маленьким заборчиком бежевый домик с тёмно-красной черепицей буквально в десяти метрах от реки, с кое-где обвалившейся штукатуркой, явно затянувшимися строительными работами, судя по предупреждающей вывеске, прямо напротив и старенькой красной тойотой корона в аккуратном, усаженном гиацинтами дворике. Рядом — явно новенький детский трёхколёсный красно-чёрный велосипед, несколько мячей и коробка из-под надувного бассейна.       -Стюарт! — раздался чуть ли не на всю улицу голос Моники, а в следующую секунду агентесса заключила меня в крепкие объятия. — Клянусь Господом Богом, Грейс, я никогда так сильно не скучала по тебе.       — Я тоже, Мон, — честно призналась я, чувствуя разливающееся внутри тепло. Стив и Наташа, думавшие, что тёмные очки-авиаторы и кепка сделают рыжеволосую фигуристую женщину и высоченного красавца-блондина, отдалённо напоминающих американских героев, сделают менее заметными. Мон, лишь на секунду обернувшись к ним, расплылась в глупой улыбке и прикусила губу, тихо набирая воздух, а я пыталась сдержать ржач.       — Просто не спрашивай, я позже объясню тебе всё.       Скрывать от неё произошедшее со мной и личность моего отца казалось одновременно и правильным, и неправильным. Она — моя лучшая подруга, я не имела права скрывать от неё столь важную информацию, буквально перевернувшую мою жизнь с ног на голову. Но с другой стороны, не подвергнет ли это её опасности и, может, стоит повременить с этим, пока ситуация с неизвестными нападавшими да и с самим Тони не станет понятнее?       — Ты как после больнички? — тихо спросила она, старательно игнорируя присутствие своих кумиров; те медленно плелись следом. — Ник сказал, ты в безопасности, но я всё равно волнуюсь.       — Всё в порядке. Обещаю, я всё объясню тебе, просто сейчас не время, — я осмотрела прихожую дома, встречая любопытные взгляды криминалистов, — и не место. Где жертва?       Моника тут же отключилась от своих внутренних переживаний и включилась в работу; надела белоснежные латексные перчатки и один из протянутых ассистентом халатов и повела меня на кухню.       — Жертвы, — выделила она, — вся семья.       Я бегло осмотрела гостиную. Ни мебели, ни предметов обихода; по углам расставлены несколько запечатанных коробок с приклеенными листочками, парочка пустых, хаотично валяющихся пакетов.       — Маргарета, Саймон, Сэмвел и Дафна Кристенсы только что купили этот дом, переехали вчера, судя по рассказам соседей, — начала подруга. В спальне надувные матрацы, несколько вещей, — вероятно, только начала распаковываться. Грузчики, которые должны были за несколько рейсов доставить мебель, не смогли дозвониться до Саймона, отца семейства, зашли в дом, а на кухне нашли… это.       Первая мысль — статуи. Жуткие статуи, до ужаса похожие на людей, лежащие, кто на полу, кто отдельно от нижней части туловища перед раковиной, кто за столов с застывшей ложкой в руках. Вот только агентов ФБР не стали бы вызывать шутки ради. «Жертвы — вся семья», — вспомнила я слова Моники. Несколько секунд я с круглыми от шока глазами вглядывалась в то, что когда-то было человеком.       — Как… Что это значит? — обретя чар речи, спросила я, не в состоянии оторвать от ни взгляда.       — В том-то и дело, — потерянно отозвалась Аркет, — что мы не знаем. Сами приехали не так давно, пытаемся разобраться, но идей — ноль.       Люди словно в секунду превратились в камень неизвестно как. Девчушка за столом если хлопья, когда беда застала её прямо с ложкой в руке. На лице застыло выражение непередаваемого ужаса и боли. У раковины, видимо, лежала её мать с точно таким же выражением лица. Её ноги всё ещё стояли, верхняя часть тела упала, а несколько… камешков откололись от неё. Ужас перемешался с любопытством, но я сдержала порыв взять кусочек и рассмотреть его поближе, хотя я и сомневалась, что он что-то мне скажет. Едва ли в практике ФБР встречались подобные случаи.       — Тогда почему здесь три тела, если ты называла фамилию четырёх членов семьи? — внезапно вспомнила, снова осматривая кухонное помещение. Кажется, Моника была удивлена не меньше меня.       — Да? — Она глянула на лист бумаги, на котором от руки небрежным почерком были набросаны фамилии. На её лице мелькнула тень замешательства. — Вероятно, поставщик ошибся. Мы нашли только три тела.       Ванда стояла за дверью, наблюдая за происходящим, — суматохе никто не обращал на неё внимания на незнакомку в форме ФБР. Я попросила оставить меня подумать над произошедшим и вышла вместе с ней на улицу к остальным, спрятавшимся за рыболовным сараем.       — Ну что там? — лениво поинтересовалась Наташа, пиная ногой камушек в воду.       — Пиздец, — обречённо заключила я, падая на большой балун.       — Всё так плохо?       — Хуже некуда. Люди превратились в камень. Как вам такой нонсенс?       Стив с непониманием уставился на меня, Наташа сняла очки, недоверчиво хмурясь.       — Даже не спрашивайте. Я не понимаю ровным счётом ниху… Ничего! — Я спрятала голову руками, лихорадочно прикидывая возможные варианты произошедшего.       — Биологическое оружие? — подала голос Ванда. Я повернула голову и чуть не свалилась с валуна, когда увидела окружённый красным свечением камень, уж больно сильно напоминающий один из тех, что я зареклась не трогать.       — С ума сошла? — вскочила я, но тут же понизила голос. — Ты в курсе, что это — улика, Максимофф?       Она, похоже, не придавала этому столь большое значение, как я. В её глазах играли огоньки непреодолимого, почти детского любопытства, и она покрутила камешек вокруг своей оси изящным движением пальцев. С моих губ невольно сорвалось восхищённое «Вау!»       — Те тела состоят из этого? — хмуро поинтересовался Стив, ближе рассматривая странное вещество.       — Три тела. Как будто застыли за несколько секунд. Как думаете, что это могло бы быть? Биологическое оружие?       Наташа с таким же хмурым выражением лица внимательно рассматривала камень, пока Ванда его вертела.       — Скорее, Медуза Горгона, — едко бросил Роджерс. — Не могу представить, что какой-либо вид оружия сотворил такое. Тогда почему другие дома не пострадали?       Верно. Почему жертвами стали только они? И если рассматривать версию с биологическим агентом, то должны же были остаться его следы в доме? Частички пыли, кристаллики, хоть что-нибудь. Вероятно, стоит дать команде чуть больше времени, чтобы они проверили каждый дюйм дома, но на всякий случай я отдала распоряжение перевести в лабораторию все предметы, хоть как-то рассыпающие частицы в воздух, жидкие вещества, косметические предметы, проверить еду, которую они ели за последние сорок восемь часов. Тела кое-как погрузили в грузовик, стараясь не повредить «материал», но то, что принадлежало матери семейства, буквально рассыпалось в руках криминалистов. Раздосадованная, я вернулась в дом, когда криминалисты его полностью освободили — следовало здесь всё осмотреть. Ребята пошли следом.       — Нельзя придавать этому делу огласку, — заключила Ванда, пробираясь мимо нас и буквально забегая в одну из спален. — Я кое-что сделала, и вам нужно на это посмотреть.       Мы переглянулись между собой и направились вслед за ведьмой. Заваленная коробками полупустая комната, как и весь дом, за час уже была очищена от распылителей и прочих предметов, куда можно было запихать биологическое оружие, но Ванду сюда привлекло что-то другое. Она стояла над кроватью, сосредоточенно уставившись на пустые смятые подушки и небрежно брошенное одеяло, изящным движением пальцев рассекла воздух и практически из ниоткуда в пространстве возникли красные линии, становясь то толще, то тоньше, но местом их сосредоточения стала пустая кровать. Но Ванда резким движением словно сняла ткань, обнажая то, что было скрыто. Ещё одно тело. Молодой парень. Вероятно тот самый Сэмвел, кажется.       — Как ты… — Я запнулась, открывая и закрывая рот, переводя взгляд то на пугающие довольную Максимофф, то на каменное тело, застывшее как раз в тот момент, когда ещё живым ело что-то похожее на хлеб.       — Я чуть-чуть поколдовала над памятью всех присутствовавших, но в этом нет ничего страшного, — посмешно принялась объемеять она, но меня это не шибко убедило.       — Это сокрытие улик, ты в курсе?       — Сомневаюсь, что есть статья, указывающая, что скрывание с помощью магии тела и корректировка ею памяти других людей, это уголовно наказуемо, — с весёлыми нотками в голосе встряла Нат, что вызвало у меня новую волну негодования.       — Вы хоть представляете, что со мной будет, если начальство или кто-то из группы познает о том, что мы, — нет, я, — украла тела прямо с места преступления?!       — Хуже уже не будет. — Стив похлопал Ванду по плечу. Прекрасно. Я лишилась последнего союзника.       — И что делать? — Я устало опустилась на коробки.       — Изучить, — просто ответила Ванда. — Не думаю, что ФБР позволит нам провести своё расследование, но и оно не располагает теми технологиями, что имеются у нас в наличии, верно?       Иными словами, нам нужно было в тайне от Бюро доставить тело мальчика на базу и самим исследовать природу окаменения? С одной стороны, это отличный вариант, но если это ничего не даст?       — Хорошо, я согласна. Наташа загони машину во двор как можно ближе к выходу, чтобы… — Я кинула взгляд на беднягу и тут же отвернулась, — надо его…       Договорить я не смогла. В горле встал ком, но Романофф, понимающе улыбнувшись, скрылась за дверью. Пару минут спустя Стив подал мне стакан воды, но я побоялась пить её, — мало ли чем могли отравить семью? И тут меня осенило. Они все что-то если! Часть тел находилась на кухне, а Сэмвел ел у себя в комнате. Каждый из них ел, но можно ли считать это решением головоломки? Может, в их еду намешали что-то такого, что и привело к летальному исходу?       Едва не сбив Стива со стаканом воды, я тут же подскочила к прикроватной тумбе, на которой стояли пара тарелок с рыбой и бутербродами. На вид и запах ничего подозрительного, но чутьё подсказывало мне, что что-то здесь всё-таки нечисто. На одной из коробок обнаружился рулон плёнки, в который я под непонимающим взглядом Капитана на скорую руку завернула всё, что оставалось на тарелках, а когда Нат просигналила, принялась расчищать путь, пока Ванда при помощи своей магии выносила его тело из комнаты прямиком в машину.       Уже на базе Сэмвел Кристенс и его обед отправились прямиком в лабораторию, а Наташа настояла на том, чтобы вернуться домой и попробовать поесть. При мысли о еде меня едва не вывернуло наизнанку, а перед глазами всё ещё стояла окаменевшая семья. Боги милостивые… Я искренне надеялась, что больше никогда не столкнусь с подобным. Уж лучше вечность расследовать незначительные дела, чем видеть нечто столь ужасающее, забирающее у тебя буквально все силы. 6 апреля 2014       — Передохните, агент Фитц, — как можно спокойнее сказал Трип, сжимая ладонь в кулак и хмурясь, становясь похожим на разъярённого медведя.       — Не говори мне, что делать, — угрюмо буркнул Лео, с презрением глядя на напарника. Я возвела глаза к потолку и направилась к раковине, сжимая найденную на рабочем столе пустую чашку. Налила холодной воды, но так и осталась стоять, не в силах двинуться от шока и разочарования. Страшно хотелось закрыться где-нибудь и расплакаться от всей души. Не было больше сил выносить всё свалившееся на меня, да и на всю команду, дерьмо. Сделала несколько глубоких вдохов и вернулась к ребятам, протягивая чашку Колсону, напряжённо ждавшему результатов вскрытия тела Кёнинга от Симмонс. Лео по-прежнему нарезал круги вокруг стола, явно раздражая подругу и Трипа.       — Ты вообще кто? — вдруг сорвался Фитц, подходя к нему с видом, будто был готов взлезть в драку с человеком вдвое выше его самого. — Серьёзно, ответь. Мы понятия не имеем, кто ты.       — Фитц, угомонись, — предупредила я, обмениваясь страдальческими взглядами с наставником.       — А тоже прошёл через это. Забыл? — Трип попытался дружеским жестом хлопнуть учёного за плечо, но тот отдёрнул руку всё с тем же вызовом во взгляде. — Мой Н.О. оказался лже…       — Это не Уорд! — воскликнул Лео, и от дрожи в его голосе меня бросило в холод. — Не Уорд! Знаешь почему? Потому что он наш друг! И симмонс что-нибудь найдёт. Скажи ему, Джемма.       Сердце сжималось от непривычной тоски. Несколько дней в команде Колсона даже в такое тяжёлое для агентов время, дали мне возможность проявить свои способности так, как мне не давали сделать это в Хабе. Мне дали понять — моя помощь необходима, кем я ни была, и чужой здесь я никогда не буду. Я понимала Фитца, — и без того шаткий мир рушился у него на глазах, человек, некогда подавший столько надежд, ставший для него не просто другом, — наставником, оказался тем, от кого мы так старательно прятались всё это время. пригретая на груди змея.       Я подошла к учёному, нервно кусавшему губы, осторожным жестом приобняла его за плечо, отводя в сторону. Джемма явно не была настроена на разговор ни о Уорде, ни о чём-либо другом, не касавшемся вскрытия. Девушка прикрыла тело Эрика голубоватой тканью, стараясь не дрожать, хотя я заметила несколько мокрых следов на шее.       — Он умер примерно десять часов назад от удушения, — заявила она, вцепившись мёртвой хваткой в край кожаной куртки. — После того, как Мэй покинула базу.       Колсон нахмурился, не выдавая волнения или сожаления ни мимикой, ни жестами. Фитц дёрнулся в сторону подруги, но я удержала его.       — Для удушения использовали тонкий провод. Его трахея сломана, частично перерезана. Значит, всё сделано в спешке. — Я прикусила губы, старясь унять физической болью душевную. Джемме явно стоило огромных усилий продолжить оглашать результаты, и голос её всё-таки дрогнул. — Судя по углу рваной раны, наш убийца не меньше шести с половиной футов и достаточно силён, чтобы… поднять его на…       — Это сделал Уорд, — вырвалось у меня прежде, чем я подумала о своих словах. Лео вырвался из моих рук, с разбегу замахиваясь ногой на холодильник к медикаментами, схватил со стола металлический противень и ударил им по столу.       — Фитц, хватит! — тут же спохватилась Симмонс, стараясь унять разбушевавшегося парня, со всей злости бившего и пинавшего всё, что попадалось ему под руку в медицинском отсеке. — Прекрати, мы со всем справимся.       Он скатился по двери шкафа на пол, пряча голову в ладонях.       — Скай сейчас у него, — начала я, опускаясь рядом. — Прибереги эту боль, всю эту злость ради неё. Она пока жива, и она вышла отсюда рука об руку с тем, кто, как она знает, убийца. Она обманывает его, как прежде он обманывал нас, но долго ей не продержаться. Слышишь меня?       Возможно, я восприняла предательство Уорда на личный счёт. Многие из тех, кого я знала, возможно, были из Г.И.Д.Р.Ы, работали со мной бок-о-бок в течение стольких месяцев, планируя в один прекрасный день избавиться как от расходного материала. Скольких они погубили, пока мы прятались с Моникой по коридорам, скольких пристрелили на других базах по всему миру? И как жалким кучкам верных агентов, подобных нашей, дать отпор столь могущественному противнику, у которого в руках буквально вся власть? Паника захлёстывала меня с головой, но я хваталась за одну единственную нить, что была способна вытащить на поверхность, — возмездие. За Скай, за Эрика, за Викторию Хэнд, которая, судя по всему, тоже мертва, за сотни отнятых жизней, как агентов, так и гражданских.       — Прибереги эту ярость для всех агентов Г.И.Д.Р.Ы, которые только попадутся у тебя на пути, — сказала я не столько Фитцу, сколько самой себе. Лео затих, поднимая на меня виноватый взгляд. Я могла только догадываться, какого ему сейчас. — Храни её, пока не выпадет шанс, а это будет совсем скоро, если ты сумеешь найти Автобус, хорошо?       Он кивнул и, отвернувшись, уткнулся в плечо Джеммы, а я поспешила выйти из лаборатории, чувствуя, как начинают дрожать руки. Может, позвонить маме, просто поговорить? Может, она не сейчас не спит…       Непослушными пальцами я набрала её номер, найдя укромное место в каком-то кабинете с кучей аппаратуры. Возможно, я слишком себя переоценила и стоило вернуться с Моникой в Штаты, а не ввязываться туда, откуда я не имела возможности выкарабкаться. Противостояние столько сильному противнику мне не по силам, так какого чёрта я здесь делаю? К чему эти планы спасения и побега?       — Грейс? — вдруг раздалось на другом конце трубки, и я судорожно выдохнула от облегчения, что не ускользнуло от внимания мамы. — Что происходит? Где ты сейчас?       — Привет, мам. — Голос предательски дрогнул. — Со мной всё хорошо, не волнуйся.       — Как «не волнуйся»? — вскрикнула она, от чего мне почему-то захотелось смеяться. — С ума сошла? Возвращайся домой, немедленно. До тебя не дозвониться уже второй день!       — Я знаю, мам. — Тяжёлая голова упала на мягкую кушетку, и я едва не застонала от ноющей боли в плече. — Мы часто вне зоны.       — Кто это «мы»? — встрепенулась она.       — Помнишь Колсона? Он был моим Н.О., когда я ещё работала на базе. Он и его команда.       — Вы, что, решили мир спасти в одиночку? Там происходит чёрт знает что. Убийства, грабежи, взрывы. Бросай всё и возвращайся, немедленно, Грейс!       Был соблазн проявить слабость, согласиться, броситься на утёк до ближайшего города, а оттуда попытаться добраться Нью-Йорка. Я могла бы начать новую жизнь там, где меня не найдёт никакая Г.И.Д.Р.А. со своими сумасшедшими агентами-убийцами, нашла бы работу, может, даже в правоохранительных органах, наладила бы отношения с мамой…       — Не могу, ма. Я нужна здесь, а как только всё встанет на круги своя, я обязательно вернусь. Обещаю.       — Не нужны мне твои обещания, — пробормотала она, после чего выругалась на немецком, что вызвало у меня сдавленный смешок. — Ты такая же упрямая, как и твой отец. Вечно в поисках пятого угла. Я не смогу переубедить тебя, да?       Я замычала в знак согласия. От чего-то упоминание Артура навеяло ещё большую тоску, и я поспешила сменить тему.       — У нас маленькая передышка, но, кажется, скоро снова отправляемся в путь.       — Где ты сейчас? — снова повторила мама.       — В канадской глуши, но долго в одном месте мы не задерживаемся. — На другом конце провода недовольно цокнули. Честное слово, не будь ситуация столь плачевна или будь здесь хотя бы Скай, я бы махнула на всё рукой и вернулась, но сейчас это казалось невозможно. — Зато я под…       — Защита периметра активирована       От внезапно раздавшегося почти отовсюду голоса я едва не выронила телефон. Четыре лампочки по углам комнаты замигали красным, что явно служило недобрым знаком. За дверью послышалось какое-то движение, и я на автомате потянула к спрятанному за поясом пистолету.       — Ч-что… что там происходит? — заволновалась мама, тяжело дыша. — Грейс!       — Я тебе напишу, ладно?       — Нет! Не отключайся!       — Я люблю тебя.       Она в последний раз попросила меня не бросать трубку, но я сразу выключила телефон и выбежала в коридор. Все чувства и желания тут же ушли на второй план, и стало абсолютно неважно, чего я на самом деле хочу.       Я пробежала несколько метров и едва не врезалась в могучую фигуру Трипа, внезапно появившуюся из-за угла; Колсон и ФитцСиммонс бежали за ним следом, вооружённые автоматами и бронежилетами.       — Наконец-то! — крикнул он мне, подсовывая в руки один из автоматов и забирая пой маленький пистолет. — Знаешь, как им пользоваться?       — Могу продемонстрировать на тебе, — процедила я, проверяя магазин. — Что происходит?       — На нас напали, — проинформировал Колсон настолько спокойно, что мне захотелось на него накричать. Я всегда поражалась его умению сохранять хладнокровие, когда ситуация была хуже некуда.       Несколько поворотов мы пробежали друг за другом в полном молчании, а сирена всё продолжала размеренно выть, действуя на нервы, но уже через минуту мы оказались возле главного входа.       — Жаль, что в бункере нет бункера, — обречённо вздохнула Джемма, принимая из рук Лео пару запасных магазинов. Неужели ситуация настолько серьёзная?       — Им понадобится артиллерия, чтобы хотя бы сделать вмятину, — попытался успокоить нас Фил, но стоило этим словам прозвучать, как ворота ангара стали медленно открываться. Казалось, кровь застыла в жилах.       — Повтори, — с истерическими нотками в голосе потребовала я, интуитивно отходя назад. Джемма побледнела как мел.       — В укрытие! — приказал Колсон, но едва мы сумели скрыться за соседней стеной, как в послышался топот, наверное, десятка людей. От страха меня бросило в жар, и я почувствовала, как трясутся руки, до белизны кожи сжимающие рукоять пистолета. Не менее бледная Джемма приободряющие коснулась моего плеча, но в ответ получила лишь до тошноты жалобный взгляд человека, за считанные секунды сотни раз пожалевшего, что не вернулась домой, когда представился случай.       — Это не Г.И.Д.Р.А., — послышалось позади нас, напрягло нас ещё сильнее. — Это спец.войска.       Спец.войска, получившие прямой допуск к секретной базе Ника Фьюри? Какого дьявола здесь происходит? Я осмелилась обойти Фитца и выглянуть из-за спины Колсона. Четыре солдата в полном обмундировании, державшие нас на прицеле, распределились по периметру коридора. На смену моего страху пришло замешательство.       — От имени вооружённых сил Соединённых Штатов я приказываю вам сдаться, — раздался искажённый мегафоном мужской голос по всему мегафону, и Фил тут же оттолкнул меня обратно, загораживая собой; схватив за локоть, Симмонс оттащила ещё дальше.       — Полковник Телбот? Наверняка у вас есть дела поважнее, чем гоняться за агентами Щ.И.Т.а, — бросил директор настолько спокойно, что мне захотелось стукнуть его.       — Вы мне не нравились и до того, как сбежали в проклятую тундру, Колсон, — жёстко отрезал Гленн Телбот, офицер армии США. Я знала, кто он, но как его занесло в такую глухомань?       — Польщён, что пришли лично.       — Фьюри спрятал базу на североамериканской земле. Я хотел взглянуть на неё лично. — Тяжёлые шаги и голос всё приближались.       — Если выйду, вы убьёте меня? — почти с насмешкой спросил Колсон. — Просто… тогда я не выйду.       Желание стукнуть его росло с каждой новой фразой,. Даже Джемма с кривой улыбкой прикрыла рот рукой, чтобы не хихикнуть. Тянуть время было бессмысленно, всё равно наш единственный шанс на спасение был за спинами десяток американских солдат, подчиняющихся только Телботу с его намерениями сдать нас с потрохами начальству за очередной орден на груди.       Однако Фил развернулся и протянул мне своё оружие. Я с негодованием уставилась на него. Да, переговоры были нашим единственным шансом, но что-то не похоже, что незваные гости были хороши в дипломатии. Я покачала головой, не проронив ни слова, но директор лишь едва заметно дёрнул головой и скрылся за поворотом.       — Это один из самых засекреченных объектов на планете, полковник, — начал он, медленно удаляясь от нашего «укрытия». — Как вы нашли его?       Автомат был тяжеловат, но я разрядила пистолет, спрятала в заднем кармане и, копируя позу притаившегося за выступом стенки напротив нас Трипа, подхватывая оружие левой рукой за ствольную накладку. Видела бы меня сейчас Мон…       — Я им сказала, — раздался новый голос, да такой знакомый, что я осмелилась выглянуть, и едва не выронила чёртов автомат. Мария, мать её, Хилл.