Тёмный дворецкий. Любовь ангела и дьявола

Pov Саша Больно… Очень больно. Будто тебя разрывает изнутри… О, моя голова! Как же больно. Так, нужно постараться вспомнить то, что было со мной. Я лихорадочно стала воспроизводить в голове события, произошедшие за тот короткий промежуток времени, пока я… Пока я что? Практически ничего не помню… Нет, стоп! Я помню, что думала о смерти. О своей собственной смерти. А потом пришёл Сиэль и… поцеловал меня. Затем он попросил меня стать для него сестрой. А потом… Клод. Хм, больше ничего не помню. Странно, да? А мне ещё и страшно… Подождав некоторое время, чтобы воспоминания «улеглись» в голове, я осмотрелась. Оказалось, что я лежу в своей комнате, на своей кровати, в своей же ночной сорочке. Я уже хотела снова лечь в тёплую постель, но мой сверхчувствительный носик учуял запахи лаванды, розы, белой гортензии и пионов. Нужно ли говорить, что рядом со мной, на прикроватной тумбочке, стоял громадный букет цветов? Я даже догадываюсь, кто мог его сюда поставить. Какая красота — распускались нежнейшие, только что срезанные цветы. Их чудестный аромат распространялся по всей комнате, образуя невидимые вихри запахов, заставляя каждого, кто вдохнёт этот аромат, перемещаться куда-то в неведомые края, куда-то, где тебя не будут преследовать ни беды, ни обманы, ни смерти. Так, хватит прохлаждаться! Пора приниматься за работу. Ну, или по крайней мере нужно найти графа, чтобы узнать о своих заданиях. Кстати о графе — я точно помню, что Сиэль был рядом со мной, когда Фаустус оказался в моей комнате. Только бы он ничего не сделал с графом! Иначе я не прощу себя за то, что не смогла уберечь своего подопечного… Спустившись на довольно-таки холодный пол, я невольно вздрогнула — да, в кроватке было теплее. Дальше всё пошло по уже наизусть выученному алгоритму — я каждый день выполняю одни и те же действия, не меняя их порядка. Подойдя к шифоньеру, я достала из него комплект костюма служанки и, щёлкнув пальцами, быстро переоделась в него. Далее — причёска. Быстро расчесав и собрав волосы в высокий хвост, я приблизилась к зеркалу, чтобы осмотреть себя с ног до головы. Как ни в чём не бывало, я взглянула на своё отражение и…

***

Александра посмотрела на своё отражение и прикрыла ладонью рот, боясь закричать. На правом глазу сияла лилово-фиолетовая пентаграмма, символизирующая контракт Сиэля и Себастьяна. — Ч-что это? — спросила сама у себя девушка, — Неужели… Нет! Нет-нет-нет! Только не это, пожалуйста! Александра пулей выбежала из комнаты, надеясь побыстрее найти Себастьяна. «Да, он отверг меня, но сейчас только этот демон сможет мне помочь. Я надеюсь». Ангел-Защитник была готова выпустить крылья, но тут же врезалась в Мейлин. Волосы горничной были взъерошены, а очки уже давно съехали на переносицу. — Ой, прости меня, Мейлин, — попросила прощения девушка, скрывая глаз с пентаграммой прядью волос, — А что произошло? Ты встревожена. Горничная быстро протараторила: — Господин пропал!!! Мейлин уже скрылась в другом крыле поместья, а ангел лишь тихо прошептал: — Он никуда не пропадал. Он во мне… Себастьян почувствовал, что его крошка проснулась. Нехорошее предчувствие всё ещё не покидало демона, и он решил поспешить. Александре нужно рассказать о пропаже Сиэля, иначе ангелу будет только хуже. Себастьян и подумать не мог, что его девушка окажется связанной с его же господином буквально по рукам и ногам. Но, так даже лучше — Михаэлису не придётся беспокоиться о каждом из тех, кто стал для него таким дорогим по-отдельности. Демон-дворецкий спускался вниз по лестнице, попутно проверяя перчатками чистоту лестничных перил, как вдруг заметил бегущую фигуру, направляющуюся к выходу из поместья. Фигуру Александры. — Саша? — тихо окликнул Михаэлис свою девушку, надеясь, что она всё ещё его любит. Ангел-Защитник остановился, прислушиваясь. Девушке либо показалось, либо она действительно услышала голос, зовущий её. Она осторожно повернула голову влево, стараясь прикрыть пентаграмму. И, да! Её шестое чувство не подвело — со ступеней спускался Михаэлис, встревоженно озираясь по сторонам. — Се… Себастьян? — негромко ответила Алмира, стыдливо отворачиваясь в сторону. Недавние события то ли ссоры, то ли расставания не покидали голову ангела. Демон приблизился к ней вплотную. Парень был на голову её выше, так что сейчас он «дышал» ей в затылок, совершенно не зная, как поступить. Одна часть демона хотела накинуться на девушку, стиснуть в объятиях и не отпускать, целуя каждую клеточку её драгоценного тела. А другая часть, наоборот, боялась это сделать, чтобы не причинить ей большей боли. — Саша, я… Я знаю, что вёл себя, как дурак. Я отдалял тебя от себя, пытаясь защитить, но вот от кого? Каждый день, проведённый без тебя, — настоящая пытка. Каждая твоя слезинка — омут боли. Но, я хочу, чтобы ты знала, что я не могу без тебя и… — дьявол тяжело вздохнул, набираясь смелости, — И я люблю тебя, слышишь? Люблю. Сильно. Понимаешь? Александра продолжала молча стоять, но теперь её плечи вздрагивали, и слышались тихие всхлипы. Михаэлис решил действовать. Одну руку он положил ангелу на талию, притягивая поближе. А другую положил на предплечье, осторожно поглаживая ею по бархатистой коже. Демон-искуситель зарылся лицом в волосы девушки, вдыхая её ни на что не похожий запах. Запах невинной, никому пока не принадлежащей девушки. — Моя! — собственнически прошептал Себастьян, прижимая Александру к себе. — Себастьян, я… — Тшш, ничего не говори. Я буду вымаливать у тебя прощение, буду ждать того момента, когда ты меня простишь и… Александра перебила его: — Я давно тебя простила, Себастьян. Я не могу на тебя долго злиться. Не могу на тебя злиться вообще. Глаза демона загорелись, мгновенно вспыхнув — то ли от радости, то ли от стыда. Сколько боли причинил Михаэлис Алмире, а она его прощает! Истинный ангел, нечего сказать. — Правда? Я… Я так рад! Я уже подумал, что потерял тебя навечно, — прошептал Себастьян, поворачивая Сашу к себе лицом. Девушка стояла, закрыв глаза. На ресницах ещё блестели прозрачные капельки от слёз. Сейчас перед демоном стояла прекрасная, но в то же время грустная особа. — Милая, Мейлин тебе уже сказала? — спросил Себастьян, аккуратно приподнимая голову Саши за подбородок, пытаясь заставить её открыть глаза. — О пропаже Сиэля? Да, рассказала, но господина не нужно искать. — Не нужно искать? Это почему? Девушка-ангел, ничего не говоря, распахнула глаза, выставляя напоказ пентаграмму. Она точно знала, что Себастьяну можно доверять. Можно доверять, не так ли? Демон непроизвольно охнул — его господин… в Саше? Но как? — Ч-что? Как так получилось? Это Клод сделал, да? Ангел кивнул: — И я думаю, это произошло после того, как… -… как Сиэль тебя поцеловал, — с горечью произнёс демон-дворецкий, морщясь. — Ты знаешь об этом? — Да. Я связан с Сиэлем контрактом, так что всё то, что чувствует он, чувствую я. И хоть в этом поцелуе была заложена не та любовь, не приятно как-то осознавать, что твой господин целует твою девушку! Насчёт последнего слова Михаэлис даже не задумывался — Саша его, и это не оговаривается. Ангел-Защитник, впервые за долгое время улыбнулась и взяла дьявола за руку: — По-моему, кто-то ревнует. — Да, ревную! Сильно. Сильно люблю и сильно ревную. Да я тебя даже к Смол ревную, не говоря уже о заносчивом Фантомхайве! Удар. Пощёчина. Демон застыл, боясь шелохнуться — что? Что он такого сделал или сказал? Александра мгновенно переменилась в лице — зелёные глаза стали лазурными; русые волосы приобрели грязно-синеватый оттенок, а под левым глазом появилась маленькая чёрная родинка. — Заносчивый Фантомхайв, значит! Ну, Михаэлис!!! Тварь ты мелко пакостная! Да я тебя порву, как Тузик реку Темзу! Ты у меня попляшешь тогда!!! А я ещё и Саше прикажу, чтобы она тебя, барана, выпорола чем-нибудь! Длинным, кожаным и по возможности острым! — Господин? — Себастьян в миг всё понял: перед ним уже стояла не Саша, а Сиэль в образе ангела. — Ага, додумался наконец! Да я тебя… — внезапно речь Сиэля была прервана. Александрой, естественно. — Я его буду контролировать, но всё же постарайся не выводить его из себя, хорошо? — девушка мило улыбнулась, заставляя демона последовать её примеру. Михаэлис приблизился к Ангелу-Защитнику и обнял его. Как же давно он хотел это сделать — прижать к себе ту, с которой больше всего хочется жить!  — Сашенька, — промурлыкал демон девушке на ушко, — Любимая! — Сиэлесандра. — Что? — Пока господин находится во мне, правильнее будет называть нас Сиэлесандрой. — Пф, зачем такие формальности? Ладно, понял, — и понял Демон-искуситель как раз вовремя: Сиэль заново начал брать верх над Алмирой. — Так значит ты — Сиэлесандра… Фантоммира? — уточнил дворецкий. — Да, любимый.