Полярный

В субботу я, Поз и Серый играли у последнего в фифу и успешно опустошали холодильник. Матвиенко не уставал предлагать прогуляться до ликеро-водочного, но на часах был полдень, и Дима парировал, что алкашом в семнадцать он становиться не собирается, в чем я был с ним полностью солидарен, нажраться вусмерть а по другому мы не умеем среди белого дня – это уже край. Я вышел на балкон покурить, когда мой смарт оповестил о звонке. - Алло? – Настороженно ответил я, потому что неизвестные номера пугали и заставляли судорожно вспоминать, не брал ли я кредитов по пьяни. - Привет, - ответил знакомый голос, от которого тепло разлилось по всему телу, и стоять на балконе в одной футболке уже было не так холодно. Даже жарко. - И давно у тебя мой номер? - Я твой классный руководитель или кто? – Послышался хрипловатый смех по ту сторону. Я огляделся, за моей спиной в комнате друзья были увлечены игрой, и я тихо прошептал: - Самый любимый человек, определенно. Арсений снова по-доброму рассмеялся: - Допустим, пусть будет так. Твой самый любимый человек интересуется, сделал ли его ученик всю домашку и, если да, что он делает вечером? - Конечно, сделал домашку, - соврал я, чуя, что намечается что-то интересное, - а вечером он будет смотреть на твои фотографии, плакать и дальше, знаешь, по Стрыкало. - Не надо плакать, ты сможешь отпроситься у родителей с ночевой на выходные? - К вам, Арсений Сергеевич? Не думаю, что меня пустят. - Дурак. Я виновато улыбнулся: - Прости. Конечно, могу, а для чего? - Отлично! Я буду ждать тебя на твоей автобусной остановке в четыре. Послышались гудки, я, недоумевая, уставился на телефон. Докурив, я вернулся к парням и начал собирать рюкзак. - Антонио, ты куда? – Не открываясь от экрана, спросил Серёжа. - Извините, ребят. Мама позвонила, мы сегодня к тёте уезжаем в баню. - Эх, баня, - мечтательно вздохнул Поз, откладывая джойстик, - тоже хочу. - Опять продул! – Гневно сокрушался Матвиенко.

…

- Да, ма, к Позу, - одновременно ведя диалог и собирая вещи, отвечал я. Посмотрев на отложенные тетради по предметам, по которым нужно было сделать дз к понедельнику, я, поколебавшись, запихнул их в общую кучу, которая малопривлекательно торчала теперь из рюкзака. - Тоша, только ты мне обязательно звони, если у тебя что случится, а то сейчас такое время, - волновалась мама, стоя в дверном проеме моей комнаты. - Хорошо, ма. – Я на ходу нацепил на себя белое худи, куртку сверху и, поцеловав мать, исчез в коридоре. – Буду на связи, люблю! Через пару минут я уже стоял на остановке, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, ну и от холода тоже. Знакомая лада вырулила из-за угла и, мигая мне фарами, остановилась рядом. Долго не раздумывая, я залез внутрь. - Привет, - улыбнулся Арсений. Так непривычно было видеть его в обычной кожанке и шапке, в таком виде он мог сойти не то что бы за школьника, но за студента курса второго-третьего точно, хотя это как посмотреть, сейчас и школьники подчас такие лбы, к примеру я. Но Арс-то лбом не был. Арс был красив снаружи и внутри. Арс был достоин целого мира и ещё немного. - Привет, - ответил я, чмокнув его в щеку. Он, как и раньше, дергался от моих прикосновений в общественном месте, но я не был дураком и знал, чего может нам стоить одна моя неверная выходка. Необратимые последствия. Поэтому у меня прекрасно развилось боковое зрение, чуйка и умение ловить момент, а сейчас был именно он. Я по-хозяйски включил радио, мы вырулили на главную дорогу. За окном темнело, было слякотно, свет от многоэтажек и фонарей сливался воедино. Из магнитолы доносился ремикс на «Грибы - Копы», и я губами подпевал припев. Арсений, иногда поглядывая на меня, щурился, и на его губах расцветала улыбка. Загородом магистраль была наводнена фурами и придорожными кафешками, мы свернули с дороги и заехали в коттеджный посёлок «Снегирь», запетляв по его узким улочкам. Я засмотрелся в окно. Посёлок был довольно старый, потому одинаково наштампованных коттеджей здесь не было. Мы остановились возле двухэтажного кирпичного дома с красиво плетённым, но поржавевшим заборчиком и большой сосной, частично закрывающей собой наружную часть дома. Арсений загнал машину в гараж и повел меня за собой. На веранде стояло потрепанное временем кресло, на нём восседал засохший фикус. - Он здесь ещё с прошлых хозяев, выбрасывать жалко, - сетовал Арс, открывая входную дверь, - всё лечу его, надеюсь, что восстановится. А я никак не мог насмотреться вокруг. Просто… это же дом Арсения… здесь всё пропитано и пропитывается им. Обои, идущие у потолка волнами, гладь синих занавесок в дальней комнате, кажется, это был зал, и блики, пробивающиеся сквозь них. Если уют мог пахнуть, то он пах этим домом для меня. - Ты чего завис? – Арсений выглянул в коридор, где я так и стоял. - Да, иду, - откликнувшись, я спешно сбросил кроссы в прихожей и, кинув где-то там же рюкзак с паркой, пошёл за ним. Мы зашли на кухню, которая резко контрастировала своей новизной с ранее мной увиденным. Здесь была даже барная стойка. - На первом этаже ещё ремонт, извини за неудобства – виновато улыбнулся мужчина, - я, честно говоря, и коробки то до сих пор не все разобрал, всё руки не доходят. - Откуда ты переехал? - Из Питера. - И снова я совершенно ничего о тебе не знаю, - поджал я губы очередному озарению, садясь на барный стул. Арс подошел вплотную ко мне и за место ответа, чмокнул в лоб. - Хочешь пиццу? – Спросил он. - Тебя хочу, - насупившись, ответил я, обвивая его талию руками и прижимая к себе. Арсений рассмеялся и, выудив из заднего кармана своих джинсов телефон, позвонил в пиццерию. Пока мужчина делал заказ, я всячески мешал ему разговаривать с диспетчером. Арс цыкал на меня, но улыбался. Оттянув его вязаный черный свитер, я с головой проник под него. Арсений довольно громко охнул, когда я щекой столкнулся с его горячим телом. Я начал покрывать его грудь влажными поцелуями, добравшись до соска, я мягко прикусил его и буквально почувствовал, как Арс замер. - Хорошо. спасибо. ждём. – Выдавил из себя он оператору и отключился, откинув телефон на стол. Я вылез из его свитера, довольный своей проделкой. Мои волосы были растрепаны, и мне хотелось продолжения. - Ты хоть представляешь, как неловко было девушке это выслушивать? А мне как стыдно! – Попытался отчитать меня мужчина, но я демонстративно стянул с себя через голову худи с футболкой и снова, только уже руками, полез к Арсу под одежду. - Прекрати, - в разрез со своими словами Арсений прижимался ко мне, выгибаясь под моими ладонями, - доставщик будет здесь через полчаса. - О, нам хватит, - ответил я, завлекая любимого в поцелуй.

…

Свет фар подъехавший машины просочился сквозь занавешенные шторы, оповещая нас о прибытии курьера. К этому времени я и Арс уже переместились на диван в гостиной и сейчас лениво целовались, со смехом ласкаясь эскимосскими поцелуями в процессе. - Пойду встречу, - разорвав объятия, он последний раз оставил на моих губах смазанное прикосновение своих. Как раз прозвенел дверной звонок, и Арсений поспешил открыть. Я привел себя в порядок, поправил помятые вещи и обнаружил, что всё это время был с расстёгнутой ширинкой, ну класс. Запрокинув голову на изголовье дивана, я полностью погрузился в ощущения и переполняющие моё сознание мысли. Арсений подошел к дивану и, наклонившись, поцеловал меня. - О чем думаешь? - О тебе. - Зачем обо мне думать, если вот он я здесь? - Поэтому и думаю, думаю о том, что нас подарили друг другу в самое подходящее время, - сказал я, потянувшись и вставая с насиженного места. Арсений замер: - Ты говоришь такие вещи так обыденно. Я пожал плечами: - Это все мой юношеский максимализм. - Нет, правда, спасибо тебе, - грустно улыбнулся Арсений. Мне стало не по себе. - Ты не хочешь мне ничего рассказать? – Осторожно спросил я. - Все хорошо, - невпопад заверил мужчина и потянул за собой, сменяя тему, - пойдем есть, горячей пицца вкуснее.

…

Я открыл упаковку, вдыхая вкусные запахи. - Обожаю с ананасами! - Я рад, что угодил, - довольно ответил Арсений, - мне тоже нравится. Он чем-то звякнул за моей спиной, и я развернулся на звук. Арс стоял с двумя бокалами в одной руке и бутылкой красного вина в другой. - Вау! – Обрадовался я алкоголю. – А что за повод? - Нет никого повода, просто наш недоромантический ужин. - Звучит даже очень для повода. Сев напротив меня, Арсений аккуратно избавился от пробки и разлил вино по бокалам, протягивая один мне. - Ох, Арсений Сергеевич, спаивайте своего же ученика! - А этот ученик меня совращает! - Тогда за спаивание и совращение? - Самый ужасный тост, который мне доводилось слышать, - со смехом ответил Арс, и мы чокнулись.

…

Бился неровно пульс, наши желаниями были явными и такими же голыми, как и мы. Потеряв себя в друг друге, простынях и ощущениях, меня хватало только на то, чтобы как мантру безостановочно шептать его имя и тонуть в ответных стонах, прижимаясь своим вспотевшим лбом к его. Оргазм накрыл нас практически одновременно, и наши разгорячённые тела упали рядом. - Сноровки тебе не занимать, - восстанавливая дыхание и немного приходя в себя, усмехнулся Арсений. - С хорошим учителем быстро учишься. Обнявшись, мы завели разговор ни о чем и обо всем. Постепенно Арс отвечал всё реже и больше невпопад, а вскоре и вовсе засопел на моём плече, обняв меня руками и ногами, словно я был большой плюшевой игрушкой. Подтянув одеяло, я накрыл нас, тоже погружаясь в крепкий сон. Проснулся я уже оттого, что Арсений легким движением руки выводил на моём голом теле невидимые узоры. Я нехотя разлепил глаза, мужчина лежал рядом, но был уже свеж, бодр и в одежде. - Доброе утро, соня. - Сколько времени? - Девять утра. Я застонал и, укутавшись в одеяло с головой, перевернулся на другой бок, что Арса развеселило. Спустя минут десять, он окончательно растолкал меня и отправил в душ. Приведя себя там более менее в порядок, я спустился вниз, ведомый манящими запахами выпечки. На кухне на столе меня ждали блинчики, а за столом Арсений с чашкой бодрящего кофе. - Вот и наша спящая красавица, - улыбнулся он мне. Воскресенье начиналось просто замечательно и продолжилось также. Мы устроили марафон любимых кинолент от боевиков до мультфильмов. - Ты никогда не будешь для этого слишком взрослым. - Арсений Сергеевич, вам двадцать шесть. - Но я хочу посмотреть «Валли»! Вместе готовили обед, как выяснилось, оба являемся в этом деле полными профанами, даже если готовить по рецепту и в мультиварке, но в целом грибной суп вышел довольно неплохой, если закрыть глаза на то, сколько на него ушло времени, впустую переведённых продуктов, не обошлось и без крови. - Чтобы я еще раз тебя к разделочной доске подпустил, - ворчал Арсений, перебинтовывая мой указательный палец левой руки. После обеда он ненадолго сел за проверку контрольных работ девятых классов, а я отзвонился родителям сообщить, что у меня всё хорошо. Лучше и быть не может на самом деле. Дабы не отвлекать Арса от работы, я приступил к исследованию дома. Рукой проводя по коркам книг на книжной полке и ощупывая различные статуэтки. Фикус всё также стоял вялый. Я покурил вместе с ним, попиздел за жизнь и понял, что всё это заняло у меня от силы полчаса, а стопка ученических тетрадей на журнальном столике в гостиной всё не уменьшалась, поэтому мне пришлось с повинной притащить рюкзак и сесть за своё дз. Наконец после ужина мы зарылись в объятиях друг друга, фоном включив телевизор. Я проверил соцсети, ответил друзьям. За окном стоял тихий вечер, ненавязчиво моросило. - Люблю представлять нас гуляющими вдвоем по пустой улице, - тихо начал я, - только вообрази, мы держимся за руки, говорим о чем-то, что тебе нравится, и не боимся быть замеченными. Арсений обнял меня крепче, опустив голову на моё плечо, и только спустя несколько минут ответил: - Знаешь, на зимних каникулах мы можем выбраться в соседний город на пару дней. - Правда? – Обрадовался я. - При условии, что будешь хорошо учиться и посещать все элективы в осенние каникулы. - Ты говоришь, как моя мама, - фыркнул я в ответ. - Но это действительно важно. Я приложил руку к груди: - Клянусь. - Сердце с другой стороны. - Арсений опустил свою холодную ладонь на мою руку, покоящуюся на груди, чуть сдвинув её влево. Я посмотрел на Арса, у меня казалось перехватило дыхание от его красоты, доброты и искренности, коей была пропитана каждая морщинка на его лице, каждый вздох, вырывающийся из него. «Знал бы ты Арс, что моё сердце давно покинуло тело, найдя свой дом в ямочке на твой щеке, в твоих алых от поцелуев губах, в каждой частичке тебя. Знал бы ты». Находясь в таком романтично-приподнятом настроение, я не смог придумать никакой годной шутки в ответ, на ум приходило только что-то нелепое и милое. Поэтому я просто завлек Арсения в очередной крышесносный поцелуй.

…

В понедельник Арсений провел классный час, потому что через неделю уже начинались осенние каникулы, и мы должны были точно решить на какие дополнительные будем в них ходить, соответственно какие предметы будем сдавать на госах. - Что за скудный выбор? – Удивленно спросил у меня Арсений потом, разглядывая мой бланк. – Ты на кого хочешь поступать? Я пожал плечами: - На менеджера какого-нибудь. Мне было немного совестно. Пока мои одноклассники уже вовсю возбужденно обсуждали институты и университеты, в которые хотят поступить, и мечтали, как уедут из этого города, как начнется их взрослая жизнь без родителей, я всего лишь жил одним днём и понятия не имел, куда меня занесёт через два года. Сейчас я разве что хотел и точно знал, что там, куда меня занесёт, должен быть Арсений, наверно это было моей пока главной целью, с которой я твердо определился на данный момент. Моя мама называла это всё американской болезнью, а я просто наслаждался сегодняшним днём, возможно боясь ей сказать, что иногда не вижу себя в будущем. Мама могла не понять. В моих наушниках порой играли пилоты, и вокалист надрывно пел: I will plan to be a bum, So I just might become someone. / Я вознамерюсь стать никчемным, Чтобы стать хоть кем-то. (пы.сы.: twenty one pilots - house of gold) И это было чертовски верно. Арсений вернул мне бланк: - Запишись ко мне на английский, иностранные языки никогда не будут лишними. К тому же у тебя есть довольно хорошая база уже сейчас. - При условии, что мы уедем потом заграницу, и ты выйдешь за меня замуж, - я достал ручку из рюкзака, ставя в необходимом месте на листе крестик и свою подпись. - Как скажешь, - усмехнулся учитель.