Восьмое июня

Пятое июня С утра раскалывалась голова. Мой похмельный колокол громко бил где-то в висках, переходя вибрацией к затылку. Кое-как залив в себя чашку паршивого растворимого кофе, я поспешила на работу. В метро меня знатно укачало, добавив к головной боли еще позывы вернуть выпитый сублимат наружу. На пороге нашего офиса я появилась чуть в более лучшем виде, чем полутруп, во всяком случае, зелено-серый цвет лица у меня уже был. Просто кое-кто вчера накидался больше своей нормы в клубе с Тишей. Вспоминать, что я там пила и с кем танцевала не особо пристойные танцы, не хотелось не под каким предлогом. Алкоголь всегда делал из меня какого-то демона. Ох, дурацкое слово на букву Д. В холле я повздорила с автоматом, пытаясь выпросить у него свою газировку. Банку получила только после третьей попытки скормить ему монеты, из мелкой мести показала железяке «фак» и медленно пошла к лифту. Почему я не осталась дома? Тиша, моя собутыльница-коллега, была уже на месте, весело щебетала с остальными возле стола для пинг-понга. Ее крепкая на выпивку голова вызывала зависть, но выразить ее при всем желании я не смогла, боялась рассыпаться на куски. Я подплыла с прислонённой к больной головушке банкой прохладной колы. Поздоровалась с ребятами. Мои коллеги, как обычно, что-то оживленно обсуждали. Юэн, наш смазливый блондинчик, держал в руках ракетку и пытался привлечь внимание Линн, тыкая орудием в бок девушки, разговаривающей с Тишей. В углу кабинета у кофейника в глубокой задумчивости помешивала что-то в своей чашке Мириэл. На меня почти не обратили внимания. Прислушиваться к их разговору было лень, я дошла до своего компа, плюхнулась на кресло, расслабленно откидывая голову на спинку. Какой же, сука, обычный день. Хотела вздремнуть, врубив погромче музыку, но не сложилось. — Народ! Это самый клевый день в вашей жизни! — с порога осведомил наш начальник, Сэл. Окей, вполне в манере придурка Сэла. Влетать в офис с непонятными воплями. — О, да, — я кисло салютовала все еще зажатой в руке и уже знатно нагревшейся колой. Тиш громко заржала. Черт. Я, поморщившись, вновь прикрыла глаза. Остальные загалдели, подлетая к шефу отдела. Каждый из криков отдавался тупой болью у меня в висках, я хотела на часок оказаться глухой невидимкой. — Наро-о-од, мы прем в Шотландию. Натурально. Горцы, легенды, пледы, все дела, — Сэл с высоты своего двухметрового роста взирал на нас взглядом заинтересованного, оживлённого ребенка. Руки потирал. Компанией владеет папашка нашего босса, отдел занимается весьма условной и творческой работой. Так, кучка задротов-дизайнеров. Почти на добровольных началах мы стряпаем весьма годных мобов для игрух, что выпускает для смартфончиков и ПК Большой Дядя. По сему, отношение к нам очень, капец как очень, лояльное. Ну вот, мы прем в Шотландию. Да куда мы только не перли. Я тащусь с моей работы, чтобы там не говорили про меня иной раз коллеги. Но, конкретно в тот момент, мне не понравилось. Куда угодно, хоть опять на русский Алтай, как в прошлом году, на съедение полчищ мошкары, только не в пустоши моей исторической родины. Но либо мое похмелье, либо моя натура «человека-авось-пронесет» дала зеленый свет, поэтому я промолчала, обнимаясь с несчастной газировкой в своем кресле. Естественно, пожалев об этом уже в следующие пару часов. Я не люблю Шотландию. Мне было семнадцать, десять лет назад, когда я была там последний раз. Вспоминается всегда с содроганием. В рядовой поездке по историческим местам что-то пошло не так. Наркоманский угар, бред и провалы в памяти — милейшие впечатления остались после такого, конечно. Четыре года в клинике, жуткая депрессия и таблетки, что я ем горстями до сих пор. Хотя, как говорил мой доктор, страхи надо переживать. Попробовать стоит. — А пока, посижу еще пару минут с прикрытыми глазками, — бормотала, устраиваясь поудобней.

***

Шестое июня Продрыхнув бессовестно почти весь день пятого числа, я честно хотела наверстать следующим. Даже пришла раньше всех. Устроилась на рабочем месте, планшет, стило, все в руках. Мыслей рой в голове… Но по мере наполнения помещения людьми, желание работать медленно отступало. Нет, вокруг царила нездоровая оживленка, однако, ни у кого не было никакого рабочего настроя. Мои коллеги были в предвкушении очешуенного отдыха. Я же меланхолично сидела за своим компом. Прикинув, что хочу меньше, работать или принимать участие во всеобщем балагане, решила: ну их на хер, коллег. Врубив громче музыку в наушниках, попыталась все-таки заняться делом. Что, в общем-то, мне все-таки не дали. То и дело кто-то подходил, дергал, орал и бесил. Если подумать, я в нашей команде славлюсь молчуньей и архиспокойным человеком. Меня часто по этой причине берут в свидетели какого-нибудь тупого спора или очередной выходки подколоть шефа. Пожалуй, если бы все дружно бухали со мной, а не одна Тиша, то знали, что я могу и, не молчать, и даже отжигать. Но… да будет Тиш моим единственным сообщником. Поэтому, я стойко и молча терплю весь бардак вокруг меня. Шум, громкий разговор, дерганье набирали обороты. Достали. Я стянула наушники и свалила в сторону курилки. У нас все никотинозависимые. Подкуривая от неверной зажигалки, удачно стянутой у Юэна, я глубоко затянулась. Выпуская горьковато-карамельный дым изо рта, взглянула на мутное окно этого маленького помещения. Стекло видимо часто игнорировалось уборщицей, было покрыто негустым копотным флером от сигарет. Бездумно вглядываясь в эту муть, видела лишь свое нечеткое отражение: бледная, худая, с темными волосами и темными кругами под глазами. Глазами, которые на секунду показались нереально яркими в стекле. Нечеловеческими. Вздрогнула, помотала головой, стряхивая привиденное. Это все поездка; черт, не хотелось опять чувствовать себя шизанутой дурой, но поездка пугала. Руку с сигаретой резко свело судорогой. Блядское напряжение. Оно со вчерашнего дня. Потушила сигарету, зажала правую кисть между коленей. Обычно помогает. Руку медленно отпускало, пальцы расслабились. Метнула взгляд на окно, отражение было унылым и обычным, но ощущение, что что-то нездоровое грядет, уже не отпускало. — Ты параноик, Алексис, — сказала сама себе и повернулась к выходу курилки.

***

Седьмое июня Сэл пришел раненько утром с листовками — там маршрут поездки в Шотландию. Я даже не глянула в сторону желтой бумажки. Не хочу думать о гребанной поездке. На которую мы собрались, с вещами, брошюрками и настроением. Особенно я. Мириэл с прикрытыми глазками самозабвенно танцевала какой-то подсмотренный в инете танец горского народа. Юэн орал, как потерпевший, в основном, что «наша блонди всех покорит». Цирк, как обычно. Я не уверена, что она выбрала тех горцев, ища на ютубе. Тиша подбадривала ее, то и дело кидая на Юэна напряженные взгляды. Ее бесило, что парень не обращал свое внимание в ее сторону, зато щедро дарил комплименты Мир. Моя милая подруга не догоняет уже который год, что Юэну, в принципе, начхать не только на нее, но и на любую обладательницу щелки между ног. А Мириэл — просто крута. Я громко фыркнула, чем отвлекла Тишу. Она отлипла от своей заботы, даже заметила мое напряжение. Спросила достать ли ей волшебных таблеток, что в прошлый год меня пару раз спасли от срыва. Но я отказалась. Не уверена, что не зря. Но, зная Тишу последние три года, она наверняка возьмет препараты с собой. Вернулась к рабочему месту. Музыка снова на максимум. Я оглохну однажды. И так до часа «Х». Пора. Мой рюкзак. Прописанное доком. И куча музыки в моем «огрызке». И что-то нихуя не весело.

***

Восьмое июня Наушники не покидали моих ушных раковин весь путь. Я соизволила вынуть их и обратить внимание на спутников, только когда мы ждали автобус. Сэл вещал, что это опупенная экскурсия, что капец дорого вышло заплатить за нее, что это пипец клево, и что мы все, блин, в шоколаде. А я же с трудом могла унять гребанную дрожь в руках. Две сигареты, что я выкурила перед посадкой в автобус, ни хрена мне не помогли. Водружала свою тушку в транспорт я со смесью тревоги и, маленько, страха. Я подумала глянуть в бумажку с маршрутом только к моменту прибытия к месту первой остановки. И охренела. Мы ехали в Замок. В, мать его, Замок. Паранойя? Совпадение? Убежать? Или насрать на все? Пара лишних таблов едино проголосовали за это решение, значит, все хорошо. Как говорил мой психиатр, надо смотреть на свой Страх широко открытыми глазами. «Прими за терапию, Алексис, и не впади в припадок у стен твоего кошмара. Все хорошо.» Ровно до момента прибытия. Подъехали к Замку. Из автобуса вылезли только мы. Я еще крепилась и надеялась, что все обойдется. Эти ворота… я их вроде хорошо знала. Вернее, они похожи на ворота из моих галлюцинаций и бреда. Тут же мой разум напомнил, что я иногда считала, что все прошлое могло быть правдой… Но голос Сэла, говорящий, что мы на месте, перебил мысли, стряхнув наваждение, и мы двинулись ко входу. Но сделала я только пару шагов буквально. Блять, за что? Паника опять подобралась к самому горлу и крепко сжала холодные пальцы. Я отстала от всех, пытаясь перевести дыхание. Дыхание? Какое нахер дыхание, воздух застревал в горле, я думала глаз лишусь от напряга. Выдохнула максимально медленно. Трусливо решила, что не пойду с ребятами. Слушая, как Линн зачитывает какую-то историческую справку о Замке, принимая восторженные охи и поддакивания, я просто пыталась вспомнить, как дышать и ходить. Но это только мои фантазии, если я сказала бы остальным, то просто надо мной поржали б? — Тихо, Алексис, — пробормотала под нос, — это твой психоз. Ворота открыты. Смотритель Замка, седой усатый старик, кинул тяжелый взгляд на нас и, криво улыбнувшись, повел вглубь. — Все нормально, — опять вслух, опять успокаивая себя. Старика я вижу первый раз, бояться нечего. Здание становилось все ближе, я лишь частично узнавала это строение. Обычный замок в старошотландском готическом стиле, серый, с узкими окнами, высокими башенками. В таком замке Марио мог бы спасти принцессу, она бы пряталась в любой из четырех башен, высматривала бы героя из дурацкого решетчатого окна. Или тут водились бы скучные приведения, они бы пугали белыми бликами в вечерней темноте, грохотали цепями. А может сам Дракула захотел бы… В голове были эти дурацкие мысли, я могла придумать кучу обитателей этого места, пока мы шли к парадному входу, упорно игнорируя в уме всплывающие образы из памяти. Я заходила самой последней. Громкий хлопок. Двери закрыты. Мы внутри. — Приветствую вас, гости. Не надо было сюда возвращаться. Медленно выглянула из-за плеча Мириэл. Почему-то завибрировало в горле, после попытки сглотнуть, начало тошнить. Я ощущала, как стали мокрыми ладони, руку, которой я держала лямку рюкзака, свело, как у меня бывает в особо волнительном состоянии. Я смотрела вперед на человека, что радостно встречал нас. Он не постарел ни на год. Ни единой морщинки на смуглом лице, ни одного седого волоса в черной шевелюре. Даже прическу не сменил, тот же молодежный полубокс с густой челкой. Какого черта я вспоминала название его прически? Какого черта я не сорвалась с места, не толкнула двери, не побежала по дорожке к воротам, прочь отсюда? Продолжая рассматривать Рика. Пока не столкнулась взглядом с его зелеными глазами, нечеловеческими, яркими. — Але-е-ексис! — на распев протянул мое имя, распахивая объятия для приветствия. Немного подрагивая, с еле ощутимыми уже спазмами в правой руке я, толкнув легко Мириэл, вышла навстречу к этому человеку. Человеку ли? Сомнамбулой шагнула к нему прямо в руки. Он крепко сжал меня в почти искренних объятиях, зарылся в волосы на макушке, с шумом вздыхая, будто реально скучал. Меня не отпускала мелкая дрожь. — Я не специально, — так и не поняла, зачем начала оправдываться. — Ш-ш-ш… — ласково погладил по плечу и спине, после чего легко отстранил. — Ты вернулась. Взглянув поверх моей головы на остальных, Рик искренне тепло произнес: — Вам понравятся наши приключения. Обещаю. Я же к своим тревогам ощутила что-то новое, злую радость. Они тоже это узнают.