dates

Чимин думает о том, что неплохо бы роль няньки учесть в качестве свиданий, ибо так дело не пойдет. Он будет сидеть с этим ненормальным неизвестно сколько, а после еще и ходить на свидания. Так дела не делаются, по мнению Пака, поэтому он озвучивает эту идею Чону, который, и неудивительно вовсе, не согласен с младшим. Одно дело помогать выздороветь скорее, а другое дело — свидания. Именно поэтому Чонгук и не соглашается, но обещает сократить их сделку на пару свиданий. — А теперь принеси мне воды, — жалобно клянчит Чонгук, с "трудом" приподнимаясь. Чимин лишь устало вздыхает и плетется в кухню. На ближайшую неделю он точно застрял в роли домработницы, повара и сиделки в доме Чонгука. Но это лишь вина самого Пака, ибо он "не рассчитал" удар и теперь должен платить за свои поступки. На самом деле Чон тот еще притворщик, и рекомендации врача вкупе с его состоянием — всего лишь ширма. Просто у старшего нестандартные попытки завладеть сердцем альфы, который при любом удобном случае может уложить его на лопатки. Чонгук осушает целый стакан, а после просит младшего остаться под предлогом, что ему нравится, когда кто-то читает вслух. — Ты не инвалид, сам почитаешь, — фыркает Чим, пихая парню книгу в руки. — Вдруг я перенапрягусь, и станет только хуже? — наивно предполагает Чонгук. — Что случится, если ты полчаса подержишь в руках книгу? — недовольно спрашивает Чимин, понимая, что все равно не удастся откосить и придется этому пню еще и читать, будто у альфы других дел нет. — Пожалуйста, — растягивая губы в улыбке, говорит Чонгук и улыбается еще шире, когда альфа садится на край кровати, беря в руки книгу. — Иди сюда, — добавляет Чон, двигаясь к противоположному краю кровати и похлопывая по освободившемуся месту, приглашая младшего прилечь рядом. — Только без рук, ясно?! — ставит условие Чимин, дожидаясь утвердительного кивка головой. Пак устраивается на кровати, косится, когда старший укрывает его одеялом и устраивается на его плече в ожидании начала истории. Чимин открывает книгу и начинает читать. К слову, альфа даже удивлен, что Чонгук читает какую-то романтическую хрень, которая написана, как и многие другие, под копирку: с типичным сюжетом, типичными характерами главных героев и одним и тем же концом — счастливым. В общем, Чимина не особо интересует книга, поэтому он читает ее, словно лекцию, фыркая на замечания Чонгука, который любит слушать историю, а не монотонное бормотание. — Читай с выражением, — делает замечание Чон, поднимая глаза на младшего. — Не нравится — читай сам, — фыркает Пак, прикрывая книгу. — Ты словно лекцию читаешь, — недовольно говорит Чонгук. — Не думал, что ты читаешь подобные сопли, — кривится Чимин, поворачивая голову к старшему. — В твоей библиотеке только подобные книги? — А ты вообще читать умеешь? В школе тебя не учили читать с выражением? — Сейчас твоя бесплатная сиделка просто уйдет, кинув книгу в лицо, — угрожает Чимин, косо взглянув на нахмурившегося Чонгука. — Я вообще не думал, что ты любишь читать. — Считал, что я лишь омежек в постель умею затаскивать? — фыркает Чон, поднимая голову. — Ты совсем плохого обо мне мнения. Я очень хороший парень и не глупый. — Сам себя не похвалишь... — вздыхает Пак, закатывая глаза. — Я устал, — резко заявляет Чон, немного меняясь в лице. — И хочу спать. — Это такой тонкий намек, чтобы я свалил поскорее? — уточняет Чим, но старший не отвечает на вопрос, лишь смотрит, кажется, даже не моргая. Альфе повторять сто раз не надо, и он хорошо умеет читать по лицам. Чонгук не настроен на дальнейшие препирания и хочет остаться один, поэтому Чим безразлично пожимает плечами, кладет книгу на столик и уходит, прикрывая за собой дверь. Чонгук тяжело вздыхает и расслабляется, прикрывая глаза. Почему-то в этот момент его посещают мысли о безысходности и откровенной тупости с его стороны. С чего он взял, что ему удастся изменить мировоззрение Чимина? Почему он так уверен в своих силах? Конечно, он не отступит, попробует добиться поставленной цели, но... Что, если у него не получится? А Пак кусает губы, пялясь в телек. Что-то ему подсказывает, что его сарказму нужно немного поутихнуть. Хотя, с другой стороны, с чего бы? Чимин тут не в парни набивается, а отрабатывает за стажировку, до которой, к слову, всего пару месяцев. А значит, осталось не так много времени, чтобы убедить Чонгука закрепить ее именно за ним.

***

— Стой, — останавливает Чимина Хосок возле аудитории. — Как Чонгук? — Я откуда знаю? Ты его друг, это я должен спрашивать у тебя, — фыркает недовольно Чимин, поправляя лямку рюкзака. — Он не отвечает мне на сообщения с вечера, — объясняет Чон. — Ты вчера видел его, поэтому и спрашиваю. — Что с ним станет? Пару синяков и больная фантазия — от этого еще никто не умирал. — Ты это о чем? — Не бери в голову, — отмахивается Чимин. — Я сейчас иду к нему, — информирует его парень, поднимая глаза. — Идешь? — Да, конечно, — даже немного приободряется Хо, позже обращая внимание на появившегося друга младшего. — Увидимся завтра, Тэ, — прощается Пак с другом, потрепав омегу по голове, отчего тот хмурится и недовольно что-то мычит. — Не будь злюкой, — широко улыбается Чимин. — Чимин, — тихо произносит Хосок, когда Ким отдаляется с каждым шагом от них на все большее расстояние. — Твой друг... У него есть кто-то? — Запал? — ухмыляется альфа, кивая в сторону парня. — Просто спросил, — отмахивается Чон, направляясь к выходу. — Ага, я тоже просто так вожусь с твоим другом, — усмехается Чимин, следуя за старшим. Дорога до дома Чонгука занимает минут двадцать. За это время парни перекидываются лишь парой незначительных фраз. Чимин открывает своими ключами дверь, вызывая у Хо шквал недоумения, и заходит в дом, впуская старшего внутрь. Чонгук как раз спускается по лестнице, слабо улыбаясь на приветствие друга. — Ты куда пропал? — недовольно спрашивает Хосок, пожимая руку друга. — Сделаешь нам чай? — просит Чонгук, глядя на младшего. Пак понимает, что он тут третий лишний, поэтому скрывается в кухне, оставляя друзей наедине. — Что случилось? — с озадаченным видом спрашивает Хо. — Ты был в деканате? — вместо ответа спрашивает Чонгук. — Да, был. Документы оформлены, Чимину нужно лишь принести свои паспортные данные. Характеристика написана твоим отцом и уже передана в китайское агентство, — отвечает Чон, информируя друга о последних новостях. — Эта стажировка очень важна для него, — обреченно произносит Чонгук, опуская глаза. — Проблем не должно возникнуть. — Чонгук, ты решил опустить руки? — Кажется, я поспешил, — усмехается альфа, облокачиваясь на спинку дивана. — Чимин не тот, с кем можно играть в такие игры. — Он ведь тебе нравится. — А что толку, если он со мной только из-за стажировки? Неприятное чувство, когда тот, кто тебе небезразличен, вынуждает себя быть рядом, — вздыхает Чонгук, прикрывая глаза. — Проследи, чтобы все было готово в ближайшие сроки. — Хорошо, — соглашается Хосок. Чонгук прав, абсолютно прав. Нельзя заставить любить кого-то и быть рядом только потому, что так хочется ему одному. Чимин дает понять каждый раз, что не ответит взаимностью никогда, да и друзьями они вряд ли станут. От этого чертовски неприятно. Мысли старшего постоянно занимает Пак, и не думать о нем может только во сне. Каждый раз, каждый день, каждую минуту в голове всплывает имя Пак Чимин и его образ, который Чонгук давно отложил в своем сердце. А Чимин так и остается стоять с подносом в руках, переваривая услышанное. Он не хотел подслушивать, да и не интересовало его то, о чем эти двое собирались разговаривать. Только так получилось, и теперь на душе неприятно скапливается какая-то горечь. Именно в этот момент Пак почему-то задумывается над всем, что происходит. Несколько в другом русле он смотрит на эту ситуацию, на поступки Чонгука и на него самого. Вот только лучше не становится, а неприятных ощущений все больше.