Трудовые будни

Единственное, чем служебный роман отличается от неслужебного, так это тем, что он происходит между коллегами по работе. Бывает также, что один из влюблённых занимает начальственное положение относительно другого. Антон часто думал над этим, когда его начальник, а по совместительству любимый человек, орал на него за просроченные договоры или еще по какому поводу, а после работы наказывал на своем офисном столе, иногда даже ремнем. Все-таки Арсений ставил работу выше отношений и разгильдяйства не терпел. Свои отношения они не скрывали, но особо и не афишировали. Не очень хорошо, когда директор солидного банка и вдруг оказывается голубее всех голубых. Арсений Сергеевич Попов был на хорошем счету у руководства и терять свою должность вместе с репутацией был не настроен. Антон Андреевич Шастун стоял ниже его по чину, и кресло большого босса его интересовало мало. Больше всего его интересовал тот, кто в этом кресле. Он был молод и весел, да и познакомились они год назад на одном из корпоративов. Молодой обаятельный парень привлек мужчину старше его на несколько лет, и с вечеринки они уехали вместе. Через несколько дней Антон перевелся к ним в офис, где их служебный роман успешно продолжается и по сей день. Вроде, ничего необычного. Обычные отношения людей, которые вместе работают, живут и в критических ситуациях ложатся на стол переговоров. Вечер пятницы на то и вечер пятницы, чтоб думать о субботе и отдыхе, но уж никак не о сметах, отчетах и договорах. Антон Шастун, еще в обед забронировав два билета в кино на вечерний сеанс, с огромным волнением ждал того часа, когда он сможет обрадовать этой новостью свое непосредственное начальство. Ведь им не так часто удается куда-нибудь выбраться. Рабочее место Антона располагалось прямо напротив кабинета начальника, и ему было прекрасно видно, когда Арсений заходит, выходит, или кто приходит к нему. Так что, улучив свободную минутку, Антон проскользнул в приоткрытую дверь и замер, наткнувшись глазами на секретаршу. Миловидная девушка тридцати лет служила Попову верой и правдой вот уже несколько лет, была замужем и, кажется, не любила Антона, а, может, это была ревность. А, возможно, она о чем-то догадывалась. Антон часто представлял ее со стаканом у стены и ухом у замочной скважины. — Занят, — отчеканила девушка, едва только Антон открыл рот. — Так он меня и вызывал, Люд, ты что, — тут же нашелся светловолосый парень, опрометью юркнул в дверь и, прислушавшись к недовольному ворчанию с той стороны, усмехнулся и обернулся на мужчину в строгом деловом костюме, сидящем за длинным столом для совещаний. — Я занят и тебя не вызывал, — темноволосый мужчина поднял голову от бумаг и нахмурился, — Антон, что за вид? Шастун притворно вздохнул и с грацией пантеры приблизился к столу: — Ты же знаешь, я не люблю пиджаки. — И туфли ты не любишь, галстук носишь в кармане и по офису в джинсах разгуливаешь, — Арсений вздохнул и устало потер переносицу. — Я могу их снять, хочешь? — томно произнес Антон и, одним движением взобравшись на широкую полированную поверхность стола, изогнулся словно кот. Затем, подобравшись к сидящему, одним движением смахнул все бумаги на пол и лег на спину, встречаясь с уставшими голубыми глазами, которые были совсем близко.  — Шаст, что ты творишь? — Арсений едва заметно усмехнулся, но отказать себе в удовольствии провести большим пальцем правой руки от щеки до шеи лежащего парня не смог. — Соскучился, а тебе нужно расслабиться, — прошептал Антон и одним движением притянул темноволосого мужчину за свисающий галстук к своим губам, для верности приобнимая его за шею. Арсений и не думал никуда сбегать. Он целовал страстно, нежно, сминая губы лежащего на столе парня. Слегка привстал, добираясь до нежной кожи на шее, прикусывая ее и посасывая. Антон застонал, еще больше подставляясь под поцелуи. Мужские руки скользнули под рубашку, опаляя прохладную кожу прикосновениями. — Что ты делаешь со мной? Мне же нужно работать, отчет писать, завтра собрание, — Арсений выдыхает, отрываясь от любимых губ и тут же припадая губами к сексуально выступающему кадыку. — Ты шутишь, — Антон хмурится, в мгновении ока меняя положение. Теперь он на коленях у мужчины, впивается в его шею, — Арс, я хотел… да нахрен все, — Антон закусывает губу, а потом медленно стекает под стол, а дальше Арсений не успевает ничего сообразить - длинные пальцы светловолосого парня ложатся на его пах, звук расстегиваемой молнии, и Арсений выдыхает, не в силах оторвать взгляда от того, что вытворяет светловолосый парень. Горячее дыхание опаляет головку почти вставшего члена, и Попов стонет, вцепившись в ручки офисного кресла. Влажный язык скользит по стволу снизу вверх, облизывает головку, и Арсений, не сдержавшись, сам толкается в приоткрытые губы, заставляя вобрать его целиком. Антон подчиняется этой грубости, возбуждаясь сам. Послушно сосет, помогая себе рукой, и под тихий рык сглатывает солоноватое вязкое семя, получая после полный благодарности поцелуй в припухшие губы. Мужские руки вытаскивают его из-под стола, скользят по спине, сжимают ягодицы. Антон прижимается ближе, чувствуя сквозь ткань рубашки жар крепкого тела. Он плавится от этих поцелуев, забывая обо всем, и в штанах уже слишком тесно, а тело просит большего. Тихий щелчок селектора действует на него как ушат ледяной воды. — Арсений Сергеевич, вы просили напомнить, что в пять совещание, — раздается бесстрастный голос секретарши, и Арсений отстраняется с такой скоростью, что Антон практически падает со стола. Арсений Сергеевич Попов вмиг из страстного любовника трансформировался в директора солидного офиса. Одним движением поправив галстук, взъерошенные волосы и собрав с пола бумаги, подошел к графической доске. Еще возбужденный Антон, закусив губу и понимая, что секс накрылся, едва успевает сесть за стол, скрывая от коллег, уже входивших в кабинет, свой нехилый стояк. Весело однако. — Итак, начнем, рад, что вы все здесь. А это значит, все поймут и ничего не упустят. Наш банк… — Попов говорит что-то еще, возможно, кому-то это интересно, но только не человеку, у которого стоит на своего начальника. И как можно работать в таких условиях? Возбуждение не спадает, а даже совсем наоборот. Арсений говорит о договорах и кредитах, а Шастун вспоминает, как брал Попова буквально позавчера на этом самом столе во всех позах. Низ живота ноет и скручивает в тугой узел. Попов говорит и говорит, и сил, кажется, терпеть все это нет. Арсений замирает, и в образовавшейся тишине слышится звук СМС-сообщения. "Застегни пиджак и не свети задом" — Попов хмурится, бросая на Антона убийственный взгляд, и продолжает совещание. В какой-то момент у него падает мел, которым он что-то чертил на доске, и он за ним нагибается. Шастун прикрывает глаза и пробует считать до десяти. Да он, Арсений, мать его, Сергеевич, кажется, еще издевается. Когда ж вы уже уберетесь отсюда? Нет, его коллеги - очень клевые ребята, но в данную минуту Антон их ненавидел. Вновь звук входящего сообщения, и Арсений бросает взгляд на дисплей телефона, а после на розовощекого Антона, вцепившегося в бутылку с водой. "Прекрати светить задом и не подходи к окну" — гласят следующие несколько смс-сообщения. "Сука, у меня стоит, я тебя сейчас изнасилую при всех". Арсений откашливается и делает шаг к окну, слегка приподнимая пиджак. В образовавшейся тишине слышится тихий стон, и несколько пар голов поворачиваются в сторону светловолосого парня, который уронил голову на сцепленные ладони. — Антон Андреевич, с вами все в порядке, вам плохо? — интересуется Арсений с самым волнительным на свете взглядом. — Извините, мне хорошо, — Антон приподнимает голову, но глаз не поднимает, закусывая губы и вертя в руках бутылку с газировкой. Ему, блин, очень хорошо, прекрасней всех, стояк готов разорвать джинсы, а больше никаких новостей не случилось. — Ну раз все хорошо, то я продолжу. Ни для кого не секрет, что наш филиал расширяется, поэтому работы будет намного больше. Уже сегодня на почту вы получите все необходимые данные, а с завтрашнего дня… — что там будет с завтрашнего дня, Антон не услышал, ясно было одно: выходные накрылись, а с билетами в кино можно попрощаться. На ближайший месяц Арсений будет занят и уйдет с головой в работу. Да здравствует минет в туалете и быстрый секс на рабочем столе между чашкой кофе и совещанием. Вот такие они, трудовые будни. — Антон Андреевич, с вас как всегда мы ждем отчет за этот месяц с итогами, — вот радостная новость - ничего не скажешь. Все выходные псу под хвост. — Само собой, Арсений Сергеевич, — Антон выдавливает из себя улыбку, прожигая взглядом темноволосого мужчину. — Всем спасибо, на сегодня мы закончили, — Арсений, улыбаясь, сел в офисное кресло, давая понять, что сотрудники свободны. Офисный планктон потянулся на выход, и Антон, закусив губу, потянулся за ними. Было обидно, нет, он знал, что для его парня работа превыше всего, но порой было невыносимо. — Антон Андреевич, останьтесь на пару слов, — Шастун замирает на пороге и медленно оборачивается. Что еще Попов хочет ему предложить? Работать сверхурочно или в командировку сослать? Антон прикрывает дверь и вновь оборачивается. — Что еще? Чем обрадуешь? Может, мне на Марс слетать в эти выходные, узнать, как у них там с задолжностями по кредиту, или чем мне заняться, пойти в лес за подснежниками? — Антон распалялся все больше и больше и как-то упустил тот момент, когда Арсений оказался слишком близко и просто притянул его к себе, затыкая его рот поцелуем и своим языком. Антон тихо стонет в поцелуй, обнимая мужчину за шею и зарываясь пальцами в короткие темные волосы на затылке. — Я готов компенсировать твои страдания по утраченным выходным и загубленным планам, — Арсений отстраняется, но его руки скользят по спине и бедрам светловолосого парня, а губы впиваются в шею, и Антон выгибается, плавясь от этих жарких прикосновений. — Неплохо, нужно обсудить, — шепчет Шастун на выдохе, чувствуя, как горячие ладони скользнули под ремень джинсов, сжимая его ягодицы. — Давай обсудим, — Арсений слегка подталкивает его к столу переговоров, одним движением смахивая все лежащие на нем документы. — Работа - не волк, — Попов слегка ухмыляется на немой вопрос Антона и стаскивает с себя галстук, а затем затягивает узел на тонких запястьях светловолосого парня, — Сам говорил, что мне надо расслабиться, - Антон, улыбаясь, прикрывает глаза, чтоб уже в следующий миг сладко стонать и выгибаться. От каждого прикосновения, от каждого поцелуя, движения и толчка. От жара крепкого тела. Ему очень нравилось, когда Арсений Сергеевич Попов был занят…им.