Need a Gangsta

Сильные пальцы проходились по воспалённой коже с лёгким трепетом обожания. Прикрытые глаза, опухшие губы, шея, ключицы - вслед за касаниями следовали поцелуи. Чонгук растворялся в своих желаниях обладать им, лишь на этот миг. Бессовестно трогать его и слушать сдавленные стоны, дразнить эти мурашки, которыми покрывалась кожа Тэхена. Расслабленный, пребывающий в некой абстракции Ким походил на чистое искушение. Сводил с ума все больше, хотя Чон и так сумасшедший. - Почему не я? Почему? - выдыхал, обжигая кожу Кролик. - Ты ведёшься, сука, тебе нравится... Жертва согласна, да, он - сука. Нет, хуже он - конченная шлюха или даже согласен быть блядью, ведь острые ощущения невыносимого возбуждения и прямой опасности, это так... Черт, этого не хватало ему всю жизнь. Тёмные глаза напротив обещали лишь полное уничтожение и пропасть со всеми оттенками темно-красного, а пальцы, губы Чонгука... Они давали надежду на фееричный конец их бесславной игры. - Иногда мне хочется тебя убить, знаешь? - шепчет Чон, обхватывая головку члена Тэхена и скользя по ней большим пальцем. - Задушить этими руками... - Даа... - просит Тэхен. - Или затрахать тебя до смерти, бля, - Чонгук кончиком языка облизывает вокруг плоти. - Потому что ты невозможный! Тебя можно только до безумия любить или страстно ненавидеть. Меня кроет от обоих чувств... Чонгук припадает губами, жадно, будто отнимут, всасывает и гладит языком, толкает глубже в рот и кайфует будто ничего вкуснее не было. Но он думает именно так. Тэхен воплощение ада, и его вкус так фатален, Чон не привык. Чонгуку - мало. Рука сжимает бедро и тянется дальше, хватая мертвой хваткой мягкий зад, приближая тело Тэхена к себе ближе. - Чонгук, нет, подожди, - собрав остатки воли, Тэхен мотает головой, собираясь с мыслями. - Все не должно быть так. Чону больно, но его не остановить. Его мечта всей жизни, его "хозяин" перед ним, такой откровенно доступный и возбуждённый. Его не смогла бы остановить и пуля в висок - он уверен. - Дыши глубже и не сопротивляйся, - отвечает Чонгук, игнорируя, как тело перед ним дёргается, пытаясь вырваться. - Твоё нет - лишь заводит больше... И Тэхен точно знал это прежде. *** С блеском окончив университет, получив мировую славу и запатентовав уникальное лекарство, Тэхен мнил себя королём вселенной. А как иначе, если ты - олицетворение успеха и денег. И при этом - в двадцать три года. Уже пару лет прошло, когда он в последний раз видел своего Кролика, ему было не до этого. Хотя в глубине души он ждал весточку какую-нибудь, да и порой скучал по их полуночных беседах. Но как говорят люди: плохие новости разносятся быстрее всех. Значит, с Чонгуком все в порядке. Накануне вручения Тэхену Нобелевской премии, как самому молодому лауреату, отец позвал его на серьёзный разговор. - Ты знаешь, что мы всегда снисходительно относились к твоим сексуальным прихотям и партнерам, - начал тот, заставляя сына округлить глаза от такой темы. - Оргии, дикий мальчонка в подвале, твоя неприкрытая гомосексуальность. Пока это не вредит бизнесу, честно, было пофиг. - Оу, а сейчас? - даже идиот бы понял, что все не спроста. - Тогда сразу к главному? - Тэхен кивнул на вопрос отца. - Сохен, 20 лет, наследница сети частных больниц по всему миру с мировым именем. Свадьба через три месяца. Ок? - Ок. Если все было решено заранее, то чего было сопротивляться и биться в истерике? Если юному гению далеко плевать, кто станет его официальным партнёром. Он мыслил более широкими категориями и "болел" идеями и славой. Тэхен влюблён в бизнес и науку, но сердце его бьется ровно. Как часы: тик-так. Девушка оказалась милой, миниатюрной, с красивыми кукольными глазками и покладистым нравом. - Слышал, она девственница, лол, - подколол его Намджун, стоя рядом у свадебного алтаря. - Упаси Боже от девственниц и ханжей! Джун даже перекрестился. Святотатство в божьем храме. Тэхен оценил и чуть в голос не заржал. - Ты идиот, ага, - ответил шёпотом Ким, не отрывая взгляда от помпезного вида невесты. - Главный плюс: не заразит ничем, не нагуляла проблем. Ага. Хихикая над собственной шуткой, Тэхен решает обвести глазами всю собравшуюся толпу "важных" людей, приехавших на такое значимое для экономики страны мероприятие. Бессрочный контакт на слияние двух крупнейших компаний в сфере медицины - вот так, а не свадьба двух любящих сердец. Вдруг внутри что-то ухнуло и с тихим звуком упало. Тёмные глаза в углу церкви смотрели прямо на него. Безжизненные, с затаённой обидой, убитые напрочь, злые. Такой невероятный коктейль из эмоций исходил от неожиданного гостя, что смотрел из-под спадающей чёрной чёлки. В чёрном дорогом костюме с чёрной атласной рубашкой. Чонгук повзрослел. Тэхен усмехнулся: и выглядит шикарнее невесты. Сделка состоялась, гости поднимали бокалы и несли всякую чушь с пожеланиями того, чего не будет. Чон так и не подошёл не поздравил, даже не кивнул издалека. Тёмной тучей он простоял всю официальную часть. Его сердце кровоточило, в глаза будто вставляли острые иголки: видеть ЕГО с другой. Их свадьба - конец всему. Может Тэхен влюблён? Может Чон никогда для него ничего не значил? Может его воздушные замки - это гнилая тюрьма с крысами? Как же невыносимо видеть чужое счастье, когда оно должно было быть твоим. Как хотелось орать и выть диким зверем, чтобы выпустить наружу агонию души. Она не заслужила быть на этом месте, она не может быть для всего мира той единственной рядом с Тэхеном. Поэтому жёсткий захват запястий, пару ударов об стену и разорванное платье, кляп ткани во рту и тёплая кровь по ногам. Так противно Чонгуку ещё никогда не было: насиловать, даже трахать женщин было ниже его достоинства, но эта тварь... посягнула на его сокровище. Пусть получает расплату и уничтоженную сущность до конца жизни. Вряд ли брезгливое и мерзкое лицо насильника вкупе с застывшим в углу ванной комнаты мужем могло бы хоть когда-нибудь помочь ей пережить все это. Даже не закончив, Чонгук бросил ее на пол и измазав девственной кровью щеку Тэхена, ушёл, кинув напоследок: "До скорой встречи". В тот день Ким по-настоящему понял, что вряд ли в игре с монстром он возьмёт верх. Если не сменит тактику, конечно. *** - Убери свои руки, - Тэхен попробовал стряхнуть с себя пальцы, что сводили его потихоньку с ума. Они так собственнически впивались в его кожу, впиваясь в неё, проводя глубоко, оставляя белесые борозды. Царапал будто до души. Проклятый кролик. - Ты как... Тёмное пятно на моей жизни, понимаешь? - собрав последний кислород и остатки разума, бьет Тэхен. - Темное и ненужное. Зачем ты уничтожаешь мой Мир? Чонгук болезненно рассмеялся. Вымученный, диковатый смех. - Мир? Твой? Я вне этого мира, тут мне места нет, - опустив лицо к лодыжке жертвы, он медленно вёл губами по коже, шепча. - Это я ещё понял в детстве. Такие как я, не для нормальных красивых историй... Не для таких, как ты... Но ты чувствуешь, я вижу, что ты хочешь... - он прикусил кожу под коленкой, поднимаясь все выше. - Ты хочешь стать сумасшедшим... Вместе... Тэхена будто били тысячи шоковых зарядов, ежесекундная реанимация сердца, полная встряска тела. Что делает с ними его маленький наивный Кролик... Черт, каждый раз пальцы, язык попадают по самым чувствительным точкам, он бы сдох от передоза, но слишком сильно желает большего. - Посмотри на меня, - Чонгук поднимается на уровень глаз, смотрит жадно на губы Тэхена, прожигает насквозь. - Хочешь... Я убью всех, уничтожу твой Мир, сотру в порошок все, что тебя останавливает... Этот убивающий жарким холодом голос с нотками стали вёл его, подвергая наркотической зависимости. Тэхен должен быть сильнее, должен держаться. - Хочется тебя разорвать на мелкие кусочки, собрать заново и лелеить, согревать, - Чонгук уже задыхается, упиваясь запахом Тэхена, собирая его по влажной шее. - Подчинить и подчиниться... Боже, Тэхен. Жертва ловит его губы, кусает и словно в беспамятстве отдаётся порыву, тянется и льнется. Ему нужен Чон. - Возьми меня, пожалуйста, - просит он. Чонгук срывается, он так ждал. Молил небеса и тут же сыпал проклятиями. Мигом разрезав верёвки, он подхватывает на руки Тэхена, который так и жмётся ближе, целует как в последний раз, как перед смертью. Рвёт чёрные волосы на затылке и рвано стонет, безумно что-то просит и целует-целует. - Вставай на стол, - Чонгук опускает Кима и тянется к ящику за смазкой. - Ты же хочешь, чтобы я тебя трахнул, да, Хозяин? Тэхен расставляет пошире ноги, прогибаясь в пояснице, раскрываясь Чону. Пальцы в холодной смазке касаются его, и он вздрагивает, меняя решение. - Нет, не так, не надо, - бормочет бессвязно Ким. - На сухо. Хочу чувствовать только тебя... - Но боль, - это было бы идеально доставить часть боли, что чувствовал Чонгук всегда. - Но ты же хочешь, чтобы я кричал, - и хитро усмехается. За звуком ширинки следует громкий шлепок по оголенной ягодице Кима, а затем пульсирующий горячий орган приятно касается входа. В нетерпении Тэхен сам немного насаживается, лишь на головку, выдавая лёгкий выдох. Даже ожидая боль, Тэхену трудно принять в себя внушительный размер, но это заводит. Бросает вызов самому себе. Чон двигается медленно, заставляя задержать дыхание, лишь застыть в немом крике. Ногти впиваются в собственные же ладони, Киму невыносимо и невероятно одновременно. Слишком много Чонгука и слишком головокружительно. - Ты потрясающий, - ускоряя движения, бормочет Чонгук. Тэхен низким голосом стонет, от каждого глубокого толчка внутри будто ломаются все кости, выворачиваются вены. Он теряется в ощущениях, будто оргазм за оргазмом накрывают его. Пока в бессилии он не валится на стол животом, пачкаясь в липкой жидкости. Чон ещё пару раз входит и делает шаг назад. Надевает штаны. Разворачивается. Уходит. Тэхен готов завыть. Это нечестно. Ему по крайней мере нужен поцелуй после такого... Или хотя бы лёгкие объятия. Маленькая сволочь. Под окнами жилого дома, где они находились все это время, стояла машина Тэхена. Предусмотрительно и заботливо. - И в чем проблема была после приласкать, а? - и со злостью хлопает дверью, садясь внутрь. *** Чонгук ушёл. Скорее, сбежал. Теперь настала его очередь быть в смятении. Его перемалывало внутри. Тэхен отдался ему, хрипел имя своего Кролика, пока растекался в удовольствии. Это крыло нещадно. Чон мечтал о таком столько лет. А сейчас... Испугался самого себя. Вдруг он снова сделает что-то не так. Испортит все. Перед глазами стоит тот ужасающий случай, когда в пятнадцать лет Чонгук уговорил Кима отправится в небольшой поход в гору, подышать свежим воздухом, насладиться закатом, побыть только вдвоём. И вот когда они уже были почти на вершине, Тэхен упал в обморок. Его лицо горело, а, прикоснувшись рукой, Чон понял, что у того страшный жар. Это так сильно напугало парня, что от растерянности он застыл и готов был жалко заорать во всю глотку. Киму было плохо, но что с ним - Чон не знал. Подхватив его на руки, он помчался вниз, сбивая ноги об камни, задыхаясь от нехватки воздуха. Грудь болезненно сдавливалась от тяжести, от отчаянного бега. Он должен его спасти, помочь. Лишь бы хватило времени. Лишь бы успеть. - Ааа, так больно, - через минут десять Тэхен пришёл в себя и начал кричать, рукой прижимая живот. - Так больно! - Тише-тише, потерпи чуть-чуть уже скоро, - шептал Чонгук, сдерживая накатывающую панику. На дороге получилось поймать машину и мольбами уговорить отвезти в ближайшую больницу. Тряслись руки, когда их заливали слезы Тэхена. Тот цеплялся пальцами за его куртку, прося помочь, хоть как-нибудь. Но Чонгук был бесполезен, слаб. Он мог лишь искусывать свои губы в кровь и гладить мечущуюся голову Кима, успокаивая. В приёмной его тут же увезли на осмотр, а дальше на операцию. - Воспалившийся аппендицит, - констатировал врач. - Ещё бы пару минут и было бы сложнее все исправить. Вы его семья? И, черт побери, Чонгук так хотел ответить "да" и быть полностью ответственным за Тэхена, но смог лишь помотать головой. Тогда впервые отец Кима дал ему пощёчину. Молча и без объяснений. И ушёл. Те страшные минуты своей жизни Чон не хотел бы прочувствовать снова. Не хотел потерять Хозяина. *** Разбираясь со своими делами в кабинете, Чон старался не думать об опухших сладких губах и низких стонах Тэхена, но это было невозможно. Все существование Кима было вокруг него, в нем. Откинувшись на спинку стула, он закрыл глаза, вновь и вновь вспоминая их жаркий секс и поцелуи. Его прервал звонок телефона. - Босс, простите, что отвлекаю, - раздалось на том конце трубки. - Посмотрите почту. Вы должны это увидеть. Скинув трубку, Чон залез в свой gmail и увидел фото. На них Тэхен вис на плече высокого парня в капюшоне, пока они оба входили. В мотель. - Твою мать, - и новенький айфон вдребезги разбился о стену. Только вчера... Вчера Ким был его, отдавался ему, а сегодня уже с другим?! Так быстро, так просто все смог забыть? Не думать о своём Кролике? Как же снова захотелось разбить, разрушить, стереть в пыль все и желательно убить все население города, не меньше. Злость, непонимание, глубокая обида. Чонгук открылся, поднёс своё чёрное сердце и душу на блюдечке, а его... Выкинули и попинали на прощанье. Нет, Тэхен либо его, либо ничей. Лучше он всадит нож в сердце и себе, и ему, но не позволит вновь трогать самое дорогое в его жизни... Его смысл, цель. Его порочного идола и неверного Хозяина. Педаль в пол и бешеный стук сердца. В кармане любимый острый охотничий нож, и холод во взгляде. В таком состоянии Чон готов безжалостно убивать, снисходя до особой жестокости. Перед дверью комнаты он вздохнул поглубже и сжал рукоять, не вытаскивая из пальто. С ноги вышиб дверь. У открытого окна стоял высокий парень, спиной к нему и курил. Но на шум тот обернулся. - Пришёл, - устало сплюнув в окно и затушив сигарету, Намджун подошёл к двери. - В последний раз соглашаюсь на такую хрень, Тэ. - Не бузи, - передразнил выражение лица друга Тэхен, сидя на краю кровати. - Кстати, остров твой. - Ништяк, - и выходя, Джун наклонился к уху Чонгука, прошептав. -Чао, белла. - Не боишься остаться без члена? - спокойно парировал Чон. - На острове-то? Неа, адьос голубки! Когда в комнате остались лишь двое, Тэхен медленно сполз с кровати и подошёл, приобнимая за шею. - Это... - не нашёлся, что сказать Чонгук, стараясь переварить увиденное. - Это месть, Чонгукки, - загадочно улыбнулся Тэхен, облизывая губы. - И, кстати, наконец-то очко в мою пользу. Я впервые тебя провёл. И, развязав узел пояса, Тэхен скинул халат на пол. - Ооо, - выдавил Чон, оглядывая открывшейся вид. Тело Кима было перетянуто изящными чёрными ремешками, которые пересекали грудь, торс, руки, спускались на поясницу и подтянутую задницу, обхватывали бёдра. От невероятной картины перехватило дыхание. Тэхен - произведение искусства. Нет. Тэхен - его произведение искусства. *** Они были вместе, порой тайком, порой шокируя изысканную публику. Вместе творили беспредел и прогибали политику, экономику под себя. Развлекались, горели друг другом и своими опасными делами. Но тот, кто ярко горит, не живет долго и счастливо. Перейдя не ту дорожку, ввязавшись в опасное болото, они потерялись. Их холодные тела нашли в реке Хан спустя недели после пропажи. И даже в смерти они были рядом.