Лунный камень, или трилогия о любви. Книга 2.

Рон лежал на холодном полу, не имея возможности пошевелиться. Слеза одна за другой стекали с его щек. Снейп, скрипя зубами от злости, вслух решал, как лучше расправиться с Уизли. Гермиона, плача, склонилась над ним и умоляла простить за то, что не рассказала всего этого раньше. Потом она извинялась перед Снейпом за поведение своего непутёвого, но такого храброго друга. Профессор, увидев слезы на ее лице, перестал злиться и прижал Гермиону к себе. А ей было, по-видимому, очень хорошо в теплых объятиях зельевара. Потом с Рона сняли парализующее заклятие, но он так и остался лежать недвижимостью на каменном полу. Гриффиндорец просто не мог поверить в реальность всего происходящего. Их Гермиона, ярая гриффиндорка, занималась сексом со Снейпом! И притом получала от этого удовольствие! А сейчас, не жалея чувств своего друга, обнималась с Ужасом Подземелий! Рон не хотел больше кричать или плакать. Не хотел убивать Снейпа или орать на Гермиону. Он хотел закрыть глаза и понять, что все это — просто страшный сон, а скоро он проснется, и пойдет вместе с Гарри и Гермионой на завтрак в Большой зал. Рон не мог принять такую жестокую реальность. В голове стучало, как в ту ночь, когда умер Фред: «Так не бывает, не бывает». Не бывает, чтобы близкие умирали, не дожив до зрелости. Не бывает, чтобы любимые предавали. Не бывает, не бывает, не бывает! Это обман! Чей-то глупый розыгрыш. Вот сейчас из-за угла выпрыгнут Фред с Джорджем, и они все вместе посмеются над их веселой шуткой. А Рон будет недоумевать, как он мог быть таким балбесом и повестить на это. Рон хотел весело рассмеяться, но, когда увидел, с какой нежностью Снейп прижимал к себе Гермиону и с какой любовью она смотрела на зельевара, когда что-то ему говорила, мир перевернулся в его голове. Всё поплыло перед глазами, а потом мир провалился в темноту.