Пролог. Порок 1. Алкоголь
20 мая 2017 г., 23:21
Тишина мрачного подъезда содрогалась от голосов, шорохов и шагов. Артур тянулся к Денису непослушными руками, страстно желая потрогать его. Коснуться пиджака кончиками пальцев… Но тот с отвращением уворачивался от любых прикосновений и иногда задерживал дыхание, чтобы не ощущать гадкий запах алкоголя. То и дело с губ Дениса срывались тихие ругательства, на которые поглощённый пьяной похотью Артур совсем не обращал внимания, продолжая хвататься за ворот его рубашки.
— Как мне надоело таскать тебя после пьянок… — шипел сквозь зубы Денис. — Успокойся ты! Сейчас соседи увидят… Хватит! — он старался говорить тихо, но шёпот всё равно, отражаясь от стен, отдавался гулким эхом. В его немного хриплом, низком голосе слышалась мольба.
И без того Дениса одолевала усталость. Его терзало лишь одно желание: бросить Артура, отплатив таким образом за боль, что он причинил когда-то в прошлом, и наконец поехать домой. Но Денис продолжал смотреть измученным взглядом на пьяного Артура, оттягивая от себя его цепкие руки. Гадкое спокойствие. И странное гложущее чувство ответственности, не позволяющее уйти. Болезненные отношения, обжигающие чувства — всё это стало до безысходности привычно Денису, смешивалось в сердце, превращаясь в однородную массу.
Когда Денис очередной раз одернул руки Артура, тот случайно оступился и весь разом обмяк. Его отяжелевшая от выпивки голова неестественно болталась, словно отдельно от тела. Он, как тряпичная кукла, упал лицом на грудь Дениса и, цепляясь за его одежду, неуклюже выпятил зад. Если бы не крепкая опора, то он точно упал бы, не выдержав давления гравитации Земли на свою пьяную голову.
— Ну, Дениф… Фкажи… — простонал он Денису в рубашку.
Его шатало из стороны в сторону. Ни тело, ни язык не слушались, слова выходили совершенно непонятными и никак не хотели складываться в предложения. Артур жутко злился на свою неразборчивую речь и что-то недовольно мычал.
— Что «Денис»?! — голос был строг, а в холодном взгляде серых глаз мелькнуло раздражение. — Надо же так нажраться!
В ответ Артур лишь сердито пробормотал Денису в грудь невнятные слова, а после резко замолчал, будто кто-то нажал невидимую кнопку отключения в его голове. Подъезд погрузился в приятное молчание. И только облегченный вздох Дениса снова нарушил эту тишину.
***
Дверь открыла молодая девушка со спутанными тёмными волосами. На вид ей можно было дать лет шестнадцать: круглое смуглое лицо с припухлостью, похожей на подростковую; прямой острый нос и тонкие бледно-розовые губы. Только еле заметная морщинка, рассекающая вдоль узкий лоб, и усталый взгляд, выдавали, что возраст её довольно давно перевалил за восемнадцать. Щурясь от тусклого, но всё же непривычного света лестничной клетки, она смотрела на поздних гостей, пытаясь понять, кто же заставил её подняться с постели своим бесцеремонным звонком в дверь. Узнав, кто стоит перед ней, она со скучающей миной посмотрела на Артура как на что-то неприятное, но, тем не менее, обыденное. Хотела было что-нибудь сказать, начать ругаться или просто возмутиться — так поступила бы почти каждая женщина, — но вместо этого нарочито промолчала. Она перевела свой взгляд на Дениса, под которым тот вдруг неуверенно замялся, как мальчишка; вымученно вздохнула и, поёжившись, неловко одёрнула короткий махровый халатик. Когда девушка недовольно скрестила руки на груди, Денису стало до мурашек неловко, словно он в чём-то провинился и ждал, что его будут ругать. Только его! Словно это он пьяный заявился к девушке в дом. Денис глупо улыбался и смотрел ей через плечо, потому что он провалился бы сквозь землю, если бы их взгляды случайно встретились. — Куда его, Соф? — спросил он и встряхнул Артура, который бездыханно висел у него на плече. На самом деле, тот просто пребывал в пьяной дрёме. Софья неприязненно скривила губы и отдала немой приказ, кивнув головой в сторону небольшой гостиной, где уже горел свет. Она внимательно следила за Денисом, который, скинув сонного Артура на диван, скрипнувший под тяжестью тела, аккуратно раздевал его, а одежду складывал в ровную стопочку рядом с собой на полу. Иногда сурово цыкал, когда пьяный начинал изворачиваться как новорожденный. Порой Денис и вовсе спокойно улыбался, будто это его обыкновенная и даже любимая работа. Но радовался он особому времени, когда Артур, выпив лишнего, из буйного состояния переходит в лёгкую дрёму и любой его порыв становится очень просто угомонить. Денис, заметив вдумчивый взгляд Софы, смутился, хотя и не подал виду, и горделиво выпрямился, широко расправив плечи. Отдал Софье сложенную одежду и накрыл раздетого до нижнего белья Артура одеялом, взамен, как обычно, получив благодарную улыбку. Большей платы он и не просил. Денис всегда старался помогать людям из близкого окружения, чем и заслужил признательное доверие Софьи — стал другом семьи. Но, пусть он умел красиво говорить и легко располагать к себе людей, Софе он казался лицемерно-неприятным и иногда даже до дрожи жутким. — Может, помочь ещё с чем? — услужливо предложил Денис и, зачесав рукой на одну сторону растрепавшиеся светлые волосы, улыбнулся, словно по слышимой лишь ему команде. И от этой улыбки и без того заметные морщины у глаз образовали складку. Он никогда не был смазлив из-за тяжёлого строения: излишняя суровость широкого, не всегда гладко выбритого лица; глаза с поволокой, горбинка на носу. И в свои гордые двадцать семь лет ему вполне можно было дать тридцать с небольшим. Софья, над чем-то крепко задумавшись, покачала головой в ответ, на что Денис пожал плечами и уже собрался уходить. — Не хочешь чаю? Или перекусить чего? — опомнилась Софа, ухватившись за рукав его пиджака, когда тот уже стоял на пороге. — Не, не стоит! Поздно уже, а мне домой ещё ехать. — Ты на машине? Может, останешься на ночь? — Да ну, доеду, — Денис махнул рукой. — Не буду мешать, у тебя и так вон… — он неловко усмехнулся и кивнул в сторону комнаты, где сопел Артур, иногда тихо ругаясь на кого-то во сне. — Ладно… Спасибо, Денис. — Разве я не должен перед тобой извиниться? — он широко улыбнулся и подмигнул. — Ладно, бывай… Спокойной ночи! Софья, в отличие от большинства, никак не могла поверить дружелюбию Дениса. Её поражали и немного пугали непроницаемое лицо, больше похожее на маску с холодными стекляшками вместо глаз, и отрепетированная радостная улыбка, которую невозможно было прочитать. Никто не мог с уверенностью сказать, что в действительности скрывалось за этим чересчур хорошим образом. Наверное, только Артур — хороший друг Дениса со студенчества — видел и знал чуть больше остальных, почти сразу завладел доверием столь беспристрастного человека, но никогда им не пользовался, а воспринимал как должное.
