Вавилонская рыба

Никогда бы не подумал, что буду удирать. Да ещё и так быстро! Надо отдать должное – тварь, что мне попалась, была просто шедевром биологического оружия. Таких мощных я ещё не встречал. Двигалась тварь очень быстро и стреляла какими-то костяными шипами. Причём на огромной скорости. Я перекатился и атаковал её в ответ излучателем частиц в перчатке, но он только поранил вражину, которая догоняла. Вот уж не свезло так не свезло. Враг выстрелил в меня десяток своих костяных игл, которые, к счастью, остановил кинетический щит – без него было бы совсем тухло. Тварь была похожа на насекомое с хвстом змеи-мутанта, трёх метров в высоту, в длинну все десять, череп размером с большую собаку, зубищи острые, всё тело закрыто пластинами брони. Что ж, нужно придумать план, как противостоять такому. Я вытащил из своего арсенала пулемёт «Каин», и послал во врага очередь из снарядов, разогнанных до огромных скоростей. Тварь это ненадолго задержало – хотя снаряды Каина и не пробили броню! Вот это да. Вот это я хочу себе такого питомца. А лучше двух! – Есть идеи? – спросил у своего незаменимого помощника. – Идеи? – Арес был настроен скептически, – живи быстро, умри молодым. Всё оружие бесполезно, осталось только атаковать с воздуха. Забей на заметность, иначе станешь обедом. – Или ужином, – я взлетел в воздух, используя возможности брони. В воздухе моя маневренность похуже, чем на земле, но зато скорость повыше. Только бы эта тварь не умела летать! Мне повезло – рождённый ползать летать не может. Тварь клацнула зубами и вновь выстрелила в меня костяными шипами, отбросившими меня на десяток метров. Так, нужно срочно, быстро что-то придумать. Мощное оружие, способное завалить этого урода. Осталась только Сила. Высвободив свой меч, я рухнул на своего визави, он открыл пасть, ожидая еду. Но не тут то было, вместо меня в пасть влетел снаряд из Энергии, которая оказавшись внутри врага, взорвалась. Тварь громко чавкнула, изо рта повалил дым, а хвост вообще задёргался в конвульсиях. – Прожарил уродца, – прокомментировал Арес, – достань мне образцы ДНК, нужно провести исследования. Только будь осторожен, не принеси на броне какую-нибудь гадость. – Активируй чистку, а там будем посмотреть. Туша у этого монстра была та ещё. Я начал препарацию, хотя с образцами ДНК дела обстояли сложно – снаряд Силы выжег монстра изнутри, оставив только внешний панцирь. Креветка-мутант сдохла и оставила мне только кости. Печальный исход. Кстати, был я среди пустыни. Скалистая такая пустыня, с редкими растениями, глинисто-каменистой землёй, прямо как на марсе. Хорошо, что на мне была моя самая новая и совершенная броня. Мощный реактор на основе испаряющейся микродыры давал запредельное количество энергии. Это делало меня практически неуязвимым – двадцать экзоватт электричества, превращённые в щиты… Броня меня спасла от нескольких выстрелов этой странной твари. Посмотрев наверх, увидел два солнца – мир этот вращался вокруг парных звёзд по сильно вытянутой орбите, которая напоминала внешний контур цифры «8». Поэтому лето тут было два раза в году, когда планета переходила от орбиты одной звезды к орбите другой. Две недели огненного ада, после которого наступал долгий период относительно нормального существования. Я взял с собой на исследовательскую миссию всё, что только смог создать. Всё самое передовое и совершенное, но никак не ожидал, что этого не хватит. Хотя в тайне и побаивался. Вот только другая или не другая галактика, а камни бесконечности то у меня, и мощь, которую они дают, позволила мне выжить. Эта история началась в двадцать третьем веке, когда на перенаселённой земле вспыхнула масштабная война. Власть захватила группировка под названием Лига Объединённых Держав, которая по результатам гигантского мятежа поняла, что земляне переплодились. Их стало так много, что прокормить всех нереально. По сути, весь мир столкнулся с теми же проблемами, что и китайцы ранее, вот только терпеть такое положение дел не захотел никто, и началось. Чистки, аресты, уничтожение генетически неполноценных – носителей наследственных заболеваний и тех, кто склонен к преступности. Тогда же они открыли для себя гипердвигатели, которые решили использовать для экспансии в дальний космос. Вот только больше никуда им не попасть было – всюду давали по морде, ибо проблем люди приносили много. Терраны, по крайней мере, мы, Марсиане, никакого перенаселения не ведали, жили в мирном и процветающем зелёном мире, и строили свой космический флот для защиты от окружения терранскими колониями. Всё-таки терране наседали на Марс трижды, и трижды сталкивались с противодействием. Забыли, уроды, кто их вывел в космос! Они отправили сорок тысяч колонистов на двадцати кораблях в дальний космос, за пределами исследованных ими зон. Вот только тут всё пошло не по плану. Все колонисты были отобраны из «неполноценных». А значит, помимо склонности к насилию, имели и склонность к неординарности, таланты. В результате саботажа только три корабля выжили, да и улетели они в далёкую-далёкую галактику. Приземлившиеся колониальные корабли основали три колонии – Тарсонис, Мория и Умоджа. К сожалению, большего мне пока узнать не удалось, поэтому, когда ситуация в земном секторе стала более-менее стабильной и надёжной, я собрал свои корабли и полетел в другую галактику. Лететь было далеко, перелёт занял целый год, и это с нашими то космическими кораблями. Это вам не между двух планеток прыгнуть, это ого-го какие расстояния. По прилёту я запустил зонды-разведчики, с целью выяснить, что тут происходит. И обнаружил, что в общем-то ничего необычного не случилось. Три колонии образовали собственное государство, пережили нападение инопланетян и более-менее наладили быт. Хотя по уровню технологий они ушли недалеко. Вернувшись в лабораторию флагмана, я снял броню и остался в одном нижнем слое брони, облегчённо выдохнул: – И как они вообще живут с такими пришельцами? – Никак, – ответил Арес, – посмотри на этих несчастных. В лаборатории на столах лежали образцы, собранные на планете. Это были тела погибших несколько лет назад воинов. За годы пребывания в броне, да ещё и в огненном климате планеты, они уже мумифицировались, но вот броня – сохранилась. Над каждым образцом парили роботы-зонды, которые разбирали её, осматривали особенности строения и составляли образчики. – Что-то узнал про киберброньку? – Судя по всему, это потомок тяжёлой штурмовой экзоброни ВД-6, состоявшей на вооружении российской армии триста лет назад. Основной источник питания – реактор холодного синтеза. Броня представляет собой мощный скафандр, внешний бронеслой выполнен из материала, похожего на оригинальную суперсталь, но с некоторыми отклонениями в составе и процессе производства. – Хорошо. Общее заключение есть? – Есть. Технологии терран сектора Копрулу основаны на их прототипах до вылета с земли. На колониальных кораблях было некоторое оборудование и снаряжение. Военные корабли, техника, компьютеры, системы, довольно далеко ушли за эти годы, но существенно отстают от нашего уровня технологий. Есть и то, что разработано под влиянием технологий и веяний других цивилизаций, поэтому расхождения значительны. – Ладно, – я прищурился, – я хочу узнать, что за цивилизация здесь нас ждёт? И какое мы занимаем положение в ней. – Относительно политики – отдельный отчёт, – ответила Доктор, – относительно вооружения – нас ждут терраны. Они используют бронированных далёких потомков скафандров колонистов – РСБМ-600, которые в свою очередь основывались на броне ВД-6. Оружие терран – это электромагнитные винтовки, пушки, стреляющие вольфрамовыми снарядами, ракеты, начинка преимущественно из неодетонита. Военная техника существенно уступает в живучести и особенно энерговооружённости нашей – у них нет энергетических щитов и барьеров, но зато благодаря микросборщикам они делают по-настоящему массовую технику. Просканированные образцы позволяют предположить, что нам не стоит расслабляться – наша М-материя и энергетические щиты с активной подпиткой позволяют выдерживать огонь терранов или зергов. Про технологии протоссов ничего сказать не могу – не встречала. – Хорошо, – я встал и подойдя к скафандру, лежащему на столе, потрогал его. Скафандр был прокушен насквозь зергом, который, судя по всему, подобрался близко и использовал кислоту, – обойдёмся без отчёта. Ты сможешь наладить на нашем производстве аналогичные скафандры? – Вы меня обижаете, – чуть обиженно ответила доктор, – эти скафандры мы могли делать триста лет назад. Сейчас нет нужды в столь толстых и больших. – Наш враг – тоже не маленький, – я покачал головой, – Зерги лёгкого противника просто завалят одним ударом. Тут нужно мастерство, а тяжёлая броня сама по себе оружие. – В таком случае, я бы предложила не выдумывать ничего нового. Все эти три сотни лет мы разрабатывали новое оружие, технику, броню, просто используем их с минимальными доработками. Правда, придётся пересмотреть нашу тактику в сторону более широкого использования тяжёлой техники и плазмомётчиков. * * * * На этот раз я подготовился куда лучше к экспедиции на планету. Взял командирского меха, огромная тяжёлая машина, по огневым возможностям не уступает ударному кораблю. Ракеты, плазма, бластеры… И всё это пришлось использовать практически сразу же. Пока я готовил группу для новой вылазки, планету начали заражать и захватывать зерги. Очень быстро захватывать – тридцать колониальных посёлков были уничтожены, враг двигался от окраин к крупному городу на Мар-Саре. Поэтому я, схватив в охапку боевую группу из двух дюжин тяжёлых мехов «Дедал», сел в своего, который в полтора раза больше и мощнее Дедала, и выпрыгнул из ангара. Десантировались мехи старым дедовским способом – прыгаем, корректируем, тормозим двигателями и приземляемся прямо с орбиты. Дедалы, под управлением Ареса, прыгнули следом. Мы падали долго, и чем ближе была Мар-Сара, тем понятнее становилось, в какую задницу попали местные колонисты. Зерги наступали просто чудовищно, их было невероятно много. Но одна группка, под названием «Рейдеры Рейнора» сопротивлялась и зергам, и доминиону. Я опускался над полем боя, довольно быстро. Сверху, перейдя из режима управляемого падения в неуправляемый полёт, открыл огонь из ракетомётов по позициям зергов. Десятки ракет из заплечных блоков НАР вылетели и накрыли порядочную такую площадь. Дедалы сделали то же самое, после чего я, увидев осаждённый бункер, приземлился поближе к нему и открыл по зергам ураганный огонь. В прямом смысле слова – с собой взял тяжёлый плазмомёт и переключил его в режим огнемёта. Мех приземлился, содрав часть асфальта с дороги и дальше я уже впал в боевой режим и палил изо всех сил и из всех орудий. Арес с помощью дедалов долбил по зергам на большой дистанции, а я – врубился в бой. Что такое колониальный посёлок? Небольшой посёлок, преимущественно из зданий в один-два этажа, с двориками, можно сказать – идиллия. Если бы не одно но – зерги. Зерги заполонили всё, передвигаясь под землёй они не только перерыли всю землю в посёлке, но и убили практически всё население. Здания, которые заразил вирус зергов – становились их оплотом. Несчастные люди, попавшие под атаку, становились зергозомбями. Я жёг их до тла, струя белого пламени сжигала всё на своём пути – землю, камень, металл, и уж тем более – зергов и инфицированных. – Шеф, нам нужно отступать, – когда я уже выжег почти весь посёлок, Арес дал о себе знать, – сюда движется новая стая зергов. Мы должны отступить. – Хорошо, – я развернулся и заметив трёх тварей, что выскочили из-за угла, шмальнул огнём. Твари, попавшие под огонь с омерзительным визгом и поднимая облачка чёрного дыма, сгорали, – оставь тут Дедалов. Мы должны провести стресс-тест нашей техники. Когда здесь добьёшь всех – отправь дедалов на скопления зергов. Я хочу посмотреть, что будет, если столкнуть дедала и численно превосходящих зергов. – Есть. Оглядел панораму. Нда, красиво поработал – от посёлка остались только пятно чёрной, выжженной земли. Четыре исполинских машины с крайне мощным и разнообразным вооружением только сейчас всерьёз начали стрелять. До этого они палили редко и метко, выбивая наиболее опасных зергов, оставляя мне остальных. Дедалы – немного уродливые, но смертоносные машины. Местные «Голиаф» и «Дедал» имели одного предка, но пошли по разным путям развития. Дедал был больше – Голиаф в высоту всего три с половиной метра. Дедал был мощнее – броня толще и лучше. Голиаф же – это кабина на шагающем шасси, по бокам которой присобачены электромагнитные пушки, а на плечевых пилонах – ракеты. На левом пилоне у дедала и правда были ракеты, зато на правом – мортира. Для забрасывания по отвесной траектории в стан врага снарядов, стрельбы с закрытой позиции и отстрела особых боеприпасов – вроде сигнальных. Сминая ногами останки домов, стоявших некогда на окраине посёлка, четыре монстра вели ураганный огонь по засевшим в округе зергам. Плазмомёты на больших дистанциях бесполезны – поэтому стреляли из 30-мм пушек, которые были под плазмомётами. Лёгкие, но дальнобойные, плюс снаряды начинены смесью «звезда», горящей с температурой почти семь тысяч градусов. Один такой снаряд, застрявший в броне, может выплавить большой кусок, а уж зерги… застряв в их панцирях больших зергов, прожаривали тех до хрустящей корочки, сжигая броню и в особенности плоть. Эх, и как я раньше не догадался? Мой прокол, ма кульпа. Нужно действовать более нагло – тут не мой Марс с его сложной дипломатией и тонкой организацией. Пора вспоминать позабытое уже искусство стального сапога под зад в качестве стимула и бластера в качестве аргумента. * * * Рейдеры Рейнора вели неравный бой. Они засели на космодроме незадолго до того, как на Мар-Сару должен был прилететь корабль и забрать всех бойцов. Рейнор командовал отрядом из командного центра. И дела его казались, очень плохи. Космодром Мар-Сары расположен был со всеми требованиями техники – на краю каньона, с двумя мостами, ведущими к космодрому. И солдаты Рейнора стреляли без остановки – зерги валили как из рога изобилия! В то же время КСМ ремонтировали бункеры, стараясь не попасть под выстрелы зергов. Боялись. Ситуация складывалась совершенно неприятная. Бункеры были серьёзно повреждены, пехотинцев осталось около двухсот, по сотне на каждый мост и они держали оборону едва-едва. В этот момент со стороны дороги за мостом послышались тяжёлые шаги. Солдаты начали переглядываться и всматриваться в ночную тьму. Даже с ПНВ в броне было сложно увидеть что-то, кроме одной большой высокой человекоподобной фигуры. – Это голиаф? – скорее уж задал вопрос один из солдат, – Сэр? Командир бункера только цыкнул зубом: – А хрен его знает. К бою! По дороге, тяжело ступая, шёл большой робот. Больше голиафа раза в три. Огромный, с огромными орудиями вместо рук. За ним вереницей шли четыре меха поменьше, но тоже огромные, и они уже были вооружены плазмомётами. Хьярти не боялся, что по нему откроют огонь – во-первых – это бесперспективно, а во-вторых – уж по роботам Терраны точно стрелять не будут. Расчёт оправдался – перед бункером появился человек в тяжёлой броне, он прошёл несколько шагов и подойдя к входу на мост, спросил: – Вы кто? Хьярти слышал всё благодаря чувствительным сенсорам. Он посмотрел сверху-вниз на командира и ответил: – Мимо проходил, смотрю, зерги разбушевались. Решил добавить огоньку. Вам, ребята, помощь случайно не требуется? – Ещё как требуется, – облегчённо выдохнул командир, – вы там зергов не видели? – С этого направления, – робот повёл пушкой, – всех кто был на земле мы сожгли. Но остались подземные и летающие. – Тогда ступайте на западный рубеж, – согласно кивнул капитан, – и представьтесь нашему командиру. Командир, Джим Рейнор, сам вышел на связь с Хьярти. По стандартному каналу. – Рейдеры Рейнора, откуда у вас такой мощный робот? Не думал, что что-то подобное есть на Мар-Саре… – в уголке голомонитора перед Хьярти появилось изображение Рейнора. – Робота я сам сделал, – Хьярти пошёл вперёд, тяжёлые шаги меха стали легче, он включил репульсоры, – кстати, я слышал, вы тут людей спасаете? Можно к вам записаться? – Ха, – Рейнор усмехнулся, – военный опыт есть? – Очень большой, – согласился Хьярти, – специальность – мехвод, техник, диверсант. Увлекаюсь постройкой больших роботов и исследованиями. – Хорошо, ты принят, – не стал даже спорить Джим, его лицо выражало радость и злорадство по отношению к зергам, – нас тут очень неслабо прижали. Какие есть у тебя возможности? – Пять мехов, четыре тяжёлых «Дедал», один мех «Арго», в наличии имеется несколько крупных космических кораблей – четыре ударных линкора «Пионер», один сверхтяжёлый линкор «ЛК». – И сколько людей твои корабли вместить смогут? – спросил Рейнор. – Достаточно, командир. Пионеры могут взять на борт по десять тысяч человек, «ЛК» – пятнадцать тысяч. Экипажи им не нужны. – Да ладно? – не поверил Джим, – сделай доброе дело, забери колонистов с планеты. Мы в долгу не останемся. – Хорошо, – согласился я, – тогда спускаем корабли к космопорту. * * * ЛК получил приказ. Я оставил удержание периметра на Ареса и отправился в сторону космопорта, где уже собралось большое количество беженцев, ожидавших эвакуации. Подошёл на своём мехе к большому зданию. Здание было удивительное – на репульсорной платформе, то есть летающее, с множеством антенн. Командный центр. Вылез из меха и почти сразу же столкнулся лицом к лицу с мужчиной в чёрном скафандре. Выглядел Джим внушительно – сам по себе скафандр штука круто выглядящая. Правда, совершенно не так, как мой. Я тоже был в броне – поверхность из М-материи, белая, под ней – слой из искуственных мышц, наноматериал, защищающий от практически всего, шлем – глухой. Ну то есть полностью закрытая пластина, в центре которой три горящих синим светом сенсора, вокруг шлема формировалась дополнительная защита из силового поля. Непосредственно изображение подавалось прямо в мозг через нейроинтерфейс, то есть видел я как прежде, но глаза держал закрытыми. Чёткость, реакция, приспосабливаемость сенсоров была намного лучше, чем у человеческих глаз. На фоне Рейнора моя броня выглядела изящной, тонкой, словно бы это была вовсе не силовая броня, а обычная кираса, пусть и современная. Рейнор посмотрел на меня с любопытством, в руках у него была винтовка, в зубах сигара. Он осмотрел с головы до пят и выдал вердикт: – Охрененный робот, парень. Если бы не он, посчитал бы твои слова о кораблях шуткой, но у нас тут не до шуток. – Никакого юмора, командир. Я руковожу и осуществляю исследовательскую работу. – На кого ты работаешь? – в лоб спросил Рейнор. – Ни на кого. У меня собственный бизнес, свои исследования и начальства надо мной не было с тех пор, как я в армии служил. Рейнор в это время осматривал меха. Присвистнул, удивлённо посмотрел на пушку: – Ни хрена ж себе дура. Это плазменная? – Так точно. Тяжёлый плазмомёт. – Размером с корабельное орудие. – По мощности едва ему уступает. Сэр, корабли прибудут через двадцать минут, нужно готовить эвакуацию. – Хорошо, капитан. Тащи сюда свои посудины, а мои ребята приведут гражданских. * * * * Десантники – народ лихой и придурковатый. Именно это заключение сделал я, понаблюдав за их жизнью в естественной среде обитания – на войне с зергами. Лихо ребята работали, и придурковаты были почти все. У Рейнора было около трёхсот человек, из них две сотни десанта, остальные работали кто где и кто как. Группировка мятежников, нуждающаяся поначалу во всём. Вернувшись в меха, я отправился к переднему краю обороны, где мог наблюдать занятную картину – дедалы перекрыли проходы полностью, включив щиты. Таким образом они приняли на себя максимальный удар Зергов. В отличие от местных, реакторы моей техники были в тысячи раз мощнее, поэтому мехи ориентировались в первую очередь на энергетическое оружие. Плазма, лазеры, бластеры – сиречь излучатели частиц, разрушающих связь между атомами цели. Такому лучу не по зубам только М-материя и силовые щиты, поскольку М-материя состоит не из классических атомов, а является матрицей элементарных частиц – в сотни раз более плотной и монолитной, чем классическая материя «частица-атом-молекула». По этой же причине М-материи не был страшен ни жар, ни холод ниже абсолютного нуля, ни кислота, химически она абсолютно нейтральна. Внешняя структура не притягивает ни одной чужеродной частицы, не пропускает их через себя. Поэтому М-материя долгое время считалась чудом света. Выстрелы бластеров уничтожали зергов сотнями. Плазменные струйные огнемёты – выжигали целые ряды наступающих, а крупным тварям было достаточно одного выстрела из бластера, чтобы сдохнуть, лишившись доброй половины туши. Однако, Зерги наседали. Арес вызвал меня, когда я просто смотрел с высоты кабины пилота на разворачивающийся бой: – Шеф, корабли поддержки «01» и «02» подходят. Я принял решение вдарить с них по зергам вокруг базы. – Молодец. Хочу посмотреть на их уничтожение. Корабли оказались несколько больше, чем ожидал Джим Рейнор. У меня не получилось создать компактный корабль, поэтому при создании я отталкивался в первую очередь от необходимости создать вместительную машину, способную поднять на борт целую армию. Корабли поддержки были созданы специально для поддержки, длинной в пять километров, шириной в километр и высотой в пятьсот метров, псевдоклиновидной формы с двумя выступающими рогами и ангаром между ними. По бортам корабля находилась артиллерия. Много артиллерии – главные орудия – лучевые, вторичные – стреляли стабилизированными протонными сгустками, летящими с десятимаховой скоростью. Попадая в цель, сгустки взрывались мощнее, чем артиллерийский снаряд, область поражения у такого выстрела – тридцать метров вокруг эпицентра. Зато поражение полное и почти гарантированное – сносило всё, в том числе и мощные щиты, а уж материю жрало – за милую душу. Маленькие орудия – лазеры мощностью по сто пятьдесят гигаватт. Корабли снизились до километра и шли прямо на нас с запада. Две гигантские туши. Лазеры стреляли постоянно – уничтожали летающих зергов. И вот, наконец, ухнули протонные орудия. С корабля пошёл настоящий дождь из протонных зарядов, которые яркими вспышками взрывались, выжигая и разнося в пыль зергов. Корабли создали мощный огневой заслон. И наконец, когда они проходили в трёх километрах от линии обороны, с кораблей посыпались заряды. Мины. Мины спускались на поверхность с помощью гравитационного колодца и щедро облепили всю базу плотным кольцом. Если какой шальной зерг и ломанётся сюда, ему не поздоровится. – Арес, что это Джим так перевозбудился? – Здешние терраны не строят таких больших кораблей. Нерационально, да и технологическое совершенство не позволяет. – Ладно, – я отмахнулся, – посадить ты корабль в космопорт не сможешь? – Нет, места мало. Предлагаю вместо аппарели установить загрузочный конвейер и снизившись до десяти метров, перетащить всех колонистов конвейером, как на эскалаторе. – Твоя идея, тебе её и реализовывать, – я пожал плечами, – делай. Кстати, выгрузи с корабля десяток штурмолётов. Пусть прикроют от разных неожиданностей, ведь линия обороны тоже эвакуируется. Рейнор уже дал приказ и военные со всего лагеря отступали, бросали бункеры и турели, поспешно отходя к посадочной площадке. Над нами завис корабль – столь большой, что закрыл собою солнце полностью, весь космопорт оказался в его тени. Пушки на корме гиганта иногда постреливали в сторону пустоши, но в целом, было довольно тихо. Когда последний колонист зашёл в корабль, я взлетел и направился вместе с дедалами в ангар. Действительно, я всегда восхищался гигантскими объектами. И по-моему, этот корабль был великолепен. Толстая, метровой толщины, обшивка из сверхпрочной материи уру, укреплённая энергией Силы и укрытая энергетическими щитами. Учитывая мощность реактора, щиты были просто непроницаемы – корабль был укрыт в них как цыплёнок в яйце. Залетел последним, передо мной открылась дивная картина. Ангары центрального сектора – почти километр в длинну, разделённые на отсеки и палубы, с высоченными потолками в двадцать метров, в ангаре стояла техника. Истребители, сотни штурмолётов, бомберы, вдоль стен стояли стройные ряды техники. Дедалы, дальнобойная артиллерия, новейшие мехи «Защитник» – с покрытием из М-материи и ракетным вооружением… * * * * Джим Рейнор, как и беженцы, были погружены искином. Доктор использовала мобильную платформу и завела всех в корабль. Беженцев было много – около двадцати тысяч человек. Все те, кто сумел покинуть Мар-Сару до того, как настало время. Я шёл по палубе корабля размашисто и в конце концов, дошёл до десантных отсеков. В большом зале Джим спорил с Тайкусом и я появился вовремя. – Что такое? – вышел к ним и осмотрелся – вокруг были люди. – Некоторые из колонистов заражены, – ответил Рейнор, – Тайкус предлагает выбросить их за борт, – недовольно ответил Рейнор. – На моём корабле никто и никого за борт не выбросит, пока я не прикажу, – оглядел спорящих с ног до головы, – доктор? Что ты предприняла? – Стандартная процедура защиты при принятии на борт, – ответила нам через громкоговорители доктор, – все колонисты были разделены, проверены, обнаружено четырнадцать инфецированных спорами зергов. Они помещены в стазис, заражение остановлено. – Ладно, образцы вируса у тебя есть? Можешь разработать лекарство? – Это будет сложно. Вирус постоянно мутирует. – Но у него же должна быть первооснова. – Есть. Создание вакцины возможно. Я закончу работу через двенадцать часов. Тогда станет ясно окончательно. Я опустил взгляд на Рейнора. Тот стоял в своей броне, держа в руках автомат, слушал наш разговор. Благо говорили мы вслух: – Вакцина будет. Доктор – слов на ветер не бросает. – Надеюсь на её способности, – Рейнор посмотрел на Тайкуса. Тайкус Финли – преступник, однако, Рейнор его друг. Кхм. Ну и морда. – Всё равно мне всё это не нравится. Быть на корабле с заражёнными как-то боязно. Вирус не пристрелишь, в этом то и вся сложность. – Корабль оснащён всеми системами безопасности. Заражённые помещаются в стазис-поле, анабиоз. Так они смогут пролежать хоть тысячу лет, пока мы не найдём решение. Между отсеками есть поле подавления, которое уничтожает все инородные живые организмы, кроме проходящего. В системе вентиляции есть квантовая чистка, уничтожающая любую живую материю, попавшую внутрь, будь то насекомые или вирусы. Вирус Зергов не исключение. После открытия шлюзов воздух уже продезинфицирован от всех бактерий и вирусов, которые залетели на корабль, так что можно быть спокойным. Вирус зергов инкубируется за сутки, поэтому через день мы узнаем точно, остались ли заражённые. Если остались – помещу в стазис всех, пока доктор не сделает вакцину. – Будь по твоему, – хрипло ответил Тайкус. – Хорошо что с этим разобрались, – Джим повернулся ко мне, грузно, жужжа сервоприводами и гидравликой брони, – ты так и не ответил, откуда у тебя этот корабль? – Это исследовательский корабль. Мой, личный, его построили на мои деньги и для моих целей. Исследования дальнего космоса. – Что-то не слишком далеко ты залетел. – Как получилось, – я развёл руками, – слушай, у меня пять кораблей, мы полетим на флагман, а этот пока побудет с нами. – Зачем он тебе вообще понадобился? Не очень то похож на научное судно, – огляделся Рейнор, – больше на военное. Только какое-то не такое… – Это корабль поддержки. Боевой, основное назначение – это установленная в центральной части корпуса нанофабрика. Задача корабля – производить и высаживать технику, роботов, солдат, снабжать эскадру оружием. Летающая армия. – Вот это мне нравится.