Операция "Булыжник"

      В гостиной Хаффлпаффа этой субботой царило небывалое оживление. И связано это было далеко не с очередным походом на кухню, ставшим своеобразной традицией. О нет. Корень зла находился в другом месте, правда, никто ничего объяснить не мог, а Гарри уже минут десять пытался выяснить, что тут творится. В конце концов, потеряв терпение и не добившись ровным счетом ничего, мальчик плюнул на правила приличий и гаркнул на всю гостиную:       — Что тут у вас творится?!       Воцарилась тишина, и даже староста, икнув, посмотрел на Гарри, меланхолично наблюдавшего за тем, как подействовал его годами тренированный командный голос. Конечно, пока он звучал не так как надо, но вот лет в четырнадцать… В общем, при желании, Поттер мог бы сделать карьеру в Аврорате. Когда вырастет.       — Со вторника полеты на метлах будут! — радостно выдал Эрни, ткнув пальцем в доску с объявлениями. — Наконец-то!       И снова послышался радостный гул. Староста, отошедший от испуга, снисходительно смотрел на первокурсников, оживленно обсуждавших эту новость и делившихся своим опытом полетов. Ну или просто придумывающих забавные истории, которые не выдерживали никакой критики. Но разве можно малышню ругать за это?       А вот Гарри Поттер был совсем не рад этой новости. Он о чем-то напряженно размышлял, с самым задумчивым видом прошествовав в дальний угол гостиной и заняв там удобный диван.       Чем же была вызвана эта задумчивость? Заботой о собственной безопасности, конечно же! Гарри отлично знал, что из себя представляют школьные метлы. И, если честно, вряд ли бы он стал на них в воздух подниматься. Максимум бы двор подмел, и то не факт, что из этого что-нибудь бы вышло. Таких откровенно древних средств передвижения не было вообще нигде. Даже у Уизли, — в этом Поттер был уверен, — не было такого позорища!       «Пора катать анонимку, — решил Гарри, вытаскивая из сумки перо с чернильницей и пергамент. — Будем давить на жалость!».       Через пятнадцать минут мальчишка уже стоял в совятне, привязывая к лапе птицы-почтальона свиток. На лице у него была самая гадкая ухмылочка, на которую он был способен, и это явно не предвещало ничего хорошего уважаемому директору. И Макгонагалл. И, наверное, ещё и мадам Хуч.       «Безопасность превыше всего, — рассуждал Поттер на обратном пути в гостиную. — А если директора снимут с должности, так это он сам виноват. Работать надо, а не лимонные дольки есть!».       Искомая лимонная долька как раз прошмыгнула мимо, подозрительно покосившись на мальчишку и ускорившись. Да, переловить их не смогли, и теперь по замку шныряли несколько десятков мармеладок на ножках. Этим Гарри мог смело гордиться. Вот только Дамблдор почему-то урок не усвоил, и нет-нет, да и вызывал мальчишку в свой кабинет, все пытаясь выведать, как у него дела. Старый козел.

* * *

      Все первокурсники с нетерпением ждали первого урока полетов. Именно поэтому их постигло жутчайшее разочарование, когда утром во вторник, поверх старого объявления, появилось новое. Широким, забористым почерком, пергамент вещал о том, что уроки отменены до особо распоряжения, в связи с тем, что школьный инвентарь окончательно пришел в негодность.       — Это просто нечестно! — вопил Эрни Макмиллан, пока первый курс пересекал холл, направляясь в Большой зал на завтрак. — Как они могут так поступать?!       — Это несправедливо! — надрывался Рональд Уизли, шедший вместе с другими гриффиндорцами. — Никто ничего не понимает! Я не смогу показать класс!       — Так нельзя! Просто беспредел! — шипел Драко Малфой, собирая вокруг себя верных телохранителей. — Мой отец узнает об этом!       И только Гарри Поттер гаденько хихикал и улыбался, пока никто не видел. Сегодня за преподавательским столом оказалось побольше народу. И среди новых лиц особенно выделялись Люциус Малфой со своей аристократической манерой поведения и незабвенная Августа Лонгботтом со своей внушительной шляпой с грифом. Албус Дамблдор же выделялся только кислой физиономией, словно вместо лимонной дольки слопал целиком незрелый лимон.       В Большом зале стоял возмущенный гул, и все первокурсники открыто высказывали свое веское «фи», гадая, почему урок полетов отменили сейчас. А Гарри спокойно завтракал и наслаждался тем, что никто не узнал, от кого же пришла анонимка. Хотя, Снейп вот подозрительно на него косился. Но это было не так страшно — зельевар всегда на него косился с подозрением, вот только поймать на горячем никак не мог, от этого бесился ещё сильнее и косился более злобно.       День первокурсникам был испорчен, Гарри был доволен, а Люциус и Августа ездили по ушам Дамблдору. Что-то мальчишке подсказывало, что они тоже были довольны. Попечители, конечно, а не уши директора.

* * *

      Школе купили новые метлы, и урок полетов состоялся в четверг. К сожалению, отвертеться от него у Гарри не получилось, и он, вздохнув, поплелся следом за всеми, надеясь, что не придется играть в спасителя. Лонгботтом, конечно, в среду сорвался с метлы, напоминалку у него спер Малфой, а потом несчастный шарик разбился, когда Уизли полез его отбирать. Гарри, специально сбежавший с истории магии, чтобы понаблюдать за этим представлением, не отнимал ладони от лица — слишком комично это выглядело.       Теперь же наступала его очередь. И что-то подсказывало мальчишке, что без приключений не обойдется. Рядом с площадкой, где проходили уроки, маячил Квиррелл, старательно делая вид, что его тут нет, поэтому можно было не сомневаться — сюрпризы впереди. Так и получилось.       — По моей команде! — голос у мадам Хуч был прокуренный, хриплый. — Поднимаетесь в воздух на пару метров и опускаетесь на землю!       Группа так и сделала. И только Поттер (кто бы сомневался?) начал стремительно подниматься вверх, словно собираясь повторить подвиг пилота-самоучки Лонгботтома. Вот только метла, поднявшись метров на пятнадцать, начала бешено метаться из стороны в сторону, напоминая разъяренного быка во время родео. Гарри же, казалось, этим наслаждался, и даже пару раз вскинул руку, как будто и правда был ковбоем.       — Мистер Поттер, вернитесь! — растеряно вопила мадам Хуч. — Спускайтесь сейчас же!       — Гарри, что ты творишь?! — испуганно лепетала Гермиона.       — Он же разобьется! — плакала Ханна, пихая к метле Эрни. — Помогите ему кто-нибудь!       Мужская половина присутствующих же улюлюкала и подбадривала Поттера, который явно играл на публику. Наконец, когда ему это надоело, мальчишка смело вытащил из кобуры палочку, прошептал контрзаклинание и спокойно приземлился. Гордый собой, он смело направился к товарищам, бежавшим ему навстречу. Правда, не все хотели поздравить Гарри с успешной победой над метлой. Кажется, кто-то хотел его придушить.       Со стороны замка к ним уже бежала целая делегация в виде Снейпа, Спраут и Макгонагалл. Мадам Хуч была бледнее обычного и бормотала что-то в свое оправдание. Зельевар кричал, что Поттер пошел по стопам своего отца и окончательно свихнулся. Профессор Спарут возмущалась, что на площадке только один волшебник, и тот не может справиться со взбешенной метлой. А Гарри наслаждался лаврами победителя и принимал поздравления. Ну, пока никто из преподавателей не слышал, конечно.       Вся женская часть коллектива смотрела на Поттера волком, красноречиво обещая прибить его за то, что напугал. И никто не заметил, как к этой самой части коллектива присоединился профессор Квиррелл, пытаясь сжечь Гарри взглядом из своего укрытия.

* * *

      — Да он надо мной издевается! — шипел Величайший Темный Маг двадцатого века, временно поселившийся в затылке Квиррелла. — Такое заклятие не может снять сопляк! Квиррел, поймай мне его! Я придушу его!       — Мой лорд, — затянул привычную шарманку профессор ЗоТИ, — вы ещё слишком слабы! Мы не можем действовать! Это слишком рискованно!       — Ты будешь ещё мне указывать?! — взбеленился Лорд Волдеморт, которого искренне обидело такое пренебрежение Поттера к взбесившейся метле. — Это унижение! Никто не смеет унижать меня!       На замок опускался вечер. Волдеморт продолжал шипеть и доводить Квиррелла до мигрени. В апартаментах преподавателя Защиты от Темных Искусств ещё долго слышались полные негодования голоса.

* * *

      А в это время в кабинете директора бесновалась Помона Спраут, доводя до мигрени Великого Светлого.       — Какой квиддич, Альбус?! — ругалась профессор. — Мальчик мог погибнуть! А вы… а вы… вы даже не осмотрели метлу! Чем вы думаете?!       — Лимонную дольку? — слабо поинтересовался Дамблдор, у которого и правда началась мигрень. — Ты драматизируешь…       — Ах так?! — возмутилась Спраут. — Ну ладно! Если тебе наплевать на детей, то мне — нет!       Женщина громко фыркнула и покинула кабинет, не менее громко хлопнув дверью. А Альбус Дамблдор остался сидеть за столом, сокрушаясь и мучаясь от головной боли. Его план продолжал трещать по швам. И вместо забитого мальчика в Хогвартс приехало стихийное бедствие, на которое успели пожаловаться практически все учителя. Ещё и Помона на нервы действовала своей заботой к подопечным.       — Я не могу работать в таких условиях! — Альбус вскочил со своего места и снова принялся мерить шагами кабинет. — Как тут Избранного вырастить?! Он же неуправляемый! Как быть? Как же Общее благо?! Нужно что-то делать! Нужно что-то делать! Нужно… нужно лимонную дольку.       А профессор Снейп, развалившийся в мягком кресле у камина в своих подземельях, с блаженной улыбкой смаковал огденский виски и в который раз благодарил Мерлина за то, что Поттер оказался не на его факультете…