Истинные причины

       Учиха-старший моментально взбесился еще больше, как только увидел Дейдару. Это надо ж было додуматься поместить усыпленного блондина в изолятор, предварительно надев на него смирительную рубашку. Сакура-чан с такой жалостью смотрела на Тсукури, но перечить начальству не решалась, стараясь хоть как-то помочь на расстоянии. Итачи искренне не понимал таких людей, которые «заковали» безобидного парня как бешенного пса. - И это вы считаете нормальным? – прищурился Итачи, скосив взгляд на главврача. - Он был невменяем, - пожал плечами тот. - По моим наблюдениям туда надо вас посадить, Орочимару-сан. Я забираю его с собой, - резко, без эмоциональным тоном сказал Итачи, проходя внутрь комнаты.       Брюнет пересек пространство между ними и с каким-то отвращением снял с Дейдары смирительную рубашку. Подхватив хрупкое тело на руки, юноша вынес его из изолятора и понес к своей машине, полностью игнорируя возмущения Орочимару. Тсукури был слишком легким для своих двадцати одного года. Может, на его весе отразились постоянные стрессы, а может нехватка пищи, но быть таким легким уже непозволительно. А еще Итачи не мог понять, почему такое произошло. Ведь он просчитал все, вплоть до сценария истерики, но ошибся во времени, чем и доказал, что гении тоже люди.       Саске только удивился, почему это его братец тащит с собой какую-то девицу, но, приглядевшись, он узнал в блондинке Дейдару. Парень был бледнее обычного, беспокойно смотря десятый сон. Изящные брови изогнутой линией сошлись на переносице, а губы искривились в болезненной гримасе. Из-под крепко сомкнутых ресниц на свободу вырвалось несколько прозрачных слезинок, которые по-зимнему холодное солнце уничтожало. Тсукури был хорошо укутан в плащ Итачи, в котором он практически утопал, все-таки Учиха-старший был повыше и покрупнее его. Не говоря ни слова, брюнет аккуратно уложил юношу на заднее сиденье, и сорвался на большой скорости в направлении дома. На этом сюрпризы для впечатлительного отото закончились.       Дейдара пришел в себя только где-то под десять часов вечера. Он долго не мог понять, где находится, но увидев знакомое лицо Учихи-младшего немного успокоился. Если он видит этого парня, значит, он точно не в психушке, а уж остальное тогда не страшно. Только вот почему-то по-прежнему трясло и было зябко, пусть блондин и был укрыт теплым одеялом. Шмыгнув носом, Саске кивнул сам себе и отправился звать брата. Конечно, можно было крикнуть, чтобы лишний раз не ходить туда-сюда, но орать как-то не в его характере.        Итачи появился в комнате спустя несколько минут, в его руке был стакан с кристально чистой водой. Он протянул его Тсукури вместе с двумя маленькими желтыми таблетками. Блондин принял воду, но косо уставился на препараты. - Успокойся, - хмыкнул Учиха-старший, - это всего лишь некоторые витамины. Они помогут тебе вернуть аппетит. Смелее. - Спасибо, - хрипло произнес Дейдара, выпивая лекарство.       Брюнет покачал головой. Через что бы ни прошел этот парень, он все равно оставался слишком наивным. Итачи понял это сразу же, как стакан опустел. Они знали друг друга меньше недели, но Дейдара доверился ему, совсем не замечая, что витамины всегда отличаются от успокоительного, и дело не только в размерах и форме. Но, не стоит кривить душой, сейчас его наивность сыграла Итачи на руку, существенно облегчив работу. Осталось, разве что, только подождать, когда успокоительное подействует. - Ну, и что ты устроил на складе? – спросил Учиха-старший, сцепляя пальцы в замок на коленях.       Дейдара опустил голову, чувствуя, что провинился. Ответ в оправдание ведь всегда можно найти. Итачи вздохнул. Ничего не получится, по крайней мере, сейчас. Парню нужно время окончательно успокоиться и восстановиться после стресса. Брюнет поднялся, поправляя немного сбившуюся рубашку, и снова посмотрел на Тсукури. - Ладно, - сказал он, протягивая блондину руку. – Пойдем.       Что-то внутри Дейдары будто щелкнуло. Он дернулся назад, прижимая порезанное запястье к груди и прикрывая его ладонью. Этот жест уже был знаком Итачи, поэтому психолог смотрел на парня, не пытаясь что-то предпринять. Тсукури оказался в углу на кровати. Казалось, что если бы была возможность, он бы просто просочился сквозь стену, стараясь спрятаться. - Ладно. – Итачи сделал несколько шагов назад. – Мы собирались посмотреть фильм вместе с Саске. Не хочешь присоединиться?       Дейдара кивнул, чувствуя, что потихоньку сердце умедляет свой стук, дыхание выравнивается, а тело больше не дрожит. Теперь не было так страшно, как несколькими минутами ранее. - Успокоился? – спрашивает Итачи, отходя в сторону, позволяя блондину пройти, даже одеждой не зацепив его. - Да, - кивает Тсукури, опуская голову. Еще немного страшно, но дышать легко.        Саске сидел на диване, укутанный в одеяло, с дымящей чашкой в руках. Он дул на кипяток, пробовал пить, но каждый раз морщился, обжигая язык. Дейдара невольно улыбнулся, наблюдая. - Ну чего ты возишься? – хмурится Итачи, взлохмачивая волосы брата. – Дуй усерднее. - Мы собирались фильм смотреть, а не устраивать вечер моралей, - бурчит подросток, утыкаясь в чашку носом.       Итачи остается только согласиться. Он садиться на свое любимое место на полу, опираясь спиной о ноги Саске. Парень немного бурчит, но не спорит. Брат редко уделяет ему столько внимания. А бурчать приходиться для приличия – лицо не потерять. Все-таки он создал себе образ.        Дейдара присел на кресло, прижимая колени к груди. Он уперся подбородком о них, чуть склонив голову в бок. Ему стало интересно. Да и сердце окончательно успокоило свой стук.       Во время просмотра фильма, он исподтишка наблюдал за братьями. Его семья никогда не была особо дружной. И пусть большую часть жизни с ними он не помнил, почему-то отчетливо был уверен, что она и в треть не такая как семья этих двоих. И ведь слышал, что родителей у них нет, но между ними было столько теплоты и братской любви, что зависть сама собой возникала где-то внутри, подтачивая искалеченное сердце.       Родители давно отказались от такого непутевого сына, как Дейдара, поэтому его удивляли теплые отношения внутри семьи. Он замечал, что братья часто ссорятся, спорят, младший постоянно дуется и бурчит, но по ровной расслабленной спине Итачи видно, что такая близость ему вполне по душе, а младший надолго затаил дыхание, ловя моменты такого трогательного и хрупкого равновесия в их отношениях. Это ли не самое дорогое, что может быть у любящей семьи?        Было ли ему грустно? Было. И больно тоже. Все те годы, что он провел в стенах лечебницы, глубокая надежа еще грела сердце. И каждый новый день, опустошенный и уставший от жизни, он ждал, когда откроется дверка в его палату и мама войдет, взволновано обнимет его заботливыми руками, гладя по волосам. И он был твердо уверен, что все его тревоги и волнения уйдут стоит ей сказать, что она любит его и ждет его возвращения домой… Но она просто отказалась от него, бросив в еще более глубокую пропасть, нежели предыдущая. А дни сменяли ночи, и он все меньше и меньше верил в ее появление, как и в ее призрачную любовь.       И как-то совсем не удивился, когда Саске заснул, вымотанный простудой посреди фильма, а Итачи аккуратно, чтобы не потревожить его сон, отнес подростка в его комнату. В этот момент Тсукури понял, что жизнь, на самом деле, важна по-настоящему, только если есть ради кого жить и улыбаться. Как это незаметно делает Итачи, и так же скрытно принимает его брат. Почему-то осознание истины, что Дею не для кого жить не загоняло его в еще большую пучину переживаний, а обидой жгло сердце. Когда-то… да, он обязательно найдет кого-то стоящего его жизни. - Будешь чай? – спросил Итачи, вернувшись в гостиную. - Да, - тихо отозвался блондин, крепче прижимая к своей груди колени.       Он выглядел более спокойный и менее напуганным. Можно даже было сказать, что подсознательно он нашел надежное место, где сможет спрятаться. Итачи удовлетворил тот факт, что это его дом. В принципе, это вполне понятно, так как Наруто и Саске вместе довольно шумные и выведут своими методами из депрессии любого. Но с Дейдарой все намного сложнее, потому как его тайные страхи пока еще не понятны ему самому. А если это так, то никто не в силах ему помочь, пока он не поймет причину монстров под его кроватью.       Тсукури глянул на часы. Стрелка на мгновение застыла на отметке полночь и продолжила свой ход. Может, все-таки стоит довериться этому парню? Все-таки его работа состоит в том, чтобы вытащить блондина из полной задницы депрессии, и без содействия самого парня у него ничего не получится. Либо сейчас, либо он никогда уже не решиться рассказать об этом.       Тело двигалось само, и Дей был рад этому. Так он не сможет сойти с выбранного пути. Он нерешительно застыл в дверях кухни, наблюдая, как ловко Итачи заваривает чай. - Я… я испугался… - выдавил он.       Учиха-старший отставил сахарницу, поворачиваясь к нему лицом. Дейдара съежился и начал нервно теребить подол футболки. - Не волнуйся, - Итачи опустился на стол. – Давай просто поговорим об этом.       Тсукури сел на другой конец стола, заламывая пальцы. Трудно было объяснить, что творилось у него в душе в тот момент, но он хотел попробовать рассказать. - Когда… когда мешок чуть не упал на меня… Кисаме спас меня, - Дей перевел взгляд на стену рядом, лишь бы не смотреть в лицо брюнета. – И тень, что возникла… она… напугала меня до ужаса, - голос был слабым и дрожал.       Итачи поставил перед ним чашку ромашкового чая, кивая, внимательно откладывая в памяти информацию. - И что было потом? – мягко спросил он. Сейчас нельзя было пугать Дейдару и требовать ответы, иначе все будет напрасно. - Шрамы заныли, словно… словно я снова порезал запястья. А еще... – от волнения он сделал глоток горьковатого чая, чуть поморщившись. – Еще ужас от этого показался мне очень знакомым. Будто такое бывало, но… я не могу вспомнить, когда и почему. - Это нормально. Потребуется время, чтобы вспомнить, но если ты захочешь поговорить, ты всегда можешь обратиться ко мне. Как сегодня, - уголки губ тронула едва заметная улыбка.       Наверно, Дей почувствовал, как с души падает почти материальный камень. Он не стал бы утверждать, что стало совсем хорошо, нет. Но немного полегчало. Совсем чуточку, но и за это он был благодарен. С брюнетом было тяжело, так как он всегда спокойный и уравновешенный, редко улыбается. Но пока он был единственным человеком, кому Дейдара мог довериться. - Что-то еще тебя гложет? - Нет. Я просто сильно испугался, - он снова делает глоток чая, морща нос, и бегло облизывает губы. - Уже очень поздно. Оставайся на ночь. В моей комнате место есть, так что тебе будет удобно, - сказал Учиха-старший, поднимаясь. – Душ прямо по коридору. Я принесу чистое полотенце и сменную одежду. - Спасибо, - Дей чувствовал себя неловко и сонливо, хоть и проснулся совсем недавно. - Не переживай об этом, - хмыкает Итачи. – Просто отдыхай.       И Дейдаре ничего не оставалось, как согласится с ним.