А если меня почти не будет?

Не такое это простое дело – вступить в права собственности на своих условиях. Жади готова была к трудностям, даже к дополнительным финансовым затратам (в конце концов ей больше не пришлось бы снимать жилье), но не готова была ждать – время для нее играло решающую роль. Следовательно, время ожидания необходимо было компенсировать финансами. Лара Назира, ходившая с Жади по различным инстанциям в первый день, поняла, что задумала бывшая невестка и предлагала разделить все финансовые затраты поровну. Однако Жади прекрасно помнила о своей обязанности отблагодарить бывшую золовку, поэтому успевала подластиться к ней и попросить «лучше накормить чем-нибудь вкусненьким», потому что «целый день во рту маковой росинки не было…» Лара Назира только головой качала: «Ой, лиса…!» Жади справилась со всеми текущими проблемами и через четыре дня они с ларой Назирой получили документы на права собственности. Лучшие помещения, по мнению самой лары Назиры, отошли именно им с мужем. В результате Жади навсегда покинула сборище одалисок. Все были довольны: лара Назира совершенно преобразившейся Жади, которая даже подбегая схватить новый кусочек рахат-лукума, успевала приласкаться к строгой и надменной Назире, а Жади тем, что первая часть плана удалась, но еще больше тем, что удалось через Хадижу на словах передать Рании о возможности остаться в Рио при ее беспрекословном послушании. Более того сегодня на празднике по поводу официального новоселья лары Назиры с Миро, и Жади ее дочка успела передать ответ – «Рания сама ничего предпринимать не станет, будет ждать действий Жади». *** С утра у Жади не только руки дрожали, но и ноги подкашивались. Сегодня встреча с Саидом. От того, как она пройдет, сумеет ли Жади подобрать убедительные аргументы, зависят не только судьбы Рании и Мунира, но вероятнее всего дальнейшие судьбы ее и Хадижи. Саид согласился встретиться в обед. Место он указал недалеко от своего офиса. А Жади с раннего утра на ногах и никак не может выбрать подходящий случаю стиль одежды, украшений и макияжа. Все кажется неуместным, но и быть в повседневной-обыденной одежде женщине не хотелось. Как бы там ни было, а это не просто разводящийся с Ранией мужчина – это ее собственный бывший муж и отец ее дочери. Но и наряжаться нельзя. Как быть?! Наконец Жади решилась – дело касается Рании, как и несколько лет назад. Тогда она тоже продумывала свой наряд, чтобы был достаточно строгим и в то же время нарядным. Кажется, настал похожий момент, хоть и причина можно сказать абсолютно противоположная… Ну что же – это достойный выбор! И украшений к нему почти не полагается, так как элегантный костюм тяжелого бордового шелка отделан золотой каймой. Вот только прическа… Жади теперь причесывает волосы существенно строже… Но это даже на пользу делу. А вот обувь и сумочку она позволит себе в тон отделочной каймы костюма. *** В назначенное время бывшие супруги встретились в ресторане, где Саид заранее заказал столик. Вот только состояние мужчины и женщины не соответствовало спокойным переговорам, на которые оба были нацелены. Как только Жади одела выбранный костюм, уложила волосы и нанесла макияж, то ее утреннее волнение волна за волной испарилось. Она видела в зеркале не юную девушку, а красивую, уверенную в себе молодую женщину, способную решить все проблемы. С Саидом же творилось что-то невообразимое… Самое худшее – это тот факт, что Саид прекрасно знал почему у него такое скверное настроение. Понимала это, по всей видимости, и его любимая дочь, иначе как было расценить ее фразу на прощание: «И все равно, папочка, ты у меня самый лучший! Я все равно люблю тебя!!!» Что значит «все равно»??? Кто еще для его дочери может быть «самый лучший»??? Рабочий день не задался. В офисе Саид всегда был строг и требователен, но спокоен и уравновешен. Сегодня же босс накричал на секретаря, был зол и раздражителен, подчиненные старались не попадаться ему на глаза, даже если была настоятельная необходимость. Тем не менее время обеда настало и Саид не заставил себя ждать в назначенном месте. Жади тоже подъехала к указанному ресторану своевременно. Бывшие супруги прибыли для переговоров – иначе характер встречи описать не представлялось возможным. *** Сердце Саида забилось чаще при виде Жади. Он не ожидал увидеть ее столь строгой и по-прежнему прекрасной, казалось время обходит ее стороной. А вот сердце Жади ухнуло вниз – для нее совершенно неожиданной была такая реакция на появление бывшего мужа, и она списала ее на чрезмерное волнение за результат предстоящих переговоров. Саид постарался скрыть излишнее волнение за ничего не значащими общими фразами о том, какие в этом ресторане готовят прекрасные блюда бразильской кухни: «Ты ведь прекрасно в них разбираешься? Не правда ли? Ведь именно бразильскую кухню ты предпочитаешь?» Каково же было его удивление при виде оцепеневшей Жади. Женщина то и дело подносила руку к горлу, как будто ее охватило удушье. Все больше проступавшая бледность в уголках рта стала отливать синевой. Более всего сейчас ей хотелось спрятаться подальше, не объясняя причины. Но заговорить Жади все же смогла: «Ты ничего обо мне так и не узнал, Саид. Ты даже не представляешь, что я люблю больше всего… Что ценю… Хорошо, я открою тебе маленький секрет. Это не бразильская кухня и не марокканская… да и никакая вообще… я ела это более двадцати лет назад – тогда мне казалось, что такая еда подается по очень большим праздникам. Потом, через многие года я поняла, что так готовят только матери своим детям. И не важно сколько им лет. Готовить надо быстро-быстро… В кипящую подсоленную воду в крохотную кастрюльку кидают пару картофелин, порезанных вчетверо и четвертинку лука мелко порезанную, а на разделочной доске острым-острым ножом отрезают два-три тонких-тонких ломтика свежей говяжьей печени и быстро-быстро нарезают их узкими полосками… На плите стоит маленькая чугунная сковородочка и в ней уже потрескивает раскаленное масло с солью и крошечной капелькой красного перца…» Жади замолчала, а Саид даже не успел изменить позу, потому что весь превратился в слух. «Все это готовится пять минут… Печень не более трех. Всего одна порция. И съесть все это надо горячим… Мама говорила, «пока все самое полезное еще в миске»… Миска была … глубокая такая, как большая пиала… А нож у нее был большой и очень острый – она никогда не разрешала мне брать его в руки… даже когда я выросла. Видимо для родителей дети всегда остаются детьми…» - по лицу Жади потоком лились слезы, и она их даже не смахивала. Уже через мгновение Жади горько сожалела о так не кстати накативших воспоминаниях: «Саид, пожалуйста, не сочти все это за женские капризы… Изыщи для меня в твоем графике время завтра или послезавтра. Лучше встретиться в каком-нибудь сквере, например. Мне необходимо поговорить с тобой о Рании. Поверь, это очень важно. А сегодня передай ей через Хадижу мои извинения за срыв переговоров.» Женщина склонила голову и быстро встала из-за стола – она не хотела, чтобы ее бывший муж видел размазанный макияж и зареванное лицо. «Почему?!» - настиг и остановил ее вопрос бывшего мужа: «Почему же ты не готовила своей дочери?!!!» Не оборачиваясь женщина ответила: «Скажи нашей дочери, что я разрешила рассказать о волшебном блюде принцессы Хадижи. Скажи, что теперь уже можно. Надеюсь ты все поймешь.» *** Весь оставшийся день Жади провела на берегу СВОЕГО ОКЕАНА, глотая слезы. Океан был на редкость спокоен. Жади казалось, что он нашептывает ей что-то успокаивающее и ободряющее. Но сегодня у него не получалось успокоить женщину. Он предлагал даже станцевать, но ни один из бешеных, зажигательных ритмов, которые любила Жади, сегодня был ему неподвластен. Так и ушла от него женщина, давясь рыданиями. *** Жади возвращалась домой гораздо позже обычного, поэтому не удивилась, увидев свою бывшую золовку на крыльце, оглядывающуюся во все стороны. «Здесь я, лара Назира! Со мной все в порядке. Извините, что задержалась без предупреждения.» - зная характер Назиры, еще издали поспешила заверить бывшую родственницу Жади. Назира же повела себя совершенно ей не свойственно – сама подбежала к Жади, улыбаясь подхватила ее под руку, и потащила к крыльцу, умудряясь проговаривать и то, что предназначалось случайным слушателям и то, что не терпелось высказать Жади: - Я что-то сегодня за тебя переживала, как никогда раньше… - Где тебя шайтан носит, когда дома Аллах ведает что творится… - после обеда уснула самую малость, так сон дурной привиделся… - Что у вас с Саидом произошло? Я уже целый час как на иголках сижу… - и Хадижа приходила – говорит, что на работе тебя нет… - Какое такое еще «волшебное блюдо принцессы»??? Жади спасло лишь малое расстояние до крыльца своего дома. Однако войдя в прихожую, уперев руки в бока встали уже обе хозяйки дома и Назира, и Жади, а навстречу им поднималась со своих чемоданов Рания… «Эт-т-то еще что за явление? Ты сбежала из дома? Я же тебе, бестолковой, передавала чтобы ты ни шагу без меня не делала!!!» - возмутилась Жади: «Лара Назира, дорогая, мы еще успеем вернуть эту дурочку, чтобы только Саид не узнал? У нее через три дня срок идды истекает…» «Да ты ее послушай сначала…» - заявила Назира, устало присаживаясь на пуфик в прихожей. Две пары требовательных глаз уставились на Ранию, той не оставалась ничего иного кроме как повторить цель своего прибытия: «Саид сказал, что я не умею готовить. Что волшебное блюдо принцессы мне не известно… Если ты согласишься меня научить, то Саид может разрешить мне видеться с Муниром. Ну вот… все… я все рассказала…» Жади просто расхохоталась – Саид принял ее условия, даже не спрашивая ничего больше, но и никому ничего не объясняя.