А если меня почти не будет?

В то время, когда метущаяся душа Рании не находила успокоения перед вплотную подступившей угрозой навсегда расстаться с сыном, единственным существом, потеря которого для нее была просто не мыслима, Жади тоже не была спокойна. Никто не поверил бы, что причины для беспокойства матери Хадижи были связаны с проблемами Рании. Однако это было именно так. После разговора с Ранией в салоне цветов Жади прекрасно понимала, что доведенная до отчаяния молодая женщина готова на любые безумства, как и она сама раньше. «Неужели Саид не видит, что недалеко до беды? А если она решится, как и я в свое время, украсть своего ребенка и пуститься с ним в бега? Но Хадижа была намного старше, мы с ней даже могли зарабатывать созданием украшений. А Мунир совсем кроха. Куда Рания может с ним рвануть, что она будет делать, где прятаться??? Саид просто взорвется. Плохо будет всем. Такой поступок ожесточит Саида еще больше. Его жизнь и так спокойной не назовешь. О Аллах! Если такое случится, то он всех возненавидит… Он все равно найдет их, но сразу же вспомнит и о нас с Хадижей, а это может привести к тому, что не только Рания никогда не увидит сына, но и я вновь потеряю мою принцессу… Что делать?» - подобные мысли одолевали Жади ежедневно. При встречах, расспрашивая дочь о событиях в доме ее отца, Жади получала подтверждения своим опасениям. Поэтому за неделю тревожных размышлений и попыток придумать за Ранию что и как делать, Жади пришла к выводу, что ей придется вмешиваться в чужую судьбу для того, чтобы не произошло катастрофы в ее собственной. Вот в это время и возникло решение, на которое ранее Жади не согласилась бы. Осталось убедить всех, что решение верное. От одной мысли о том, что придется договариваться с ларой Назирой и Саидом, убеждать их в необходимости сделать именно так, как она предлагает, у Жади мурашки бежали. «Они не согласятся» - паниковала Жади, потом сама же себя и успокаивала: «Лучше приложить все усилия, чтобы получилось, пока до беды не дошло.» Жади думала о доме – доме, где прошло ее детство и юность, где умерла ее мама, где она проживает сейчас… доме, который Саид купил на ее имя… Дела в салоне донны Розы шли очень хорошо, поэтому денег на жизнь и небольшие подарки любимой дочери Жади вполне хватало. Кроме того, она старалась откладывать любую незначительную сумму для того чтобы через полгода снять для себя другое жилье. Времени у нее вполне хватало. Раньше хватало… А теперь? Жади прекрасно отдавала себе отчет в том, что собирается сделать. Она не была человеком, бескорыстно заботящимся обо всех окружающих – то что она задумала необходимо ей и ее дочери. *** Когда после выписки Жади из клиники прошло дней пять, за ужином состоялся разговор. Дядя Али спросил племянницу, что она собирается делать дальше и получил чрезвычайно лаконичный ответ - «жить». Подумав, Жади ответила более развернуто: «Я надеюсь, что теперь моя доченька будет чаще рядом со мной – это все что я могла бы просить у Аллаха. Я буду работать – мне многого не надо. Закончится срок аренды – подберу себе новое жилье.» Лара Назира начала возмущалась: «Что за глупости лезут в твою голову, одалиска! А этот дом чем тебя не устраивает?! Тебе всего и заботы-то подписи поставить! Все бумаги готовы – вон папка лежит!» С того момента как лара Назира смогла возродить в ней желание ЖИТЬ, Жади совершенно иначе стала вести себя по отношению к бывшей золовке. Она легко улыбалась ей и частенько обнимала, не обращая ни малейшего внимания на возмущения и показное недовольство. Жади слушала Назиру не ушами, а сердцем. Вот и тогда она поступила также: «Не может этот дом мне принадлежать. Вы же прекрасно меня понимаете. Вы такая проницательная.» - ласково улыбаясь, обняла золовку Жади. *** А теперь Жади намерена была изменить свое решение. Причем она собиралась не просто подписать бумаги, а сделать еще кое-что. На это «кое-что» необходимо было уговорить Назиру. Хорошо, что дядя Али и Зораидэ уже вернулись в Фес, иначе дядя скорее всего не одобрил бы ее затеи. Но решение Жади уже приняла. После ужина, когда Миро ушел в свой спортклуб, который они с Назирой приобрели и оборудовали, вложив в него все имеющиеся средства, Жади поняла, что настал удачный момент. Она обратилась к золовке: «Лара Назира, мне необходима Ваша помощь. Не откажите, пожалуйста.» «С Хадижей что-нибудь случилось?» - обеспокоенно поинтересовалась лара Назира. Жади со вздохом ответила: «Нет, лара Назира, с Хадижей все хорошо. Она же у нас вчера обедала. Не с Хадижей. Ко мне неделю назад Рания приходила. Только я Вас прошу – ни слова Саиду. Беды бы не приключилось. Лара Назира, она в полном отчаянии – Саид не отменил решение о разводе, а через три недели срок ее идды закончится. Он ведь собирается ее в Фес отправить.» «Так ей и надо этой одалиске! Обе они одалиски! Саид не коврик, чтобы об него ноги вытирать!» - гордо вскинув голову и назидательно подняв указательный палец вверх заявила Назира. Жади улыбнулась: «Лара Назира, ну мы все у Вас одалиски – и я, и Рания, и Зулейка и даже Латифа… Ну Вы же добрая на самом деле.» Назира фыркнула, а Жади продолжала сыпать комплиментами: «Хорошо-хорошо – я никому об этом не скажу, но я-то это знаю. Помните? Именно Вы пустили меня к Хадиже, когда она болела и я, обманув дядю Абдула, прилетела в Рио. Об этом никто не знает, но я же всегда об этом помню. Вы справедливая. Я много ошибок в жизни сделала – Рания столько не натворила. А теперь Мунир останется без матери. Может быть у Зулейки еще получится смягчить гнев Саида, а вот Рания уже не успевает. Помогите, прошу Вас.» «Ну не знаю, не знаю. А какой помощи ты просишь? Чем я могу ей помочь? Хочешь, чтобы я поговорила с Саидом? Думаешь он прислушается? Как бы не так!» - мимика Назиры была по-прежнему очень выразительна и скептически поднятые брови не оставляли сомнений в том, как она относится к предполагаемой беседе с братом. Однако Жади необходимо было совершенно иное от старшей сестры бывшего мужа: «Нет, лара Назира. Боюсь разговаривать сейчас еще бесполезно, а потом будет уже поздно. Мне необходима Ваша поддержка и помощь. Не откажите. Без Вас мне не справиться. Вы же старшая сестра и прекрасно понимаете, что для Вашего брата будет лучше. Сейчас им руководит гнев. Но потом может быть уже поздно что-либо менять. Если Ранию увезут в Фес, то семья может тут же выдать ее замуж, например, четвертой женой за какого-нибудь старика…» «Это вполне возможно. Я не понимаю, что ты предлагаешь сделать?» - заинтересовалась лара Назира. «Я хотела бы подписать документы о праве собственности на этот дом, а потом передать Вам в собственность все помещения первого этажа.» - наконец озвучила Жади основную мысль. «Вы с Миро не будете нуждаться в приобретении дома, я по-прежнему буду занимать верхний этаж, а в квартире на втором этаже может поселиться Рания. Так она останется в Рио и можно будет уговорить Саида позволять ей видеться с сыном. Если он не хочет видеть Ранию в своем доме, то можно уговорить его отпускать Мунира под присмотром Хадижи. Даже если он не захочет отпускать сына к бывшей жене, то к родной тете племянники всегда смогут приехать. А пройдет время и все может измениться, Саид может передумать – главное, чтобы это время у Рании было. Как Вы на это смотрите, лара Назира?» - все это время Жади ластилась к бывшей золовке, что не могло не понравиться гордой и своенравной Назире. «Знаешь, а в твоих словах есть резон. И когда ты намерена все это устроить?» - после некоторого размышления произнесла сестра Саида Рашида. На этот вопрос Жади отвечала не раздумывая: «Если Вы согласны с моим планом, то я бы подписала документы немедленно, а завтра мы с Вами могли бы оформить раздел собственности. На оформление уйдет не более трех дней. Вы согласны?» - Жади обняла свою бывшую родственницу, а Назира по обыкновению высокомерно отмахнулась. Жади была рада - первой цели она достигла.