А если меня почти не будет?

Рания предполагала, что на следующий день после свадьбы Саида и Зулейки они должны будут появиться в особняке как можно раньше, поэтому испугалась, когда увидела сколько времени. Накинув халат, она прыжками взлетела на этаж к Жади и рывком открыла дверь, не постучавшись… Однако картина, представшая ее взору, не подразумевала каких бы то ни было экстренных действий. Хадижа вообще еще в пижаме была и перемещалась по квартире, сладко потягиваясь. Жади была причесана в строгой деловой манере, к которой Рания так привыкла за последнее время, но одета по-домашнему. Она только что покормила малышей второй раз и теперь укладывала их в кроватки. Ее крохи пока еще предпочитали только есть и спать. «Жади, а мы не должны были уже там быть?» - тихо, но взволнованно спросила Рания. Жади решала какой стиль разговора выбрать, а потом все же ядовито-сладким голосом произнесла: «Я же не знала, что ты хотела подать завтрак новобрачным, Рания. Ну что же ты не предупредила меня? Я обязательно отправила бы тебя в любое удобное тебе время.» У Рании на глаза моментально навернулись слезы. «Теперь готова меня нормально выслушать?» - спокойно-сочувственно обратилась Жади к шмыгнувшей носом Рании: «Рания, ты же сама догадалась, почему Наджат и Наджи родились преждевременно. Так? Ты сама просила предоставить тебе право жить в твоей квартире, и Саид не возражает, чтобы ваш сын Мунир жил с тобой. Но это все возможно, только в одном случае – если мы сможем не пересекаться в вопросах, касающихся Саида. Ты себя вчера вспомни? Больно было? А мне думаешь не было больно на твоей свадьбе с Саидом? Так вот – завтрак новобрачным есть кому подать. Лара Назира там, родители Зулейки с ней. А вот нам там пока делать нечего – только душу рвать.» Рания не ожидала такого услышать. А Жади продолжила: «У тебя сегодня выходной, но салон ведь работает? Вот и покажи лучше мне, что ты за это время сделала. Ты про оформление с использованием элементов арабской одежды говорила. Понятно, что с рождением моих малышей я не могла к тебе приехать, но сейчас-то мы рядом. Девочки моих крох не видели. Да и про квартиру мы должны с тобой договориться – как лучше, чтобы ты сама сначала пофантазировала, а потом посовещаться или наоборот? Мунир у океана не был. Выбирай – что сначала, а что отложим? Тут дел – не переделаешь... А вот к обеду мы спокойно поедем в особняк.» «Жади, ты хочешь сказать, что мы можем спокойно общаться на любую тему, если не задеваем вопросы о предпочтениях Саида?» - настороженно спросила Рания. «Абсолютно верно понимаешь. Ты про коллекцию лелий еще не забыла со всеми свадьбами? Это тоже дело – наш общий проект по вашему с Хадижей собственному выбору. Кстати, мой сюрприз тебе на МОЮ свадьбу еще тоже не реализован, а ведь синьор Перейра дал согласие. Тем более нам даже Саида нет необходимости беспокоить, так как машина в моем круглосуточном распоряжении. Так что - тем для общего дела мы еще найдем множество... было бы желание. А вот пересекаться ни с тобой, ни с Зулейкой перед тем как Саид к любой из вас пошел или сразу после вашей с ним ночи у меня нет ни малейшего желания. Ты меня понимаешь?» - Жади достаточно жестко формулировала свои мысли, но сейчас так было лучше. Рания слушала и кивала: «Я согласна. Тем более мы с тобой будем в разных домах находиться. А Зулейка?» «Ты-то уже все поняла. Тем боле у тебя работа – ты администратор салона цветов. Ты сама себе темы придумаешь, да еще и с нами поделишься. А вот про Зулейку я тебе пока ничего не могу сказать – сама не знаю. Да и она еще не понимает, как все будет. Я же не собираюсь скандалить с ней, как с тобой до драки…» - обе тихонько рассмеялись: «Ну вот видишь – мы вчера прекрасно танцевали, сегодня смеемся… Значит получится. А Зулейке уже и деваться некуда будет.» Рания решилась: «Тогда пойдем квартиру смотреть – потом порешаем какие варианты лучше. Я хочу быстрее Мунира к себе забрать. Больше всего хочу.» *** Когда машина Жади подъехала к особняку, то нетерпеливо ожидавший Саид моментально оказался возле нее и, открыв дверь, вознамерился взять своего Наджи, но даже руки протянуть не успел, как услышал любимый голос: «Хадижа, подержи Наджи пожалуйста. Саид, будь добр, прими Наджат – мы пока одновременно не умеем из машины выбираться. Мунир, помоги папе, пожалуйста. Вот молодец – Рания, видишь какой у тебя уже помощник вырос?» - Жади вышла из машины и приняла Наджи из рук Хадижи… Соответственно и внимание отца приехавшие дети получили в достаточно хаотичном порядке. Рания подставила лоб для полагающегося поцелуя, а вот улыбающаяся Жади, позвав всех за собой, ушла с сыном в дом. Войдя к Жади в комнату с маленькой принцессой Наджат на руках, Саид выглядел как обиженный ребенок – на его лице было написано полное недоумение: «Жади, мы же с тобой обо всем договорились, ты все равно на меня так сердишься, что не хочешь, чтобы я даже коснулся твоего лба...» «Дверь закрой.» - было первое, что он услышал, а улыбающаяся Жади продолжала: «Надеюсь, ты Наджат уже поцеловал? Положи ее – они еще не меньше часа проспят. Держи теперь своего принца.» Жади подождала пока Саид подержит на руках Наджи, поцелует его и пошепчет ему что-то ласковое на ухо… и лишь потом положит в его кроватку. Теперь она подошла и подставила Саиду лоб для поцелуя. Саид, целуя ее, сразу же сгреб в охапку и крепко прижал к себе: «Я думал ты такая, потому что вчера свадьба с…» - Жади ладонью прикрыла мужу губы не давая договорить. Саид целовал любимую ладошку: «Нет? Тогда что? Ты объяснишь мне?» «Саид, я не слепая, но и другие не слепы – у тебя теперь три сына, причем Мунир первенец и значит твой приемник. А ты из них слишком явно выделяешь Наджи. Ты не имеешь на это право. Я не переживаю, что ты будешь Наджи любить больше Наджат или Хадижи…» - Саид возмущенно замотал головой, Жади успокаивающе гладила мужа по голове, по плечам и продолжала: «Ты не можешь в присутствии других сыновей первым оказывать внимание нашему Наджи. Я помню, о чем мы разговаривали в клинике и, как Первая жена, вынуждена просить тебя быть справедливым.» «Жади, ты не понимаешь… я люблю Хадижу и Наджат больше жизни, но я все двадцать лет мечтал о сыне, рожденном тобой. И вот он есть…» - договорить Саиду Жади не дала. «Я прекрасно это понимаю. При всех наших ошибках мы все же подарили Хадиже счастливое детство. Все остальные твои дети тоже должны быть счастливыми – никто из них не должен быть обижен. Поэтому я тебя очень прошу: если рядом есть Мунир или Рамиль – никогда не бери на руки первым Наджи. Вот если ты при них будешь держать на руках Наджат, то ты будешь учить братьев заботиться о младшей сестре, а выделяя Наджи ты посеешь ревность. Я слишком люблю своих детей, чтобы пожелать им пережить это.» - Жади потянулась и нежно поцеловала Саида в губы, как будто печать накладывала. *** Саид подхватил любимую и сжимал в объятьях все сильнее, а поцелуи из нежных стремительно переросли в страстные... И опять Жади остановила мужа: «Нельзя еще - сорок дней женщина нечиста, ты же знаешь. Погаси пока свое пламя. Подожди меня. Лучше скажи – тебе мой подарок вчера понравился?» «Ты была восхитительна… Хадижа и Наджат так будут уметь танцевать?» - получив утвердительный ответ, Саид продолжил: «Только … этот танец не завершен… ты должна быть после него моей. Понимаешь? МОЕЙ! Вся!» Его любимая улыбаясь обещала «я буду». ******************************************************************************************* Время. Великий судья «Время». Ему подвластно все… Иногда даже стирать воспоминания. Дарить мудрость, не дожидаясь старости. Поднимать после падения. Давать надежду и утешение. И даже награждать… Важно лишь понять и принять это. *** Прошло четыре недели. Через два дня после своей свадьбы Зулейка проводила улетевших в Фес родителей, а Рания попрощалась с сестрой Аминой и ее мужем. Еще через день настало время большой семье Рашид провожать дядю Али и Зораидэ. Прежде чем уехать в аэропорт, уже попрощавшись и со старшими и с младшими родственниками, дядя Али отошел с Жади на несколько шагов ото всех. Глядя в глаза племяннице, тихо задал вопрос всего из одного слова: «Выдержишь?» Жади ответила и вовсе без слов - чуть кивнув головой и прикрыв на мгновение глаза, поцеловала руку дяди и приложила ко лбу, прося благословения. Дядя Али поцеловал племянницу в лоб: «Да благословит тебя Аллах…» *** Дни у Жади летели с невероятной скоростью, но не потому что нельзя было сделать меньше, а для того, чтобы воспользоваться подарком Великого судьи. Теперь в голове Жади одни образы остались лишь полустертыми воспоминаниями: «Я обязана выжить. Именем дочери – пусть со мной случится все что угодно, но так чтобы она не узнала…»; «А если меня почти не будет? Ну только по воскресеньям на два-три часа…»; «Я видела оазисы. Я видела рынок золота. Я видела караваны в пустыне. Только своей я не стала. Я не была счастлива. Счастье не для меня, мама.»; «Ты ничего обо мне так и не узнал, Саид…»; «Не-е-ет, этого ребенка Саид не получит!» А другие становились ярче и вызывали улыбку каждый раз, когда Жади глядела на танцующую принцессу Хадижу или спящих принцессу Наджат и принца Наджи; чувствовала, как ее муж не может наглядеться на любимую жену; слушала как капельки жади браслета «Наджат» поддерживают ее, если мужа нет рядом: «Жади - Жади - Жади - Жади - Жади - Жади - Жади …». Время одарило Жади необычайно щедро, позволив подняться после удара, дав силы пройти по тернистому пути и указав дорогу к счастью. Но Великий судья «Время» наделяет дарами лишь тех, кто в состоянии дать достойную плату за них. *** Сегодня у Жади очередное испытание. Утром после завтрака, пока все еще сидели за столом Саид произнес: «Жади, сегодня я ночую у тебя». Сегодня сорок первый день… И теперь, ухаживая за своими принцессой и принцем, Жади ждет. За прошедшие четыре недели Жади восемь раз уезжала с Хадижей и малышами в свой дом. Рания приняла обозначенные Жади границы, поэтому в эти дни они очень много времени проводили вместе, обсуждая множество проектов, первый из которых, посвященный переоборудованию квартиры Рании и Мунира, был реализован ими за неделю. Так же восемь раз Саид уезжал в квартиру Рании. В эти вечера Жади и Хадижа очень много занимались танцами – дочь хотела уметь танцевать все, что так завораживающе исполняла мама. И еще мать с дочерью занимались изучением литературы, связанной с разведением не только лелий, а и других родов орхидных. *** Итак, сегодня рубеж. И необходимо преодолеть его достойно. У Жади нет права на ошибку… Хадижа сейчас в школе, но ее Наджат и Наджи спят в своих кроватках. А их мама ждет. Для того, чтобы немного отвлечь себя, Жади принялась разбирать вещи в шкафу. Вдруг она вытянула коробку плотно завернутую в подарочную упаковку. В памяти сразу же всплыло воспоминание о ее свадьбе с Саидом - когда муж принес ее на руках к почетным гостям, донна Роза вручила ей подарок, который был полностью запакован и шепнула Жади: «Это тебе – потом посмотришь. Надеюсь понравится.» Как же так получилось, что подарок донны Розы ни разу на глаза не попался? Интересно, что ее ждет? Но распаковать подарок ей помешал стук в дверь – в комнату Жади без стука войти мог только Саид и Хадижа, когда отца не было дома. Это было непоколебимое правило, установленное главой семьи и владельцем дома. Чтобы не разбудить детей, Жади быстро вышла из комнаты – Зулейка, ожидавшая ее в коридоре, попросила уделить ей время для важного разговора. Оставив дверь открытой, чтобы услышать детей, если они проснутся, Жади вышла вместе с Зулейкой в гостиную. «Жади, я знаю, что ты никогда не остаешься в доме, если Саид будет ночью у меня. Я попросила и Рания рассказала о том, как вы проводите время, о ваших планах и проектах… В общем… я знаю многое – в том числе и о причине преждевременных родов Наджат и Наджи.» - слова давались Зулейке с трудом, но она продолжила: «Я знаю, что Рания у тебя уже спрашивала обо мне. Ты ей сказала, что я еще не понимаю, как все будет… Теперь я понимаю. Как и Рания я не хочу дожидаться, когда Саид войдет в спальню к другой жене или видеть его вышедшим от нее… Ты правда позволишь мне уезжать в твой дом с Рамилем в ту квартиру, где мы жили после его рождения?» Жади слушала, не перебивая, и лишь теперь ответила вопросом на вопрос: «А ты понимаешь, что это означает? Ты не можешь приехать в дом, где живет Рания и портить ей настроение или проявлять неуважение. У тебя растет Рамиль и воспитываться он должен с сознанием того, что старший сын в семье Саида Рашида – Мунир. А он сын Рании. Это также справедливо, как и то, что Рамиль является старшим братом Наджи.» Зулейка поспешила быстро-быстро ответить: «Я все понимаю, Жади. И еще - я тоже хочу участвовать в ваших или уже наших проектах. Я хотела попросить тебя, Ранию и Хадижу помочь подобрать мне сорта лелий к моей коллекции. Я знаю, что вы собираетесь поехать к твоему наставнику – я хотела бы поехать с вами. Это можно?» Теперь Жади открыто улыбнулась: «Квартира в твоем распоряжении. Потом подумаем, что там еще можно сделать. Согласна? Без меня старшая в моем доме Рания… ну это если к вам лара Назира не придет…» - и женщины облегченно рассмеялись. «Иди собирай, что тебе и Рамилю может понадобиться сегодня. Я позвоню Рании, чтобы предупредить, и дам распоряжение Али. Завтра работает Ахмед. Позвони, когда тебя забрать – он приедет.» - Жади старалась не позволить проявиться на лице тому облегчению, что она испытывала. А вот Зулейка не скрывала испытываемое ею облегчение: «Спасибо! А я уже собрала все и Рании позвонила. Она ждет твоего решения.» Жади позвонила Али и объяснила, куда необходимо отвезти лару Зулейку и когда забрать Хадижу из школы.