А если меня почти не будет?

Зулейка уехала сразу же после распоряжений Жади водителю и телохранителю. Жади проводила ее до двери и еще раз напомнила обстоятельно подумать о том, что понадобится в квартире дополнительно. Пройдя к себе в комнату, женщина увидела на постели так и не распечатанный ею подарок донны Розы. Малыши пока еще спали, поэтому она забрала подарок в гостиную, чтобы не шуршать блестящей праздничной упаковкой. Когда Жади сняла и отложила в сторону обертку, ее взору представилась совершенно прозрачная пластиковая коробка, наполненная чем-то кружевным. Неоднородный цвет содержимого с множеством различных оттенков зеленого тут же напомнил Жади эксклюзивные украшения, подаренные Саидом. Ну да, так и есть – от почти белого до темно-зеленого… Когда Жади внимательно рассмотрела коробку, пытаясь открыть ее, то обнаружила, что это не коробка, а чемоданчик с петлями, замочком и потайной рукой. Выяснилось, что, раскрывая упаковку, она перевернула чемоданчик вверх дном. Однако, то что Жади увидела, перевернув чемоданчик, повергло ее в полнейшее изумление – на крышке подаренного донной Розой чемоданчика крупными золотистыми буквами была вытеснена надпись «Jade»*. Под крышкой был простой белый конверт. Жади легко открыла чемоданчик и взяла конверт, письмо из которого должна была прочитать еще два месяца назад. «Дорогая Жади! Я очень рада за тебя. Рада тому, что вы с сеньором Рашидом наконец вместе. Я увидела, что вы созданы друг для друга сразу же. Вы должны быть счастливы. По-другому быть не может. Мой подарок должен тебе понравиться и не потому что он носит твое имя, а потому что в нем ты будешь неотразима. Когда появятся на свет твои малыши, ты вновь станешь такой же стройной, какой я увидела тебя в первый день. Надеюсь, что мой подарок доставит удовольствие не только тебе, но и твоему мужу, любующемуся на тебя. С наилучшими пожеланиями, будь счастлива!» На глаза Жади навернулись слезы, а на губах цвела улыбка благодарности. Отложив письмо, Жади аккуратно достала нежное кружево, лежащее в чемоданчике, и поняла, что название «Jade» отнюдь не случайно. В ее руках оказался комплект, состоящий из длинной кружевной сорочки на тончайших бретелях, с высокими до бедер разрезами, и пеньюара, который явно не предполагалось набрасывать наспех… Пеньюар был притален, его подол, как и рукава до локтя были очень красиво расклешены. Не менее фасона поражала и расцветка – градиент от почти белого через весь спектр до темно-зеленого на талии и вновь градиентом до почти белого края подола. К кружевному пеньюару прилагался темно-зеленый широкий и длинный атласный пояс. Жади понимала, что это подарок именно к такому дню, как сегодня. В своей комнате она примерила комплект и убедилась, что этот подарок действительно больше Саиду, чем ей. Не пожелать раздеть женщину в такой одежде не сможет ни один мужчина. А то что комплект, подаренных Саидом украшений, исключительно подходит к подарку донны Розы, она поняла еще в гостиной. «Ну что же, Саид – ты сказал, что танец не завершен… Сегодня у тебя будет возможность его завершить…» - улыбаясь, Жади быстро переоделась, потому что ее маленькие принцесса и принц уже куксились, требуя к себе внимания. *** Муж предупредил Жади, что приедет немного пораньше. Тембр его голоса даже по телефону выдавал еле сдерживаемое нетерпение и напряженное ожидание. К семнадцати часам машина хозяина особняка уже стояла у ворот и он сам стремительно направился в дом. Саида ждали… То, что он увидел, заставило замереть сразу на пороге лишь успев закрыть дверь. Картина охватывалась взором сразу – ужин накрыт на низеньком столике прямо в гостиной, звучала музыка и перепутать ее Саид не мог бы ни с какой другой… Но настоящий подарок был у него перед глазами. Его любимая, в том самом наряде и украшениях, с той же прической, и его принцесса Хадижа, одетая под стать матери, только в светло-розовый костюм, с золотыми украшениями, танцевали… И танцевали синхронно, как это всегда у них получалось. Но сегодня в танце они обе плыли над полом, а выше талии тело – воплощенный ритм… Мать и дочь своими плывущими перемещениями по комнате плели какое-то только им ведомое кружево. А Саид млел от удовольствия и наливался страстью одновременно. Композиция завершилась, что позволило Саиду выдохнуть. К нему одновременно устремились и дочь, и ее мать. Сейчас не нужно было выбирать кого и в каком порядке обнимать и целовать. Обеими руками он обхватил свое счастье и единственное чего ему не хватало, так это вместе с ними схватить свою маленькую принцессу Наджат и долгожданного принца Наджи… Конечно Саид понимал, что малышей нельзя беспокоить – они сейчас спят. «Папа, папочка! Скажи - у меня получилось танцевать как мама?» - Хадиже хотелось сразу получить одобрение всем стараниям, которые она приложила с того вечера, когда впервые увидела такой танец. А мама ей показывала и объясняла, но посоветовала никого такому танцу не учить – только Наджат, когда она подрастет. Саид поцеловал дочь: «Я просто в восторге, моя принцесса! Вы у меня такое чудо… Ты когда так танцевать научилась, счастье мое?» Жади пригласила всех за стол, напоминая, что в их распоряжении не так уж много времени – Наджат и Наджи скоро проснутся и тоже потребуют есть. С радостными улыбками все расположились за столом, а Мириам принесла горячее и, с молчаливого кивка Жади, покинула особняк. На предстоящий вечер Жади отпустила всех – ей очень хотелось остаться только со своей семьей. Саид, по обмену взглядами жены и старшей служанки, понял, что в доме кроме его самых драгоценных больше никого нет. Его ощущения описаниям не поддавались. Хадижа с аппетитом уплетала прекрасно приготовленные блюда, а у ее отца, от переполнявшего сердце счастья, кусок в горло не лез. Жена прекрасно понимала чувства мужа, потому что испытывала тоже самое. Все что нужно будет учитывать завтра – других жен и детей Саида, необходимость принимать верные решения, управляя такой большой семьей – сегодня Жади не желала знать, помнить и чувствовать… Сегодня только она, ее муж и их горячо любимые дети. Жади подошла к Саиду и, сев ему на колени, нежно обвила его шею руками, поцеловала и заглядывая в глаза произнесла: «А поесть все же надо. Во-первых, пока все горячее, а во-вторых, потом наши малыши не дадут.» Покосившись на дочь, которая не прекращая есть, бросала на родителей лукавые взгляды, Саид сомкнул объятья и на ухо произнес: «Не будь тут Хадижи – я тебя съел бы. Неужели это не заметно?» Его собственное ухо приняло ответ: «Еще как заметно… Но пока еще рано – ты ведь не до конца танец видел…» Родителям все же удалось поужинать вместе с красавицей дочкой. Постепенно Саид пришел в состояние спокойного умиротворения. Ужин закончился ароматным чаем с выпечкой и рахат-лукумом. А потом, сбегавшая проверить сестренку с братиком, Хадижа позвала родителей: «Мама, папа, они уже проснулись!» Подскакивать к малышам первому пришлось именно Саиду, так как Жади быстро переодевалась в домашнюю одежду, а Хадижа, перехватив мамин красивый костюм, вешала его в шкаф. Однако, мама могла бы и не торопиться так, потому что, переложенные отцом на большую кровать, малыши с удовольствием принимали папины проглаживания, да еще и потягивались. Родители и их старшая дочь, переглянувшись, рассмеялись. Им всем вместе было так хорошо, спокойно и уютно. Саид с Хадижей с удовольствием понаблюдали за кормлением младших, которые получив самое вкусное быстро уснули. «Мама, а я тоже почти все время спала?» - спросила Хадижа. По лицу Саида пробежала тень воспоминания - первые сорок дней Хадижи, которых он не видел… побег… поиски… развалины… «Я буду тебе самой лучшей женой…» Жади ласково позвала: «Саид, наклонись ко мне, пожалуйста.» - и прошептала мужу в ухо: «Поверь. Я буду самой лучшей женой.» Лицо Саида осветилось потаенной радостью: «Рамиля… Она что же мои мысли прочла?» А дочке мама объяснила: «Они пока еще очень маленькие. И ты же знаешь, что им было еще очень рано рождаться. Они наберутся сил, подрастут и ты будешь учить Наджат танцевать.» *** «Папа, а теперь уже можно про наш секрет маме рассказать? Давай покажем?» - просила дочка. Улыбающийся Саид только утвердительно головой кивнул, держа на руках своего долгожданного принца Наджи. Хадижа как фокусница незаметно что-то нажала на полке шкафа и отделение, которое представлялось Жади цельным, открылось как дверца сейфа. В углублении находилась бархатная шкатулка. Мать недоумевающе наблюдала за дочерью, а Хадижа с загадочным видом вытащила шкатулку и положила рядом с мамой на кровать, после чего забрала у нее из рук сестренку. Жади взяла шкатулку, открыла и ахнула, а сидящий рядом муж нежно произнес: «Ну вот мы и вместе с тобой, моя рамиля. Навсегда. Хадижа потом только Наджат этот секрет покажет.» Так прошел вечер до купания малышей и очередного кормления… Детей уложили в кроватки – теперь они уже выдерживали полноценный шестичасовой сон. Хадижа пожелала родителям спокойной ночи, получила от каждого нежный поцелуй, и убежала к себе. *** Наконец Саид был с Жади один, если не считать малышей. Страсть начала закипать в жилах. Взгляд пламенел. Жади видела все это, но лишь ласково улыбалась: «Нет, Саид… Еще нет. Ты хотел завершить танец, но в этой комнате музыку пока нельзя включать. Иди к себе, диск там уже стоит – громко не включай. Я сейчас.» Недоумевая, Саид выполнил предложенное. Жади хочет снова полностью одеться? Странно… Но когда зазвучала музыка, в проеме открытой двери его маленькой спальни, убранство которой он успел оценить, появилась фигурка жены в таком соблазнительном наряде, что он с трудом удержал себя на кровати. Места для танца тут было очень мало. Но Жади использовала его максимально. Плывущая над полом фигурка и воплощение ритма мелодии выше талии… Неуловимый жест – Жади сняла комплект колье и мелкими движениями кистей рук заставила капельки жади колье «Наджат» дрожать перед глазами Саида, издавая мелодичный звон, так созвучный состоянию его души: «Жади - Жади - Жади - Жади - Жади - Жади - Жади …». Саид медленно взял украшения. Медленно притянул к себе за талию, перехваченную широким атласным поясом. Пояс долой – шелест атласа задел самые напряженные струны души и тела. Медленно оголил одно плечо. Поцелуй. Потом другое. Поцелуй. Изумительное кружево скользнуло на пол. Уже почти видно все тело. О Аллах… Как ждал… Как желал все время… Еще два легких медленных движения… Еще один водопад кружева и его любимая Жади открыта его взору. Больше нет преград. Последняя мысль была равна прорыву плотины. Дальше в голове звучало только «МОЯ! МОЯ! МОЯ!...» Саид старался удержаться за что-нибудь реальное в этом мире – это были распахнутые потемневшие от страсти глаза любимой. Они стали для него путеводными звездами. Даже если бы кто-нибудь имел право спросить сколько длился безумный танец их разгоряченных тел, Саид смог бы сказать только одно – пока глаза Жади не закрылись от изнеможения. ------------------- * «Jade» — «Жади»; «Нефрит»