Ладонью небо не закрыть

      — Истинность подразумевает под собой родство душ, совокупность факторов, которые образуют душевное единение и физическую совместимость двух партнёров. Оба партнёра, идеально подходящие друг для друга, постоянно развиваются в мышлении, в своих деяниях и прогрессируют в достижении общей цели. Общая цель подразумевала под собой воспроизводство сильного потомства, но данное понятие давно устарело и в современном мире больше не актуально. Теперь же цели людей, желающих найти истинную пару, имеют индивидуальный характер и нередко отличаются от общей первоначальной…              Профессор замолкает, обводит аудиторию цепким взглядом и задерживается на единственном незаинтересованном слушателе. Глаза закрыты, по подбородку течёт слюна, вместо подушки жёсткий рюкзак. Идиллическая картина.              — Истинность — не приговор, — оторвавшись от разглядывания дремавшего альфы, продолжает профессор. — По крайней мере, так утверждает большинство научных деятелей. Есть множество примеров, когда пары счастливы вместе и при этом не имеют признаков истинной связи.              — Кёсу-ним, а что вы сами думаете об истинных? — спрашивает девушка с третьего ряда. — Вы бы хотели встретить истинного партнёра? Или он у вас есть?              Вопрос слишком личный, заданный без капли должной тактичности, но профессор охотно отвечает:              — Я считаю, что истинные пары — это не две половинки одного целого. Это подходящие по мнению природы друг для друга партнёры. Поэтому не стоит зацикливаться на истинности. Чтобы быть счастливым, она вовсе не обязательна. Но, безусловно, она не перестаёт быть от этого не менее желанной. Многие хотят найти того самого, кто облегчит им жизнь, украсит её, будет опорой… Что касается меня, я всё ещё не встретил родственную душу и сомневаюсь, что когда-нибудь это произойдёт. Ну, а вы, Чон Чонгук?              Чонгук резко отрывает голову от рюкзака и потерянно смотрит на профессора, не понимая, что от него требуется.              — У вас есть истинная пара? — великодушно повторяет вопрос профессор Мун Ёнгсу.              — Нет, — осторожно отвечает Чон и выпрямляется на стуле. Головы студентов повёрнуты в его сторону, а рядом сидящий парень старательно глушит рвущийся наружу смех. Как же неловко…              — Тогда сегодняшняя тема должна была вас заинтересовать, — укоризненно говорит профессор и вновь возвращает своё внимание аудитории, продолжая лекцию.                     Тэхён испуганно вздрагивает, когда рядом с ноутбуком приземляется чашка с горячим кофе. Чимин, обрадованный тем, что застал друга врасплох, бесцеремонно усаживается пятой точкой на стол и растягивает губы в кривой ухмылке.              — Я не заказывал, — шутит Тэхён и делает маленький глоток крепкого напитка. Без сахара. Его друг всегда знает, что ему нужно. — Но спасибо, совсем глаза слипаются.              — За мой счёт, — подыгрывает Чимин, однако его улыбка тут же сменяется недовольной гримасой. — Серьёзно, Тэхён? Что ты забыл на работе в законный выходной?              — Не смог закончить отчёт дома из-за того, что не скопировал данные с рабочего компьютера, — признаётся Ким, мысленно проклиная свою рассеянность. — Поэтому я попёрся в свой, как ты выразился, законный выходной на работу и проторчал полтора часа в пробке. Здорово, правда?              Чимин громко вздыхает, тем самым показывая, что он думает по этому поводу, и слезает с многострадального стола.              — Собираешься доделывать отчёт прямо здесь?              — Да, а то опять что-нибудь забуду и придётся вновь возвращаться, — широко улыбается Тэхён, что никак не вяжется с его кислым выражением лица. — Ну, а ты что тут делаешь? У тебя-то рабочий день в самом разгаре.              — Друга решил проведать, — возмущается Чимин и тянется через стол, чтобы забрать кофе у неблагодарного придурка. Но Тэхён не позволяет ему этого сделать, вовремя отклонившись назад. Пак фыркает и решает оставить его в покое. — Ладно, пойду я, а то ещё влетит. Давай тут, не скучай без меня.              Он посылает на прощание воздушный поцелуй и неловко сталкивается в дверном проёме с Сокджином.              — Извините.              Джин растерянно смотрит ему вслед, а потом также растерянно на сидящего в кабинете Тэхёна.              — У тебя же выходной, — в замешательстве уточняет он.              — Я не скопировал данные, из-за чего не смог закончить работу дома, и мне пришлось простоять… — тут же решает пожаловаться на нелёгкую судьбу Тэхён, но Джин спешно его останавливает.              — Хорошо, я понял. В таком случае, не отвлекай, пожалуйста. Из-за твоего отсутствия мне предстоит немалый объём работы.              — Как скажешь, — послушно соглашается Тэхён и делает большой глоток превосходного кофе. У Чимина золотые руки.                     «Когда дело касается истинности, остро встаёт вопрос запаха. Многие "счастливчики", встретившие родственную душу, наперебой пытаются донести до остальных, что запах пары самый замечательный и жить без него невозможно. На самом деле дела обстоят совершенно иначе и более приземлённо. Запах истинного никакой силы и доминантности над другими запахами не имеет. Он также, как и остальные, кому-то либо нравится, либо нет. Вполне закономерно, что "счастливчику" нравится запах, который принадлежит его партнёру, потому что, опять же, это природа, так и задумано, — отчётливо, практически на одном дыхании произносит профессор и шумно вбирает носом застоявшийся в аудитории воздух. — Не менее важный признак — неконтролируемая тяга к родственной душе. Но её — как и запах — можно преодолеть, доведя количество встреч до минимума либо прекратив вовсе. Эволюция не стоит на месте, разум преобладает над животными инстинктами. Альфы не лезут ко всем незанятым омегам подряд, а омеги не бросаются на шею первому встречному альфе в период эструса».                     Чонгук подходит к главному входу бизнес-центра и дрожащими пальцами набирает указанный в накладной номер телефона получателя. Это его первый рабочий день, он сильно нервничает, боясь накосячить и вылететь с работы, и совершенно не знает, откуда взять так необходимую сейчас уверенность. Чонгук неловко топчется на месте, слушая исходящие из трубки гудки, и постоянно поправляет лямки сползающего рюкзака. Охранник, которого хорошо видно через стеклянные двери здания, подозрительно щурится, следя за каждым его движением. Наконец, череда гудков прерывается, и Чонгук слышит хриплый мужской голос:              — Слушаю.              — Ким Сокджин?              — Да.              — Вас беспокоит курьерская служба доставки STRud. Можете спуститься и забрать посылку?              — Ах да, точно, сегодня же, — растерянно бормочут на том конце трубки. — Буду признателен, если вы сами подниметесь ко мне. Я предупрежу охранный пост, чтобы вас пропустили.              Стараясь скрыть недовольство, Чонгук соглашается и с опаской входит в здание, что пугает одним своим размером.              Охранник быстро записывает паспортные данные, пока смущённый Чонгук ловит на себе взгляды мимо проходящих сотрудников — в объёмной толстовке и спортивных штанах он сильно выделялся на фоне белых воротничков. Наверное, стоило одеться поприличнее, думает он, но, решив быть смелее, отметает неприятную мысль и подавляет глупое желание спрятать шапку в рюкзак.              — Пересекаете холл полностью, поворачиваете налево, там найдёте лифт. Этаж семнадцатый, после вас встретят, — внезапно говорит охранник и отдаёт паспорт.              Чонгук благодарит его лёгким поклоном и чуть ли не бегом направляется куда было указано.                     Тэхён пытается распутать шарф, когда Джин заходит в кабинет вместе с курьером. Ким не глядя здоровается с мальчишкой, сосредоточившись на непонятно откуда взявшихся узлах. Время от времени он чувствует на себе чужой взгляд, но, обернувшись, видит лишь склонившегося над столом Джина и курьера, что не отрывает глаз от собственных кроссовок.              Заполнив данные и поставив подпись, Сокджин отдаёт курьеру бланк и обращается к Тэхёну, теперь уже воюющему с пуговицами на пальто:              — Проводишь парня на выход?              — Эксплуатируешь меня как можешь.              Тэхён застёгивает последнюю пуговицу, хватает сумку с ноутбуком и жестом показывает мальчишке следовать за ним.              В лифте повисает неловкое молчание, но Чонгук привык, весь день у него какой-то неловкий. Он краем глаза старается разглядеть привлекательного омегу, но получается откровенно плохо. Однако о том, чтобы повернуться и открыто посмотреть в глаза, не может быть и речи.              Омеги в его группе тоже красивые, только вот Чонгук никогда не обращал на них внимания. Все его мысли были заняты учёбой и тем, как достать денег, чтобы купить немного еды и много компьютерных игр. Сегодня в нём впервые проснулся интерес к противоположному полу, и это сбивало с толку.              Чонгук осторожно принюхивается, хотя осознание того, что он ведёт себя крайне неприлично, больно бьёт по совести. Но распознать какой-нибудь запах так и не удаётся. И тут лишь два варианта: перед ним бета с едва различимым запахом, либо омега, принимающий блокаторы. Альфа склоняется ко второму. Чонгук не может сам себе объяснить, почему так решил — внешность уже давно не была определяющим фактором. Он просто чувствует: перед ним представитель именно этого статуса, и никак иначе.              Спустя долгие минуты они наконец доезжают до первого этажа и выходят из душной кабинки. Охранник у входа, завидев омегу, расплывается в широкой улыбке и окончательно перестаёт нравиться Чонгуку.              — Уже уходите? — спрашивает мужчина.              — Да, сегодня я вообще не должен здесь находиться, — смеётся омега и, о боже, очень красиво смеётся, пусть и неискренне.              Когда они оказываются на улице, Чонгук несмело прощается и спотыкается на ровном месте, услышав дружелюбное «всего доброго». Омега успевает скрыться в подъехавшем такси прежде, чем альфа сообразит, что ему не послышалось.              Чонгук наблюдает за удаляющейся машиной и чувствует, как земля уходит у него из-под ног.              Похоже, он только что влюбился.