2
17 марта 2017 г., 18:41
Расслабленный после душа Тэхён хочет лишь одного — чтобы его никто не беспокоил. Он взял отдых на неделю с целью разобраться с мелкими бытовыми проблемами, до которых раньше не доходили руки, и набраться сил перед предстоящим сложным проектом. Ким не собирался в оставшиеся пять дней вспоминать о работе и хоть как-то быть причастным к ней.
И, конечно, Тэхён нисколько не удивился, когда на третий день отпуска она дала о себе знать.
Увидев на экране телефона номер директора маркетингового отдела, Тэхён мысленно посылает его куда-подальше, но вслух произносит лишь стандартное приветствие.
— Здравствуйте, Тэхён. Прошу прощения за столь поздний звонок, но дело не терпит отлагательств. — Голос господина Гунмина звучит устало и, возможно, Тэхён его даже жалеет, но только самую малость.
— Что-то серьёзное?
— Отчёт, который вы мне прислали, не совсем верный. В бухгалтерии как обычно что-то напутали и предоставили информацию за прошлый квартал.
Тэхён раздражённо стонет, забыв, что начальник его слышит. Этот отчёт будет сниться ему в кошмарах, он уверен.
— Здесь нет вашей вины, — спешит успокоить его Гунмин. — Как бы то ни было, я только что получил свежие сведения. Также у меня есть мелкие замечания, однако их слишком много, чтобы перечислять по телефону. Всегда есть вероятность, что вы что-нибудь упустите. К слову, отчёт необходимо предоставить завтра утром генеральному директору, у нас больше не будет времени на исправление ошибок. Я могу к вам приехать, чтобы совместно закончить работу?
Тэхён смотрит на свой домашний халат, проводит рукой по мокрым волосам и выдыхает недовольное:
— Да, конечно.
Отключившись, он сразу же направляется в гардеробную. Наводить порядок в квартире Тэхён не собирается даже ради начальства. А вот светить трусами перед человеком, от которого зависит его нахождение в фирме, лучше не стоит. Ким не сильно заморачивается над тем, что надеть: достаёт из недр шкафа домашнюю, но вполне приличную футболку, и свободные серые штаны. Куда сложнее определиться, чем угостить директора, если тот окажется голодным, и что он предпочитает пить.
Господин Гунмин звонит в дверь спустя минут тридцать — Тэхён не засекал, но на часы изредка поглядывал.
— Прошу прощения за вторжение и за то, что отнимаю ваше личное время, — быстро разуваясь, извиняется директор, — но нужно как можно скорее разобраться с отчётом.
— Ничего страшного, господин Нам, — заверяет омега, пропуская начальство в гостиную. — Может быть, чай, кофе?
«Выход через окно?» — мысленно добавляет он.
— Просто воды, — отзывается Гунмин, роясь в портфеле в поисках необходимых документов.
К вечеру третьего рабочего дня идея устроиться на подработку перестаёт казаться такой удачной, но Чонгук лишь упрямо поджимает губы — он достаточно взрослый парень, чтобы начать заботиться о себе самостоятельно.
Сложность заключалась в том, что Чонгук был приезжим и с трудом ориентировался в Сеуле. Даже установленный в телефоне навигатор порой не спасал, из-за чего приходилось обращаться за помощью к прохожим. Ещё одно неудобство: он был вынужден передвигаться на велосипеде или общественном транспорте, потому что не имел водительских прав и, следовательно, не мог воспользоваться служебной машиной.
Мысли о красивом омеге, которого Чонгук встретил в бизнес-центре, улетучились из головы почти сразу. Альфа ужасно уставал, совмещая работу с учёбой, и ему было не до своей неоправданной влюблённости. И сейчас, когда Чон старательно крутит педали в направлении дома, он в состоянии думать только о мягкой постели.
Завтра выходной, успокаивает он себя, а после — неполные смены с графиком два на два, чтобы оставалось больше времени на универ. Можно будет отоспаться на некоторых парах. Вполне терпимо. Зато появятся личные деньги и не придётся тревожить родителей и Хосока. И когда всё образуется, Чонгук обязательно выделит время на любимое с детства хобби — фотографирование. Только нужно немного привыкнуть, а дальше будет легче.
— Хорошо поработали, — довольно улыбается Гунмин, рассеивая образ строгого начальника. — Спасибо за чай, он прекрасен.
— Благодарю. — Несмотря на образовавшуюся боль в голове, Тэхён по-прежнему вежлив. Будь Чимин рядом, он бы его точно не узнал.
— Не сочтите за наглость, но я бы не отказался от добавки.
— Да, конечно. — Тэхён поднимается с дивана и забирает у директора пустую чашку. Уходя на кухню, он с трудом сдерживает тонну ругательств, крутившихся на языке. Работа сделана, они исправили ошибки и недостатки, так какого чёрта господин Нам всё ещё здесь?
В ожидании, когда закипит чайник, Тэхён пялится в одну точку и нервно кусает губы. Слишком тяжёлым выдался день. Он искренне злится на сотрудников бухгалтерии, так некстати подложивших ему свинью, и ругает директора за его бесконечные замечания, хотя стоит признать, они были обоснованными.
Он неуклюже рассыпает заварку, когда ощущает за спиной чужое присутствие, явно нарушающее границы личного пространства. Омега слегка поворачивает голову и чувствует горячее дыхание на щеке.
— Что-то случилось? — задаёт он совершенно глупый вопрос.
— Вас долго не было, я волновался, — бормочет господин Гунмин, отступая назад.
Тэхён свободно выдыхает, но напряжение никуда не исчезло. Он поворачивается к директору и настороженно щурит глаза. Видимо, сообразив, что ему этого не простят, Гунмин вновь надевает маску серьёзного человека.
— Извините, я позволил себе лишнего. Спасибо за гостеприимство, но я должен бежать, совсем забыл о некоторых планах, — сдержанно кланяется он. Ким словно в трансе провожает гостя в прихожую.
Тэхён не дурак и прекрасно понимает, что директор проявил к нему симпатию, выходящую за рамки рабочих отношений. Но почему так резко, почему сейчас? Ведь он никогда прежде не показывал своей заинтересованности в Тэхёне — одном из сотни подчинённых. Да и откуда она могла взяться, если они редко контактировали друг с другом и почти никогда не оставались наедине…
Директор сконфужено прощается и уходит. Ким ещё долго стоит в коридоре, прокручивая в памяти короткий, но столь интимный эпизод, в котором на первый взгляд не было ничего криминального. Однако звук вскипевшего чайника заставляет его очнуться от размышлений и вновь вернуться на кухню.
Вывод напрашивался сам собой. Отныне ему следует быть осторожным в присутствии Нам Гунмина.
Встречу с мягкой постелью, о которой весь день грезил Чонгук, приходится отложить. Хосок затаскивает его безвольное тело на диван, чтобы посмотреть фильм и опрокинуть по банке пива. Хёну было невдомёк, что младший слишком устал и хочет спать, и что завтрашний выходной касается исключительно работы, учёбу же никто не отменял. Однако с Хосоком спорить бесполезно, да и Чонгуку ничто не мешает заснуть на диване.
— Ты какой-то напряжённый, — хмурится Хосок.
Они делили квартиру всего полгода, но этого вполне хватило, чтобы изучить младшего досконально, словно родного брата. И в то же время этого было недостаточно, чтобы понять одну простую истину: Чонгуку сейчас не до фильмов.
Незавидное положение младшего спасал лишь алкоголь.
— Всё в порядке, хён, — отмахивается Чонгук и припадает губами к банке.
— Что будем смотреть?
— Без разницы.
— Комедия так комедия, — решает Хосок.
Чонгуку не хочется никакой комедии, никакого шумного Хосока рядом. Ему хочется просто заснуть и больше никогда не просыпаться.
— Я сегодня познакомился с интересной девушкой, — внезапно говорит хён. — У нас свидание на этой неделе. И у неё есть симпатичный брат, омега, всего на год тебя старше. Хочешь, познакомлю вас?
Чонгук нравился омегам, но не вступал с ними в отношения из-за элементарного нежелания обременять себя лишними обязанностями. Его часто приглашали на свидания милые особы, и он каждый раз смущённо отказывал, поэтому так вышло, что он ещё ни разу не целовался и на свидания не ходил. Когда сосед узнал об этом, принялся активно обустраивать его личную жизнь, что жутко нервировало.
— Не горю желанием.
— Серьёзно? Что плохого в омегах, раз ты отказываешься иметь с ними дело?
— Уже есть тот, кто мне нравится, — расплывчато отвечает Чонгук и морщится от протяжного возгласа Хосока.
— О-о-о! Невероятно! Это всё-таки случилось, ушам своим не верю! И кто это?
Омега, который мотивирует больше работать, думает Чонгук, но вслух говорит:
— Самый красивый омега, которого я когда-либо видел.
И он не врёт.
Утром Тэхён просыпается от настойчивого телефонного звонка. Директор Гунмин зачем-то решает напомнить о себе и о вчерашнем произошедшем недоразумении.
— Гендиректор принял отчёт и попросил похвалить сотрудника, проделавшего такую чистую работу, — довольно заявляет он. — Вы молодец, Тэхён.
— Спасибо, — благодарит Ким, отчаянно борясь с остатками сна.
— О, извините, я кажется вас разбудил? — Беспокойство директора ощущается даже через телефон. Тэхён смотрит на экран: 10:24. Так поздно он давно не просыпался.
— Всё в порядке. Я как раз собирался вставать.
Тэхён надеется, что директор наконец попрощается с ним, и можно будет вернуться к прерванному сну. Но вместо этого господин Гунмин произносит неуверенное: «Хотел бы в качестве извинения угостить вас обедом», и Тэхён буквально давится воздухом. Во-первых, неуверенность и Нам Гунмин в его понимании — вещи несовместимые. Во-вторых, угостить обедом, серьёзно? И в-третьих: так много раз перед ним ещё никто не извинялся, тем более высшее руководство.
Пару минут Тэхён тупо молчит, а на том конце трубки терпеливо ждут ответа.
— Не стоит, мне достаточно и ваших слов. — Ким мысленно хвалит себя за находчивость. Только вот директор оказывается непробиваемым, не зря он держал в ежовых рукавицах целый отдел.
— Я настаиваю.
И Тэхён чувствует лёгкое волнение от жёсткой интонации, с которой эти слова были произнесены. Он сам обладал нетипичным для его статуса голосом, но у директора голос был ниже и глубже в разы.
— На следующей неделе я как раз выйду на работу, и вы сможете угостить меня обедом, — выдавливает из себя Ким. — Спасибо за звонок, господин Нам, доброго вам дня.
Дождавшись сдержанного «до свидания, Тэхён», Ким отключает вызов и суёт телефон под подушку.
Уши горят, а мысли хаотично перескакивают одна на другую. Приглашение от самого Нам Гунмина — это что-то невероятное. Остаётся надеяться, что за эти пять дней директор забудет о своём обещании.
