Ребёнок

Лютер чинил перевязь и краем глаза следил за своими подопечными. Лев, уже научившийся сидеть за столом прямо, целеустремленно потрошил своим ножом уже вторую свечку. Его брат собирал кусочки воска и пытался слепить их обратно. Получалось плохо, Мышонок злился и даже немного отошел от своей обычной неторопливой меланхолии. Наконец, он собрал огрызки и принялся греть их о чугунную жаровню. – Мышонок, обожжешься, – пробормотал рыцарь. – Меня зовут Конрад Кёрз, – внезапно объявил мальчик. Лютер замер. Ему показалось, что он ослышался.– И я не обожгусь. – Что? – Я не обожгусь. Мне не больно. – Нет, ты ещё сказал… – Меня зовут Конрад Кёрз, – спокойно повторил мелкий. – Кто тебя так назвал? – Лютер решил, что ему всё-таки не послышалось, и найдёныш на самом деле заговорил. – Отец, – ответил мелкий, разминая мягкий воск. – Отец? – Угу. – А кто он? Он где-то в лесу? Вы с братом потерялись? – Лютер с трудом сдержал рвущийся из него поток вопросов. Свеженазвавшийся Конрад Кёрз пожал плечами и вернулся к размазыванию плавящегося воска по чугуну. Лев задумчиво крутил в руках голый фитиль свечи. – А ты со мной поговорить не хочешь? – Лютер на всякий случай убрал шило из подрагивающих от волнения пальцев. Даже эти несколько коротких фраз лесного найдёныша дали ему много информации о детях: они не всегда бродили по лесу, а жили с людьми, знают человеческую речь и свои имена. У них есть отец, который, скорее всего, жил с ними в какой-нибудь мелкой деревеньке около Северных Пустошей, под защитой ордена Волка. Видимо, детишки потерялись и замкнулись в себе от ужасов леса. Лютер всё это уже давно подозревал — ну, не с неба же они упали! — а теперь получил подтверждение своим догадкам. Лев на мгновение оторвался от своего занятия — под его ножом гибла третья и последняя свеча — и отрицательно покачал головой. – Уверен? Утвердительный кивок. Лютер вздохнул и, подождав ещё немного, вернулся к своей работе. Вечером ему будет о чём поговорить с лордом Сайфером. *** Еженедельная церемония с общим рыцарским построением затягивалась. Лорд Сайфер вознамерился прочитать своим подопечным проповедь, но при всех своих достоинствах и заслугах, публичные выступления не были его коньком. Лютер стоял, из последних сил борясь со сном. Веки слипались. Кейв, стоящий перед ним, тихонько прислонился к сару Рейту и спал. Рейт, судя по тому, как он держался за копьё и время от времени судорожно вздрагивал, тоже спал. Наконец, лорд Сайфер патетично призвал рыцарей к новым подвигам и кивнул. Магистр Лемий вздрогнул и махнул рукой. Нестройно продудели медные трубы в руках группы претендентов. Церемония наконец-то закончилась. Кандидаты мгновенно сдулись и принялись переминаться с ноги на ногу. Рыцари тоже сломали строй и быстро разошлись. Лев, стоило Лютеру разжать пальцы, немедленно куда-то ускакал. Хотя оба мальчика приступили к занятиям с другими претендентами, они до сих пор не обзавелись друзьями, только приятелями. Со Львом было проще. Этот сорванец не мог усидеть на месте, а умом с лихвой компенсировал молчаливость и замкнутость. Уже через неделю после начала его тренировок Лютер оказался на ковре у мастера наставника и выслушал много гневных соображений о своём таланте, как воспитателя. Лев быстро сколотил, как он сказал, отряд, и организовал дерзкий рейд на кухню за яблоками. Рейд, правда, не удался из-за вышедшего в коридор по нужде молодого лорда Сайфера, но острые ощущения получили все участники этого действа. Включая самого лорда Сайфера, которого Лев попытался нейтрализовать, заперев в чулане. Лютер после выволочки от мастера наставников сам поговорил со Львом – когда его вместе с остальными кандидатами выпустили из карцера. Очень недовольный заключением в маленькой тёмной комнате Лев старшего рыцаря выслушал и пообещал больше не доставлять ему неприятностей. Зная его характер, Лютер был уверен, что это значило “больше не буду попадаться”. С тех пор старший и правда не попадался. Мышонок-Конрад вёл себя спокойней, и, к огорчению Лютера, не очень старался на занятиях. Он неплохо справлялся с науками, а вот на тренировках ленился. В отличие ото Льва, который с учебным деревянным мечом не расставался даже за едой. Что с этим делать, Лютер не знал. Мышонок не был бесталанным, ему просто было не интересно. А если ему что-то было неинтересно, он этого не делал. Лютер хмуро посмотрел на удаляющуюся макушку Льва. Сорванец выглядел подозрительно довольным, и никаких причин для такого вопиюще хорошего настроения Лютер не помнил. Похоже, снова что-то задумал. Мышонок остался стоять с ним. За прошедшие месяцы оба найдёныша сильно вытянулись, и уже переросли почти всех сверстников. — Не хочешь пойти погулять? — предложил Лютер, глядя, как Лев собирает вокруг себя компанию из мальчишек. Так точно, что-то задумали. — Не хочу, — Мышонок уткнулся лицом ему в живот и обнял. — Почему? Погода сегодня очень хорошая, — банда Льва сбилась подальше от рыцарей и принялась что-то обсуждать. Лютер постарался не выпускать эту группу из вида. Лучше уж он остановит очередную выходку Льва, нежели мастер Сариентий. — Не хочу, — Конрад очень тяжело вздохнул и принялся гладить Лютера, как всегда делал, когда ему было грустно, беспокойно, или просто не хотелось идти на занятия. Вот мальчик сильно вырос и теперь вместо бедра старательно водил ладонью по ягодице рыцаря. — Так, немедленно прекрати, — Лютер решительно убрал детскую руку с этой части своего тела. Он мельком оглянулся, но вроде никто не обратил на его судорожное движение внимания. — Почему? — грустно спросил Мышонок. — Потому что неприлично. — Пффф. — И мне неприятно. — Чем это? — Просто неприятно. Больно, если хочешь. — Какой ты чувствительный, — искренне удивился мальчик. — А живот можно? — Можно… Нет. Не здесь! — Лютер едва сдержал крик и решительно убрал с себя ладони Конрада. Мышонок посмотрел на него огромными грустными глазами и со вздохом опустил плечи. Он выглядел самым несчастным существом на свете, а Лютер почувствовал себя последней сволочью. Он потрепал малыша по волосам. — Извини. Конрад кивнул и снова уткнулся носом ему под грудь. Лютер погладил его по макушке и оглянулся в поисках Льва. Но тот пропал вместе со своей бандой. — Не переживай, они просто решили стащить немного битума, обмазать бочку и попробовать поплавать по пруду… Лют? Рыцарь его не слушал. Ноги уже сами понесли его на задний двор, где лежали материалы для ремонта крыши.