До поры сокрытое

POV Освальд.. *** Вообще не представляю, как такое случилось… Мы веселились, валяли дурака, пили вино, душевно орали песни. В какой-то момент начали больше смеяться, чем петь, после этого Эд выполз из-за пианино, включил музыку и мы начали вообще танцевать. Повиснув друг на друге от смеха и выпитого. А потом… Это произошло настолько естественно, в одно дыхание, что осталось почти неосознанным. Все было так, как будто бы между нами все так было сотню раз до того. Я обнял Эдварда за шею, прижимаясь к нему вплотную, его руки, подхватывая мое движение, как песенные строчки, соскользнули со спины ниже, прижали к себе. А после этого мы начали целоваться. В едином чокнутом абсолютно порыве. Не знаю, как это объяснить. Меня потянуло к нему. Его ко мне. В тот момент никаких вопросов просто не было, а после их стало поздно и незачем задавать. Мы стали любовниками. Теперь я делил с Эдом еще и постель, первоначально уступленную им мне полностью. Не мешая моему выздоровлению после ранения он перебрался на неказистый диванчик в углу. Мы… Мы только и делали, что занимались любовью. Такого со мной прежде никогда не было. Я готов был звонить Эдварду под любым мало-мальски сносным предлогом, только бы услышать его голос. Как будто не услышу и не увижу его, когда он вернется с работы. Я влюбился в него… Или полюбил? А это не одно и тоже? Его голос, его запах, его прикосновение, его тело, он, заполнивший мое… В этом был весь смысл. Я не знаю чего. Просто это все было так прекрасно… Мне больше нравилось отдавать… отдаваться… Вот не думал, что со мной может такое быть! Даря радость, я испытывал еще большую. Помня о моем ранении, не забывая о покалеченной ноге, Эд, если здесь подойдет такое слово, щадил меня, как только мог. С одной стороны меня это неимоверно трогало, с другой раздражало. Нашел недееспособного! Сегодня он тоже ненавязчиво поставил меня раком, а я и рад был поддаваться. Мне это нравилось… Уступать ему в постели. Вошел, заполнил. Вдохнуть и не выдохнуть… от счастья, удовольствия, не знаю я чего еще! И тут… Мою ягодицу обжег звонко отозвавшийся в ушах хлопок его ладони. Заставивший обмереть. И почти кончить от одного этого!... - Прости! Господи… Освальд, прости! Я не хотел тебя оскорбить… - видимо то, как я завис, где-то в подпространстве, не осталось Эдом незамеченным. Он незамедлительно выскользнул из меня, потрясенный еще больше, чем я, только как-то совсем иначе, так что мне стало страшно и стыдно – из-за испытанного мною, по сравнению с ним. – Прости… - Мне… извиниться… за то… что мне это понравилось? – едва ворочая языком и отчаянно краснея бесстрашно обернулся я за спину. Зачем я это сказал… Эду же не понравилось… Почему мне так горько от того, что не понравилось ему?!