Слишком близко

Я проснулся от того, что солнечные лучи били мне по глазам. Перевернувшись на другой бок, я снова попытался заснуть, но видимо мозг уже проснулся, потому что перед глазами тут же появились сцены вчерашнего вечера. Черт, вот это да! Я хотел подрочить Стрелкову. Это же надо, а? И это я, самый настоящий гомофоб! Боже, я теперь точно пидор! Мне же понравилось, когда мне дрочил парень! И причем тогда я даже не думал об этом. Словно это не имеет значения. Хотя это ведь так есть: это не парень, это Женя. Хоть сейчас я думаю, что, наверное, было правильным, что он остановил меня. Я вчера был абсолютно не в адеквате и мог наделать глупостей. Ах, постойте, пытаться подрочить парню - это и есть глупость! Хотя и то, что он так категорично отказал, тоже не радует. Как-то все противоречиво. Блин, нельзя так мозг с утра запрягать! Перевернувшись на спину, открыл глаза. За окном давно уже бурлила деятельность: люди проснулись после нескольких дней пьянки и теперь толкались по тротуарам, машины сигналили... В общем, не самое тихое пробуждение. Почему я вообще слышу улицу? Сев на кровати, я огляделся. Жени в комнате нет. Ушел уже, наверное. Встав и подойдя к окну, увидел, что то приоткрыто. На мое голое, если не считать шорт, тело подуло холодным ветром, и я поспешил захлопнуть окно. Поправив штору, я сел обратно на кровать. Настенные часы показывали, что сейчас, мать вашу, три часа дня. Как так? Сколько я спал, если мы уснули в восемь? Как это вообще возможно? Оглядев себя, вспомнил, что вся моя одежда в стирке, а по спине, я уверен, повсюду наставлены засосы, да и следы от укусов... Я провел пальцами по красному следу на ключице, оставленному мне вчера Стрелковым. Это что, типа фетиш у него такой? Кусаться? Где-то читал, что люди обращаются со своим партнером так, как хотели бы, чтобы те относились к ним. Он хочет, чтобы я его укусил? Чтобы я его искусал?! Надо что-то надеть... Не идти же вниз в таком виде? Пофиг, он теперь мой парень, ну, так вот пусть и мирится с этим. Я открыл шкаф с одеждой и достал с полки приглянувшуюся мне футболку. Когда я её одел, она оказалась мне велика. Но это не очень-то и страшно, когда выбор стоит перед большим размером и искусанной спиной. Разгладив на груди складки, провел рукой по рисунку. Дарт Вейдер? Как мило. Ухмыльнувшись, вышел из комнаты и поплелся в ванну. Зайдя в эти хоромы, я взял с полки ещё позавчера предоставленную мне щетку, намазал на неё пасту и стал чистить зубы. Губы опухли от поцелуев, и казалось, словно я их обветрил. Ополоснув лицо пару раз водой, вытер висящим здесь же полотенцем. Болячка чешется. Так и хочу содрать подсохшую кровь, но ведь нельзя, а от этого хочется ещё больше. - Доброе утро - я встретил Женю, когда хотел спуститься по лестнице на первый этаж. Парень улыбнулся мне, останавливаясь на две ступеньки ниже меня. - Привет, - я расплылся в улыбке. Боги, почему у меня не получается прекратить улыбаться? И, сердце, ты тоже угомонись уже. Я опустил глаза в пол. Что со мной, черт возьми? Я словно какая-то сопливая девчонка, в самом деле. - Есть хочешь? - развернулся он, снова спускаясь по лестнице вниз. Что? Какой есть? Где мой утренне-дневной поцелуй? Ты, хам, а ну обними меня! Я же кончил вчера в его руках, разве это не обязывает его хотя бы в щеку меня чмокнуть? Эй! - Немного, - слегка обиженно произнес я. Ну вот теперь я точно, как девчонка. Ещё и обиделся, что он не поцеловал! Воронецкий, возьми себя в руки! Но ведь он в правду мог это сделать! Родителей рядом не было, и я в его футболке - отличная ситуация, так почему тогда он не обращает на меня внимания? Или, может быть, для него вчерашнее ничего не значит? Но мы же встречаемся... Встречаемся же? Я сел за стол, наблюдая как парень разогревает мне в микроволновке кусок пиццы, как он ставит на плиту чайник. Через пару минут Женя поставил передо мной тарелку со слегка дымящейся едой, и сел напротив меня. - Как самочувствие? - глянул он на меня. - Нормально, - пожал я плечами, откусывая от пиццы кусок. Вкусная. Повисло молчание. Стрелков что-то разглядывал на своих руках. Наверное, пальцы интересные, а я просто жевал предоставленный мне обед и думал. Вот он сидит тут передо мной, не обращает на меня внимания. Ему со мной даже поговорить не о чем. Ему со мной скучно. Да и ведет он себя слишком отрешенно. Может из-за вчерашнего я ему разонравился? Может я слишком докучливый или надоедливый? В чем причина? - Ник сказал, что заглянет сегодня, - прервал Женя тишину. - Зачем? - Занесет тебе вещи, - все ещё разглядывая свои пальцы, пояснил он. - Мм, - только и выдавил я. Чайник закипел, и Женя тут же встал из-за стола, наливая мне кружку чая. Через десять минут с обедом было покончено. - Спасибо, - поблагодарил я, отодвигая кружку в сторону. - Да не за что, - улыбнулся он мне краем рта, ставя грязную посуду в посудомоечную машину. - А где твои родители? - спросил я. Те ведь, и правда, не показались мне на глаза за все это время. - Работают, - объяснил он мне. Они круглыми сутками работают что ли? - А когда Ник придет? - задал очередной вопрос я. - Сказал, что вечером. Снова повисла тишина. Я сидел за столом и смотрел на него, а Женя в свою очередь смотрел куда угодно, только не на меня. Я встал из-за стола и пошел в комнату. Чего сидеть там? Что толку? Он и слова мне не скажет, если только я что-нибудь не спрошу. Что за фигня с ним? Мы встречаемся или нет? Он говорил, что я ему нравлюсь, но нравлюсь ли я ему сейчас? Вот дерьмо. Нафига я об этом думаю в самом-то деле? Зайдя в комнату, я плюхнулся на кровать, садясь к изголовью. Взял с тумбочки свой телефон, покрутил тот в руках. - Все нормально? - вслед за мной в комнату вошел Стрелков, садясь за компьютерный стол, и включая ноутбук. Ещё и спиной ко мне повернулся, вообще офигеть! Почему днем он ведет со мной так словно мы друзья или братья, и только под вечер он может меня поцеловать или как вчера... Но, а днем-то? Почему он не поцелует меня днем? В чем его проблема? - Мы встречаемся? - спросил я, поднимая на него глаза, нервно крутя в руках телефон. - Что? - он развернулся ко мне лицом. - Мы теперь встречаемся? - повторил я. - Теперь? Слушай, если ты из-за вчерашнего такой обиженный, то... - Нет, не из-за вчерашнего, - перебил его я. Так мы встречаемся или нет? - Тогда из-за чего? - Из-за сегодняшнего... - Что? Что я... - нахмурил он брови, даже слегка подкатываясь ко мне на стуле. Ну и как тут объяснить? Он ведь даже не считает, что что-то не так. - Слушай... - начал он. - Если это из-за того, что я вчера... - Да не из-за вчерашнего это, - взорвался я. Парень замолк и вылупил на меня глаза. Черт, что творю-то вообще? Истерику решил устроить здесь, Леша? Зачем я вообще все это начал... - Я... - я запнулся. Дурак, дурак, дурак. - Просто... - В чем проблема? Объясни мне, - Стрелков сел ко мне на кровать, пытаясь заглянуть в глаза. - Просто ты так ведешь себя... - Как? - Я... - я вздохнул побольше воздуха, переводя дыхание. Как глупо получилось. Теперь кажется, что я недовольная девушка, придирающаяся ко всем мелочам, - Ничего, забудь, - выдавил из себя я, отворачиваясь от, кажется, офигевшего таким поворотом событий, Жени. - Эй, - он взял меня за подбородок, разворачивая к себе, - Объясни мне, в чем проблема! Черт, это что ещё за ком в горле? А глаза? Глаза-то почему на мокром месте? Мужик я или нет? Я посмотрел парню в глаза и тут же пожалел об этом. Обычно веселые с искринкой глаза сейчас были сердитые и недовольные. Ну, вот, я его разозлил. Я ему надоел! Я и сам себе такой надоел. Кто этот плакса вообще? Любого в бешенство введет. Я не сдержался, и слеза все же скатилась по моим щекам, а от этого мне стало ещё более обидно, и теперь наплыв слез было все труднее сдержать. Я шмыгнул носом, когда из другого глаза вслед за первой покатилась соленая капля. Вот дерьмо. Теперь во взгляде Жени можно было прочесть испуг или что-то похожее... Растерянность? Зажмурившись, дал волю эмоциям и разрыдался. Слезы покатились по моим щекам, тут же сбегая по подбородку, а из горла вырывался лишь глупый скулеж. - Эй, - Женя притянул меня к себе, и я обхватил его обеими руками за шею, - Тише, тише, - он гладил меня по голове, а я мочил ему рукав своими слезами. Да он же утешает меня, как ребенка! В его глазах я ребенок, не больше! Какой парень? Так, младший слезливый брат лучшего друга, вот кто я ему! От таких мыслей истерика не только не успокаивалась, но набирала обороты, а слезы, словно нескончаемые, текли из глаз. - Тише, что случилось? - гладил он меня по голове, - Успокойся, тише... Я попытался успокоиться, сделал пару глубоких надрывистых вздохов и вроде как пришел в себя. Почему я все время реву перед ним? Да я за прошедшие три года столько не ревел, как за последние три дня! Расцепив руки, я слегка отодвинулся от него, жалея, что не смог сдержаться. - Вот так, - он провел большими пальцами по моему лицу, держа его в руках, вытирая мокрые щеки. - Тшш... - шикнул он на меня, когда мое тело непроизвольно дернулось, ещё не совсем успокоившись. - Что случилось? - спокойно спросил он, глядя мне в глаза. Вот это я опозорился... Мало того, что я ему надоедал всякими вопросами и начинал скандалить из-за ничего, так ещё и разревелся. Опять! Это надо было же... - Прости за это, - тихим голосом попросил я, проводя рукой по мокрому пятну на его футболке. - Что случилось? - отдернул он руку, снова поднимая мой взгляд на себя. - Если я тебе разонравился, то просто скажи, ладно? - опустив глаза, попросил я. - Что? - Сразу скажи, - вытер я подбородок тыльной стороной руки. - Ты о чем вообще? - даже слегка повышая голос, спросил он меня. - Просто я действую тебе на нервы, я постоянно у тебя на глазах и это, наверное, раздражает, - начал я тихим быстрым шепотом, не смотря Жене в глаза. - Тебе со мной скучно и не о чем поговорить, а ещё я для тебя обуза. И ты не хочешь, чтобы я к тебе прикасался, не хочешь, чтобы я был тебе ближе, чем сейчас. А я не знаю, кто я тебе сейчас. Я ведь ещё ребенок в твоих глазах, да? Я все время говорю какие-нибудь глупости и вообще я во всем профан и не знаю, как и что делать правильно, и что нужно говорить, и когда... А ещё я все время реву, хотя и сам не знаю почему. Ты мне нравишься. Боже, мне нравится парень, и я не совсем понимаю, как это вообще возможно, но так оно получилось... Я не могу теперь этого отрицать, да? Но если я тебе не нравлюсь, то... - я шмыгнул носом, вытирая выступившие опять слезы. - Ты скажи мне сразу же. Я не хочу тебя раздражать и заставлять тебя делать что-то насильно... - под конец голос совсем стал еле слышным, а в глазах стояли слезы... - Та-а-ак, - протянул парень, сердитым голосом. - Во-первых, это единственная глупость, что я от тебя услышал, - стал он грубо, словно отчитывая меня, говорить. - Во-вторых, с чего ты вообще все это взял? Это полный бред! С чего ты решил, что ты мне обуза или то, что ты меня раздражаешь? Ты... - он выдохнул, роняя руки себе на колени. - Боже, что твориться у тебя в голове, а? - уже тихим голосом спросил он, наклоняясь вперед, чтобы заглянуть мне в глаза. - И отвечая на твой вопрос: да, мы встречаемся, - ухмыльнулся он мне, когда я поднял на него глаза. - И уже давно, если хочешь знать. - Но я реву... - начал было я. - И реви дальше, - он обнял меня, перекидывая мои ноги себе на пояс, так чтобы я оказался сидячим между его ног. - Но если ты так хочешь, то когда ты мне разонравишься, а это вряд ли произойдет, то я сразу же тебе скажу об этом, - поцеловал тот меня в ухо. - Ты первый, кто об этом узнает, - ухмыльнулся он мне в волосы. - Но... - я посильнее обнял его поперек груди, прижимаясь к сухому плечу. - Что? - Ты ведешь себе не так, как если бы мы встречались... - выдавил я из себя. Ну и сколько же ещё глупостей я вывалю на его голову сегодня? - Почему? - попытался он заглянуть мне в лицо, но я сильнее обнял его, не давая тому это сделать. - Ты не целуешь меня. Не поцеловал меня сегодня утром и вообще ведешь себя со мной отстраненно... - я запнулся, не зная, говорить то, что вертится на языке или нет. - Как с младшим братом, - закончил я все же свою мысль, тут же чувствуя, как краснеют от стыда щеки. - Я думал, что для тебя сейчас так будет лучше... - выдохнул он. - Почему? - Ну... - он ухмыльнулся. - Я не замечал за тобой особой любви к парням раньше. Поэтому подумал, что так тебе будет лучше. Если я не буду навязывать тебе свою симпатию... - он склонил голову к моей шее. - Прости, я не подумал, - поцеловал он меня за ухом. - Из-за этого ты меня вчера остановил? – спросил я пришедший в голову вопрос. Стрелков промолчал, словно и не слышал моего вопроса. А я же посчитал это за согласие. - Дурак, - выдохнул я, не сдержав улыбки. Я ему нравлюсь! Да! И мы встречаемся! А ещё, оказывается, он просто не хотел навязываться и думал о моих чувствах. Это я придурок перевернул все с ног на голову. Кретин полный - вот я кто. - То есть теперь я могу тебя поцеловать? - он ещё сильней наклонил голову, кусая меня за мочку уха. Я поднял голову, тут же почувствовав его дыхание на своих губах. По телу снова пробежала волна удовольствия, когда его губы коснулись моих. Боже, как же здорово он это делает. Каждый раз, когда его язык проскальзывает мне в рот, у меня словно сердце замирает. Стрелков целовал меня нежно, гладил по все ещё мокрым щекам, словно успокаивая, напоследок не забыв прикусить мою нижнюю губу. - Я рад, что мы с этим разобрались, - прошептал он мне на ухо, а я посильнее сжал его в своих объятьях. Сейчас, как ни странно, счастье словно распирало меня. Знаю, глупо, но ведь можно порадоваться, хоть немного, правда? Да и повод вроде как есть. Я уткнулся носом парню в ключицу, втягивая еле уловимый аромат. - Ты такой красивый, - бубнил парень себе под нос, водя рукой то по моей голове, ероша волосы, то моей спине и бокам. - Такой яркий и эмоциональный. Ты такой маленький... - он взял одну мою руку у себя из-за спины и скрестил наши пальцы. - Худой-то какой, - ухмыльнулся он, обхватывая мое запястье двумя пальцами. "Это не я худой и маленький, это кто-то другой толстый и огромный!" - так и хотело сорваться с моего языка, но я знал, что это не правда. Тело Стрелкова правда было больше моего. Хоть я за прошлое лето и вымахал в росте, все ещё не догонял до него и это, честно сказать, меня немного задевало. - Я не маленький, - возмутился я, обиженным тоном, что ну очень прекрасно подтвердило мои слова. - Конечно, нет, - он укусил зубами мочку моего уха, потянув ту. - Нет, - согласился я с ним. - Но и не большой, - сверкнул тот белоснежным рядом зубов. - По-моему тебя все устраивало пару минут назад... - А меня и сейчас все устраивает. Парень снова потянулся к моим губам, на этот раз лишь слегка касаясь их. Я закрыл глаза, млея даже от такой невинной ласки, в то время, как его руки совсем не невинно залезли под мою, а точнее под его на мне, футболку. По спине тут же побежали мурашки, а сердце забилось чуть быстрее. Тем временем пока руки гладили бока, поднимаясь все выше, к соскам, надавливая и пощипывая их, невесомые поцелуи покрывали мое лицо: лоб, брови, щеки, глаза, нос, подбородок... А я разрывался в противоречивых ощущениях: наслаждение и боль, когда Женя слишком сильно сдавливал мои чувствительные соски, и одновременно нежность и какая-то даже легкость, от очередного поцелуя в краешек губ. - Ты садист, ты знал? - прошептал я, не открывая глаз, облокачиваясь сзади на собственные руки. Стрелков ничего мне не ответил, целуя меня в губы и тут же углубляя поцелуй. Притянул к себе, так что мне пришлось обхватить его обеими руками за шею. Я запустил одну руку в его шевелюру, сжимая его волосы в кулак, когда он укусил меня за губу. Тихий стон сорвался с губ, когда тот решил зализать место укуса, проходясь по моей нижней губе языком. Боже, почему я получаю кайф от того, что он меня вот так мучает? Мне же даже нравится, когда он кусается! Я принял тот факт, что он сделал меня геем, но когда он умудрился сделать меня мазохистом? Сильные теплые руки сорвали с меня футболку, отбрасывая её куда-то на пол, продолжая целовать шею. Когда он не смог дотянуться ниже ключицы, так как я все же сидел на его коленях, а он как-никак не акробат, парень повалил меня на лопатки, ложась сверху, продолжая целовать. От шеи и ключицы он перешел к соскам, дразня один рукой, а другой лизнув языком. Я слегка дернулся, когда неожиданно он втянул его в себя, играя с ним языком. Это было невозможно приятно. Я и не знал, что можно получить столько удовольствия только лишь от того, что кто-то ласкает твои соски. Закончив с одним, он перешел к другому, также дразня его языком, втягивая в себя, слегка покусывая. Я уже давно извивался в его руках и непроизвольно дергался всякий раз, когда Женя делал что-то слишком резко и неожиданно. Воздуха снова не хватало, но я старался восстановить дыхание, медленно втягивая воздух и также медленно выпуская. Выпустив мой уже изрядно покрасневший сосок из своего рта, он поцеловал меня в живот, спускаясь к пупку, обводя его языком. Чем ближе парень был к моему члену, тем сильнее мне хотелось взвыть. Если ты хочешь это сделать, то зачем так медлить? Боже! Моего терпения явно не хватало, но я продолжал извиваться на постели, изредка не сдерживая стоны через сжатые зубы. Перед глазами плясали белые круги и точки, и я, распахнув их, попытался сосредоточиться на узоре потолочной плитки. Я боялся. Ужасно боялся. Даже не знаю чего... Все же такое со мной впервые... Я подавился воздухом, когда язык провел по краю слегка спущенных шорт, задевая редкие лобковые волосы. Я резко посмотрел на Стрелкова, который был полностью сосредоточен на своем занятии. Я дернул того за волосы вверх, наверное, даже слишком грубо, когда он почти коснулся языком головки моего члена. - Стой... Ты не можешь... - выдохнул я, смотря прямо в серые глаза. - Ещё как могу, - голос с хрипотцой. А затем парень припустил шорты на пару сантиметров и лизнул открывшуюся головку. - Ах... - я откинул голову обратно на кровать. Боже, почему это так офигенно? Стянув шорты с моих ног и кинув их вслед за футболкой, темноволосый заглотил член целиком. Я вскрикнул, не ожидая такого. Удовольствие волной накрыло меня, наверное, окончательно сбив с моей головы крышу и унося ту с собой... Я просто отдался на растерзание этому монстру, который сейчас заглатывал мой член, каждый раз почти выпуская тот изо рта, помогая себе рукой. Это было лучшее, что я испытывал в жизни. Впервые мне делали минет, и я не чувствовал ног! Внутри него было жарко и мокро и это заставляло меня даже имя свое забыть. Я лишь мог напрягать шею, чтобы поглядеть на темноволосую макушку опускающуюся то вверх, то вниз. Мой член был в его рту и пошли все на хрен, кто говорит, что это отвратительно. Это было сексуально, и вид как Женя облизывает мою головку, был не менее сногсшибателен, чем сам процесс. В комнате пахло сексом под аккомпанемент хлюпающих звуков и моих стонов и вздохов... Я сам дернул бедрами, когда Стрелков замедлился, но был тут же прижат обратно к кровати. С каждым разом движения становились все медленнее и медленнее, и скоро Женя совсем выпустил мой член изо рта, и он мокрый и скользкий упал мне на живот. Но ведь я не кончил. Я поднял затуманенный взгляд на Стрелкова и увидел, как он вытирает тыльной стороной руки дорожку слюны, что тянулась из его рта. - Ты... - попытался что-то сказать я, но парень лишь сверкнул глазами и резко поднял мои ноги над моей головой, держа меня под коленками и разводя их в стороны. - Что ты... - засмущался я. - ... делаешь? - все же выдавил из себя я, пытаясь свести ноги вместе, что мне, конечно же, не удалось. Лишь поиграв бровями, что мне в такой ситуации не очень-то и понравилось, парень снова склонился надо мой, на этот раз втягивая в рот одно мое яичко. О, боги всего и вся. Я протяжно застонал, когда он выпустил его изо рта, оттягивая кожицу. Когда он проделал то же самое и со вторым я уже почти задыхался, а на глаза навернулись слезы от переизбытка эмоций... - Хва... - я тяжело сглотнул. - ...Тит... Хватит... - Что-что? Я не понял? - он укусил меня за бедро, сильнее разводя мои ноги. Я давно позабыл и о стыде и о мужской гордости, которую сейчас, кстати, растаптывали на моих глазах, а я и слова против не говорю... - Перестань делать такое... - тяжело дыша, ответил я. - Какое такое? Ты об этом? - он поцеловал меня в головку, забираясь кончиком языка в щелку, не отрывая при этом от меня взгляда. - Да-а-а, - зажмурился я, потому что мне было уже почти больно. Он мучил меня, но не доводил до разрядки... - Держи, - он качнул моими ногами. - Что? - Просто подержи вот так, - он поднял мои ноги ещё чуть выше и я, не понимая, что ещё такое он придумал, взял себя под колени. Теперь я словно сам себя на показ выставлял, а от этого я опять залился краской. - Держи и не отпускай. - Что ты хочешь... Ах... - я откинул голову назад из последних сил держа собственные ноги. Женя снова заглотил мое яичко, посасывая его, оттягивая кожицу и снова проводя по нему языком. Руками он приподнимал мои ягодицы, и это смущало сильнее того, что я до сих пор не отпустил собственные ноги Он оторвался от своего занятия, сильнее разводя мои ягодицы в сторону, от чего я даже выдавил из себя звук похожий на всхлип. Он растянулся на животе, так что теперь его лицо находилось прям напротив моей... До меня дошло то, что он собрался делать... -Нет, нет... Стой, - я попытался остановить его, в противовес самому себе сильнее сжимая колени... Женя лизнул меня, и я действительно понял выражение "выбили весь дух". Я словно почувствовал, как по всему телу прошла волна, словно, все тело разом начали колоть маленькие иголки. Пальцы на ногах поджались, а вздохнуть воздуха я просто не мог, как и расцепить руки... Я впивался ногтями себе в подколенники и даже не чувствовал этого. Женя сильнее сжимая мои ягодицы, чтобы я не дергался водил кончиком языка по краю ануса. - Нет... Ты не... Ах... - я сильнее зажмурился, когда Стрелков надавил на центр, вызывая в моем теле противоречивые эмоции. - ...Так... нельзя... - пытался что-то выдавить я. А парень, словно целуя, прислонился губами к сфинктеру. Я почувствовал давление и скоро его палец оказался внутри. Я чувствовал, как он растягивает стенки, сильнее смачивая меня слюной. Чувствовал, как он пытается дотянуться ещё глубже и не мог с этим ничего поделать. Я давился воздухом, но мог выдавить из себя лишь какие-то полувсхлипы, полустоны. Что он творит? Что он такое делает? В моей голове это не укладывалось, как не укладывалось и то, что это, черт возьми, приятно. Я чувствовал каждое его движение, когда он выходил и снова припадал к сжатому отверстию губами, когда он давил на стенки, или же когда он впускал в меня новую порцию слюны... Его рука легла на мой член и стала быстро двигаться по стволу. Перед глазами снова заплясали белые точки, а все мое тело словно сжалось. - Нет... Я... - я даже не заметил, что стал произносить слова вслух, хоть они и были почти не слышны. - Я сейчас... В ушах зазвенело, по телу прошла волна, сотрясая меня, и я обильно кончил себе на грудь и лицо, сопровождая это громким стоном... Парень поднял мокрое от слюны лицо, продолжая водить рукой по члену, пока я в шоке лежал и смотрел в потолок. Стрелков вытащив из шкафа какие-то салфетки, вытер лицо, затем вытер меня: и от слюны, и от спермы. Его лицо нависло надо мной, а я с трудом смог сосредоточить на нем свое внимание, перед глазами все ещё плыло. - Я ненавижу тебя за это, - притянул я его за шею, целуя, чувствуя на его губах свой, как я понял, вкус. - Ты куда? - из последних сил, сохраняя себя в сознании, спросил я. - Я сейчас, - бросил он, выскакивая за дверь. Почему он не позволит помочь ему? Ведь явно не чайник ставить побежал! Вот черт, какого черта только что было?